Глава 10

Чужие губы мазнули по обнажённой коже, заставляя тело дрогнуть и покрыться мурашками. На моё счастье, Роман не выпустил клыки и лишь тянул из раны кровь, как мог бы пить коктейль через трубочку. Некстати пришла в голову мысль, какова же кровь для вампиров на вкус. Могла ли она иметь разные привкусы? Отбросив глупую мысль, я посмотрела на Рому, глаза которого снова сверкнули алым пламенем. С трудом я подавила порыв отшатнуться от него. Я не должна бояться своего спасителя. Если бы его не было сейчас рядом, у меня не было бы шанса выжить! И вдруг передо мной возникло видение. Маленький мальчик изо всех сил стучится в запертую дверь и плачет. Его окружает кромешная темнота. Вынырнув из видения, точно из океана мутных вод, я почувствовала, что малые волшебные силы исчерпались всего от единого раза использования. Возможно, всему виной было моё сильное волнение. Постепенно холодная рука Романа, который удерживал моё запястье, как будто становилась теплее. Вдруг он выпустил мою руку и тихо охнул, привалившись к стене. – Твоя кровь очень необычна… Её много не выпьешь. – Кстати об этом, – заговорила я, роясь в кармане пиджака в поисках платка или лейкопластыря, которые всегда теперь носила с собой, с тех пор как порезала руку шипами злосчастной розы в медцентре. – Почему ты просто не можешь выпить кровь этих мёртвых людей? – Она отравлена смертью, – после короткой паузы отозвался мужчина. – Вампиры не могут поглощать кровь мёртвых. – Тогда я не понимаю… Не проще ли держать этих людей взаперти живыми и брать у них кровь? Зачем их убили? – Хороший вопрос. Подожди немного, и я отвечу. Только освобожусь от этих раздражающих верёвок. Я хотела передать кинжал его хозяину. Но не успела. Прямо на моих изумлённых глазах в воздухе сверкнула молния, заключив всю фигуру Романа в сияющий ореол. Вампир с лёгкостью сбросил верёвки, словно они были не крепко связаны, а просто лежали поверх него. Также легко он скинул верёвки на ногах. – Моя сила возвращается, – объяснил он, встав с пола и разминая затёкшую спину. Затем мужчина склонился над одной из жертв и чуть слышно вздохнул, – это было «смертельное пиршество». Оно необходимо при инициации новых вампиров… – Ты хочешь сказать, что при создании новых вампиров требуется смерть человека? – новые знания заставили меня задрожать без видимой причины. – Истинные вампиры, которые передают свою силу через родовые узы, не нуждаются в умерщвлении жертвы. Такие убийства, как полное поглощение крови из тела человека характерны при создании сумеречных монстров, стригоев. Это низшая разновидность вампиров. Они отличаются от простых вампиров тем, что подчиняются приказам создателя и практически не имеют собственного сознания. Они – кровожадные и не имеют чувств, кроме вечной жажды. – Так значит Ваня – обычный вампир. Ну хотя бы так. – Ваня? Ты хочешь сказать, твой друг – вампир? В парке он прекрасно себя контролировал. Хочешь сказать, он – обращённный? – Да! Но не сумеречный монстр! Даже не думай охотиться на него! Или я тебя возненавижу, – я мысленно ругала себя за то, что выдала чужую тайну. И почему меня вдруг потянуло на откровенность? – Я не буду охотиться на вампира, если он не убивает людей, и у меня нет веских тому доказательств. Хотя я бы на твоем месте не стал сближаться с вампиром, если в его жилах не течет кровь охотников на нечисть. Мне неприятно твоё отношение… Но сейчас не время выяснять, кто из нас прав. Надо выбираться отсюда. Боюсь, тебе неприятно будет видеть, как я работаю. Но иначе нам отсюда не выбраться. – Есть ли что-то, чем я ещё могу помочь? – тихо спросила я, не чувствуя в себе не малейшей крупицы силы. – Да, помоги мне расклеить по комнате печати света. – Печати света? – я растерялась. – Да. Мамины талисманы… Она учила меня делать их, когда я был совсем маленьким. С этими словами Роман извлёк из кармана брюк небольшие украшенные затейливым рисунком белые бумажки и отдал половину мне. – Мы используем все. Их энергия позволяет приклеиваться к любой поверхности. Располагай листочки на уровне глаз. Мы заклеим ими всю комнату, и заключим врага в ловушку. – Они смертельны для вампиров? – В большом количестве. К сожалению, на их создание тратиться магия шамана и кровь вампира. Так как я не обладаю теми же способностями, что и моя мать, я могу создавать лишь по пять штук в месяц. – Но сейчас ты хочешь потратить их все разом, чтобы выбраться отсюда? – Потому что мы сейчас в «вампирском гнезде», а я практически безоружен. И нужно защищать тебя, —отмахнулся Роман, по лицу которого с головы всё еще стекала струйка крови. – Ты уверен, что с твоей раной всё будет хорошо? – Не волнуйся. Такое со мной уже случалось. Всё затянется, не останется даже следа. Такова замечательная регенерация вампира. – Последние слова он произнёс хмуро, словно ему была противна сама мысль о том, кто он есть по своей природе. После этого Роман сделал знак, чтобы я двигалась к правой стене, а сам шагнул к левой. Я, чувствуя тошноту, переступала через мёртвые тела и старалась не смотреть на трупы. Шаг один, второй, третий… Талисманы приклеивались к стене словно на скотч, хотя липкого слоя у них не было. Видимо, их принуждала так делать копившаяся в них энергия. Через четверть часа мы обклеили всё помещение белыми бумажками.