Глава двадцать вторая

Ленка появилась на моем пороге уже в подпитии, притащив с собой початую бутылку вина. Зареванная, с опухшим носом и потеками туши на щеках бросилась мне на шею, едва не сбив с ног нас обеих. Из ее всхлипов и завываний я толком не могла понять суть трагедии, но то, что это все как-то связано с Никитой, уловить удалось. Кое-как отправила подругу умываться, а сама в это время спрятала вино в холодильник, решив заменить его крепким кофе. В ящике отыскалась нетронутая пачка печенья с шоколадом — может, сладкое отвлечет подругу на некоторое время. Гормон радости все-таки.

— Все, я успокоилась и стала похожа на человека, — Ленка плюхнулась на стул, складывая руки на стол и роняя на них голову. — Куда ты дела мою полусладкую прелесть, ведьма?

— Чего ты там бубнишь? Ничего не понимаю, — пропела, нарочно игнорируя вопрос. — Сейчас ты съешь печеньку, а после внятно расскажешь мне, как докатилась до алкоголизма в понедельник. Первый рабочий день недели, имей совесть. Папочка твой явно не обрадуется, когда любимая дочь завтра на планерке будет дышать перегаром на коллектив, — разлила кофе по кружкам, добавляя в свою немного молока.

— Потому что все мужики — парнокопытные. Даже если на первый взгляд кажутся идеальными, — Ленка сделала первый глоток и тут же скривилась. — Хоть бы сахар добавила. Пожалела для лучшей подруги нескольких ложек?

— Жуй печенье, подруга, — толкнула пачку в ее сторону. — Это тебе за мои нервы. Извелась вся, пока дождалась твою пьяную тушку, — Ленка нахмурилась, но печеньку стащила.

— Я не понимаю, Сонь. Все было хорошо, он ночевал у меня, кормил завтраками, а сегодня я захотела как-то уже обозначить наши отношения. Ну, для собственного спокойствия, — вижу, как губы начинают дрожать.

— А ну не сметь рыдать! — даже прикрикнула, грозно ударяя кулаком по столу. Обе хихикнули.

— Ладно, я постараюсь. Спрашиваю у него про статус нашей пары, а он так на меня глянул, будто я заявление в ЗАГС подала без его согласия. Сказал, что нам было хорошо вместе, а сейчас я все испортила своими серьезными разговорами. Заплатил по счету в кафешке и сбежал, чмокнув в щеку на прощание. А потом еще сообщение это дурацкое меня добило. В общем, я сбежала с работы, а дома как раз были некоторые запасы, — подталкивает телефон ко мне, вгрызаясь в очередное печенье.

«Все было супер, детка, но я не встречаюсь. Звони, если станет скучно ночью».

— Вот мудак, — погасила экран телефона, чтобы Ленка лишний раз не вчитывалась в это несчастное сообщение. — Улыбнись, солнце мое. Он еще сто раз пожалеет, а ты у меня сокровище, которое достанется самому лучшему мужчине на этой планете. И не хмурься — морщины появятся, замучаешься по косметологам бегать.

— Не везет нам с тобой на мужиков. Я уже думала гадалку какую-нибудь найти. А вдруг, и правда, порча? — я чуть кофе не подавилась, когда услышала такое от скептика до мозга костей.

— Все, допилась до белочки? Эх, такая молодая, а теперь все, смирительная рубашка вместо дизайнерских платьев. Но ты не расстраивайся, я буду таскать тебе тушь и румяна, если буянить сильно не станешь, — Ленка шутливо стукнула меня кулаком в плечо, а я была рада, что она, наконец, улыбнулась.

— Не зря они с твоим дружат. Тридцать лет мужикам, а все бы перепихнуться только.

— Он не мой, — буркнула, уткнувшись в кружку.

— У меня брату сводному четыре, так он уже себе жену в детском саду застолбил. Игрушки таскает с самыми серьезными намерениями. Недавно родителей вызывали. Он, оказывается, какого-то парня лопаткой избил в песочнице за то, что тот разрушил замок его избранницы.

— Вот это мужчина растет!

— Была бы ты, Сонька, помоложе… — обе засмеялись, поделив последнюю печенюху из пачки.

Еще немного поболтали, совершенно позабыв о бутылке, которая томилась в холодильнике. Вспомнили ближе к ночи, но коллективным разумом пришли к выводу, что вставать завтра рано и головная боль совершенно не порадует с утра. Отложили до лучших времен. Ленка уехала к себе, а я с чистой совестью завалилась в постель, прикидывая перед сном объемы работы, которая меня ждала.