Лиза

– Что ж, мисс Избранная, вы определённо не беременны, – мистер Эшли похлопал меня по плечу. – Но репродуктивная система стала гораздо сильнее с тех пор, как вы попали в Виригию.

– Вы меня осматривали? – почти не удивилась я, усаживаясь на кровати, которую доктор использовал в качестве койки. К великому моему удовольствию, ему не нужно было меня раздевать и заглядывать в самые потаённые места, чтобы провести обследование.

– Первым делом, – кивнул он, записывая что-то в папку с моим именем. – Думаю, вы и сами понимаете, что в такой важный момент контроль врача является обязательным.

– А что насчёт Сумрака?

– Без изменений. Я перепроверил с утра, перед тем, как он покинул храм, на случай, если изменения произошли не стремительно или сыграли свою роль какие-то дополнительные факторы…

Он замолчал ненадолго, а я смущённо отвернулась, догадываясь, о каких именно факторах идёт речь.

– Однако, по моим наблюдениям, он остался в прежнем состоянии. В отличие от вас, – он вставил перьевую ручку в подставку и развернулся ко мне. – В вашем случае действительно наблюдается общая синхронизация организма и улучшение работы гормональной системы. Кроме того…

Он ещё минут пять перечислял, что во мне изменилось, включая окрепшие потоки силы и особенности организма, характерные именно для драконов, но я слушала его вполуха, думая совсем о другом.

Не помогло. Чуда не случилось. Все вокруг говорят про то, что я – золотая драконица, и о том, какая сила во мне должна быть заключена, но толку-то от этой силы, если я не могу помочь одному-единственному, самому важному для меня человеку? Появившаяся было готовность сворачивать горы ради великой цели пошатнулась, запнувшись об одну небольшую проблему.

О проблему, которая может нас разлучить.

– Вы знаете, я ведь никогда особенно не хотела детей, – сказала я, перебив его монолог о тонкостях зачатия у драконов.

– Что, простите? – мистер Эшли посмотрел на меня поверх очков.

– Некоторые мои подруги ещё в детстве рассуждали о том, у кого сколько будет детей. Они любили играть в кукол, катать их в колясках, кормить и укладывать спать. Я никогда не разделяла этой любви.

Доктор усмехнулся и, сняв очки, положил их на стол.

– В этом нет ничего предосудительного, мисс. Привязанность к детям возникает не от вашего рождения, а от момента появления этих самых детей. Порой не сразу. Иногда проходит целый год, прежде чем мать осознаёт, что действительно, по-настоящему рада иметь дитя.

– Думаете, эта идея заставит меня срочно захотеть детей? – усмехнулась я.

– Отчего же, ни в коем случае, – мистер Эшли откинулся на спинку стула, сцепив пальцы в замок. – Вам ведь уже известно, что зачатие среди драконов – редкость. Уверен, у вас будет ещё много времени на то, чтобы пожить для себя.

– Вы прямо кладезь оптимизма, – саркастично вздохнула я и соскочила с кровати. – Мне нужно идти. Извините.

– Завтра в то же время, – напомнил он, возвращаясь к своим бумагам, а я поспешила в каюту, где меня должен был ждать Ноа.

Корабль мерно покачивался в воздухе, создавая впечатление, будто мы плывём по воде. Время от времени налетал боковой ветер, и тогда дирижабль кренился в сторону, заставляя меня терять равновесие, но всё же было в происходящем что-то успокаивающее, и внутри уже не так жгло от досады на Сумрака, Старейшин и вообще весь этот мир, который породил меня и теперь призвал к ответу.

– Там монолит, кусок горы! – говорил стальной дракон, имени которого я не успела запомнить, указывая пальцем на развёрнутую карту.

В каюте было просторно. Помещение оказалось не жилым, и предназначалось явно для подобных случаев: в центре просторной комнаты расположился большой деревянный стол, а вокруг него стояли стулья, которыми, впрочем, присутствующие не пользовались. Они стояли, склонившись над расчерченной бумагой, и всматривались в рисунок. Только Селина, казалось, не проявляла к дискуссии никакого интереса: она сидела в стороне ото всех, у окна, и смотрела на проплывающие под нами леса, поля и деревеньки.

– Как мы можем быть уверены, что внутри нет никаких полостей? – ответил песчаный дракон.

– Нам известны все полости и шахты Виригии, если бы в Далёких Стужах были хоть какие-то полости…

– Как мы вообще можем знать наверняка, что праотец именно там? – всплеснул руками стальной.

– Райан, – строго произнёс Ноа. – Сам подумай, на какой силе может держаться в воздухе целый остров?

– Праотец в спячке, он не в состоянии держать его сам. Даже если предположить, что он вообще на такое способен, в чём я лично пока что сомневаюсь.

– Исходя из той информации, которую передавали Хранители, Далёкие Стужи оторвались от Тёмного Хребта как раз в результате запечатывания праотца. Потому там Варгасы и основали свою резиденцию.

– Чего ж Хранители не сообщили вам точные координаты?

Ноа упал на стул и устало потёр висок.

Я в это время рассматривала план острова, о котором шла дискуссия, но так и не сумела увидеть на нём ничего полезного. Монастырь чем-то напоминал Храм Золота: он расположился на вершине горы и вокруг него оставались только крутые отвесные склоны, в которые и тыкали пальцами присутствующие драконы. Их было всего четверо, включая Ноа.

– Когда прибудем на место, мы сможем снять общий слепок магического фона, – проговорил ледяной дракон, и остальные трое обернулись к нему. – По слепку будет видно, если где-то расположен крупный источник силы или стоит серьёзное заклятье.

– Что такое слепок? – спросила я.

Райан, стальной дракон, выудил из кармана небольшой металлический шарик с красивым узором на его поверхности.

– Я покажу на примере артефакта, – сказал он и, нажав на незаметную кнопку, заставил шарик разделиться на две половинки, которые разъехались на несколько сантиметров друг от друга, и всё, что было видно между половинками, казалось больше, чем есть на самом деле. Своеобразная лупа.

Райан тем временем продолжил:

– Каждый артефакт создан с помощью силы одного или нескольких драконов, которая сформировала определённый кристаллический рисунок, и именно эта структура позволяет артефакту функционировать долгие годы без подзарядки. Теперь я создаю плотную сетку… – он соединил ладони и неторопливо развёл их в стороны, и между ними действительно появилась слабо мерцающая сетка, которую дракон наложил поверх артефакта. Сетка прошла насквозь, а когда Райан потянул её на себя, имела уже совсем другой вид. Сама сетка рассыпалась на крошечные шарики двух цветов, которые выстроились в определённом порядке.

– Вот это и называется слепком, – пояснил он. – Можно увидеть, какие именно стихии использовались при создании артефакта и в каком порядке они соединялись.

– И если Праотец действительно находится где-то в горном массиве, то при снятии с него слепка мы обнаружим большое количество силы Варгасов, – добавил Ноа.

Я кивнула, сделав вид, что всё поняла.

– Есть одно “но”, – задумчиво проговорил грозовой дракон, пальцами отмеряя расстояния на чертеже. – Чтобы сделать слепок с такого большого расстояния, понадобится очень много драконов.

– Либо двигаться постепенно, изучая пространство частями.

Грозовой кивнул:

– И закончим мы не раньше, чем к середине зимы.

– Есть идеи получше?

– Мне надо подумать об этом.

Ноа хлопнул ладонями по столу:

– Ладно, давайте прервёмся ненадолго. Часа через два соберёмся ещё раз и рассмотрим предложения более детально.

– Пойду узнаю насчёт артефакта прозрения, – стальной дракон потянулся, отчего рубашка плотно облепила его грудь и плечи, подчёркивая выраженный рельеф.

Через минуту мы остались втроём. Селина всё так же смотрела в окно, Ноа тяжело склонился над чертежами, а в воздухе витала какая-то мрачная напряжённость.

– Есть какой-то план? – осторожно спросила я, словно любое движение может спровоцировать взрыв.

– Не особенно, – ответил Ноа, постукивая по столу кончиком перьевой ручки. – Адам прав, нужен более быстрый способ отыскать Праотца. Намного более быстрый.

– Мы куда-то торопимся?

– Каждый час на счету.

Я собралась было спросить, к чему такая спешка, но в этот момент дирижабль ударился обо что-то, сильно содрогнувшись и накренившись. Стулья попадали, со стола посыпались вещи, я же едва удержалась, схватившись за стол, а вот Селина, которая задумчиво смотрела в окно, оказалась на полу, а стул её откатился в ту сторону каюты, которая оказалась ниже.

Второй удар раздался почти сразу, где-то с другой стороны. Корабль накренился на левую сторону, и всё, что упало на пол, теперь покатилось к противоположной стене.

– Что происходит? – крикнула я, на четвереньках отползая к ножке стола, которая была накрепко привинчена к полу.

– Мы пролетали над скалами, – ответила Селина, хватаясь за ручку окна. – Видимо, слишком низко!

– Капитан спит, что ли?! – прорычал Ноа. Расставив руки в стороны для равновесия, он направился к выходу из каюты, но в следующий момент дирижабль сильно ударился дном, от чего мы все буквально подскочили. Я закричала, когда меня подбросило в воздух, и ударилась макушкой о столешницу. Селине повезло больше: она улетела прямо в руки дракона.

Удары начали раздаваться один за другим. Я растерялась и просто в панике кричала, но Ноа оказался куда более сообразительным. Когда наша каюта налетела на скалу, которая пробила стену, он подхватил Селину на плечо, на ходу совершая частичный оборот, отчего его руки и плечи сильно раздались в объёмах, разрывая рубашку в клочья.

Рядом со мной он оказался ровно в тот момент, когда отлетевший кусок деревянной стены полетел в мою сторону, но Дракон прикрыл меня собственной спиной, после чего взял меня в свободную руку и с разбегу выпрыгнул из падающего дирижабля.

Ноа держал меня одной рукой под мышками, как годовалого ребёнка. Это было больно. Не только потому, что вместо рук были крупные лапы с острыми когтями, но ещё и потому, что тело взрослого человека слишком тяжёлое. Но в тот момент было не до боли. Чтобы не уронить нас с Селиной, Ноа выпустил крылья и обнял ими нас обеих, сформировав чешуйчатый кокон, и в таком виде мы трое упали на дерево, после чего последовало ещё несколько ударов и, наконец, мы покатились по земле.

Когда мы замерли, Ноа оказался сверху. Он медленно, осторожно перекатился на спину и расслабил крылья, освобождая нас из “кокона”.

Встав на четвереньки, я едва сумела сдержать тошноту. Под руками оказалась трава, кое-где под ней виднелись довольно крупные, острые камни, а вокруг нас беспорядочно лежали обломки веток и порванные листья.

Совершенно бледная Селина, встав с обмякшего белоснежного крыла, озабоченно склонилась над Ноа. Мне пришлось прищуриться, чтобы сфокусировать на нём взгляд. Через лоб, висок и часть щеки пролегала глубокая рана, крылья тоже были повреждены, хотя и не так сильно: чешуя сработала, как своеобразная кольчуга.

Он сделал глубокий вдох, выдох, потом с трудом поднялся и, волоча за собой крылья, отошёл в сторону, чтобы обернуться настоящим драконом. Селина так и осталась сидеть на коленях, с самым обеспокоенным выражением лица наблюдая за ним. Ноа лёг на траву, подложив под узкую морду лапы и закрыл глаза.

– С ним всё в порядке? – спросила я, когда тошнота немного отступила.

– Регенерирует, – пояснила Селина дрожащим голосом и подбородком указала вниз по склону горы. – Дирижабль.

Наш корабль упал на пару ступеней ниже, метрах в двухстах. Там уже начал раскидываться лес, и огромная тяжёлая конструкция повалила собой несколько деревьев. Возле дирижабля было заметно некоторое движение, но широкие ветви не позволяли рассмотреть, что там происходит.

– Надеюсь, обошлось без жертв, – выдохнула я. – Пойду спущусь.

– Куда ты, стой, – Селина схватила меня за руку, когда я начала вставать. – Спуск слишком крутой, это опасно!

– У меня тоже есть крылья.

– Ты ими пользоваться не умеешь!

Она так смотрела на меня, словно я собиралась идти на закланье.

– Во-первых, не совсем уж не умею, мы тренировались. А во-вторых, драконья тушка достаточно крепкая, и падение с такой высоты выдержит, в случае чего. Главное – голову руками обхватить!

Да, я храбрилась. И эта весёлость была скорее защитной реакцией организма на стресс, чем настоящим оптимизмом. На самом деле, я просто не могла сидеть на месте и ждать новостей. Там, внизу, было столько людей, и хотя большинство из них всё ещё были мне довольно чужими, тяжело было даже подумать о том, что кто-то мог так трагично погибнуть.

– Надеюсь, это не очередное покушение, – покачала головой Селина. – Иначе тебе лучше пока не высовываться, чтобы потенциальный убийца не надумал довести дело до конца.

– После того, что случилось с Кристоффом и Эванс? – с сомнением протянула я, но на сердце стало тревожней. – Нет, вряд ли. Среди пассажиров почти что одни драконы.

Я обернулась на Ноа. Его спина медленно поднималась и опускалась, а глаза были закрыты, словно он спит. Пока мы падали, он был совершенно не защищён от ударов, крепко сжимая в объятьях нас с Селиной, он просто доверился судьбе и позволил себе падать с большой высоты.

– От ударов он мог повредить внутренние органы, – негромко сказала я, чтобы дракон не слышал. – Ему может понадобиться помощь кого-нибудь из Лоранов. Так что я всё-таки спущусь за помощью, а ты присмотри за ним.

– Будь осторожней, – тихо попросила она.

Кивнув, я отошла в сторону, туда, где было достаточно свободно даже не для одного, а нескольких драконов, и, сделав медленный вдох, прикрыла глаза. Ладони и ступни потеплели от усиливающегося потока силы, а дракон глубоко внутри меня тихо подал голос.

Это было сложно. Одновременно расслабиться, позволив дракону завладеть телом, и сосредоточиться на циркуляции силы. Но прошла всего пара минут, прежде чем начался оборот. Одежда начала врастать меня, словно стремясь оказаться под чешуёй, руки и ноги начали вытягиваться, туловище неестественно увеличиваться. перед глазами появился вытянутый золотистый нос.

Наконец, оборот завершился. Неуклюже потоптавшись на месте, я резко выдохнула и тут же испуганно закрыла пасть, потому что из неё повалил дым. Помотав головой в попытке разогнать дымок, я согнула лапы в суставах и раскинула крылья. Вроде слушаются. Потом глубоко вдохнула, словно готовясь нырнуть в воду, и резким толчком прыгнула со скалы.

Крылья послушно раскрылись, а вот про потоки воздуха подумать я не догадалась. Ветер подхватил меня и подкинул в воздух, мягко намекая, что направление его движения не совпадает с моими пожеланиями. Некоторое время я парила, заваливаясь то на одно крыло, то на другое, и усиленно сжимала зубы, чтобы те не стучали от страха.

Упрямство победило.

Спустя несколько бесконечно длинных минут я всё же приземлилась на кромку леса, неподалёку от того места, где упал дирижабль и, вернувшись к человеческому облику, пошла сквозь лес на звуки голосов.

– Лиза! – воскликнул Аллен, увидев меня, перелезающую через дерево. Юбка была окончательно испорчена. Обернувшись назад, дракон прокричал: – Избранная в порядке!

Откуда-то из-за куста выбежал всклокоченный Габриэль с разорванным, покрасневшим от крови рукавом. Он подбежал ко мне и, холодным пальцами обхватив голову, осмотрел со всех сторон.

– Хвала Богине! – воскликнул Габриэль. – С тобой кто-нибудь ещё был?

– Да, там Ноа и Селина, – я указала наверх. – Они на уступе чуть выше, и Ноа, кажется, не очень хорошо себя чувствует.

– Сейчас пошлю за ними, – кивнул Габриэль и побежал обратно к дирижаблю.

– Что произошло? – спросила я у Аллена. Тот тяжело вздохнул.

– Мару, который управлял кораблём, потерял сознание, – пояснил он. – Течение силы в дирижабле нарушилось и постепенно иссякло.

– Это же не очередное убийство? – осторожно уточнила я.

– Нет, – уверенно ответил Аллен. – Здесь дело в другом.

– Что говорят врачи?

– Мисс Избранная! – позвал доктор Эшли, высовываясь из пробитого дна дирижабля. – Без вас здесь никак!

Я извиняющимся жестом коснулась руки Аллена и поспешила в сторону доктора.

За кустами, возле дирижабля, расположились раненые драконы. Некоторые были в форме ящеров. Как Ноа, они лежали, прикрыв глаза, в ожидании регенерации, и я вряд ли смогла бы отличить среди них хоть кого-то знакомого. Другие были в человеческом виде, и все, без исключения, были явно напряжены.

– Мистер Эшли, – выдохнула я, нагибаясь, чтобы пройти сквозь небольшую брешь. – Вы меня звали?

– Вам придётся побыть какое-то время с нашим капитаном, – спокойно ответил доктор, вытирая и без того чистые руки белым влажным полотенцем.

– Что с ним?

– То же, что и с вами было некоторое время назад.

Я перевела взгляд на неподвижного грозового дракона. Белого, как снег, его заботливо уложили в кровать небольшой каюты, у которой, подобно той, в которой были мы, пробило стену.

– Он был с горничными перед отбытием, – вспомнила я.

– Его организм уже начал синхронизацию со своей истинной парой в вашем лице, – проговорил доктор Эшли, укладывая в небольшой саквояж пузырьки и шприцы. – С ним всё будет в порядке, если синхронизация завершится. Вам ведь не нужно пояснять, как именно?

Не знаю, чего я так испугалась в тот момент, но сердце заколотилось, и кровь прилила к щекам. Только я решила, что не буду участвовать в этом дурацком отборе, как судьба преподнесла новый сюрприз, разрушив иллюзию контроля над собственной жизнью.

– Выходит, остальные так же рискуют? – тихо спросила я. – И мне придётся переспать с каждым, чтобы предотвратить подобные случаи?

Доктор тяжело вздохнул.

– Не знаю, мисс Избранная. Не знаю.