Глава 14

Вечер следующего дня выдался тихим, внезапно наступила оттепель, и по тротуару даже побежали совсем весенние ручейки. А вот за городом дорогу развезло, и экипаж ехал медленно, временами застревая в грязи и снегу. Наконец показался замок Эриша. Я расплатилась с извозчиком и направилась к знакомому крыльцу. Двери привычно открыл Карлос.

— Его светлости дома нет, — сообщил он. — Ещё не вернулся.

— Я предполагала подобное. Можно, я подожду его? — я мило улыбнулась. — Важный разговор.

Карлос кивнул и пропустил меня в холл.

— А где Ада? — спросила я, расстегивая шубку. — Я ей орехов в шоколаде купила из «Королевской лилии».

— Юной роньи тоже нет дома, — ответил дворецкий.

— Как нет? — удивилась я. — Она с роном Эришем?

— Нет, ушла одна. Куда — неизвестно.

— И вы её отпустили? — я забеспокоилась.

— Я ей не указ, — Карлос пожал плечами.

На лестнице послышался топот, в холл выскочила Флора. Бросилась ко мне, чуть не сбив с ног.

— Привет, — я неуверенно обняла её за шею, а она ласково лизнула мою щеку. И это было очень трогательно, отчего я прижалась к ней крепче, уже нисколечко не боясь. Внутри родилась необъяснимая уверенность, что пантера не причинит мне вреда. — Я тоже рада тебя видеть.

Следом появился Фауст и сел мне на плечо, ревниво поглядывая на большую кошку одним глазом.

— И тебе привет, — сказала я ему со смехом. — Давно не виделись.

— Сделать вам чай, ронья? — любезно предложил Карлос.

— Не откажусь, — ответила я.

Он провел меня в гостиную и оставил одну с животными. Флора сразу разлеглась у камина, а ворон опустился на спинку кресла и стал внимательно наблюдать за мной. Я же принялась бродить вдоль книжного шкафа, рассматривая его содержимое. Художественной литературы на полках было мало, в основном энциклопедии и книги по естественным наукам. Толстые тома разбавляли различные статуэтки животных: из металла, дерева, хрусталя, поделочного камня. Похоже, герцог собирал коллекцию…

Вскоре вернулся Карлос с подносом, на котором дымилась чашка чая и стояла вазочка с печеньем. Только я сделала первый глоток, размышляя об Аделии и её пропаже, как с улицы раздался стук колёс. Я выглянула в окно: приехала карета герцога. Тотчас оставив чай, я поспешила навстречу Эришу, обратно в холл.

— Ронья? — он будто и несильно удивился, увидев меня в дверях гостиной.

— Надо поговорить, — сразу перешла я к делу. — Это касается Доры.

— А я думал, разузнать, чем закончился позавчерашний вечер, — хмыкнул герцог.

— И чем он закончился? — озадачилась я.

— Мне пришлось слушать пьяные излияния генерала Сивейна и байки Веруса, а потом развозить их по домам, — ответил Эриш.

— Вы были с ними в пабе? — я опешила.

— Пришлось заглянуть, — нехотя признался он. — А где Ада? — поинтересовался герцог у Карлоса почти слово в слово, как я немногим ранее.

— Ушла куда-то, — ответил тот.

— Куда? — герцог изменился в лице.

— Не сообщила. Сбежала, пока я занимался столовым серебром, — покаялся дворецкий.

— Как давно она ушла?

— Уже часа три как, — Карлос выглядел виноватым.

— Куда понесло эту девчонку? — Эриш помрачнел и, кажется, испугался. — Нет, только бы…

— Вы догадываетесь, куда она пошла? — подхватила я.

— Боюсь, что в лес, — герцог стал обратно надевать только что снятое пальто. — Мы с утра повздорили. Она снова просилась в город, но я не разрешил ей. Тогда она разозлилась и сказала, что найдёт другой способ раздобыть эти корешки ледянки! У неё стал просто невыносимый характер!

— Это подростковый возраст, — вздохнула я. — А что за корешки ледянки? Мне она говорила про какие-то хвосты…

— Да растение такое, редкое, цветёт зимой. И зимой же собирают её корни, которые используют и в целительстве, и в некромантии, — нервно ответил Эриш, запахивая пальто.

— Вы собираетесь её искать? — спросила я, тоже бросаясь к вешалке.

— Естественно! — тихо рявкнул герцог. — Она может заблудиться в темноте. Флора! Фауст! За мной! — позвал он.

— И я тоже за вами, — сообщила я, торопливо влезая в свою шубку. — Точнее, с вами.

Эриш собрался было возразить, но потом кивнул, мол, как хотите.

Мы вышли в сумерки.

— Предполагаете, в какую сторону нужно идти? — спросила я.

— Ледянка растёт только в одном месте, поэтому вариантов нет. Идем туда, — и Эриш двинулся к лесу.

— Ада, наверное, хочет быть, как вы, некромантом? — поинтересовалась я, чтобы хоть как-то отвлечься от дурных мыслей и отвлечь от них Эриша.

— Возможно, но у неё способности слабые к некромантии, — отозвался герцог. — Руны куда лучше её слушаются. И предсказания. Мать её тоже с этим неплохо баловалась, — в его тоне проскочила нотка сарказма.

— Отчего она умерла? — осторожно спросила я, не особо надеясь на ответ.

Но он все же ответил:

— От глупости. Купила испорченный артефакт для похудения. И похудела. До смерти.

— Кошмар какой… — вырвалось у меня. — Нелепо как.

— Вот и я о том же, — я пыталась уловить в его голосе хоть нотки печали по бывшей возлюбленной, но тон оставался холоден, как морозный воздух, которым мы сейчас дышали. Или это защитная реакция?

— А отец Аделии?

Эриш пожал плечами:

— Я даже не знаю его имени. Он, вроде как, сбежал от Рэйчел, когда та была беременна.

Рэйчел, похоже, — это мать Ады.

— Бедная девочка, — вздохнула я. — Было очень благородно с вашей стороны её приютить.

Эриш на это ничего не сказал. Повисла пауза, которую никто не решался нарушить первым. Где-то в темноте слышалось хлопанье крыльев ворона, пантера бежала впереди, принюхиваясь и вслушиваясь в тишину леса.

— Ада! — решила позвать я. — Ада, мы здесь!

— Не кричите, нет нужды, — Эриш чуть поморщился, — Фауст бы заметил её, если бы она была где-то рядом. А так привлечете только диких зверей и прочих тварей.

— Следов Ады совсем не видно, — сказала я. — Мне это не нравится. Может, мы неправильно идем?

— Возможно, она шла немного по-другому, — отозвался Эриш. — Флора не пропустит, если появятся следы. Но все равно нужно дойти до места и уже там решать, что делать. Если Ады там не окажется… Расскажите пока, что вы хотели, придя ко мне? Что там за важные новости?

— Это касается Доры. Мы с помощником не нашли её в гостинице, она съехала оттуда как раз после того, как мы побывали у вас, — быстро поделилась я информацией. — Но мы обследовали её номер. Нашли расписание поезда до какого-то южного города. А ещё пустой флакон, будто от лекарства. Я взяла его с собой, хотела показать вам, вдруг вы поймёте, что в нем было и это окажется важным.

— Где он?

— В сумке, а сумка осталась в замке, — я едва успела это произнести, как у меня ушла земля из-под ног. — Ох! — вскрикнула я и ухнула вниз, проваливаясь в снег, точно в зыбучие пески.

— Демоны раздери, — процедил Эриш, когда его нога тоже ушла в снег. — Не шевелитесь. Это ловушка личинки тибранского жука.

— Кого? — мой голос сел. — Какого жука? Зимой?

— Все потом. Флора!

Но пантера уже сама была тут как тут.

— Возьмитесь за её шею, — приказал Эриш сёк, а сам присел и приложил ладонь к снегу. По нему побежали синие всполохи и искры, и он будто стал прозрачным, как подсвеченный лёд. И вот там, в его глубине что-то мерзко копошилось.

— Мамочки, — прошептала я и схватилась за Флору, как мне и велели. Та осторожно стала отходить, вытаскивая меня из снежного плена.

Ловушка позади вспыхнула — и вместо неё осталась глубокая яма.

— Вы в порядке? — спросил Эриш, отряхиваясь.

— Да, — ответила я, пытаясь отдышаться и подняться на ноги. — Так что это за тварь?

— Тибранский жук откладывает на зиму одно-два яйца в таких вот ямах-ловушках, а сам уходит в спячку или умирает. В дракабре появляются личинки. Они сидят на дне этой ловушки и ждут, когда в них попадёт какое животное. Им и питаются. А к весне превращаются в жуков, — ответил Эриш.

Какая гадость… Что-то мне в последние дни везет на ловушки. То капкан, то вот это…

— А если Ада попала в такую же ловушку? — испугалась я.

— В эту точно нет, — отозвался уверенно герцог. — Я проверил. А если и есть другая, то в нескольких километрах отсюда. Жуков не так уж много, они большие, поэтому селятся и откладывают яйца далеко друг от друга. Идём дальше? Здесь уже недалеко.

— Да, конечно, — я поежилась, ощущая, как снег забился под шубу и в сапоги. Неприятно и холодно.

Но мы прошли всего с десяток шагов, как Эриш вдруг остановился, прислушиваясь. Пантера тоже замерла, прижала уши к голове. Фауст молча спланировал хозяину на плечо.

— Что случилось? — спросила я, тоже замирая от необъяснимого страха. — Ада где-то рядом?

— Нет, — ответил Эриш. — Витчи.

— Витчи? Это ваша нечисть? — мой голос вновь охрип, теперь уже от испуга.

— Нечисть? — напряжённо отозвался герцог. — Это демоны из Сумеречного мира. Они одни из немногих, кто может пересекать грань миров.

— Ну да, я слышала о них. Но думала, вы с ними дружите, — тихо произнесла я.

— Дружу? Что за чушь? — кадык Эриша дёрнулся.

— Вы же некромант, общаетесь со всякими демонами… — пояснила я.

— Вижу, вы не особо сильны даже в общих представлениях о некромантии, — шикнул герцог и поднял руку. — Молчите!

Я и без того уже потеряла дар речи, ибо за деревьями разглядела силуэты, длинные, с вытянутыми конечностями и непропорционально маленькой головой. Их круглые глаза отсвечивали красным. Страх какой!

— Отойдите в сторону, — сквозь зубы процедил Эриш. — Их больше интересую я. Люди без магии не представляют для них особого интереса. Разве что когда совсем никого рядом нет.

— Спасибо, утешили, — я попятилась, но быстро уткнулась спиной в дерево. Там и осела на ослабевших ногах прямо в снег.

Фауст пронзительно каркнул, а Флора угрожающе зарычала. С пальцев Эриша сорвался столп желто-лилового света, на миг освещая все вокруг и витчей в том числе. Один из них сразу рухнул под ударом магии и превратился в ком грязи на снегу. Так ему!

Остальные витчи пошли в наступление. Меня они, действительно, будто не замечали, сфокусировавшись на Эрише. Их было много. Десять? Пятнадцать? Или больше? Я попыталась их посчитать, но в голове от страха был настоящий кисель, поэтому постоянно сбивалась. Витчи могли высоко прыгать, на деревья в том числе. Витчи могли летать. Невысоко, но достаточно, чтобы атаковать сверху. Витчи скалили игольчатые зубы и ухмылялись своему превосходству. Они были ужасны, от макушки до пят. Хотелось зажмуриться и закопаться в снег, но я продолжала смотреть за битвой, как завороженная. Особенно за Эришем. На его отточенные яростные движения и при этом спокойное, точно маска, лицо. На магию, которая ежесекундно озаряла ночной лес и небо, рикошетила от деревьев, пронзала насквозь сумеречных тварей. Герцогу помогали его питомцы: Флора разъяренно била витчей тяжёлой лапой, Фауст пытался клювом ударить их по голове. Это было поистине прекрасное в своём ужасе действо.

Но внезапно все изменилось. Эриш вдруг упал на одно колено, уронил голову на грудь. Его лицо исказила судорога. Я встрепенулась, не понимая, что происходит. А Эриш продолжал дышать тяжело и пытался подняться, одновременно безуспешно переплетая между пальцев магию.

Витчи, которых оставалось всего четверо, теперь обступали его со всех сторон, сужая круг. Что случилось? Что делать? Как помочь? Мысли лихорадочно скакали в голове, взгляд метался по сторонам. Что? Что я могу сделать без магии?

Без магии? Я посмотрела на свой палец, на котором тотчас вспыхнул огонек. Полезный в быту огонек…

Рядом лежала ветка, но она была влажная. Не годится! Я подняла голову: ещё одна ветка, свисает прямо надо мной. Я подскочила и в прыжке отломала её. Есть! И не такая мокрая. Пламя нервно заскакало на кончиках уже всех пальцев, когда я пыталась зажечь ветку. Она поддалась не сразу, все же от оттепели и снега успела засыреть, но я была упорнее, и наконец огонь охватил её верхушку, разгораясь все сильнее.

Мне было очень страшно, когда я, размахивая своим факелом, ринулась к витчам. Я даже не была уверена, что это поможет. Вдруг они не боятся огня? Но твари, увидев меня, остановились. Потом отшатнулись. Возможно, просто от удивления. Но мне было плевать. Нужно было выиграть время для Эриша. Я успела глянуть ему в глаза, и прочитала в них благодарность. Значит, поняла все правильно. Это придало мне сил и уверенности, и я, издав гневный крик, принялась ещё энергичный размахивать горящей веткой. Витчи не убегали, сверкая пятками, но пребывали явно в недоумении. И шарахались от меня как от сумасшедшей.

— Достаточно, — мне на плечо легла ладонь Эриша. — Дальше я сам.

Он мягко отодвинул меня в сторону. С его пальцев на этот раз сорвалась сияющая сеть. Она мгновенно обволокла всех витчей разом, затянулась, заставляя их хрипеть и брыкаться в бессилии. Герцог последний раз дёрнул сеть, и витчи опали на снег все такой же грязной кучей.

— Все? — мои руки задрожали от перенапряжения.

— Все, — Эриш осторожно забрал у меня сгоревшую до середины ветку и отбросил её в сторону. — Вы молодец. И спасли меня. Спасибо.

— Спасла вас? Правда? — теперь я дрожала всем телом.

— Правда, — и герцог неожиданно притянул меня к себе, будто успокаивая. — Они не вернутся, можете больше не бояться.

Рядом зевнула Флора, устало опускаясь на снег.

— Ну и твари, — пробормотала я, испытывая одновременно неловкость и необъяснимое удовольствие от нахождения в объятиях Эриша. — Ещё хуже того жука с личинками…

Мне показалось, что герцог сдавленно хмыкнул, потом же он ослабил объятия и произнес:

— Нам надо искать Аду.

— Ада! Конечно! — спохватилась я, устыдившись. — Идёмте скорее, идемте…

Ноги по-прежнему плохо слушались, и я невольно ухватилась за герцога.

— Рон Эриш! Рон Эриш! — раздался вдруг знакомый голос откуда-то из леса.

Мы одновременно обернулись, Флора привстала. К нам приближался взволнованный и запыхавшийся дворецкий.

— Карлос? — удивился герцог.

Тот замахал рукой и крикнул:

— Она вернулась! Ронья Аделия вернулась!