Глава 21

Это был насыщенный день. Очень насыщенный. Наверное, именно поэтому лимит хорошего был исчерпан до дна, а в моей личной жизни наметились перемены. Спросите, насколько приятные? Судите сами, я всё расскажу.

— Обедать? — предложила я, едва мы отъехали от банка.

Если быть точной, это было нечто между поздним обедом или ранним ужином. Только какая разница, если есть чувство голода и его всё труднее игнорировать.

— Можно, — кивнул муж. Он был сосредоточен и необычайно задумчив. Я почувствовала прилив нежности к супругу и коснулась его руки.

— Что-то произошло? Тебе нужно в агентство, да?

Могла бы и не спрашивать. Сама понимаю, что оторвала Форда от дел и беззастенчиво пользовалась этим, радуясь, что он рядом. Приятно, когда о тебе кто-то реально заботится и подставляет крепкое плечо. А не поступает как некоторые (кивок в сторону мага) который перечислял мелочь, громко заявляя при этом, что помогал изо всех сил. А сам при этом глядел, как бы жениться поскорей и прибрать к рукам все моё законное имущество.

— Извини. Я эгоистка. У тебя куча дел, а ты носишься со мной который день. Так что насчёт обеда?

— Поехали. Но потом я в агентство, — отозвался Рейнгард.

Едва не пискнула от радости. Должна же я чем-то хорошим отплатить своему вервольфу.

— Тебе помочь или не мешать?

— Хочешь разбирать мои бумаги? — поинтересовался Рейн, наконец-то улыбнувшись.

— Без проблем. Их там уже много скопилось?

— Пока нет, надеюсь. Через недельку столько наберется, что будет полный завал. Так что от помощи не откажусь. Идёт?

— Хорошо. Тогда, если ты не против, сегодня я останусь дома. Нужно распланировать траты и прикинуть что к чему. Завтра встреча с механиком. Хочу подготовиться и набросать несколько вопросов.

— Нужное дело, — согласился Форд, подъезжая к нашему дому. — Потом посмотрю, если хочешь. Может, что-то подскажу.

Я кивнула, радуясь, что такой муж достался. Наша беседа напомнила разговор самой настоящей семьи. Общие домашние и рабочие моменты, готовность помочь и поддержать друг друга. На минуту даже пожалела, что брак — это всего лишь следствие договора. Наверное, с таким супругом, как Рейн, я всегда могла чувствовать себя как за каменной стеной.

Ворота распахнулись, пропуская нас внутрь. Форда остановил садовник, желающий что-то там показать. Сама же поспешила в дом, чтобы отдать распоряжение об обеде. А когда пришёл супруг, в столовой всё уже было накрыто. Оборотень принюхался и довольно хмыкнул, потирая руки. Особенность вервольфов, они крайне редко скрывают свои эмоции. И когда Рейн оказался за столом, я сама налила ему тарелку куриного супа, подвинула хлеб и пироги… Приятная картина, одним словом.

Ели молча, обдумывая каждый своё. Я строила планы насчёт отвоеванного наследства, а муж ничего не говорил и с аппетитом уминал всё, что предложено. За первым последовал картофель с котлетами, пироги…В меня же уже ничего не лезло. Потянулась за яблоком.

— Рейн, а как ты думаешь, когда лучше съездить на лесопилку? Там есть, кому присмотреть, но навестить их стоит. Что думаешь по этому поводу? — поинтересовалась я, когда молчание затянулось.

— Это которая в Сумеречном лесу? — сразу сориентировался супруг.

— Она самая. Мне бы хотелось на этой неделе. Я могла бы туда позвонить, только сам понимаешь, это не дело. К тому же никак не найду записную книжку отца с номерами.

— Завтра ничего не получится. Может, через неделю. Или через месяц — отозвался муж, неожиданно удивив меня своим отказом.

Ответ был неприятным, но не смертельным. В конце концов, я и сама могу сесть за руль. Правда, путь неблизкий. Вот и пригодился Кадинлак, даже раньше, чем я предполагала. Работа у отца была налажена, но ведь уже сколько времени его не было. Судя по словам банковского управляющего, деньги поступают на счет не только с автомастерских. Значит, не все так плохо.

Я видела, что муж торопится, спешно допивая чай. Но комментировать это не стала. Мне хотелось, чтобы Рейнгард подольше побыл со мной и я надеялась, что несмотря на его занятость, это взаимно. В то, что муж весьма востребован как собеседник, мне в очередной раз удалось удостовериться очень скоро.

Мы едва не успели выйти из-за стола, как потянулись навстречу друг другу. Я, радуясь, что обед удался и Форд сыт. Говорят, путь к мужчине лежит через желудок. Надеюсь, что это именно моя дорожка, и она не урчит от голода, обвиняя жену в невнимательности.

Судя по расслабившемуся лицу вервольфа, всё хорошо.

Муж привлёк меня к себе, поцеловал, да так, что ноги едва не подогнулись. А уж сытой мне и подавно было тяжело удержаться от подобного искушения — затащить вервольфа к себе в комнату и не отпускать его совсем. Конечно же не для того, чтобы поспать на его плече, даже не думайте об этом! Почувствовав удовольствие от близости, я уже не могла не мечтать о её повторении. С каждым прожитым часом в стоянии брака меня все больше тянуло к этому мужчине. Кто скажет, что секс это неважно, главное — душевная близость, я не соглашусь и никогда не поверю в подобное утверждение. Одно с другим даже очень хорошо сочетается. Ведь если вы только дружите, а супруг смотрит налево, то о каком полном доверии и семейной радости идёт речь? Про личное счастье вообще молчу. Правильно, спустить такого красавца с высокой лестницы. А уж если дела обстоят как полагается, тогда чего теряться. Хватай и беги! В сторону спальни.

— Может, задержишься? — мурлыкнула я и приподнялась на носочках, чтобы быстро поцеловать мужа. А едва он попытался ответить — отступила.

— Заигрываете, леди Форд, — протянул вервольф и ухмыльнулся.

— Так и есть, — согласилась я, взяв за руку Рейнгарда, которому пришлось выпустить меня из цепкой хватки. — Ну так что, предложение принимается?

— Юлия, ты настаиваешь? — Пронзительный синий взгляд оборотня, в котором мелькнула задорная искра, только взбудоражил моё воображение.

Кажется, я ещё никогда не была так вольна с мужчиной даже по части поцелуев и объятий. Как шальное вино кровь разбегалась внутри меня, разнося желание. Рука мужчины коснулась моего лица, пальцы обвели контур, добрались до губ. Взгляд, которым при этом смотрел вервольф, показался мне непросто горячим и многоговорящим. Огненным, на пути которого лучше не вставать. Сожжёт и испепелит, пройдясь по тебе, словно солнечные жернова.

— Юля… — прошептал Форд, слегка нажав указательным пальцем на нижнюю губу, и тут же приник к моему рту с поцелуем. Захватил в плен, прижал к стене, в очередной раз заставив сердце биться, как птичка в клетке…

Всё было слишком хорошо, чтобы тянуться бесконечно. Всё потому что очередной невидимый кто-то захотел пообщаться с вервольфом. Настойчивый звук вызова не произвёл на Рейнгарда никакого впечатление. Он только притиснул меня сильнее, отчего даже сквозь одежду я почувствовала силу желания супруга и порадовалась. Он хочет меня не менее сильно, чем я сама. При этом ещё не ночь, а значит, не в счёт. Все согласно договору, как полагается.

Но невидимый собеседник не желал отступать, настаивая на общении с моим мужем.

— Ответь, а то кто-то там никак не успокоится, — прошептала я, в глубине души желая, чтобы Рейн передумал и никуда не уходил. И обязательно отключил это устройство.

— Кто там такой бессмертный и нетерпеливый? — проворчал муж, лизнув мою шею, что вызвало очередную толпу мурашек.

Рейнгард отстранился и достал свой кристалл.

— Дарг? Что? Вот же… Всё понял. Угу. Будь на связи. Пока.

По мере общения лицо оборотня стало сосредоточенным с толикой досады. Я уже знала, что так зовут друга Рейна из полицейского участка. И теперь ждала, что расскажет муж. Нутром чувствовала, что связано именно со мной.

— Звонок от ребят. Дело Миллера забрали в управление.

— Рейн, это плохо?

— Да. Будет проблематично узнать о ходе следствия.

Связи у Миллера имелись и немалые. Неужели все дело в них? Я нахмурилась. Это известие могло означать что угодно, от оправдания мага, до затягивания следствия.

— Как думаешь, почему всё это?

— Парни делали запрос в Академию. Помнишь, наши с тобой ночные поиски по фотоснимкам? Так вот, им даже не дали прочитать ответ.

От услышанного мне стало не по себе. Наверное, что-то такое промелькнуло на моём лице. Потому что супруг тут же поспешил дополнить:

— Магами очень часто занимаются именно в управлении. Миллер знаком со многими из руководства. Думаю, дело в этом. Юлия, пойдём, я провожу тебя, а то здесь стало как-то многолюдно.

Намёк на ещё одну порцию обнимашек без надзора слуг? Я не против!

Заглянувшая в столовую экономка тут же удалилась, но она в любом случае уже не могла помешать нашим планам. Известие о маге направило мысли в другую сторону и всё, что сейчас мне хотелось, это быть уверенной в завтрашнем дне. А ещё, что бывший компаньон отца не вернётся и не начнёт мстить. Пусть сидит за решёткой! Я даже буду ему счёт пополнять. На полосатые пряники. Хлеб с напильником внутри в целях спасения не предусмотрен. Лишь бы Миллер находился подальше от меня и моей семьи (покосилась на Рейнгарда, который невозмутимо шёл рядом).

Муж о чём-то всерьёз задумался, что не могло не вызвать подозрение. Я насторожилась. Неприятный холодок пробежался по спине. Неужели у Миллера есть шансы освободиться, а Рейн промолчал, щадя мои чувства? Надо разговорить супруга.

— Ты что-то хотел сказать? — поинтересовалась я, едва мы оказались в комнате, отгородившись ото всех прикрытой дверью. Признается или нет? Молчание наводит на неприятные мысли, а судя по лицу оборотня, не всё так просто.

— Хотел. — Форд остался стоять у двери, тогда как я прошла к окну. Взглянула на припаркованный внизу автомобиль и снова повернулась к Рейну.

— Планируешь напугать меня мрачными прогнозами относительно Миллера? — неудачно пошутила я, не понимая, почему муж как-то странно на меня смотрит. — Признавайся скорее, вервольф, а то я уже не знаю, на что подумать.

— Не волнуйся, мага это совершенно не касается. — Рейн оттолкнулся от двери и сделал шаг навстречу, продолжая следить за мной. Сейчас он напоминал хищника, что заперт в одной клетке вместе с кроликом. Роль жертвы сами понимаете, кому отведена. И это вовсе не Форд. На глаза попался зачитанный любовный роман, и взяла я его в руки. Грозное оружие… от комаров.

— Тогда что? — Непонятное чувство, то ли опасности, то ли предвкушения растеклось в груди, и я замерла, ожидая продолжения. — Что-то случилось у тебя на работе? Рейн, не переживай, я докучать не буду. Мы ведь уже решили, что останусь дома и буду заниматься своими делами. Ждать тебя.

— Не надо меня сегодня ждать. Я, скорее всего, не приду. Работа такая. — Сказанное вервольфом нейтральным тоном, не таило в себе раскаяния. Скорее тщательно скрываемую злость, которую я подсознательно почувствовала. Не хотел говорить, но честность мужчины вынудила мне об этом сообщить. Вроде как все в рамках договора.

— Непредвиденные дела? — Слова, словно игла, укололи, неприятно осев где-то в районе груди.

Я постаралась удержать лицо и вскинула голову. Мне совершенно не хотелось выглядеть разочарованной клушей. А о чём бы вы подумали, если ваш муж вдруг заявит, что не сможет прийти ночевать домой? И неважно, сколько прожито вместе лет, ведь болезненная мысль, она у меня та самая, что и у всех.

Встряхнула головой, попытавшись отогнать от себя дурные предчувствия. Хотела промолчать, но как-то не создана я для томных вздохов и многозначительных полных страдания взглядов. Иногда так хочется быть прямолинейной, чтобы не ходить кругами, а сразу получить ответ.

И ведь Рейнгард мне действительно очень-очень понравился. В такого легко влюбиться. Но, если у него есть другая, оно мне надо? Вдруг после нашего знакомства он встретил девушку, рядом с которой ему хорошо, а я так… Приятное времяпровождение с конечным вознаграждением в итоге.

— Да, работа. Юлия, я не знаю, во сколько закончу, но точно это будет очень поздно. Возможно под утро. Пожалуй, останусь в своей квартире. Так будет лучше.

Он смотрел прямо в глаза, не отворачиваясь и даже не моргая. А у меня всё в груди жгло огнём и горло сдавило так, что лучше было промолчать. Наивная Юлька, приняла чужого человека слишком близко к сердцу, а теперь страдаю. Да и не человек он вовсе. Вервольф, чей удел разбивать девичьи сердца да скалится на собратьев.

— Тогда увидимся завтра. — Я проглотила колкие слова о том, что если и завтра не сможет, то тогда пусть и позднее не торопится. Или через неделю, когда он наконец-то решит, что пора появится здесь или хотя бы дать о себе знать. Да, так будет лучше. Не нужно упрёков или лишних слёз, ведь от этого мне самой только хуже станет.

Размечталась, что между нами всё будет как в обычных семьях. Ошибалась, с кем не бывает. Хорошо, что ещё детей у нас нет…

А вот тут меня словно прострелило. Потому что со всеми этими новыми ощущениями, кутерьмой, я даже не подумала о предохранении. Похоже, полностью положиться на мужчину нельзя. Впредь точно буду осторожнее. Как ни крути, у нас всего лишь договорной брак на особых условиях.

Присела на край постели и раскрыла книгу, что была в руках. Не разбирая текста, уставилась в знакомые страницы, словно уже попрощалась с мужем и он может идти на все четыре стороны. Его присутствие рядом со мной в нашей спальне в настоящий момент не радовало, а давило и угнетало. Мне хотелось, чтобы оборотень поскорее ушёл, чтобы я могла свободно в одиночестве пострадать. Возможно, навещу Кэрри и вместе с ней отметим моё странное во всех смыслах замужество. Да, так и поступлю, ведь подруги для того и нужны, чтобы с ними делиться.

— Юль? Ты меня не поцелуешь перед уходом? — напряжённо поинтересовался Рейнгард, который по-прежнему не двигался с места. Отчуждение, возникшее между нами, разве что не искрило и тем самым не могло не привлечь вервольфа.

Форд ждал от меня ответа, а его не было.

Поцеловать. Ну почему именно сейчас мысли об этом стали отдавать горечью?

— Ну… — Я передернула плечами и наигранно усмехнулась, всеми силами стараясь не скривиться и не сказать какую-нибудь гадость. Рейнгард мне очень помог, а всё прочее я придумала себе сама и точка. — Иди, а то тебя там заждались. Не такие уж мы и супруги, чтобы соблюдать все эти формальности.

— Не супруги, значит? — Переспросил Форд. В его голосе отчётливо проступало недовольство.

Стремительный шаг, сделанный мужем в мою сторону, заставил насторожиться. Я и без того не видела, что написано в книге, а сейчас рассмотрела, что держу её вверх тормашками. С самым независимым видом перевернула её, затем перелистнула страницу, словно так и надо. Это только подстегнуло оборотня, непонятно по какой причине выходящего из себя.

— Не супруги, значит, — зло повторил приблизившийся вервольф.

Миг, и я оказалась опрокинутой на спину. Книга отлетела в сторону и упала куда-то на пол. То, какими глазами на меня смотрел оборотень, наверняка могло заставить кого-то съёжиться, слиться со стеной или забиться в уголок, чтобы никто не заметил.

Но разве я могла себе позволить испугаться мужчину, с которым делила постель? Кому уже начала доверять несмотря на какие-то вечные тайны. Нет, зря я всё же решила, что мы нечто большее, чем две договорившиеся стороны. Тем более я так взвинчена и разочарована, что мне плевать, что у вервольфа разве что молнии из глаз не сыплются!

Мгновение и Форд как ураган обрушился на меня со своими поцелуями, заставляя разомкнуть губы, при этом совершенно не обращая внимание на сопротивление. Ещё никогда никто так на меня не нападал. А то, что творил сейчас Рейнгард вызвало не только шок, но и желание не подчиняться. Тоже мне Альфа недоделанный! Да я тебя сейчас…

Ткань затрещала, но не от моих безуспешных попыток оттолкнуть вервольфа, а потому что он так захотел. Сделать ничего не успела. Удерживая одной рукой мои руки, оборотень одним рывком разорвал платье пополам от груди до самых коленей, но и это было ещё не всё. Форд выдернул пояс платья и им же проворно скрутил мне обе руки, примотав их к изголовью кровати.

— Животное! — выкрикнула я, попытавшись пнуть наглеца. Но куда там, его напористые ласки, сумасшедшие поцелуи продолжались. А чтобы я не особо брыкалась, находчивый вервольф зафиксировал мои разведенные ноги оторванными лоскутами.

При всем этом Рейнгард ничего, совершенно ничего не сказал. Лишь только взгляд, каким меня окидывал мужчина-оборотень, говорил очень о многом. Злость, что как холодный пламень горела в синих глазах, куда-то пропала, сменившись на жгучее желание. Я бы сказала жажду и похоть. Каждым прикосновением, Рейн словно клеймил меня, распалял и сам при этом становился все более одержимым. Мной?! И странное дело, я не стыдилась собственной реакции. Наоборот, уже с нетерпением ждала, что будет дальше, не упустив при этом возможности прокусить вервольфу губу. Муж зарычал, словно грозный зверь, но я совершенно не испугалась.

Форд и сам очень быстро остался без одежды, а потом снова вернулся ко мне. Пальцы мужчины коснулись моих губ, затем спустились ниже, нежно огладив плечи. Рейн склонился надо мной, так низко, что собственной кожей я почувствовала его дыхание и едва не застонала от предвкушения. То, что Рейнгард продолжил делать, вырвало невольный вскрик из моего горла. Да и как иначе, если муж касался языком вершинок груди, то одной, то другой. При этом везде успевающая рука оборотня уже наглаживала попеременно внутренние стороны моих бедер, подбираясь все ближе к самому сокровенному. А когда его пальцы оказались внутри, я не выдержала, содрогнулась от накатившего удовольствия.

Рейн не стал долго медлить, устроился между ног и вошел, но так, что у меня снова перехватило дыхание. Никогда, никогда я не думала, что буду так хотеть мужчину, что взял меня именно таким способом. Форд был в ярости, я — не меньше. Более того, мне было абсолютно плевать, что со мной мог сделать этот хищник. Да я сама готова была разорвать его на стайку маленьких вервольфиков. И вот, клянусь, так бы и поступила… если бы муж ушёл, а не остался со мной!

Это было как откровение, пожар, фейерверк, взрыв. Как угодно можно назвать то, что между нами произошло. Опустошенная, я лежала, придавленная тяжелой рукой мужа, по-хозяйски прижавшего меня к себе. Слушала его дыхание и думала, что же будет дальше.

Ответ нашелся очень скоро и не удивил меня в части, что Рейн все-таки ушел. А перед тем, как покинуть нашу спальню, вервольф склонился надо мной, коснулся пальцами щеки и произнёс:

— Нравится тебе или нет, но для меня этот брак изначально не был фиктивным. Животное, так ты меня видишь? — Кривая усмешка отразилась на порочных манящих губах. Капля крови выступила там, где я прокусила губу оборотня. Рейн не заметил этого и продолжил. — Пожалуй, ты права. Зверь. И знай, дорогая, я не дам тебе развод ни через год, ни через сто лет.

Хотела спросить почему, но в горле все пересохло. А вервольф и сам все понял, ответил:

— Ты моя, Юлия, запомни это.

Быстрое движение и вот уже мои путы оказались сорванными. Но Рейн не стал дожидаться, пока я поднимусь и приду в себя. Он вообще больше до меня не дотронулся, бросив перед уходом из дверей:

— Не знаю, когда вернусь. Не все от меня зависит.

***

Вервольф ушёл, а я осталась. Переоделась, а рваную тряпку сунула в камин, туда же подбросила пару поленьев. Совершенно не хотелось, чтобы за спиной прислуга шепталась, рассматривая испорченное платье. Пальцы дрожали, но мне всё же удалось справиться с собой и разжечь огонь. Я уселась прямо на полу и долго смотрела, как пламя пожирает пропавшую вещь.

Не сказать, что в голове в этот момент не бродило никаких мыслей или слёзы лились градом. Вовсе нет. Глаза были сухими, а память тем временем подбрасывала воспоминания о том, что между нами произошло. Я поневоле прокручивала случившееся в голове, не зная, как к этому относиться. Напор, с каким набросился Рейнгард, немного пугал. А ещё эти мягкие оковы. Невольно потёрла запястья, но следов на них не осталось.

Слова, что произнёс перед уходом Форд и вовсе выбили из колеи. Мне всегда казалось, что такое говорят только тем, кого любят. Но между нами этого быть не может, ведь знакомству нет ещё недели. Сама же я тем временем с каждым днём и часом привязывалась к вервольфу всё сильнее. И это уже невозможно отрицать или не замечать.

Треск поленьев, пожираемых огнём, заставил очнуться. Я потянулась за кочергой, поправила недогоревший рукав. Действо нехитрое и совершенно не отвлекающее от основного дела — я всё никак не могла понять, как же теперь быть с Рейнгардом. И что значит, не даст развод? Почему? Неужели и ему я действительно стала дорога или он имеет на меня какие-то свои планы? Судя по поступкам — да, дорога. Во всяком случае, не безразлична. Но разве так бывает? Всё происходит слишком стремительно, чтобы стать правдой.

Рейну тридцать и он не какой-то увлекающийся юнец, что верит в любовь с первого взгляда. Между тем мужчина он интересный. Не совру, если скажу, что девушки и женщины на него заглядываются. Наверняка есть любовница, а то и не одна… И как нам теперь быть? Как мне самой поступить?

Идею о том, что Форду важны мои деньги или владение мастерскими, я решительно отмела как несостоятельную.

Сидеть и страдать, глядя в камин, занятие романтическое, но слегка утомительно, а дел невпроворот. Поэтому пришла к выводу, что между нами всё настолько непонятно, что лучше дождаться хоть какого-то прояснения чувств и ситуации в целом. С такими мыслями решительно поднялась и отправилась на трудовые подвиги. Планирование ближайших трат, вопросы, которые хотела бы задать механику автомастерской. Мне было чем заняться. Я уселась у окна в кабинете отца и очнулась только вечером, когда ворчливая экономка поставила передо мной поднос с чаем и пирожками.

— Да разве так себя морят голодом, леди? Видел бы ваш отец, до чего дочка дошла. Поесть спуститься некогда. А ведь замуж вышла! Мужики, они подержаться за мягкое любят. Кости быстро встают поперек горла хоть людям, хоть оборотням.

— Берта, — предупреждающе сказала я, и женщина умолкла, недовольно поджав губы.

А пирожки и в самом деле вкусные оказались. Как всегда.

Довольная проделанной работой, какое-то время я ещё ходила по дому, подмечая, что необходимо заменить, заглянула на кухню, отдала распоряжения насчёт ужина (если Форд вернётся поздно) и завтрака. А потом ушла к себе, надеясь, что Рейн всё-таки разберётся со своими делами и приедет ко мне. Но вот приблизилась полночь, а потом и вовсе часы перевалили на новый день, только мужа все не было.

Признаваться в собственном разочаровании не самое приятное занятие. Я ждала! Сердце пускались в галоп от любого шороха. Я ждала… Когда стрелка добралась до двух часов ночи, поняла, что Рейнгарда не будет. Похоже, что не до меня ему. Нашлось что-то или кто-то более важный, чем молодая жена. С тем и уснула.

А утром, едва забрезжил рассвет, я позавтракала, собралась и, взяв отцовский Кадинлак, отправилась в контору автомастерских. У меня уже был план объехать все ремонтные точки, но это дело я отложила на конец недели. Сегодня же у меня намечался серьёзный разговор со счетоводом Корнелом и механиком Бергом. Лесопилка тоже не шла из головы. Было чем заняться и это хорошо. Отвлекает немного, знаете ли, от проблем, которые снова начали прирастать, но уже совсем в ином поле. В личном, болезненно задевая сердце и душу. Нравится это или нет, но Рейн, как оказалось, сумел проникнуть в моё сердце в самые короткий срок.