Глава 50

Брови Руслана взлетают вверх, после чего съезжаются на переносице. Он поджимает губы, молчит. Напряжение сковывает тело. Я не знаю, кто еще может помочь. Возможно, тренер? Но Руслан наконец коротко кивает, а я чуть ли не стону от облегчения.

Мы быстро расплачиваемся и выходим из кафе. В машине включаю Руслану запись разговора. Он спокойно слушает, не говоря ни слова. Его бешенство выдают только руки, сжимающие руль до побелевших костяшек.

Спустя время мы выезжаем из Москвы. Привычные многоэтажки перетекают в лес, который сменяется шикарными частными домами элитного поселка. Высокий забор не дает толком рассмотреть их. На въезде нас останавливает охранник. Спрашивает, куда мы и ждут ли нас. Руслан отвечает на вопросы. Я же разглядываю территорию через шлагбаум. Внутри все разделено на приличных размеров участки, обнесенные изгородями. «Фешенебельная деревня, только дома крутые, и вместо огорода ухоженный газон» — ехидничает внутренних голос. Усмехаюсь.

Охранник уходит в будку, несколько минут его нет, после чего возвращается и кивает, желая нам приятного дня. Наконец мы заезжаем не террторию поселка. Двигаемся по извилистым дорожкам вглубь и тормозим на подъездной аллее перед очередным высоким забором. Калитка рядом с воротами приглашающе распахнута. Деревянными пальцами открываю дверь машины, выхожу на улицу. Руслан уже направляется на территорию. Раскрываю рот от восхищения — огромный двухэтажный дом поражает великолепием. Приглушенные фиолетово-серые стены выложены кирпичом. Большие окна, отражающие свет солнца, не дают рассмотреть, что происходит внутри. Сбоку пристроена кирпичная веранда в цвет дома. Около забора высажены мохнатые ели.

— Руслан, милый, — мама Влада, улыбаясь, выходит из дома нам навстречу.

Она как всегда выглядит утонченно: кремовые брюки прямого покроя, белая блузка с бантом на горле и лодочки в тон наводят на мысль, что у нее сегодня либо была, либо будет официальная встреча. Волосы собраны в высокий пучок. Пара прядей спадает на лицо.

При виде меня Людмила Альбертовна перестает улыбаться и недовольно поджимает губы. Хмыкаю. Это ожидаемо.

— Влад может поспать в тюрьму, — говорю спокойно, переходя сразу к сути.

У нас обеих нет желания любезничать. Людмила Альбертовна медленно переводит взгляд с меня на Руслана и снова возвращается ко мне.

— Пройдемте в дом, — она, не дожидаясь ответа, разворачивается, направляется в сторону дома.

Мы переглядываемся с Русланом. Он пожимает плечами и идет следом. Вздыхаю, быстро шагаю за ними, чтобы не отставать.

Внутри дома светло. В огромном белом холле в самом центре с высокого потолка свисает хрустальная люстра в три яруса. Под ней находится круглый стол из темного дерева. В высокой вазе на нем стоят живые лилии. Их аромат щекочет нос. Тру его, чтобы не чихнуть.

Широкий открытый проход из холла ведет в комнату, похожую на гостиную. Напротив него зияет темнотой коридор, прямо расположена широкая лестница с золотыми перилами.

— Нам сюда, — Людмила Альбертовна указывает в сторону гостиной.

Проходим внутрь. В комнате уютно. Первым в глаза бросается камин, обложенный камнем, расположенный в центре стены справа. Перед ним стоят кожаный коричневый диван и два кресла, окружающие низкий деревянный столик. В углах расположены тумбы с вазами, в которых возвышаются белые розы. На окнах напротив камина висят изумрудные портьеры.

Мы с Русланом присаживаемся на диван, чуть не задевая коленями столик перед ним. Людмила Альбертовна устраивается в кресле со стороны Руслана. Кожаная обивка противно скрипит, когда я пытаюсь усесться поудобнее.

— Что-нибудь желаете? — мама Влада образец спокойствия.

Начинаю закипать. Ее сын в беде, а она ведет себя как ни в чем не бывало.

— У нас нет на это времени, — сжимаю кулаки.

— Кого он избил на этот раз? — Людмила Альбертовна опускает плечи, прикрывая глаза.

Негодование клокочет внутри. Не понимаю, то ли она настолько сильная, то ли ей все равно. Но не смотря ни на что Владу нужна ее помощь, поэтому я должна держаться.

— Заявление ложное, — говорю резче, чем нужно.

— Я тоже так говорила раньше, — грустно усмехается Людмила Альбертовна. — Ладно, мне нужны детали, чтобы понимать, что делать дальше.

— Вы не верите, что Влад не виноват? — мои брови ползут вверх.

— Милая, это ты с ним только год знакома, — она вперивает в меня тяжелый взгляд. — А я с ним всю его жизнь рядом, и знаю, на что он способен.

— Эра права, — серьезно произносит Руслан и включает запись на телефоне.

Голос Даниила разносится по комнате. Даже в третий раз тошно его слушать. Гусиная кожа выступает на руках. Растираю ее ладонями.

Людмила Альбертовна смотрит в одну точку на полу, вслушивается в каждое слово. На упоминании про Михаила Александровича вздрагивает, вскидывает голову.

— Это вранье, — вскрикивает возмущенно.

Нервно жую губу. Пожалуй, пришло то самое время, когда стоит все рассказать. Влад итак почти в тюрьме. Заламываю пальцы. До одури страшно сделать еще хуже, но интуиция подсказывает, что это мой шанс.