Глава 45

— Вам чего? — добрые черные глаза скользят по моей фигуре, отмечая, что одета я не по погоде, в мужской плащ притом.

— Дайте сок… тот.

Тяну руку, показывая на самую верхнюю полку. У самой мысли, что бы такое придумать. Дать знак, может тревожная кнопка есть, может милиция успеет приехать. Вдруг понимаю, что неправильно все, надо отвернуться от окна. Чтобы не видели, что я говорю что-то продавцу.

— Нет! Дайте вон тот сок, — громко говорю я, показывая на полку в противоположной стороне от окна.

Когда мужичок, кряхтя и хватаясь за худую спину, лезет на невысокую скамеечку, я спокойно и негромко произношу:

— Только спокойно, сделайте вид, что я с вами не разговариваю. Вас хотят ограбить. Если есть тревожная кнопка, то нажмите ее немедленно.

Я не поняла, услышал ли меня человек, он и виду не подал. Принес мене коробку с соком и сказал цену, улыбаясь одними губами. Его рука нырнула под прилавок и тут же вынырнула с тряпкой, которой он стал тереть стол. Я кинула купюру на весы и хотела выйти. Я предупредила, только не уверена, что он расслышал. Теперь нужно придумать, как остановить дикую банду, которая в нетерпении торчит за углом дома. Биту вытаскивать я точно не собираюсь.

— Подождите… сдача, — окликнул меня мужичок. Я подошла, и он ссыпал мелочь в мою ладонь. — Вызвал…

Последнее слово так тихо, сквозь зубы и все та же улыбка. Но так стало тепло на душе и намного спокойнее. И тут распахнулась дверь. Зазвенели первые стёкла. Смуглый продавец побледнел и отступил к самым полкам, прижался к ним спиной. Онемела на мгновение, осознавая, что сейчас случится что-то непоправимое и страшное, и я буду причастна к этому.

Повернулась к ввалившейся банде лицом, пересчитала наглые и веселые морды… Четверо. Справлюсь. Еще шестеро караулят в тачках, и Леший пьет газировку из бутылки, прогуливаясь перед магазинчиком. Готовит свой знак, гад! И вдруг такое спокойствие на меня нашло. Мне терять, по сути, нечего, в этой жизни.

Битюг дал знак и лихая тройка начала крушить витрины, а сам встал напротив меня и достал пистолет из кармана ветровки. Тут я напряглась, одно дело бита, и другое уже огнестрельное оружие. В кого он стрелять собрался?

— Ушла с дороги. Мне с этим козлом разобраться надо, — он махнул дулом в сторону, но я намертво прилипла спиной к прилавку, закрывая собой трясущегося хозяина злополучного магазина.

— Битюг… не надо! Это уже не погром будет, понимаешь? — уговаривала я его, но тот только жевал как бык свою жвачку и без интереса смотрел из-под полуопущенных ресниц на меня. — Ты убивать его собрался?

— Как пойдет. Долг отдаст, так и быть, только коленки прострелю.

— Я отдам… — послышался из-за моей спины дрожащий голос с акцентом, и я инстинктивно расставила руки в стороны, опираясь о прилавок и прикрывая его плащом. — У меня только все нет… я потом соберу… потом…

— Надо было неделю назад приготовить. А ну иди сюда, че за бабу прячешься?

Сколько времени есть? Когда уже приедет подмога? Наверное, скоро, потому что прошло минут десять уже, нужно просто еще потянуть время. Я сделала шаг к тучному бандюге, улыбнулась ему. Тот, почему-то попятился от меня и побледнел, направил ствол мне в грудь. Что такое? Он боится меня, судя по испуганному блеску в белесых поросячьих глазках.

— Не подходи! — вдруг грубый его голос сорвался на девчачий визг и я расхохоталась. Вот и вся натура Битюга!

— Чего испугался?

— Стой! Или стреляю! Я не хочу кормить червей как Вадик…

Ясно, вспомнил того, которого я нечаянно убила. Да, Вовка рассказывал, что среди его друзей ходят легенды обо мне и моей сверхъестественной силе с тех пор. Кто-то уважает меня и мечтает познакомиться. Кто-то боится. Этот из вторых. Я вытащила биту из-под полы плаща, скинула с плеч сам плащ. Что ж, разомнемся! Правда я год не занималась карате, но это как езда на велосипеде — раз научился, уже не разучишься.

Встала в стойку ожидания и готовности, через несколько секунд плавно перестроилась в зенкутсу-дачи, стойку для атаки рукой или ногой, а также блокировки. Парень не сводил с меня глаз, удивленно таращась. Я завораживала его своими плавными движениями, как змея. Кайсака почувствовала свободу, стреляя раздвоенным языком и пытаясь прочувствовать врага.

Трое других перестали ломать мебель и крошить стекла. Им тоже стало интересно, подошли ближе. Но я лишь тянула время, меняя стойки, будто танцуя. Один из банды потерялся в пространстве от моего гипнотизирующего танца и подошел ближе. Я могла достать его ногой. Сменила позу, встав в стойку нэко-аши-дачи, атакующая кошка. Резко выбросив ногу вперед, попала точно в нос бедолаге, которого угораздило приблизиться настолько близко ко мне.

Все будто очнулись от гипноза, услышав вой раненого сообщника. Рука Битюга, в которой был зажат пистолет, дернулась, и прогремел выстрел. Я почувствовала, как мне обожгло левое предплечье с внешней стороны. Тут же зажала ладонью рану, из которой начала сочиться кровь. Я не знала, что мне делать дальше. Поэтому я решила импровизировать. Громко вскрикнув, я схватилась за грудь окровавленной рукой, потом дрожа всем телом, повернулась к Битюгу, который побледнел и бросил пистолет на пол. Театрально закатывая глаза, показала ему ладонь в своей крови и замогильным голосом произнесла:

— Гад же ты… Битюг… прикончил меня…