Глава 59

Страшно становится. Как никогда раньше.

Сейчас я имею то, что приносит мне радость и крутые эмоции. Я ощущаю себя значимой, иногда даже любимой, хоть и вряд ли Ян любит меня. Играется, что-то чувствует, но это не всерьёз. Так, мальчишечья забава.

Плевать. Я рада, что скоро у нас появится ребёнок. Он будет расти в полноценной семье.

Но этот парень, журналист, всё портит.

– Ян… – сильнее сжимаю его ладонь и пытаюсь держаться перед толпой, не выдавая своих эмоций. Делаю шаг вперёд, желая как можно быстрее оказаться подальше от этого места и этих людей. Я всё ему докажу. Он не верит, но я смогу. Покажу переводы в фонд.

Лишь бы пошёл за мной, а не поверил ему!

Но…

Сердце за секунду разбивается вдребезги.

Бестужев останавливается. Оборачивается, направляясь к журналисту. Неожиданно хватает его за ворот футболки, притягивает к себе. И со всей дури заряжает кулаком! По лицу!

Все вокруг ахают, а я пищу от неожиданности. Тот парень отлетает назад, падая в толпу прессы. На белоснежной футболке появляются пятна крови.

– Жёлтые газетёнки, – цедит сквозь зубы Бестужев. Его грудь раздувается от тяжелого дыхания и злобы. – Если я ещё раз подобное услышу в сторону своей будущей жены и матери моего ребёнка, сотру с лица земли. И вас, и вашу помойку, в которой вы работаете.

Что он говорит? Что делает? Совсем не думает о своей репутации?

Все продолжают фотографировать Яна, а он спокойно отворачивается от толпы. Возвращается обратно ко мне, хватая за запястье и уволакивая за собой. А я всё ещё в ступоре. Мне даже сказать что-то не хватает сил. Страшно.

Вижу розоватого цвета кулак с капельками крови и дышать боюсь.

Поэтому, как мышка, сажусь в машину и молчу весь путь. Напряжённая тишина давит аж до дверей квартиры Бестужева.

В коридоре я не выдерживаю.

– Это неправда, – произношу ещё раз. – И хоть ты снова меня не выслушаешь и, возможно, психанёшь…

Я делаю паузу.

Нет, всё, больше никаких вступлений.

– Тогда, после ресторана, я была искренней. Говорила правду про тех мужчин и аборты. Да, я дура. Да, у меня целая ферма тараканов. Я пыталась заработать на этом. Выжить. А потом втянулась. Начала помогать другим. Слова того журналиста – его правда. Но не моя. Я напичкала его снотворным и ушла. Я разводила его так же, как и остальных. Но, Ян…

Он стоит ко мне спиной, и я хватаю его за одежду.

– Я ни с кем из них не спала. У меня был всего один мужчина. Тот, кого я искала.

– Искала? – дёргается. – Почему в прошедшем времени?

– Просто… Я его нашла.

Всё. Хватит врать. Либо сейчас, либо после свадьбы, которой, возможно, не будет.

– Он стоит передо мной и в данный момент дуется.

Босс усмехается.

Опять не верит?

– Почему дуется? – летит неожиданный вопрос.

Это всё, что его волнует?

– Не знаю. В прошлый раз ты слишком негативно воспринял ту информацию о моих авантюрах, а теперь спокоен. Но вот-вот будто закипишь, как чайник. А ещё никак не реагируешь, когда говорю, что ты стал моим первым. Не веришь, да? Но я могу доказать. Доказать то, что мы были в одном отеле. И переспали.

Он оборачивается. Карие глаза действуют на меня словно дефибриллятор. Он смотрит – и меня встряхивает. Даёт заряд сил и жизненную энергию. Вытаскивает из бессознательного состояния.

Потому что он… Улыбается?

Чего? Почему он такой счастливый?

Подходит ко мне, обвивая за талию и притягивая к себе.

Обнимает…

Ничего не понимаю.

– Так, значит, тем незнакомцем был я? – спрашивает, уточняя. Интересно… Он правда ничего не помнит? Или какие-то кадры посещали голову?

– Да, и Тарас Романович может всё доказать…

Об упоминании общего знакомого Бестужев стискивает зубы.

– До сих пор его простить не могу.

– В смысле?

Опять эта тёплая умопомрачительная улыбка.

– Знаю я всё, Маргаритка, – ошарашивает меня. – Верю тебе. Я правда был твоим первым. Помню ту ночь. Не до мельчайших подробностей, но… Она была незабываемой. Думал, с ума сошёл. Что перед глазами моя помощница. А оказывается… Я и правда стал очередной твоей жертвой, которую ты не запомнила. Что очень опрометчиво с твоей стороны. Напиши ты мне, как и всем, что тебе нужны деньги на аборт… Я бы забрал тебя и жизнь в сказку превратил.

Моргаю. Быстро-быстро.

Все его слова не укладываются в голове.

– И как давно ты знаешь?

– Давай не будем, а? – вижу эту неловкую улыбку и бешусь.

– Ян!

– Ну, около недели. Может, двух. Или… трёх.

Рука начинает чесаться. Я сейчас вмажу ему.

– Но прежде, чем ты захочешь меня ударить, у меня встречный вопрос. Ты ведь поняла, что это я. Почему молчала? И как узнала, если у тебя амнезия той ночи?

Я нервно смеюсь.

– А я вот всего пару дней знаю! – кричу в своё оправдание. – Парик свой у тебя нашла. Вот, кстати, не понимаю, как меня узнают без него…

– Просто у тебя черты лица запоминающиеся. И энергетика бешеная. Заряжаешь всех. Притягиваешь.

Я смущаюсь и отвожу взгляд в сторону. Нервно трогаю его за воротник рубашки.

– То есть это всё? – спрашиваю его. – Больше никаких игр?

– А ты игралась со мной? – раздаётся насмешливо.

Чёрт…

– Нет.

– Врушка.

Утыкаюсь носом в его грудь.

Боже… Всё закончилось. Больше не нужно бояться, что он не поверит.

– Вы меня по трусам узнали, да? – вдруг доходит до меня.

– Да. Те, с ананасами, были моими любимыми.

– Теперь они и мои любимые, – обнимаю своего босса.

– Ну, я обещания свои держу. Своей коллекцией поделюсь.

Смеюсь ему в торс.

Забавно…

– Больше ничего сказать мне не хочешь? – раздаётся над головой.

– Хочу, – закусываю губу и вскидываю взгляд. – Но боюсь, вы сейчас выставите меня за дверь.

– Рискни. Может, ты зря переживаешь?

– Ну, даже если и нет, у вас уже выбора не будет. Представьте, что я вас приковала к батарее наручниками. Но только к себе. И у вас нет шанса сбежать от меня.

– Звучит не страшно.

– Хорошо, – закусываю губу. – Помните… я сказала вашим родителям, что беременна?..

– Помню, – одобрительно кивает, сверля тёмным взглядом.

А я собираюсь с духом. И наконец выпаливаю:

– Это была не шутка.