Глава 32

— Это цирк! Это не квартира, а арена с цирковыми клоунами! — зашипела мама. — Одна упрямится слонихой, желая пойти под венец, как оборванка. Второй – самодовольный индюк, пытающийся пустить пыль в глаза. Ещё и отец явился… И не один! Что же ты, Зарина, на шею мачехе не вешаешься?

— Боже, сколько трагизма, — я поцеловала отца и развернулась к его спутнице. — Добрый день, Мария. Я Зарина, приятно познакомиться.

— С меня хватит, — мама вылетела из кухни и скрылась в своей комнате, громко хлопнув дверью. — И свадьба ваша – фарс, да и только! И гости — попрошайки с большой дороги.

— Боже, как же я отвык от этого, — рассмеялся отец. — Ну? Как объясняться будете, дети мои?

— Пап, будешь кофе? — я легонько подтолкнула гостей к столу, смахнула следы маминой организационной деятельности. — Я сейчас блинчиков сделаю.

— Зарина, а давай я помогу?

— Не откажусь…

Мария перехватила миску с тестом, начала ловко его взбивать, а мне пришлось предстать перед отцом.

— Пап, я даже не знаю, с чего начать. Ты же уже понял, что брак фиктивный?

— Не знаю, — отец сцепил на столе руки, кивнул Артуру, указывая на стул напротив. — Вы мне скажите!

— Алексей Игоревич, вам нужно обещание, что я не причиню вреда вашей дочери?

— Именно. Давай, Артур Львович, я знаю, что способность красиво болтать — врожденное качество вашей семьи. Старик Козловский превращал любые семейные посиделки в свой бенефис. Потрудитесь, молодой человек, уболтайте меня. Почему я не должен забрать свою дочь и не дать тебе в морду? Назови хоть одну причину! — папа вдруг покраснел, с лица растворилась улыбка, он чуть не рычал, наклоняясь к Козловскому всё ближе и ближе. — Назови!

— Я никогда не причиню вреда вашей дочери. И поверьте, силой я её на эту авантюру не тащил. Верно, Зоря? — Артур обернулся ко мне, ожидая подтверждения его слов.

— Если только чуть-чуть, — вместо того, чтобы успокаивать отца, я расхохоталась, наблюдая, как вытягивается лицо Козловского. — Я шучу! Пап, ну что ты устроил? Ещё пистолет достань! Хотя… Я не против, если ты продырявишь стальное сердце моего мужа.

— Что-то мне подсказывает, что вы мне оба лжете, — папа сложил на груди руки.

— Так, хватит спорить. Лёша, помни, что мы в гостях, а ещё то, что твоя дочь взрослая и умная девушка. Не будь таким, как твоя бывшая жена, — Мария, все это время хлопочущая у плиты, вдруг развернулась и поставила перед отцом тарелку с первым блином. — Ты же не хочешь сказать, что Зарина беспомощная и глупая? Они взрослые и сами разберутся, на ком жениться, за кого выходить и кому врать. Лёша, съешь блинчик…

Мария поцокала языком и снова вернулась к плите.

Боже… Что за женщина? Пара фраз, и она уже мой кумир!

— Ну, допустим, я поверю, что вас связывают исключительно деловые и договорные отношения, — отец прищурился и повернулся к Артуру. — Как вы собираетесь усмирить мать? Зарина, ты же не думаешь, что она будет сидеть спокойно на свадьбе?

— Я вообще надеялся, что она испанского вдовца привезёт. Знаете, мордобой, пьяные тосты и сражение за сердце дамы. Эх, — Козловский как-то машинально протянул мне руку, а я точно так же машинально и ответила, подойдя ему за спину. — Зарина, прости, но свадьба без изюминки получится.

— Ничего, скоро приедет Люба, а за начинку в нашей компании отвечает она…

Как ни странно, но завтракали мы шумно, весело и вполне дружно. Хоть отец нет-нет да и пытался прожечь дыру в черепе Козловского, но в целом всё прошло без происшествий.

Мама дважды выходила из комнаты, демонстративно наливала стакан воды, игнорировала приглашение присоединиться и уходила, непременно хлопнув дверью.

Детский сад…

А я ведь и правда отвыкла от её поведения. Отвыкла от истерик, постоянных ультиматумов и ауры вечного недовольства. А может, это Артур так на меня влияет?

Если раньше я колени в кровь разбила бы, вымаливая прощения у матери, то теперь с улыбкой наблюдала за её театральной постановкой. И ничего не ойкало…

Да и мама это поняла, отчего злилась ещё сильнее.

Ну правда, уже хватит. Хватит…

Когда мужчины ушли на балкон курить, я с облегчением выдохнула и закрыла глаза, ловя спокойствие и монотонный плеск воды. Мария мыла посуду, тихо напевала песенку, от которой становилось легче.

— А он ничего… — женщина поставила передо мной чашку кофе, а после присела рядом. — На отца твоего похож чем-то. Весёлый, но резкий, добрый, но никогда этого не покажет.

— Вы давно с папой? — мне было неловко, я даже опустила глаза.

Меньше всего мне сейчас хотелось стать копией своей матери, чье хобби — копаться в жизни других, не испытывая мук совести.

Я знала, что у отца кто-то есть. Но открыто мы никогда не говорили об этом. И уж тем более я не была готова к такому стихийному знакомству.

— Почти два года. Я — военный хирург, мы познакомились в командировке, и с тех пор почти не расстаемся, — Мария похлопала меня по руке, словно давала понять, что ничего постыдного я не спросила. — У меня две взрослых дочери. Старшая недавно вышла замуж, младшая оканчивает университет. Они живут в Москве, поэтому не волнуйся, мы вас стеснять не станем, после свадьбы сразу уедем.

Значит… Значит, вот почему отец предлагал на каникулы поехать вместе в Москву? Хотел познакомить с Марией?

— О чем секретничаете? — отец вошёл на кухню, сел рядом со мной и крепко-крепко обнял. — Прости, что вот так получилось… Ты не была готова к этому.

— Пап, да мы с тобой похожи больше, чем я думала, — мы хором расхохотались. — Всё хорошо. Главное, что ты счастлив…

Поговорить толком нам не удалось, потому что приехала Люба, да не одна. За ней вошла толпа народа: парикмахер, фотограф, организатор, прямиком рванувший в кабинет Козловского для согласования сметы.

Люба долго ахала, осматривая квартиру, а когда мы вошли в спальню, где я планировала собираться, и вовсе взвизгнула, потому что в кабинете, как два разъяренных петуха, замерли Артур и мама.

Сцена хоть и немая, но весьма красочная. Было понятно, что мы прервали их разговор, а красные пятна, сползающие по шее мамы, говорили о том, что она не добилась того, чего хотела.

Чёрт, о чем они там говорили?

— Каролина Степановна, прошу прощения, но мне нужно ехать, — Козловский приветственно кивнул Любе и ловко повязал галстук, заправив его за ворот рубашки. — Люба, вверяю невесту в твои заботливые руки. Водитель у подъезда, вот его номер… Как будете готовы, просто позвоните, остальное организует он сам.

— Ты что… Ты уезжаешь? — я зашептала и отчего-то схватила Артура за руку. — Не смей меня оставлять наедине с мамой!

— Твоя мама уезжает, — он легко толкнул меня в ванную, закрыв за нами дверь. — Ты злишься?

— Конечно, я злюсь! Артур, ты хоть представляешь, что устроил?

— Я выполнил свою часть сделки, — он дернул плечами, а после рывком прижал меня к себе. — Поверь, твоя мама в ближайшее время тебя не побеспокоит, и заметь, без вызова реанимации и психушки. Никто не пострадал, эго твоей родительницы не в счет. Так, у меня встреча, я и так уже опаздываю. Всё, до вечера… Козловская!

— Ты такой дурак, раз решил, что мама пропустит это шоу…

Его губы накрыли мои, и я впервые не стала сопротивляться и превращать поцелуй в сражение.

— Тебе не кажется, что всё зашло слишком далеко? — я сделала глубокий вдох, словно и не дышала до этого вовсе. Ноги задрожали, по коже побежали колики, а сердечко запертой пташкой застучало «тух-тух-тух…».

— Ты о чем? О сексе? — Артур в привычном жесте поднял мою голову, чтобы не смела прятать глаза. — Так клин клином вышибают. Поговорим об этом после свадьбы. А если о скандале и истерике твоей мамы, так просто подумай, разве в наших ненормальных семьях может быть как-то иначе? Всё, я убежал…

Прижала трясущиеся пальцы к губам, стыдливо подняла глаза на своё отражение в зеркале. Кажется, я попала…

Это какой-то сон чокнутой принцессы.

Неправ Козловский. Говорит, чтобы я не искала в нём принца?

Тогда кто он?

Да, немного ненормальный, помятый жизнью, циничный, наглый, хамоватый. Но был среди всего этого спорного и один неоспоримый факт — он честный.

Его правда порой бьет наотмашь, как отрезвляющая пощечина. Вот только целью является не унижение, а оздоровительная терапия. Клизму тоже ставить неприятно, зато полезно… Говорят.

— Зоря! Немедленно выходи, а то мы опоздаем! — раздалась команда Любы.

Не знаю, какого черта моя чокнутая подруга притащила фотографа, но, с другой стороны, нужно пользоваться моментом.

И всё закрутилось… Примерка, макияж, прическа, позирование перед объективом камеры. И когда я услышала заветное: ВСË… за окном уже опускались сумерки.

Когда я наконец-то вышла из спальни, отец, сидящий на пуфике у входа, присвистнул и вскочил.

Я украдкой посмотрела на себя в зеркало и замерла. Красиво… Платье, и правда, было просто идеальным. Выйди я замуж во второй раз, непременно выбрала бы точно такое же! Строгое, но при этом игривое, простое, но шикарное, вроде закрытое, а полупрозрачная ткань гордо выпячивала все мои достоинства.

Сердце сжалось от восторга… А в мыслях закрутилась противная навязчивая мысль: «Зоря, не верь… Это все понарошку. Это сделка, и не более…».

— Это будет самая идеальная свадьба! — шепнула Люба, накидывая мне на плечи светлое кашемировое пальто.

Но как же сильно ошибалась моя подруга…