25

Азарин заезжает за мной около шести.

– Когда приедем в это зефирное королевство, не пугайся, – ржет Серёга. – Агата устроила сестренке вечеринку шесть плюс. Я не удивлюсь, если там будет сладкая вата.

Оказавшись на даче, Серый прилипает к бару, а я иду на поиски именинницы. Дом украшен в розово-серебристом стиле. Азарин был прав. Ощущение, что Татке не двадцать, а десять. Слишком много розового. Какой-то домик принцессы, блин.

Она стоит в центре гостиной с бокалом шампанского. Улыбается. С кем-то болтает.

Народу здесь человек сорок. Откуда Азарина всех их притащила, остается загадкой. Официанты шныряют среди этой толпы с подносами, стараясь не разлить шампанское на чей-нибудь прикид.

Но, несмотря на тусню, мой взгляд прилип к Натали. Она приковывает к себе все внимание. И судя по вьющемуся вокруг нее хлюпику, не я один попал в эту ловушку. То, что доходяга улыбается во все тридцать два зуба и что-то шепчет ей на ухо, конечно, не повод для злости… но меня накрывает. Бесит. Хочется вытащить этого воздыхателя отсюда за шкирку.

Но ее ответная улыбка этому тюфяку вводит в еще большую ярость. Улыбается она…

Зараза. Блуждаю взглядом по ее телу, запакованному в обилие пышного тюля, или как там все эти приблуды называются?

Ее бледно-розовое платье на сто процентов вписывается в созданную атмосферу праздника. Да и сама она выглядит как принцесска. Плечи открыты, волосы подобраны. Прическа прекрасно подчеркивает тонкую шею и изящные ключицы. Вся такая хрупкая, как фарфоровая статуэтка.

Чем дольше я на нее смотрю, тем больше меня несет во все эти дебри восхищения.

– Ты так на нее смотришь, что мне становится страшно, – Серёга появляется словно из ниоткуда. Его голос раздражает, как и он сам.

Чувство, что меня поймали на месте преступления.

– Чего?

– Я боюсь за тебя, друг. Вот такое выражение на твоей роже я еще ни разу не видел. И меня это пугает. Раньше с тобой было гораздо веселее.

– Когда ты уже свалишь обратно?

– Через неделю, – хлопает по плечу, кивая в сторону Таты.

Она целенаправленно идет к нам. Останавливается на расстоянии шага.

– С днем рождения, – вручаю подарок.

– Спасибо, Ванечка, – забирает из моих рук коробку, – не думала, что ты придешь.

– Почему?

– Ну, я же не ответила на твое сообщение.

– Это повод?

– Не знаю. Лучше скажи, что я умопомрачительно выгляжу, – прокручивается вокруг своей оси, придерживая подол.

– Потрясающе, – касаюсь ее спины, и Татка вздрагивает. Облизывает блестящие губы.

– Я тебя ждала, – сжимает мою ладонь. – А не ответила, потому что была немного растеряна. Твоя бабушка умеет, э-м-м-м…

– Наговорить гадостей. Называй вещи своими именами. Что за хлюпик?

Все же не удержался, чтобы не спросить.

– А, это Матвей. Хороший парень, мы вместе работаем. Он официант.

–  И он не против залезть под твою пышную юбку.

– По себе не судят, Ванечка, – хохочет. – Ты останешься здесь или уедешь?

– Это намек, чтобы я побыстрее свалил?

– Нет. Я имела в виду, ты останешься здесь на ночь? Многие ребята останутся, и я подумала…

– О чем?

– Мы могли бы побыть вместе.

– Пообниматься и посмотреть фильм? – с губ непроизвольно слетает смешок. Такая она чудная в этом своем платье. А насколько заманчиво предложение…

– Да, – фыркает. – Но если тебя что-то не устраи… – Татка запинается и кривит губы. Смотрит на стеклянную дверь, в которую вот-вот зайдет их отец. – Только не он.