Глава 11

Я изучающе посмотрела Варю: подбородок приподнят, в глазах решимость. Отвернувшись от бывшей хозяйки гостиницы, устремила взор на запорошённые снегом деревья.

Варвара Григорьевна только что подложила мне жирную свинью. Прекрасно об этом знает, но ей плевать. В этом мире каждый думает исключительно о себе.

Я стиснула зубы. Запихав подальше моральные терзания, обратилась к Або:

«Вытащи, пожалуйста, из памяти Плотниковой весь опыт работы с кремом для омоложения».

«Сделано», — через пару мгновений ответил ушастый друг.

«Сможешь вложить информацию в разум Маргариты?»

«Смогу. У Ткачук превосходно развиты нейронные сети. За ночь справлюсь. Завтра утром у тебя будет новый специалист».

«Спасибо, моя радость», — я мимолётно улыбнулась.

Натянутая как струна, женщина не выдержала. Поймав мой взгляд, она неестественно спокойным голосом спросила:

— Тебе интересна причина?

— Здесь не очень удобно разговаривать. Предлагаю отойти, — не дожидаясь ответа, я направилась за угол магазина. Остановившись у глухой стены, обронила: — Слушаю.

Варя, расправила плечи, чётко произнесла:

— На моё решение повлияли два события. Первое: Анатолий предложил выйти за него замуж и получил моё согласие. Второе: ты сообщила, о смене концепции своего нового бизнеса. Я себя уважаю. И у меня нет желания добровольно становиться человеком низшего сорта.

И как вот это всё взаимосвязано?

Бечёвка, стягивающая свёрток со старой шубкой, неприятно врезалась в ладонь. Поморщившись, я довольно холодно заметила:

— Твои мотивы для меня всё ещё неясны.

Варя с недоумением хмыкнула.

— Хорошо. Попробую объяснить иначе. Мой жених — дворянин, входящий в высший свет столицы. А я — нищая простолюдинка. Тебе ли не знать, как аристократы относятся к таким, — она сделала акцент на слове, — неравным бракам? Как только выйду замуж, не супруга, но меня начнут усиленно макать носом в грязь. А прошлое изучат хлеще, чем под микроскопом, — Плотникова нервно поправила вязаный шарф на шее, чуть тише продолжила: — Ты глава древнего боярского рода. И при желании можешь заниматься всем чем угодно. Даже если начнёшь собственноручно раздавать обеды бездомным, тебя не осудят. Мне же придётся отбиваться от нападок даже за организацию дешёвого гостевого дома. Но хозяйка гостиницы — это не наёмный работник, оказывающая услуги по омоложению малоимущим простолюдинам. За такой эпизод в моей жизни дворянки меня затравят.

— Не понимаю. Какая разница, кого омолаживать?

Плотникова горько рассмеялась, всплеснула руками.

— Поразительно. Складывается впечатление, что тебя и правда воспитывали люди без классовых предрассудков.

Я молча смотрела на женщину.

Спустя довольно долгую паузу, Плотникова вновь заговорила:

— Для члена боярского рода ты слишком хорошо относишься к обычным людям. Как правило, дворяне ведут себя иначе. Предположим, я делаю уникальные косметические процедуры матушке — императрице. Аристократы по умолчанию относятся ко мне с уважением. Никто не скажет ни единого плохого слова, не попрекнёт ни происхождением, ни прошлым. Для всех я — избранная. Но если, выйдя замуж за Анатолия, начну предоставлять такую же услугу нищенке, то высшее сословие меня не примет. Я автоматически становлюсь для них существом низшего сорта и могу рассчитывать исключительно на презрение.

Дурдом какой-то. Воистину в каждой избушке свои погремушки.

Верёвка снова впилась в ладонь. Я мысленно чертыхнулась, сунула свёрток с шубкой под мышку.

— Варя, благодарю за максимально развёрнутые пояснения. И всё же, напомню: твой жених одобрил мою новую бизнес-идею. Прости, но сомневаюсь, что такой человек, как Анатолий Фёдорович не понимает, чем моя затея может обернуться для тебя.

— Конечно, он понимает! Разве не замечаешь, что Анатолий носится с тобой, как с писаной торбой? — женщина кривовато улыбнулась. — Для него твои желания, потребности и проблемы — в приоритете. Если провести аналогию с тобой, то для моего будущего мужа ты сидишь во главе стола, а я на коврике у двери.

— Допустим, всё так и есть. И ты при таком раскладе, всерьёз собираешься замуж за этого мужчину? — не поверила я.

— Да, — твёрдо ответила Варвара. Помолчав, неожиданно созналась: — Поначалу мне казалось, что между вами есть взаимное влечение. Я рыдала в подушку, но предпочитала молча терпеть. Прекрасно понимаю, кто ты, и кто я. У меня не было ни малейшего шанса. А сегодня всё внезапно изменилось. Когда Толя попросил оказать честь и стать его супругой, я ошалела. Знаю ведь, что нет у него любви ко мне, и предложение сделал неспроста. Но я люблю этого мужчину. По-настоящему люблю. Наш первый поцелуй, прервала ты. Я растерялась, а потом увидела твой живот, и меня сорвало. До сих пор стыдно за тот безобразный скандал, который устроила, — мещанка уныло склонила голову.

Так-то да. Скандал, причём на пустом месте ей определённо удался. Впрочем, как бы я поступила на её месте? Честно — не знаю и знать не хочу.

Совладав с эмоциями, Варвара выпрямила спину, гордо приподняла подбородок.

— Толя мне не лжёт. Никогда, — заявила она без тени сомнений. — Я не просила, но он дал слово дворянина, что у него с тобой ничего не было, нет и не будет. Если мой будущий супруг считает, что обязан в первую очередь беспокоится о тебе, значит, на то есть веская причина. Позаботиться о собственном будущем, я способна и самостоятельно. Искренне сожалею, но работать с тобой действительно не смогу. Надеюсь, ты меня понимаешь, — Варя замерла в ожидании, смотрела настойчиво.

В том то и дело, что понимаю. Жених её не любит, женится хрен знает почему, а брак в ближайшем будущем не сулит радужных перспектив. Но Варя влюблена и будет бороться до последнего. И вот что с ней делать?

Рассказать ей правду не могу. Но если мещанка Варвара Плотникова будет работать на меня, то, не прилагая особых усилий, заслужит уважение дворянства. Не сейчас, чуть позже. Когда выйду из тени. Скорее всего, «заклеймённый» государем адвокат не встревожился за будущее своей невесты именно по этой причине.

Свёрток с шубкой выскользнул из-под моей руки, шлёпнулся на снег.

— Да что б тебя, — сердито буркнув, подняла упаковку. Живот жалобно заурчал, напоминая о пропущенном обеде. Максимально аккуратно взявшись за бечёвку, я искренне сказала: — Варя, ты права. У Анатолия Фёдоровича имеются весьма серьёзные основания, чтобы настолько сильно заботиться обо мне. Озвучить причину, увы, не могу. Но всё же настоятельно прошу ещё раз хорошенько подумать и передумать уходить.

— Спасибо, Саша, но нет. Мне будет проще себя контролировать, не видя, как Толя сдувает с тебя пылинки. Ревность — гадкая штука и приходит внезапно. Не хочу повторения сегодняшнего… — она осеклась, посмотрела на меня с безумной тоской.

Звиздец.

Сердце полоснула острая жалость. Не давая ей прорваться наружу, я припечатала:

— Я тебя услышала. Тема закрыта.

Женщина глубоко вдохнула морозный воздух. С силой потёрла щёки.

— Не в моих правилах подводить людей. У моего родственника аптекаря, есть дочь Наталья. Технику работы с кремом она знает не хуже меня. Женщина давно замужем, двое деток. Семья не бедствует, но деньги не помешают. Думаю, что она согласится на тебя работать, — Варя перекатилась с носка на пятку и вдумчиво продолжила: — Но было бы совсем чудесно, если б меня заменила Ткачук. С ней у тебя точно проблем не возникнет. Если дар серебряной ведьмы позволит взять из моей головы знания и вложить в разум Маргариты, то я готова. Моя память в твоём распоряжении, — в голосе женщины не слышалось ни тени сомнений.

Твою ж мать. Сама предложила. А я как подлый воришка уже всё стащила.

Стало стыдно. Да так сильно, что под капюшоном запылали уши.

«Сделай вид, что сосредоточилась, — неожиданно посоветовала высшая сущность. — Потом скажи Варе, что данные считаны. Избавь девушку от чувства вины перед тобой. Ну и себя заодно».

«Спасибо».

Я выпрямила спину, смежила веки. Постояв с каменным выражением на лице, демонстративно медленно выдохнула.

— Информация считана. Завтра утром Маргарита проснётся с новыми знаниями и навыками, — неожиданно для себя самой, подмигнула Плотниковой. Как только та заулыбалась, я абсолютно серьёзно рекомендовала: — Начинай готовиться к свадьбе. Я обязательно буду на ней присутствовать.

— Саша, может, не надо? — Варя красноречиво посмотрела на мой живот, надёжно спрятанный под новым полушубком.

В горле встал ком. Я кашлянула и сказала как отрезала:

— Надо, Варя.

Иначе меня совесть сожрёт.

* * *

Часом ранее. Наследный дом бывшей боярыни Апраксиной

«Что на меня нашло? Зачем я отреклась от рода?» — в который раз задавалась вопросом Анфиса Тимофеевна и не находила ответа.

Побродив по пустому дому, женщина обессиленно плюхнулась в кресло.

«Сашка, Сашка, что ж ты натворила, девка неразумная. В строгости же воспитывалась. И на тебе — ублюдка нагуляла. Ты же себе жизнь сломала, род опозорила! За что мне всё это? Как жить-то теперь? Где взять денег?» — бывшая боярыня подалась вперёд, прижала ладони к лицу и разрыдалась.

Слёзы лились водопадом, но, увы, долгожданное облегчение так и не наступало.

Нудный звонок разлетелся по комнате. Достав платочек из кармана платья, дворянка промокнула припухшие веки. Тяжело поднявшись, подошла к телефону.

— Боярыня Апраксина у аппарата, — произнеся привычную фразу, Анфиса Тимофеевна едва сдержалась, чтобы снова не разреветься. Право на титул и фамилию она сегодня утратила. Причём по собственной дурости.

— Здравствуйте. Меня зовут Сергей Сергеевич Новиков. Я главный врач городской клинической больницы. Боярыня Апраксина, прошу прощения за беспокойство. Скажите, вам знаком Антон Леонидович Золотницкий?

Бывшая боярыня Апраксина вцепилась в трубку.

— Антон мой муж. Что случилось? — хрипло выдохнула женщина и стремительно побледнела.

— Минувшей ночью в наш приемный покой поступил мужчина в неадекватном состоянии. При себе у него были документы на имя нетитулованного дворянина Антона Леонидовича Золотницкого. Со слов сотрудников правоохранительных органов: в одном из круглосуточных магазинов господин Золотницкий приставал с непристойными предложениями к пожилой продавщице-простолюдинке. Однако едва к ней прикоснулся, убежал с воплями в подсобку и там закрылся. Полицейские вытащили вашего супруга из подсобного помещения и доставили в нашу больницу.

«Какой кошмар. Какой кошмар», — дворянка побледнела до такой степени, что стала походить на привидение.

— Госпожа Апраксина, скажу без ложной скромности. Я очень опытный врач: профессор, практикую более сорока лет. Вашего супруга осматривал лично. Антон Леонидович буквально одержим желанием близости с женщиной. При мне он схватил за руку медсестру, а через миг закричал от ужаса и забился в угол палаты. Я не стану утомлять вас терминами. У вашего супруга нет психического расстройства. А вот его тело подверглось крайне нетипичному магическому воздействию.

Перед внутренним взором Анфисы Тимофеевны промелькнула картинка: очищенный от снега двор особняка Апраксиных и сугроб на крыше автомобиля горячо любимого супруга.

От жуткой догадки колени аристократки подогнулись. Стараясь устоять, она прижалась плечом к стене.

— Это воздействие на тело… проклятье ведьмы? — посиневшие губы отказывались повиноваться женщине.

— В том-то и дело что нет. Проклятье даже самое изощрённое оставляет энергетический след в ауре. У вашего супруга ничего подобного не обнаружено. Поверьте, мы проверяли тщательно. И всё же думаю, что без ведьмы тут не обошлось, — главврач выдержал паузу и аккуратно подметил: — Я пообщался с Антоном Леонидовичем, просил рассказать, когда случился первый приступ. Ваш супруг поведал, что желал пообщаться со своей падчерицей. Девушка разговаривать с ним не стала, прогнала. А после того как господин Золотницкий покинул особняк, у него возникло неконтролируемое сексуальное желание. Анфиса Тимофеевна, не стану ходить вокруг да около. По городу ходят упорные слухи, что у главы вашего рода дар серебряной ведьмы. Если это так, то только ваша дочь способна убрать последствия своего воздействия. Современная медицина, увы, в данном случае бессильна.

«Моя дочь — чудовище. Пусть я утратила титул, но связи остались. Сашка пожалеет, что посмела тронуть Тошу!» — злость опалила душу Анфисы Тимофеевны.

— Я вас поняла, — объявила она ледяным тоном. — Благодарю за информацию. Свяжусь с вами в ближайшее время. Всего доброго.

Нажав на рычаг, дворянка по памяти набрала номер.

— Прокуратура, — важно сообщила девушка-секретарь.

— Соедините с прокурором, — не попросила, но потребовала бывшая боярыня.