25

Когда я проснулась, комнату уже наполнил блеклый свет рассвета. Часы показывали что-то неприлично раннее, и первое, что я почувствовала, — это неловкость. Воспоминания о ночи вспыхнули в голове и буквально заполняли собой все пространство, разрывая меня изнутри.

Я была в своей кровати. Ночью Аш резко прервал наш поцелуй и сказал, чтобы я возвращалась в нее.

Альфа уже не спал. Он лежал на своей кровати, одна рука закинута за голову, другая лениво пролистывала что-то на телефоне. При виде меня он оторвался от экрана и бросил короткий взгляд.

— Проснулась? — голос у него был хриплым. — Пошли в душевую.

Я сначала решила, что ослышалась.

— В душевую? — повторила я, чувствуя, как непрошенная волна паники подкатывает к горлу. — Это как-то… нет. Точно не здесь.

Он поднял одну бровь, будто недоумевая, и сел на кровати, легко и непринуждённо.

— Перестань, это мужской корпус. Тут все принимают душ вечером, а умываются минимум за десять минут до начала построения. Никого в душе не будет.

Я закусила губу, ища предлог отказаться, но он уже встал, потянулся, небрежно взъерошив волосы.

— Ладно, слушай. — Он подошёл к шкафчику, достал оттуда полотенце и что-то ещё, бросив мне. — Вот тебе полотенце, вот гель. Половина из живущих здесь даже не знает, что душ существует.

Я смотрела на него, будто он предлагал мне ограбить банк.

— Это… странно.

— Хватит спорить. Идёшь или нет?

— А если кто-то увидит?

Аш громко выдохнул и стукнул дверью шкафа, явно уже потеряв терпение.

— Рейра, в этом корпусе даже тараканы не шевелятся так рано. Идём, пока я добрый.

Не дождавшись моего ответа, он шагнул к двери, лениво оперевшись на косяк. Этот жест был настолько естественным и уверенным, что я почувствовала себя глупо за своё сомнение. Сжав ладонь вокруг полотенца, которое он бросил на мою кровать, я встала, не зная, что именно меня толкает за ним.

Когда мы дошли до душевой, он уверенно распахнул дверь, как будто это была его личная территория.

— Видишь? Никого. — Он прошёл дальше, показывая на пустые кабинки. — Всё для тебя, пользуйся.

— Это твой гель? — спросила я, скорее чтобы сказать хоть что-то.

Он обернулся, и на лице снова появилась эта едва заметная ухмылка.

— А ты что надеялась, что я запасусь розовыми пузырьками, чтобы ты чувствовал себя как дома?

Я отвела взгляд, чувствуя себя немного неловко. Он явно замечал каждую мою реакцию, и это немного выводило из равновесия.

— Ладно, я подожду снаружи. — Его голос звучал уже спокойнее. — Посторожу дверь, чтобы никто не зашёл.

Я кивнула, и пока он выходил, почувствовала, как будто между нами повисло что-то недосказанное. Но задавать вопросы я пока не собиралась.

Оставшись одна, я разделась, взяла с собой полотенце и, войдя в кабинку, включила воду. Чувствуя холодок по коже, позволила себе на мгновение расслабиться. Даже в его странной манере заботы было что-то такое… что сбивало меня с привычного ритма.

Вода стекала по моим плечам, когда я выключила душ. Пар заполнил маленькое пространство, делая его одновременно уютным и невыносимо замкнутым. Я выдохнула, пытаясь выровнять дыхание. Казалось, каждый мой шаг был слышен в пустом помещении.

Я схватила полотенце, поспешно замотав его вокруг себя. Гель, что мне дал Аш пах им. Его запах был едва уловим, но я почувствовала его остро — смесь чистоты и чего-то резкого. Пальцы нервно поправили край ткани полотенца, прежде чем я вышла из кабинки.

Аш теперь уже был не за дверью. Стоял прямо передо мной, отчего я напряглась. Сначала он просто обернулся, на мгновение поймав мой взгляд, а потом остановился, будто его что-то приковало. Я замерла. Его глаза скользнули по моему лицу, затем ниже — медленно, как будто он хотел запомнить каждую деталь.

— Ты… чего уставился? — Голос предал меня, прозвучав тише, чем я рассчитывала.

Он не ответил сразу. Просто стоял, рассматривая меня с какой-то странной смесью наглости и серьёзности. Я почувствовала, как жар от воды сменяется чем-то совсем другим.

— Тебе идёт. — Его голос был низким, спокойным, и от этого становилось только хуже.

— Что? — Я не выдержала, отворачиваясь, будто это могло скрыть моё смущение.

— Моё полотенце, — усмехнулся он, делая шаг ближе.

Я резко обернулась, надеясь, что смогу парировать что-то колкое, но слова застряли у меня в горле. Аш стоял слишком близко. Его взгляд цеплялся за каждую мелочь: за капли воды, стекающие с моих волос, за линию полотенца, за мои глаза, которые никак не могли встретиться с его.

— Ты опять боишься. — Это не был вопрос.

— Я не боюсь, — бросила я, хотя сама почувствовала, как дрогнул голос.

— Врёшь.

Он сделал ещё один шаг, и теперь между нами не осталось почти ничего. Моё сердце билось так громко, что я была уверена, он это слышит. Но вместо того чтобы отступить, я подняла взгляд, встретив его глаза.

— А ты всегда так будешь делать теперь? — бросила я, надеясь, что резкость спасёт меня. — Думаешь, можешь просто вот так…

Но я не успела договорить. Его рука поднялась, коснувшись моего лица. Движение было плавным, будто он давал мне шанс отступить, но я не двинулась. Его пальцы скользнули по линии моей щеки, отчего меня обдало жаром.

— Иногда ты слишком много говоришь, — ладонью альфа сжал край моего полотенца. — Если будешь снова упираться, я сорву его и возьму тебя прямо здесь, — предупредил, и в следующий миг его губы накрыли мои.

Поцелуй был резким, требовательным, и всё же в нём чувствовалось что-то такое, от чего я не могла оттолкнуть его. Моё тело напряглось, а потом, почти против воли, расслабилось, когда я ответила на поцелуй.

Рукой Аш скользнул на мою талию, прижимая ближе. Полотенце между нами казалось слишком тонкой гранью. Я и без того ощущала себя так, будто стою перед ним полностью обнаженная.

Я не знаю, сколько прошло времени — секунды или вечность, — прежде чем он отстранился. Его глаза, потемневшие и сосредоточенные, смотрели прямо на меня.

— Одевайся, — произнёс он тихо, почти шёпотом, но звучало резко. — Я подожду за дверью.