Глава 6

Следующие несколько дней прошли быстро и без происшествий. Я осваивалась на новой работе, пила чай с коллегами во время коротких перерывов, выбивала чеки и талоны посетителям, распечатывала договора. Роман Алексеевич практически не покидал свой кабинет, принимая посетителей. Один раз к нему пришла рыжеволосая длинноногая красавица, и её не было среди пациентов. – Здравствуйте! Я невеста Романа Дубова, где я могу его найти? – спросила девица, тряхнув длинными серьгами, свисающими на тонких ниточках золота. – Сейчас у него приём в восьмом кабинете, но загляните к нему, возможно, он вас примет, – отрапортовала нахмурившаяся Алина, которая, похоже видела девушку в первый раз. – Спасибо, вы так любезны, – не искренне улыбнулась рыжая, и окинув быстрым взглядом нас с Алиной добавила, – меня, кстати, зовут Виктория Сергеевна, приятно познакомиться. – Нам тоже приятно, – отозвались мы в один голос, тут же вспомнив, что согласно правилам приличия нам тоже необходимо представиться. – Я —Света. – Я – Алина. – Будем знакомы, я здесь часто собираюсь появляться, – чуть усмехнулась каким-то своим мыслям Вика и прошла к очереди в восьмой кабинет. Едва она ушла, как Алина в раздражении отбросила от себя папку с файлами: – Ведёт себя здесь словно хозяйка. А сама – лишь интрижка на одну ночь. Я растерянно улыбнулась: – Алина, тебе нравится Дубов? – Да, и что в этом такого? – разъяренно фыркнула девушка. – Он – очень ответственный врач, к тому же видный мужчина. Однажды я записала к нему на приём мою бабушку, и та до сих пор нахвалиться не может, какой он замечательный. А ты что же, тоже на него глаз положила? Я чего-то не знаю? Мне очень не хотелось, чтобы в рабочем пространстве пошли слухи о том, что я устроилась на работу благодаря директору. Поэтому я просто отвернулась, делая вид, что занята тем, что составляю расписание на завтрашний день и оставила вопрос без ответа. Повезло, что в эту минуту распахнулась входная дверь, и к Алине подошёл посетитель. «Невеста» Дубова покинула кабинет Романа необычайно быстро. С нами она прощаться не стала – стрелой пронеслась к выходу, на лице застыло обиженное выражение. «Кажется, директор не приемлет свидания во время рабочего дня», – подумала я, и на душе вдруг стало светлее. Я застыла, поражённая мыслями, пришедшими в голову. Кажется, я тоже неравнодушна к чарам нашего босса. *** Вечером того же дня я шла домой, звонко постукивая каблучками по асфальту. Отчаянно ныла поясница после длинного рабочего дня, проведенного на неудобном маленьком стуле. На минуту я ослабила бдительность, вдыхая свежий, пропитанный запахом летних трав воздух, и не заметила, как незнакомец за спиной вдруг ускорил шаг. Очнулась я лишь когда неизвестный рванул сумку с моего плеча и понёсся с ней прочь. Не удержавшись на каблуках, я полетела на асфальт и больно поранила коленки. – Держи вора! – Закричала я, не слишком надеясь на помощь. Я шла по безлюдному больничному переулку, людей здесь не было. Внезапно меня объехала знакомая машина и понеслась следом за похитителем. Я узнала за рулём Романа Дубова. Он резко развернул машину так, что перегородил вору дорогу. Затем выскочил из машины и поймал рванувшего в сторону от машины преступника. Заломив ему руку, он отобрал мою сумку и вызвал милицию. Пока я поднималась с асфальта и отряхивалась, Роман видимо позвонил кому-то знакомому, и скоро напротив медицинского центра остановилась новенькая полицейская машина. Мужчина, представившийся Геннадием Петровичем Самсоновым, оказался следователем и по счастливому совпадению – другом директора. Геннадий надел на преступника наручники, затем усадил преступника на заднее сиденье, и достаточно быстро взял показания у меня. Он хотел отвезти меня в участок, но Роман, сославшись на позднее время, уговорил его не забирать меня туда. Мне же ничего не хотелось так сильно, как попасть домой. Но мои ссадины на кровоточащих коленках ныли и болели. Роман взялся меня подвезти, хотя я снимала квартиру совсем близко от медицинского центра. Я не торопилась сесть в машину. Прежде всего я устроилась на деревянной скамейке в больничном дворике и стала рыться в сумке, проверяя, все ли мои вещи на месте. Оказалось, что разбился флакон любимых духов, но все остальные вещи не пострадали. Воздух заполнился ароматом белых лилий. – Спасибо, что догнал вора, – смущенно проронила я, обтирая сумку изнутри батистовым платком. – Я должен подвозить тебя по вечерам, когда ты поздно заканчиваешь. Прости, что не подумал об этом раньше, – вздохнул Роман, и я вдруг заметила на его лице глубокую царапину. – Рома, ты пострадал. Сядь рядом со мной, у меня есть хлоргексидин и лейкопластырь. Обработаю ранку и заклею…. – Может не стоит? Это такая ерунда. Само пройдёт. Этот гад меня поцарапал прям как женщина, – отмахнулся Роман, но я, достав баночку с раствором и ватку, поманила его к себе. Внутри что-то сладко ухнуло, когда Роман присел на скамью рядом со мной и доверчиво подставил лицо, прикрывая глаза. Оказалось, у него длинные ресницы, совсем как у каких-то известных моделек— целые черные веера. Я быстро обработала ранки, потом вернулась к проблеме собственных коленок. Обтирая их чистой ваткой, я заметила, как Рома жадно смотрит на меня. – Твоя кровь пахнет как вишнёвый ликёр, – неожиданно сказал он, и я выронила из рук ватку. Неужели? Неужели, Роман – ещё один вампир на мою голову? – О чём ты говоришь? – Я всмотрелась в его глаза, бывшие ещё недавно серебристо-серыми и резко отшатнулась. На меня смотрели ярко—алые глаза, такие же, какие я совсем недавно видела у Вани. – Говорю, что мне нравится запах твоей крови, – абсолютно спокойно ответил Роман. В этот момент туча, закрывавшая солнце, пролетела по небу дальше. Стало светлее, и глаза Романа снова стали серебристо-серыми. Я решила, что мне померещилось. Если друг детства стал вампиром, не значит, что абсолютно все окружающие меня люди тоже перевоплотились. – Прости, напугал тебя? Я с детства чувствителен к запахам. Совсем как тот главный герой в сериале «Нюхач», помнишь? – Но зачем тогда ты посвятил свою жизнь медицине? Мог бы, к примеру, стать парфюмером. – Моя мама долгое время страдала от малоизученной болезни крови, а потом скончалась. Я хотел лечить людей, так же зависимых от открытий медицины. – Понятно. Ну что ж, поехали домой. Если ты не против, угощу тебя чашечкой ароматного чая. – С удовольствием приму приглашение, – тепло улыбнулся мужчина.