Эпилог
Это чистая правда.
Я стала рядом с Ярославом такой, какой всегда мечтала. Он как будто познакомили меня с моей лучшей версией. Сейчас модно обещать такой эффект на марафонах и курсах успешной жизни, но что может быть лучше старого и проверенного веками способа?
Любовь действительно творит чудеса. Хотя, бывает, и приходит замысловатыми и сложными тропами. Мы с Яром познакомились так, что пока непонятно, как подавать эту историю будущим детям. Придется опускать детали и скатываться к банальному курортному роману. И я собираюсь говорить, что прилетела в отель одна. Без подруги. Лучше пощадить детскую психику и не сообщать, во что вылилась эта безумная история.
А вылилась она в три свадьбы.
Они случились в Москве одна за другой. Сперва поженились Рома с Альбиной, потом я и Ярослав, а заключающим торжеством стала церемония Даши и ее банкира.
Получились совершенно разные свадьбы. И дело было не в количестве гостей или оформлении. У каждого события нашлась своя подоплека. Я впервые в жизни подумала, что свадьба может быть не только счастьем, но и наказанием.
Так или иначе Рома подтвердил свою репутацию ушлого и напористого парня. Он смог выйти на Котова и сосвататься к его дочери со всей прямолинейностью человека, готового на брачный контракт. Думаю, именно это и оценил Котов. Он увидел перед собой удобный безопасный вариант – жениха, который отработает каждый рубль, вложенный в него. И который не заметит беременность будущей супруги. Да и фамилия у Ромы имелась. Он был вхож в тусовку, а в бизнес-журналах печатали статьи с фотографиями его отца. В общем, Рома не был мальчиком с улицы, у него завалялась какая-никакая родословная.
“Но это не отменяет того факта, – сказал Ярослав, – что его впустили в семью Котовых на правах комнатной собачки”. И в этом есть ирония. Я же помню, как Роман фырчал в сторону Яра, когда тот был в роли жиголо. Он пренебрежительно улыбался и не замечал бревна в собственном глазу. И мне кажется, теперь этим бревном его долго будут бить по голове. Роме многое предстоит вытерпеть за допуск к шикарной жизни за чужой счет. Котов – резкий мужик, а Альбина – избалованная принцесса. К тому же она ждет ребенка от другого мужчины.
От супруга Даши.
Вот так всё смешалось и перекрутилось.
Я не знаю наверняка, почему Даша не отменила свадьбу со своим банкиром. Я могу только предполагать, зная особенности ее характера. Она могла не согласиться на роль проигравшей, ведь ей пришлось бы отзывать приглашения на свадьбу и сворачивать подготовку к пышному разрекламированному торжеству. Да и упустить выгодное замужество – это удар для такой, как она. Она не смогла заполучить Саблина и вернулась к первому варианту. Наверное, так.
И Ярослав сказал мне, что Котов встречался с ее банкиром. Приказал и близко не подходить к дочери и максимально отвести подозрения в своем отцовстве.
Так что Даша получила по заслугам. Она так любила плести вокруг себя интриги, обманывая всех вокруг, что стала обладательницей реальной Тайны. Ей жить и делать вид, что она не знает, что ее мужа и Альбину Котову связывает намного большее, чем светское знакомство. В сердцевине ее брака лежит ложь. Что тоже весьма иронично.
Но главное – это мы с Яриком.
Я смотрю фотографии, которые прислала его помощница, и пытаюсь выбрать лучший кадр нашей свадьбы. Нужно найти снимок для рамки в кабинете Ярослава.
– Не можешь определиться? – спрашивает Саблин.
Он входит в комнату и бросает пиджак на кресло. Я застываю с фотографиями в ладонях, а потом с подозрением смотрю на настенные часы.
– Ты рано.
– Я же обещал эту неделю меньше бывать в офисе.
У нас вышло своего рода соглашение. После напряженного противостояния с Котовым он сказал мне, что так не будет всегда. Что он не собирается пропадать на работе, а хочет настоящую семью. Всё вообще случилось предельно быстро. Ярослав сделал мне предложение всего через две недели после того, как мы стали жить вместе. Причем он начал примерно с той же фразы: “Зачем нам ждать? Нам хорошо вместе, мы влюблены!”
С этим было бесполезно спорить. Да и не хотелось. Я чувствую, что всё идет правильно. Хотя иногда приходится напоминать себе, что этот роскошный мужчина уже не просто мой, а мой муж. Со всеми печатями и клятвами у красивой арки из лилий на выездной церемонии.
– Может, эта? – Я показываю Ярику снимок, где он держит меня на руках, а за нашими спинами взрываются фейерверки. – Мы тут счастливые…
– Она точно будет мешать мне сосредоточиться. Я буду не работать, а вспоминать, как наступил на подол юбки и рванул тебя наверх.
– Да-да! – Я уже заливаюсь. – Вот тут даже видно, что ткань треснула! Еще чуть – и я бы осталась голой!
– Раньше времени, – довольно усмехается Саблин.
Я стучу по его плечу фотографией. Хотя он прав. Между этим снимком и моментом, когда он раздел меня в тот день, всего минут сорок. Мы едва дотерпели до конца программы и скрылись в домике. В нем Саблин дорвал мое платье прямо у входной двери, которую только-только захлопнул.
– Тогда выбирай ты. – Я киваю на стол и подхватываю ладонь Ярика. – Какая тебе нравится?
– Любая, на которой есть ты, малышка.
Яр частенько говорит такие фразы сладким голосом. Я их называю “дешевыми подкатами несостоявшегося жиголо”. У него появилось прямо-таки пристрастие к ним, словно он вздумал сделать их изюминкой наших отношений.
– Только не эта, – кидаю, когда Саблин тянется к самой растрепанной моей фотке. – Я забыла ее убрать.
– Тогда эта.
Яр поднимает снимок и протягивает его мне. В кадре я сижу в белом садовом кресле, а Ярослав стоит рядом. Его бабочка развязана, добавляя образу сексуальной небрежности, а в его широкой ладони зажаты мои туфли на шпильке. Я же беззаботно улыбаюсь и явно наслаждаюсь тем, что мои стопы утопают в мягком газоне.
– Этот момент мне напоминает день, когда мы познакомились, – произносит Яр. – Ты сидела на веранде ресторана и так же улыбалась.
– Мне казалось, я была напряжена, когда Рома привел тебя…
– До этого. Я скучал за барной стойкой и заметил тебя до того, как вы обратили на меня внимание.
– И что ты подумал, когда увидел меня?
– Что с такой малышкой можно и сыграть в жиголо.
– Опять твои подкаты?
– Нет. – Он поднимает ладони, что у него значит, что он предельно серьезен. – Ты была самой красивой в ресторане.
Я снова осматриваю снимок и киваю. Значит, он. Выбрали.
– Машина уже ждет? – спрашиваю мужа.
– Да, должна. Если хочешь, можем отложить.
Я качаю головой.
– Поменяй рубашку и пиджак, – говорю ему. – И мы можем ехать на выставку.
Постепенно я втянулась в жизнь Ярослава. Я не стала делать из него затворника, вынуждая отказаться от всех старых привычек. Наоборот, я стараюсь сопровождать его на светских встречах. Их стало меньше – это да. Яр теперь тщательнее выбирает места, в которых появляется, и принимает далеко не все приглашения. К тому же изменился его статус. Женатому мужчине незачем появляться на форумах, от понятия „экономический” в которых лишь ценники на элитные услуги длинноногих красавиц.
Я прошла курс молодого бойца под его руководством. Яр познакомил меня с нужными людьми и показал, с кем не стоит заговаривать. А потом я вошла во вкус. Я и раньше умела держать себя на мероприятиях. Когда я работала в компании отца Даши, мы устраивали встречи с авторами и презентации новых книг. Я несколько раз выступала на сцене и вела круглые столы. И пусть я уволилась, перейдя в компанию Саблина, мои знания остались. И они мне чертовски помогли.
– Благодарю, – произношу с улыбкой, когда Яр открывает передо мной дверцу авто.
Он обходит машину сзади и садится рядом. После чего водитель выезжает с подземной парковки. Я недолго смотрю, как меняются номера мест для стоянки, и слушаю приглушенный разговор мужа. Яр объясняет по сотовому, что мы скоро будем. Мы важные гости, так что на том конце волнуются, что мы предпочтем устроить домашний медовый месяц.
– Вика, – зовет Яр, вырывая меня из размышлений.
Я поворачиваюсь к нему и вижу, что он убирает телефон в карман пиджака.
– Да?
– Я люблю тебя, малышка, – произносит он тем тоном, от которого у меня каждый раз идут мурашки. Его слова звучат так сладко, так нежно и так по-мужски надежно.
– Вот сейчас ты говоришь серьезно, – замечаю и тоже тянусь навстречу, чтобы поцеловать его. – Без дешевых подкатов.
– Я люблю тебя, как самую яркую звезду на небе. Как пылающий рассвет моей души…
– О боже!
Я закрываю его рот ладонью и не могу сдержать смех.