Глава сорок вторая

Оборачиваюсь и вижу знакомое лицо, которое слегка расплывается от всего выпитого мной спиртного. Я настолько хочу забыться, что совершенно не обращаю внимание на то, что когда-то всеми возможными способами пыталась избежать общества этого человека. Выпитые коктейли берут верх, я посылаю всё далеко — к чёрту — и просто забрасываю руки ему на шею, позволяя мужским ладоням и дальше путешествовать по моему телу.

Марк пытается что-то шептать мне на ухо, но я слышу лишь громкие басы из колонок. Поворачиваюсь обратно к нему спиной, обнимаю одной рукой и просто отдаюсь плавному ритму звучащей мелодии. Чувствую горячее дыхание в волосах, мужчина лишь сильнее прижимает меня к себе, задирая край моего сарафана до катастрофически неприличной длины.

Подруга пытается помешать нам, но я только отмахиваюсь от её назойливых рук, закрываю глаза и уплываю куда-то далеко. Туда, где нет никаких обид и боли от предательства. Туда, где приятные тёплые волны мягко обнимают всё тело, затягивая в пучину безразличия. Я не хочу ничего чувствовать. Не хочу вспоминать мужчину, который сумел забраться под мою броню и вонзить острый нож в самое сердце, провернув его так, что я перестала дышать.

Знакомое женское лицо растворяется в толпе, Марк тянет меня куда-то в сторону и достаёт маленький пакетик, наполненный какими-то цветными круглыми таблетками.

— Хочешь уплыть в нирвану, принцесса? — киваю, услышав знакомое обращение. На миг мне кажется, что передо мной стоит Артем, но через секунду наваждение испаряется, а у меня во рту оказывается что-то горькое.

Машинально сглатываю, только после осознав, что проглотила что-то запрещённое. Дёргаюсь в сторону от Марка, в защитном жесте выставляя перед ним ладонь, но парень легко отбрасывает её и прижимает меня к стене. Мне не нравятся его жадные прикосновения, но тело будто не слушается. Я не могу даже хоть немного отодвинуть мужчину, потому что конечности ощущаются какими-то ватными. Тело становится просто оболочкой. Я словно не в этом месте.

В клубе темно и шумно, никто не приглядывается — каждый занят своим делом. Надеяться на то, что кто-то заметит возню у плохо освещённой стены, было бы огромной глупостью.

Как же всё-таки хорошо, что Ленка у меня очень ответственная. Подруга притащила с собой поддержку в виде грубой мужской силы, так что парня быстро от меня оттаскивают. Мне нет дела до него. Я просто быстро бросаюсь в сторону туалета, где меня выворачивает в одной из, огромная благодарность уборщицам, относительно чистых кабинок.

На подкашивающихся ногах подхожу к раковине, с помощью которой могу избавиться от горечи во рту. Сплёвываю воду и прикладываю холодные, в капельках воды ладони к щекам. Отражением в зеркале можно пугать людей по ночам: размазанная помада, чёрные потёки туши на щеках и абсолютно стеклянный взгляд.

Макияж хотя бы можно поправить.

Мне настолько стыдно перед людьми, которые пришли меня поздравить, что я просто не могу вернуться обратно к столику. Хорошо, что через пару минут в помещении появляется Лена.

Она сразу обнимает меня, гладит по голове, успокаивает словно маленького ребёнка. Всхлипы постепенно стихают, дыхание становится ровным. Я отстраняюсь и беру в руки стакан, кажется, с водой, который девушка заботливо принесла с собой.

— Ну, маленькая моя. Всё пройдёт. Зря я всё это затеяла, нужно было просто притащить тебе самый большой тортик и устроить вечер сопливых мелодрам, — киваю утвердительно, срываясь на нервные смешки.

До чего я докатилась с вашей этой любовью. Жила как-то без неё — и начинать не стоило.

— Домой хочешь? — снова киваю. — Пойдёт, вызову тебе такси.

— А как же остальные?

—Сонь, я всё объясню, не заморачивайся. Со всеми бывает.

Подруга уже успела захватить мои вещи и цветы, которых оказалось так много, что я едва могу обхватить все букеты. После кабинки я резко протрезвела, теперь только ощущаю дикую слабость во всём теле. Быстрее бы добраться до своей постели, из которой я в ближайшее время точно никуда не выберусь. Даже если у меня резко закончатся все продукты, а доставки закроются из-за невыясненных обстоятельств.