Эпилог

Спустя четыре месяца

Греюсь в лучах осеннего солнца на лавочке в сквере. Подол вельветового синего платья развивает легкий ветерок. Зайчик скачет по лицу, то и дело ослепляя меня. Телефонная вибрация заставляет разлепить глаза. Организатор свадьбы звонит в очередной раз. Честное слово, она уже достала меня. Забавная девушка с курносым носом и короткими блондинистыми волосами оказалась въедливой до жути. Мне иногда кажется, что она готовит свадьбу века или хочет изжить меня с этого света. Влад посмеивается на мои жалобы. Ему проще — он спихнул всю организацию на меня со словами, что полностью доверяет моему вкусу.

Со вздохом поднимаю трубку. Разговор ограничивается парой минут. Ее интересует цвет салфеток. Стукаю себя кулаком по лбу. Серьезно?! На самом деле такие мелочи отвлекают, не дают зациклиться на тревожных мыслях, которые все еще иногда посещают меня.

После той ночи, когда Влад сделал мне предложение, мое состояние наконец стало улучшаться. Мария Степановна внимательно выслушала наблюдения, посетившие меня. И мы начали работать в нужном направлении. С поддержкой близких и под неустанным контролем Влада я смогла выбраться из пучины кошмарных снов и навязчивых мыслей. Страхи хоть и не ушли полностью, но стали слабее. Я теперь спокойно могу находиться одна дома, не врубаю везде свет, не оглядываюсь в темноту. Иногда бывают тяжелые ночи, но когда я просыпаюсь и чувствую сильные руки Влада, прижимающие меня к его телу, облегченно выдыхаю. Он рядом, а значит, я защищена от любой опасности.

А еще я вернулась к работе. Устроилась в рекламное агентство юристом, и теперь не сижу дома целыми днями. Влад возмущался, был категорически против, говорил, что способен содержать нас, но в конечном итоге сдался, сказав, что мой комфорт важнее всего, и, если я чувствую, что работа мне поможет, то пожалуйста.

Он же окончательно завязал с подпольными боями. И теперь всерьез раздумывает над тренерством. Но для этого ему нужно пройти весь курс терапии, к которой, кстати, он вернулся, чтобы быть стабильным. Это тоже тяжелый этап в нашей жизни. Эмоциональные качели и откаты случаются реже, но если до них доходит, то по силе они похожи на ядерный взрыв. Влад старается, держится как может, но в самые тяжелые моменты я нахожу его в нашем домашнем зале молотящим боксерский мешок до сбитых костяшек. Только так у него получается удержать в узде нахлынувшие эмоции. И я уже знаю, как вести себя, когда он в таком состоянии. Раньше я пыталась с ним говорить, что-то объясняла, успокаивала. Но он злился еще сильнее. А потом в один из дней, когда было особенно сложно, я просто подошла сзади, обняла Влада и тихо проговорила:

— Вот увидишь, вместе мы справимся.

Помню, как он напряженно застыл в моих объятиях. Мы простояли не двигаясь минут десять: я, упершись лбом в его сильную спину между лопаток, и он, тяжело дыша и не двигаясь.

— Ты же все равно выйдешь за меня? — наконец тихо проговорил Влад.

Я несколько мгновений раздумывала, что ему ответить, пока не вспомнила ночь, в которую мы решали мой кризис.

— Да, — произнесла я на выдохе. — Сто раз скажу тебе да.

После этого мы занимались любовью прямо на полу.

Теперь это наш маленький ритуал. Правда после первой фразы мы можем простоять достаточно долго, но неизменно Влад приходит в себя, а я выдыхаю с облегчением. Я боюсь, что когда-нибудь эта уловка даст слабину. Но пока она работает, и я надеюсь, что со временем мы будем прибегать к ней все реже. За последний месяц она понадобилась всего раз.

— Вот ты где, — бархатистый голос Влада отвлекает меня от мыслей.

Открываю глаза и смотрю, как красивый, высокий, самый лучший мужчина в мире приближается ко мне. На нем простые джинсы и тонкий вязаный серый свитер без горла. Но даже так он выглядит как супермодель, сошедшая с обложки глянцевого журнала. Влад возвращается с очередного сеанса психотерапии. Только почему-то он не один — рядом с ним идет Мария Степановна в строгом пиджаке и юбке-карандаше до колен кофейного цвета. Невольно сжимаюсь. Плохое предчувствие сдавливает грудь. Поднимаюсь на ноги. Вопросительно смотрю то на Влада, то на Марию Степановну.

— Что-то не так? — не могу скрыть беспокойства в голосе.

— Тут такое дело… — начинает Влад. Он трет шею и переводит взгляд на психотерапевта. — Думаю, это лучше сказать вам.

Дыхание спирает. От беспокойства не могу вздохнуть. Руки холодеют, озноб бежит по позвоночнику. Смотрю на Марию Степановну. Она как назло молчит.

— Ну же, не томите, — почти молю ее.

— В общем, — она поджимает губы, смиряет меня тяжелым взглядом. Чувствую, как начинают трястись колени. И вдруг Мария Степановна ярко улыбается. — У Влада ремиссия. Он наконец стабилен.

Неверяще поворачиваюсь к нему. Влад светится от радости, раскрывает объятия. Безграничная легкость наполняет все тело. Моргаю и тут же срываюсь с места. Прыгаю на Влада, целую куда попаду: щеки, нос, губы, лоб.

— Вот видишь, вместе мы справились, — застываю, смотрю ему в глаза.

— Ты же все равно выйдешь за меня? — сразу же отзывается он, продолжая лучезарно улыбаться.

Я утопаю в его нежных объятиях, дарящих эйфорию и наслаждение. Мне не о чем больше беспокоиться. Наконец я выиграла бой за свое счастье.

— Да, — не раздумываю ни мгновения. — Сто раз скажу тебе да, — добавляю и крепко целую Влада.