Глава 26

Выложенная булыжником дорога была настолько укатана, что неудобства если какие и встречались, то вполне терпимые. Я порадовалась тени, что захватывала наш автомобиль, движущийся вдоль кромки леса.

— Ну теперь-то ты довольна? — поинтересовался муж. — Больше не сбежишь?

— А я не сбегала! — возмущённо фыркнула, но только для вида. Только сейчас усталость навалилась и тому были причины: бессонная ночь, ранний подъем и загруженный день, который неумолимо близился к завершению.

— Да? — Рейнгард удивлённо вскинул брови. — Как тогда назвать то, что ты решила отправиться сюда одна.

— Знакомством со своим наследством? — подсказала я и улыбнулась.

Вообще-то, я была рада, что муж со мной. А то пришлось бы добираться самой, а пусть неблизкий. И с мужиками общаться… Нет, я не боялась, ведь в автомастерской тоже не выпускницы работают и мне удавалось наладить с ними контакт. Однако чувствовала стеснение, которое облегчало присутствие вервольфа. Все разговоры во время общения с мастером вёл именно Форд. Я даже порадовалась за сообразительного супруга, когда он интересовался участками, откуда привозится лес, почём закупается и прочие важные моменты. Мне оставалось слушать, запоминать и раскладывать мысли по полочкам.

— Знать бы, что Миллер не выпутается, совсем было хорошо, — вздохнула я, рассматривая лес.

— А он и не сумеет легко отделаться, — усмехнулся муж.

Мне почудилась угроза в его голосе, что я перестала любоваться местной флорой и заинтересованно уставилась на мужа.

— Ты что-то узнал!

— Ох, Юлия, если бы ты только знала что именно! — Загадочности в голосе мужа было хоть отбавляй.

От нетерпения я поерзала и потребовала:

— Рассказывай, не тяни! Будем знать вместе. Ты ведь говорил, что дело куда-то там передали.

— Да. Представляешь, Вилли Миллер, оказывается, давно уже не Вилли.

— То есть как это? — не поняла я замысловатой фразы. — Еще одна иллюзия? Но зачем? Получается, он вовсе не настоящий компаньон отца? А кто тогда?

— Тот, кто выдавал себя за Вилли Миллера, действительно Миллер, но… Только его сын Леон.

— Сын? — У меня в голове не укладывались все эти кульбиты, не хватало информации. — Рейн, но куда подевался старший? И почему Леон занял место своего отца?

— Куда пропал Вилли, это всё ещё дело полиции. Знаешь, как докопались до правды? — Уголок губ мужчины дёрнулся, изображая улыбку.

Это необыкновенно шло вервольфу. И я не удержалась, прикоснулась к его плечу рукой. Хотелось не только касаться, но и прижаться к мужу, поцеловать его. Рейнгард Форд незаметными усилиями влюблял меня в себя, привязывая каждый день все сильнее.

— Как? — чуть растерянно произнесла я, продолжая внимать мужу и в то же время находясь в шоке от собственных открытий.

Оборотень посмотрел на меня, поймал улыбку и снова перевёл взгляд на дорогу.

— Наши снимки помогли. Там. На них изображён вовсе не Вилли Миллер, а его сын Леон. Тот, кого когда-то исключили из Академии за какие-то проступки.

— Надо же. Получается, он маг-недоучка с амбициями, занявший место отца?

— Так и есть, — согласился муж.

— А зачем Леон мне открылся? Не понимаю.

— Не знаю, — Рейн пожал плечами. — Мне кажется, что трудно столько лет хранить тайну, вот и прорвало мужика. Думаю, он хотел создать семью, попутно объединив ваши капиталы.

— Вот козёл! — возмущённо вырвалось у меня, что вызвало удивлённый взгляд вервольфа. Пришлось пояснять. — Очень непорядочный.

— Не то слово, — согласился супруг. — В общем, теперь Леон Миллер не отвертится.

— Это хорошо, — выдохнула я и подумала, что сейчас даже дышится легче. Знания, сила, как ни крути.

Я снова принялась рассматривать лес, но теперь уже с большим воодушевлением. Предстояло решить, что же будет со второй половинкой автомастерских? Надо узнать. кто там наследник и есть ли вообще у Миллеров хоть кто-то из родни.

— Рейн, там кто-то есть! — воскликнула я, потеряв мысль от собственного размышления.

— Ты уверена? — в голосе Рейнгарда проскользнуло напряжение. Форд повернул голову в сторону леса, пытаясь там что-то рассмотреть.

— Н… не знаю. Мне показалось, что кто-то пробежал. — Я действительно не понимала, что же так привлекло моё внимание. Какая-то смазанная чёрная тень, мелькнувшая между стволами деревьев и скрывшаяся за кустами. — Может, это оборотни?

— Вполне возможно. Здесь пограничная территория, — проявил осведомлённость супруг.

Он больше не смотрел по сторонам, только вперёд. И я успокоилась, решив, что муж сосредоточился на дороге, а значит, нам ничего не угрожает.

Пятеро очень крупных волков появились внезапно и преградили путь, едва мы подъехали к мосту, соединяющим берега неширокой реки. Пришлось сбросить скорость и остановиться.

— Рейн, это же оборотни, — произнесла я, не отрывая взгляда от хищников.

— Они самые, — согласился мой вервольф.

В его голосе по-прежнему присутствовала нота напряжения. И сейчас она звучала иначе. Я точно знала, что супруг не испытывал страха. Меня не покидала мысль, что Рейн не ждёт от общения с волками ничего хорошего и тщательно это скрывает. Горячая ладонь мужчины тут же накрыла мою руку, сжала её успокаивающе. Я оторвала взгляд от внушительного вида хищников и уставилась на супруга, тем самым понуждая обратить внимание на себя.

— Ты их знаешь! — выдохнула я, осенённая догадкой.

Синие глаза не могли мне солгать. Именно они подсказали, что я права на все сто процентов и даже больше.

— Юль, это мои единокровные братья.

— Все? — ошарашенно выдохнула я, переведя взгляд на застывших серых хищников. Только я не обольщалась их бездеятельностью. С такими-то мордами можно и не рычать. Достаточно оскалиться один раз для того, чтобы на человека ступор напал, а то и вовсе ножки подкосились. Потом брать его полуобморочного и делать, что пожелается.

— Все. Это сыновья моего отца и мачехи. Ты тут посиди, я сейчас с ними поговорю. Только, пожалуйста, закройся в салоне и не покидай автомобиль. На всякий случай.

— Как скажешь, — понятливо кивнула я, решив, что сначала выпутаемся из ситуации. А потом буду расспрашивать мужа про его родственников. — Рейн, а почему они здесь? Разве ты из этих мест?

— Из этих. Когда-то твой отец купил землю клана Форд.

Новость была сногсшибательной и требовала подробностей. Но я проглотила вопросы, решив, что сейчас не время для болтовни.

Со всем вниманием смотрела за каждым шагом своего вервольфа, пытаясь понять, насколько он напряжён. Вглядывалась в оскаленные морды обернувшихся оборотней. Меня не покидало чувство, что выражение их шерстяных лиц разное. А ещё чудилась усмешка и решительность, но это уже из области фантастики. В приоткрытое окно доносилось пение птиц, шелест леса. Мне же хотелось понять, в чем дело и услышать хоть что-то, проясняющее ситуацию. Может, они соскучились по братцу и захотели пообщаться? Узнали его машину и бросились наперерез, зажав перед мостом.

И тут началось…

Рейнгард застыл, волки напряглись, послышалось неприятное порыкивание в адрес моего мужа…

Нет, я нисколько не сомневалась, что супруг храбрый и смелый, но чтобы выйти навстречу пятёрке отрицательно настроенных оборотней, мало одной силы. Его ведь не чай позвали пить, верно? И не пеняют за то, что долго не ехал и едва не прокатил мимо родственничков. Судя по всему, Форд не жалует местное общество, раз пригрел у себя в агентстве двух волков.

А этот приказ не выходить из машины? Мне он сразу не понравился! Рейнгард упоминал, что не особо в ладу со своим семейством. Похоже, сейчас грядёт демонстрация горячих родственных чувств во всей красе.

— Слева! — закричала я, когда один из оборотней нехорошо оскалился и шагнул ближе к моему мужу.

Форд быстро обернулся, бросил на меня обеспокоенный взгляд. В ту же секунду его кулак разрезал воздух, остановившись на готовящимся напасть вервольфе. Волк взвизгнул от удара и отлетел в сторону…

— Юля, не вмешивайся! — раздался крик супруга.

Я закусила губу, раздираемая противоречивыми чувствами. Как не вмешиваться, когда ситуация все более накалялась, а эти наглые волчары даже не думали отступать?! Их пятеро, а муж один! Оборотни начали рычать и скалиться, демонстрируя совершенно недружественные намерения. Разве можно усидеть, когда на твоих глазах происходит что-то неприятное и нужно срочно что-то делать?!

Да, я прекрасно понимала, что своим стремлением помочь могу только помешать любимому и отвлекать его внимание, вместо того, чтобы дать сосредоточиться. Всё-таки это его родня, не моя. И характер Фордов лучше понять самому Форду. Но разве это по-человечески, быть трусихой?

Не зная, что предпринять, я посмотрела по сторонам и нужная мысль быстро нашлась. Перелезла на место водителя, завела мотор и медленно двинулась к мосту в надежде, что волки отпрянут, а муж догадается запрыгнуть ко мне. Сомнение в этом решении, конечно, были. И в то же время с каждой секундой крепло впечатление, что сейчас на моих глазах разыгрывается настоящая драма.

Как я оказалась неправа! Эта свора бросилась на Рейнгарда одновременно, увлекая его на траву. Клубок из рычащих тел пяти волков и одного человеческого покатился в сторону кустарника, разросшегося по берегу. Это было уже слишком! Я привстала, чтобы суметь хоть что-то рассмотреть, но это не помогло. Не зная, что предпринять, я открыла перчаточный ящик (бардачок*) в надежде, что муж хранил в нем оружие. Не умея стрелять, я была полна решимости воспользоваться пистолетом. В крайнем случае припугнуть не в меру разошедшихся волков. Только вместо оружия обнаружила наш с Рейнгардом снимок, сделанный в день свадьбы.

Вспоминать было некогда, и я выскочила из автомобиля, подскочила к кустам ивняка, желая сломать один из них. Согнулась, надеясь сорвать прут подлиннее. Рычание волков же всё ещё доносилось, но уже тише, а потом и вовсе заглохло. Это пугало. Злость и паника придавали мне сил. Мой муж один, а этих монстров пятеро. Пятеро! Гады! Пусть ждут от меня на Новый год подарки — ошейники от блох и набор такого же шампуня. А ещё именные собачьи миски.

Упругий ствол никак не хотел поддаваться. И я согнулась ещё ниже. Скорее бы, только скорее…

— Какой вид, — раздался чей-то голос позади меня. — Понимаю братца Рейнгарда.

Моё личное позорное знакомство с семейством мужа могло стать таковым, если бы я хотела этой встречи. А так… С достоинством распрямилась (по-прежнему хватаясь на несговорчивый прут), повернулась.

Совершенно обнажённый мужчина лет двадцати пяти рассматривал меня как нечто забавное. Судя по наглому выражению лица, стеснение явно не его конёк.

— Кто ты такой? — спросила прямо, пропустив момент с расшаркиваниями. Обойдётся. На отпрыска благородного семейства этот индивид никак не тянул.

— Я это я. А вот ты кто? Любовница полукровки… — насмешливо произнёс оборотень, принюхался, отчего мне стало как-то не по себе. Вроде как вступила во что-то, а меня раскрыли. — Я же прав!

— Возьми с полки конфетку и отдай её мне, — огрызнулась я, переживая, что каждое слово в обществе этого «голыша» работает не на пользу супруга. Нужно торопиться спасать, а я тут ерундой занимаюсь. — И, вообще, зачем вам Рейнгард?

— Отец желает видеть блудного сына, — пояснил оборотень, при этом продолжая меня придирчиво рассматривать.

— А-а-а, так это было вежливое приглашение? — Я скривилась, старательно отводя взгляд от нижней части вервольфа, надумавшего меня смутить. Интересно, всех ли гостей встречают во всей мужской красе или этой чести только я удостоилась?

— Было. Но Рейн как всегда решил его проигнорировать. А ты, значит, согреваешь его постель, да? — Наглость оборотня просто зашкаливала и возмущала. Я сжала кулаки, прекрасно оценивая свои возможности.

— Но не ты же, — не удержалась я от подколки. Оправдываться и рассказывать, что Рейнгард мой муж, совершенно не хотела. Не видела смысла.

— Наглая, как Рейн, — сделал вывод оборотень и сузил глаза. Нехорошо так прищурился, рассматривая меня так пристально, что хотелось почесаться. Неприятный тип.

— Что поделать. — Я передёрнула плечами, пытаясь одновременно прислушиваться к тому, что происходило за кустами у реки.

Вервольф, преградивший собой путь, раздражал до невозможности. И дело вовсе не в его голом виде, просто мне идти надо, а он тут прикинулся забором.

Всплеск воды с той стороны, куда пропали волки с моим мужем, я никак не могла пропустить. Тревога сильнее сдавила сердце, а дурное предчувствие попыталось активировать панику. Я сжала зубы и решительно двинулась в неизвестность. То есть решила пробить себе дорогу, миновав неприятное препятствие.

Бессовестный почти что родственник одной рукой поймал меня, не давая пройти.

— А ну, отпусти! — взвилась я, уже пожалев, что стою на ногах, а не воспользовалась машиной.

Чужое прикосновение оказалось крайне неприятным, и зря вервольф это сделал. Я полоснула его когтями, расцарапав от предплечья до самой кисти. Могла бы, рвала зубами, только прорваться к Рейну. Ему нужна моя помощь, а я тут стою, чуть ли не прижавшись к голому мужику, который вознамерился меня не пустить. Меня?! К мужу?! Любимому и единственному?!

— Дура! Кошка драная! — заорал оборотень, отшвырнув меня от себя.

Я словно ветряная мельница замахала руками, стараясь удержаться. Едва не упала, а как выровняла вертикальное положение, бросилась в сторону берега. Искать дорожку было ни к чему. Прокатившаяся по кустам и высокой траве компания примяла всё так, что не нужно было спрашивать про направление — на это указывали сломанные ветки.

Выскочила на берег, а там…

— Рейн, Рейн! — отчаянно закричала я, глядя на отдаляющийся фургон. Он двигался вдоль берега, по грунтовой дорожке, что лежала выше песочной линии. И всё больше удалялся от меня. — Рейн!

Кинулась вслед, но куда там… У моста течение выбросило ветки на берег и сейчас они мешались и путались под ногами. Мои туфли проваливались в песок, но я бежала, понимая, что никак не догоню. И больше никого и нигде рядом нет, только этот удаляющийся фургон. Очередная коряга под ногами подвернулась так неудачно, что я споткнулась. Пролетела через покорёженный ствол, растянулась, а встать уже не было сил. И дело вовсе не в усталости. Осознание того, что не успела, ввинтилось в душу и вытягивало её, то и дело дёргая за болезненные струны. Невольные слёзы брызнули из глаз и потекли по щекам.

Себя вдруг стало так жалко, что просто волком вой. И можно было так и поступить, но я не стала. Собрала волю в кулак и поднялась, упорно игнорируя боль в ноге от неудачного падения. Это все ерунда и мелочи. Главное, что любимый жив, а прочее поправимо.

Вода в реке оказалась чистой. Я умылась, вытряхнула песок из обуви, да прямо босиком направилась к автомобилю. С трудом поднявшись по крутому склону, я вышла к мосту, около которого по-прежнему стоял Мерцендес супруга. Брат Рейна тоже никуда не делся, только теперь он сидел на пассажирском месте и внимательно следил за моим приближением. И с каждым шагом во мне поднималась волна раздражения. Ведь мужа похитили, силой заставили уйти, а я тут торчу как дура, да ещё в придачу с незнакомым мне Фордом. Подмена абсолютно неравносильная, вы не находите?

Я отряхнула ноги, сунула их в туфли и только потом открыла дверцу со стороны водителя и скользнула в кресло. Сразу заметила, что оборотень всё-таки надел штаны на свою филейную часть. И я была уверена, что это брюки из запасного комплекта моего супруга.

— Что, своих нет? — съязвила и тут же презрительно посмотрела на чужого, по сути, мужчину. Привычки оборотней одинаковы, а эти родственники. Форды. Но какое он имел право трогать вещи моего супруга?!

— Так это ты, — странно ответил мужчина и полез в ящик для перчаток. Быстрым движением извлёк из него наше с мужем свадебное фото. Не косоглазое и не пропечатанное, а самое нормальное. — Значит, ты и есть жена Рейна?

— Сам догадался или кто-то подсказал?! — фыркнула я и попыталась выхватить милый сердцу снимок.

— Погоди, не спеши, — Форд отдёрнул руку, не дав мне желаемое. — Зачем вы приехали?

— А тебе какое дело? — огрызнулась я и с тоской посмотрела в окно.

Приближение вечера трудно было не заметить. Конечно, я смогу сама найти дорогу домой, это не проблема. И страха ехать одной, в общем-то, у меня нет. Но Рейн… Как его одного оставить с этим семейством?!

— В общем-то, никакого. Могу уйти, если хочешь, — заявил наглец и вернул снимок на место, захлопнув перчаточный ящик.

— Почему вы на нас напали?

— Дело не в тебе, — неожиданно признался вервольф и развернулся ко мне всем корпусом. — Рейн не должен был показываться у наших границ, тогда бы ничего не произошло. Столько лет он отказывался появляться в клан, а тут такой просчёт. Почему?

— Мы ездили на лесопилку, — призналась я, решив, что нет в этом ничего особенного. Эти сведения оборотни и без меня выяснят. — Она досталась мне в наследство от отца.

— А-а-а, вот в чём дело, — понятливо кивнул Форд. — Получается, ты из Нордов?

— Не похожа? — съязвила я, глядя в карие глаза полуголого мужчины. — Ну так что, проводишь к мужу?

— Нет, ни к чему это, — заявил нахал, что сидел в штанах моего супруга, в моём (ну почти) автомобиле и при этом вёл себя как король. — Да и семья не поймёт.

Я хмыкнула. Насколько они зависимы от семьи, в то же время наплевав на интересы родственника.

— А зачем вашему отцу Рейн? Неужели так сильно соскучился по любимому старшему сыну? — Я нарочно выводила вервольфа хоть на какие-нибудь эмоции. Хотелось знать, насколько он сам расположен к моему супругу. Враг или не совсем. — Или это тайна?

— Это семейное дело. И хоть ты теперь член семьи, но ведь и не оборотень. Многого не поймёшь, — заявил Форд и вышел из автомобиля.

Наверное, я должна была вздохнуть спокойно, совершенно не горя желанием продолжить общение с братом Рейна. Только муж непонятно где, а вокруг, судя по всему, сплошные волки. И не все их них оборотни. Где-то позади находятся рабочие, но и к этим захаживают любвеобильные шерстяные девы. А мне нужны были надежные союзники не только по бизнесу, но и по духу. Поблизости таких не наблюдалось.

— Эй! Ты хоть скажи, далеко ли до вашего дома? — крикнула я вслед быстро удаляющемуся мужчине. Широкая спина Форда бугрилась литыми мышцами. А я вдруг подумала, что сейчас этот человек обернётся волком, и конец штанам мужа. Так никаких денег не напасёшься!

Вервольф, чтоб его кошки подрали, обернулся и ответил в своей чудной манере:

— Думаешь, у тебя хватит топлива добраться до нас, а потом вернуться в город?

Я бросила тревожный взгляд на заветную стрелочку и нахмурилась. Форд прав, а это не очень хорошо. Просто отвратительно. У меня муж непонятно где, а техника готова вот-вот подвести.

— Девушка, — оборотень сделал шаг в мою сторону. Он больше не ухмылялся и не обзывался. Совершенно серьёзный вид, лишённой какой-либо язвительности. — Езжайте домой, Рейну ничего не грозит.

Форд больше не сказал ни слова, повернулся и пошёл прочь. Словно лимит общения со мной исчерпан, а дальнейшее просто не входило в его планы.

— Знаете, — крикнула я вслед оборотню, почти что скрывшемуся в кустах под мостом. — У нас принято в гости приглашать по-хорошему. А уж домой так, и вовсе вежливо зовут. Не пинками.

Наверное, это неплохо, что мужчина обернулся у меня не на глазах. Успела заметить только мелькнувшую серую тень, стремительно движущуюся в сторону леса.

И как теперь быть? Вернуться на лесопилку в поисках поддержки или надёжнее вначале ехать за подмогой в город? Там Кац, детективы Рейна, его друзья из полиции. Может, что-то подскажут.

Я завела автомобиль и поехала в город. Несмотря на все доводы разума, сердце рвалось за Рейнгардом. Можно сколько угодно говорить себе, что сейчас вечер и потеряться одной в лесу плевое дело. Ещё неизвестно, куда вела дорога, по которой увезли мужа. Всё это так, но разве мне от этого было легче? Осознание того что больше никогда не увижу любимого, больно ранило душу.