Глава 18

Вопреки всем её опасениям, Владимир сдержал свое слово. За всю их первую ночь в отеле он не сделал ни малейшей попытки приблизиться к Кате. Когда она просыпалась по утрам, он уже был на ногах и выходил из комнаты, чтобы не стеснять девушку своим присутствием. По вечерам давал ей временную форму, проводя время в баре в ожидании, пока его супруга ляжет в постель. Пока же они спали, Владимир держался от Кати на должном расстоянии, и понемногу она, видя такое его джентльменское поведение, стала понемногу психологически расслабляться.

Дни отпуска протекали без приключений. Днём они, в основном, лежали у бассейна или на пляже, нежась на солнышке, либо ходили купаться. Естественно, каждый по-своему, не приближаясь друг к другу. Дважды отправлялись на прогулку по Мале, который оказался довольно симпатичным и притом очень густонаселённым городом. На площади всего меньше семи квадратных километров, как узнала Катя, разместились около 140 тысяч человек.

Молодожёны во время своих прогулок побывали на рынке, где увидели множество экзотических фруктов, но больше всего здесь было, конечно, бананов и кокосов. Затем посетили Площадь Республики, которая оказалась ничем не примечательной — стандартная городская площадь с высокой трубой-флагштоком и развевающимся флагом на ней. Посмотрели со стороны на парк Султан. Внутрь не зашли, поскольку оказалось, что местным туда можно бесплатно, туристам — нет, причем довольно дорого. Владимир хотел было заплатить, но Катя помотала головой — всё равно смотреть нечего, небольшой скверик с фонтаном. После прошли в единственный на весь остров супермаркет и вернулись в отель.

Во время путешествия по Мале и совместных трапез Катя с Владимиром всегда оживлённо разговаривали. И, как ни странно, девушка чувствовала себя в обществе мужа так же хорошо, как в их первый вечер в маленьком кафе. Хотя она по-прежнему всё ещё с подозрением относилась к причинам, побудившим Владимира жениться, Катя начала понемногу успокаиваться.

Владимир заметил это изменение, и ему захотелось просто обнять её несколько раз. Но он также чувствовал, что она все еще опасается слишком резкого сближения, и тут же отбросил эти мысли. Ему совершенно не хотелось оставшиеся дни отпуска провести в полной тишине и одиночестве. Убедился ведь раньше, что Катя очень принципиально относится ко всему, что касается близких отношений. И тем более, если ей что-то в этом плане пытаются навязывать.

* * *

Их отпуск или, как его назвал Евгений Петрович, «медовый месяц» подходил к концу. Это был последний вечер перед отъездом. Катя и Владимир сидели на террасе ресторана. Вечером они вкусно и с комфортом поели, а потом долго сидели и разговаривали, глядя на безупречно красивый закат на Индийском океане.

В какой-то момент Катя встала.

— Я поднимусь наверх, — сказала она. — Завтра нам рано вставать, я хочу перед долгим перелётом отдохнуть как следует.

Владимир кивнул.

— Тогда спокойной ночи, — пожелал он ей.

— Спокойной ночи.

Катя целеустремленно прошла между столиками, и Владимир с сожалением посмотрел ей вслед. Он встал, пошел в бар, заказал пива. Покорно сел на один из табуретов и задумчиво посмотрел в свой стакан, где медленно оседала пена, напомнившая ему его отношения с Катей. Сквозь пену не видно, что внизу, и нужно ждать, пока она осядет. Но как долго придётся терпеть? Можно ее попытаться сдуть, но это некрасиво. Или попробовать вылить, только и напитка станет меньше. Нет выхода, только ожидание.

Да, они пробыли здесь уже восемь дней. Восемь прекрасных, приятных дней, и Владимир действительно теперь чувствовал себя чудесно отдохнувшим и расслабленным. Но слова отца продолжали крутиться у него в голове, и мужчина думал, что не приблизился ни на шаг к своей истинной цели. Более того: совершенно потерял из виду первоначальный смысл и цель этого брака по расчету.

Владимир ясно сознавал, что у него было мало времени. Теперь же не знал, отыщет ли подходящую возможность в ближайшее время, как только они вернутся домой. Решившись, он выпил пиво и пошел наверх.

* * *

Катя долго и тщательно мылась, потом выбралась из душевой кабины, тщательно вытерлась и высушила волосы феном. Натянула ночную сорочку и легла в постель. Балконная дверь была немного приоткрыта, и откуда-то доносилась тихая приятная музыка. Это была одна из тех джазовых композиций, которые всегда очень нравились Кате, приводя её в умиротворённое и даже немного счастливое состояние.

Послушав немного, Катя выбралась из кровати и вышла на балкон. Солнце садилось, заливая всё мягким оранжево-золотым светом. Девушка опёрлась на перила и смотрела на бескрайний простор. Индийский океан в эти минуты казался огромным и безмятежным. Вдалеке покачивались белые яхты, и Катя подумала, как бы хорошо сейчас оказаться на одной из них. Прежде кататься на такой ей не приходилось, а мечта была с детства.

Но тут же мысли повернулись в другое русло. С тоской Катя подумала, как хорошо было бы всё сейчас в её жизни, если бы она не продала себя ради безопасного будущего семьи. Да, именно продала, как же ещё относиться к последствиям подписанного ей брачного контракта? Пусть и без допов, хотя бы это хорошо, а то кто знает, чем бы всё могло закончиться. Хотя известно чем. Катя бы не согласилась ни на одно дополнительное условие.

Ей вспомнилась просьба Александра, сказанная им перед свадьбой. «Я от всего сердца прошу тебя дать Владимиру шанс. Он неплохой парень, ты это поймешь. Обязательно поймёшь, поверь мне», — произнес он тогда. За время, проведенное на Мальдивах, Катя поняла, что лучший друг её мужа оказался прав. Владимир действительно не был плохим парнем.

В последние дни она узнала его совсем с другой стороны. Он не был высокомерным или насмешливым, и при других обстоятельствах Катя могла бы влюбиться в него. Он нравился ей, и она чувствовала к нему влечение во всех смыслах. Но между ними было еще слишком много нерешенных вопросов. Тех вещей, которые пугали её и удерживали от выхода за рамки делового соглашения.

* * *

Владимир тихо вошел в номер. Он ожидал найти Катю уже спящей, но, к его удивлению, она стояла снаружи на балконе спиной к нему и не услышала возвращения мужа. На ней была только тонкая ночная сорочка, и хотя Владимир весь день видел её в бассейне или на пляже в гораздо меньшем количестве одежды, его сердцебиение внезапно увеличилось в геометрической прогрессии.

Он медленно прошел через комнату на балкон, встал позади Кати и осторожно обнял её за талию. Удивленная, она обернулась.

— Боже мой, Владимир, ты меня напугал.

— Прости, я не хотел, — мягко сказал он, не отпуская её.

Нахмурившись, она хотела сделать шаг в сторону, но он продолжал крепко держать жену.

— Пожалуйста, позволь мне уйти.

Владимир осторожно притянул её к себе.

— Катя, сегодня наша последняя ночь здесь. И я помню, что обещал тебе. Но я хочу обнять тебя хотя бы раз, — взмолился он.

Жена нервно посмотрела на него, увидела блеск в его глазах, и её колени подогнулись.

— Что ты делаешь? — защищаясь, сказала она. — Только брачный контракт, никаких допов, надеюсь, ты помнишь?

— Катя, — хрипло прошептал он и, прежде чем она успела еще что-нибудь сказать, наклонился и поцеловал её.

Его губы были теплыми и мягкими, и, как и в прошлые разы, у нее возникло искушение сдаться и прижаться к нему. Но внутри всё ещё было сомнение, и она разрывалась между желанием ответить на поцелуй мужа и оттолкнуть его. Пока Катя не могла решиться, Владимир притянул её ближе к себе, нежно провел руками по спине и ощутил, как она отреагировала на его прикосновения, но в то же время почувствовал и её сопротивление.

На долю секунды ему захотелось просто продолжить, но затем он отпустил Катю.

— Извини, я не должен был этого делать, — пробормотал он себе под нос, торопливо поворачиваясь и широкими шагами пересекая комнату. Через несколько секунд дверь за ним закрылась, и Катя осталась в полном недоумении.