Глава 10

Конечно, мстить собственному боссу – ставить себя под удар.

Но если сделать все беспалевно, по четко отработанной схеме – почему бы и нет?

Он ведь все равно не узнает, что это была я. Естественную реакцию организма никто не отменял.

Поэтому, подсыпав в чай и в бутылку воды снотворного, с замиранием сердца ожидаю, когда Бестужев начнет зевать. А потом вырубится на совещании. Или после него. Мне все равно где. Главное, что за это я смогу пристыдить его и дальше шутить про бессонную ночь.

Но только что-то идет не по плану, и Ян Александрович – ни в одном глазу.

Слежу за каждым его жестом. Движения, наоборот, становятся резче и четче. Мускулы под рубашкой прочерчиваются так, будто шеф только сильнее напрягается.

Непонятно…

Он что, спать не хочет?

Сидит вон, воду хлещет. Там тоже снотворное. Готова уже сама взять бутылку и проверить, но все-таки не рискую.

Нет, он должен уснуть. Вот-вот. Десять минут прошло с того момента, как он выпил чай.

Улыбнувшись своим мыслями, наклоняюсь к Бестужеву, отдаю ему документы.

И выжидаю.

Только он нервным почему-то становится. Не действует ничего.

В какой-то момент он поднимает взгляд, и я надеюсь увидеть закрывающиеся зенки. А вместо этого… В глазах огонь. Желание. Ярость. Злость. Гребаный тайфун эмоций. Такого я никогда еще не видела.

– Что-то случилось? – голос мой подрагивает. Неужели мой план провалился? Снотворное впервые дало осечку? Ничего не понимаю!

– Нет, – чеканит, отрезая. Тут же отворачивается. Все совещание стою как на раскаленных углях, не понимая, что пошло не так. Ян точно уже должен лежать лицом на столе и спать, пуская слюни. А он тем временем говорит лишь яростное «нет», раз за разом отклоняя все, что предлагают профессионалы. Когда такое было? Причем идеи классные, а он… Рубит все, что слышит.

Когда совещание заканчивается и все пулей вылетают из кабинета, я решаю уйти вместе с остальными. Тихонько, как мышка.

– Маргарита Сергеевна, – говорит Ян сквозь зубы. – Останьтесь.

Прирастаю к полу. Вжимаю голову в плечи. Киваю.

Дверь закрывается, и я, рискнув, оборачиваюсь, боясь увидеть у себя за спиной взбешенного буйвола.

Ян Александрович все еще сидит за столом.

– Да?

Что-то как-то и шутить настроения нет.

– Сегодня вы остаетесь допоздна. Если потребуется – до завтрашнего утра. Как и все те, кто только что вышел из этого кабинета. Будете изучать и дорабатывать эти проекты. Завтра они должны лежать у меня на столе. Идеальные, готовые на все сто. Понятно объяснил?

– Понятно, – киваю, испугавшись. – Что-то еще?

– Да. Сядь, – властно чеканит и указывает на стул рядом с собой. Я, как примерная девочка, семеню к столу, взмахивая воображаемым хвостиком и поджав такие же ненастоящие ушки. Плюхаюсь рядом. Одновременно с этим босс буквально вылетает из-за стола. – Свободна.

И уходит.

Хоть он мне это и сказал, сижу на нервах, кусаю губы.

Ничего не понимаю.

Снова встаю и как раз слышу знакомый голос.

– Куда это он?

Оборачиваюсь, замечаю Тараса Романовича. Пожимаю плечами, задаваясь тем же вопросом.

– Его сегодня какая-то муха укусила. Злющий до ужаса.

– Правда? – усмехается, приближаясь ко мне. Останавливается у стола, рядом со мной. Тянется рукой к бутылке, в которую я как раз залила снотворного. Перехватываю ее до того, как к ней дотягиваются его пальцы. Пододвигаю другую. Вижу вопросительный взгляд.

– Она уже начатая, – объясняю, улыбнувшись.

– А-а. Неудивительно, такая жара.

– Возможно, да, головку напекло.

Глупый разговор, учитывая то, что мы находимся в офисе с кондиционерами на каждом шагу.

– Пожалуй, зайду к нему позже.

– Да, потом, – киваю, замечая, что Тарас странно на меня смотрит. Неожиданно наклоняется ко мне и улыбается.

– Глаза у тебя красивые.

– Спасибо, – на мгновение теряюсь от его комплимента.

– Не подумай, не клеюсь, говорю правду.

– А что, я недостаточно хороша, чтобы ко мне клеиться? – срывается с губ профессиональный флирт. Боже, почему именно сейчас?

Благо Тарас оказывается не занудой, воспринимает все как шутку, и мы свободно разговариваем. Вспоминаем вчерашний вечер, отчего у меня начинает гореть попа. Вот почему мой план мести не удался, а?

Заговорившись, не замечаю, как откручиваю крышку бутылки и делаю несколько глотков. Что же эта жара творит! Ужас!

Резко останавливаюсь и чуть не выплевываю все изо рта прямо на рубашку Тараса Романовича.

Дерьмо!

Я только что выпила половину бутылки со снотворным!

И теперь усну? А может, нет? На Яна не подействовало.

Нужно будет глянуть на срок годности…

Думаю, что ничего не произойдет, и расслабляюсь. Продолжаю разговаривать с мужчиной, который вдруг переключается с одной темы на другую. Заходит речь про какой-то клуб, и я мотаю головой, когда он спрашивает название. Хотя прекрасно его знаю.

Первое правило – меняй местоположение. Вот и я его меняю. Поэтому многие клубы этого города я знаю как свои пять пальцев.

До чего ж докатилась…

Неожиданно становится еще жарче, а во рту адски сушит. Чуть еще раз не отпиваю оставшуюся воду из бутылки. Вовремя себя одергиваю и беру другую.

Что-то мне нехорошо… Облизываю губы и несвойственным мне жестом заправляю непослушные волосы за ухо. Они отпрыгивают, возвращаясь на прежнюю позицию.

Вот когда их кто-то приручит, как льва, – полностью отдамся тому человеку. Пока же есть плойка, но жечь свои волосы я отказываюсь!

Поднимаю взгляд и почему-то не могу оторваться от пухлых губ Тараса.Пухлых? Что-что?

Я когда вообще такое замечала? Вижу его в сотый раз, а только сегодня обратила внимание.

Упираюсь ягодицами в стол и крепко сжимаю бедра.

Мамочки, это что вообще такое, а?

Низ живота приятно тянет, а затем невообразимая волна ударяет прямо между ног.

Вместо сна на организм накатывает возбуждение.

Пипец…

Запускаю пятерню в волосы, сжимаю корни и пытаюсь прогнать навязчивую мысль поцеловать кого-нибудь. Почему-то в голове всплывает Бестужев. Он ведь не откажет мне в просьбе?

Стоп. Какая, к черту, просьба? Совсем долбанулась?

– С тобой все в порядке?

Забываю про мужчину.

– Да-да, – активно киваю.

Неожиданно в зал для совещаний влетает Алиса. Та самая подруга, которая была со мной в ту ночь в клубе.

– Маргарита Сергеевна, босс зовет. Очень срочно. А вас, Тарас Романович, попросил прийти позже.

– Правда? Прямо так? – усмехается он.

– Нет, не так. Там было немного мата.

– Хорошо,– улыбается. Проходится по мне взглядом. – Ладно, поговорим как-нибудь потом, иди.

Я киваю и срываюсь с места. Хочу побежать в туалет, попытаться унять дрожь там. Хотя бы плеснуть в лицо холодной воды. Потом выяснить причину происходящего. Но вспоминаю обезумевшего Бестужева и бегу в его кабинет. Не успеваю войти, как меня хватают мощные руки и припечатывают к той же самой двери, которую шеф закрывает одним мощным хлопком.

Нависает надо мной, обдавая сказочным ароматом.

А он всегда так вкусно пах, м-м-м?

Черт, а какое у него тело все же роскошное… Правду о нем говорят девчонки.

– Тихомирова, – рычит на меня. Но не пугаюсь. Наоборот, сильнее зажигаюсь. От его дыхания плотнее вжимаюсь в дверь. Его близость действует на меня… Необычно. Никогда не рассматривала Яна Александровича как сексуальный объект. Нет, ну, может, и рассматривала… Но не до такой степени, что сама укладываю ладони на его торс. – Ты что за херню в ту бутылку подмешала, а?

Ой, мне б самой знать, босс…