30

В сентябре мои малыши шевелились настолько активно, что периодически, мой совсем немаленький для шестого месяца живот, ходил ходуном. Я поправилась. Но, кажется, основную массу веса, забрали дети, потому что особых изменений кроме груди и животика, в моем теле не наблюдалось. Пришлось почти полностью сменить гардероб. А если в ближайшие месяцы я наберу еще несколько килограмм, то придется снова ехать покупать одежду.

Виктора же все устраивало. Особенно, он обождал мою грудь, которая внезапно подросла на пару размеров. Мамочки, если после родов она станет больше? Как потом я приведу ее в норму? Вдруг она будет висеть? Жуть…

Муж же смеялся над моими страхами и говорил, что я буду ему нравиться даже тогда, когда моя грудь перестанет быть упругой и красивой. В такие моменты мне хотелось стукнуть его посильней. На что он говорил, что на крайний случай, возможна и пластическая операция. А лучше — снова забеременеть, и грудь снова станет большой и упругой.

***

С Машкой мы почти потеряли связь. Так как я перевелась на заочное, мы с ней почти не виделись. Лишь изредка списывались в мессенджерах.

А однажды, она позвонила мне в истерике, и рыдая, спросила, можно ли ей приехать ко мне. Конечно же я согласилась. В таком состоянии я не видела подругу давно.

Она приехала через полчаса. Дрожащая, испуганная, с глазами, полными слез. Первые десять минут не могла вымолвить и слова, лишь ревела, уткнувшись мне в плечо. Кое как удалось остановить поток ее слез и я повела ее на кухню, заварив чай с мятой. Пусть уже понемногу приходит в себя.

— Что у тебя случилось? — мягко спросила.

— Боже, Вика, я такая дура — обреченно простонала она, закрывая лицо руками. Я не торопила, ждала, когда начнет сама рассказывать Я беременна — дрожащим голосом произнесла.

— Ну… Разве это причина для слез? — неуверенно спросила ее.

— Еще какая — тихо ответила Машка и, сделав глубокий вдох, начала рассказывать — Полтора месяца назад я поехала в бар. Мы сильно поругались с моим, теперь уже бывшим. Я просто хотела напиться и забыть о ссоре. А в итоге…Я сильно перепила. А утром проснулась в постели незнакомца. Боже, я тогда так сильно испугалась! Он был такой огромный, весь в татуировках, седина в волосах. Выглядел примерно лет на сорок-сорок пять. О том, что мы переспали, сомнений не было: тело болело и у меня везде были засосы. Я быстро оделась и тихо сбежала. Ехала домой и пыталась вспомнить хоть что-нибудь. Но ничего — в голове, словно черная дыра. А сегодня, я узнала что беременна. Боже, это же кошмар! — застонала она, закрыв лицо ладонями — Я ведь даже не сразу сообразила, что месячные не пришли. А теперь вот…

Я сидела и смотрела на нее, даже не зная что сказать.

— Я пойду на аборт. Мне не нужен этот ребенок — глухо сказала она, уставившись пустым взглядом в стену — Отец меня убьет, если узнает, что я залетела непонятно от кого.

Она посмотрела на меня так, словно ждала, что я помогу решить ее проблему.

— Маш, я даже не знаю, что тебе посоветовать. Здесь только ты должна принять решение.

— Знаю, но мне так страшно — снова всхлипнула.

Какое — то время мы еще сидели, изредка переговариваясь, а потом Машка встала и обняла меня, прощаясь:

— Спасибо что выслушала. Для меня это очень много значит.

— Пожалуйста, Маш. Только ты все равно хорошенько подумай обо всем. Ок?

Машка кивнула и махнув мне рукой, пошла к двери. Такси уже приехало.

После разговора с подругой на душе было неспокойно. Машка просто магнит для неприятностей. Но если она все же решится на аборт — ее право. Даже не могу представить, что бы делала, окажись на ее месте.

***

На следующий день я попыталась дозвониться до Машки, но телефон подруги был отключен. А вечером того же дня, позвонил ее отец, чтоб узнать, не у меня ли она. Нехорошее предчувствие охватило душу. Вдруг, она пошла на аборт, и там что — то случилось? Мне пришлось рассказать об этом ее отцу, умолчав о том, от кого может быть ребенок.

Время шло, а Машка не находилась. Ее отец написал заявление на розыск. Девушку уже искали неделю, а потом она объявилась сама.

Оказывается, тот мужчина следил за ней и узнав, что она решила избавиться от его ребенка, выкрал ее прямо из клиники. А дальше… Он женился на ней. Боюсь даже представить какие у них сейчас отношения и насколько добровольным было ее согласие на брак. Но подруга вдруг стала тихой и покорной. Что если он бьёт ее?

Попытки встретиться с ней шли прахом. Он запрещал ей это. Позволял лишь разговоры по телефону, но, судя по краткости ее ответов, он находился рядом.

Ну что я могла сделать? Ничего.

Встретились мы с ней лишь спустя две недели. Машка была в относительном порядке, рассказала, как он нашел ее. Мужчина сказал ей, что она получит развод только после рождения ребенка и полного отказа от прав на него. Машка фырчала что ей плевать и на него и на его ребенка. Что после родов сразу же напишет отказную в его пользу и вырвется наконец — то из под ненавистной опеки.

Виктор, узнав об этой истории запретил мне с ней встречаться. Для него было противоестественным то, что мать может отказаться от собственного ребенка. Я спорить не стала. Да и встречаться нам с Машкой все равно больше не позволили. Ее муж забрал ее заграницу.

***

Дни до родов пролетают слишком быстро. Уже выпал первый снег. Я с удовольствием погуляла на улице, вдыхая морозный запах. Виктор позвонил и строго сказал мне вернуться домой и не морозить свой хорошенький зад. Я звонко рассмеялась и послала ему селфи среди покрытых снегом деревьев. Фотография получилась просто волшебной, не зря мне нравится этот сад.

Незаметно для себя, я переключила все внимание на малышей: часто разговариваю с ними и много чего обещаю. Они еще не родились, но я уже их люблю. Сильно.

Представляю, как буду играть с ними, когда они немного подрастут. Составляю для себя список сказок, которые буду обязательно читать им на ночь. Собираю коллекцию детских песенок, которые разучиваю и напеваю им уже сейчас. Очень хочется верить, что они слышат мой голос и после рождения узнают его.

Мама говорит, что переедет к нам на первое время, поможет с малышами. Я нисколько не возражаю, так как ее поддержка сейчас мне очень нужна. Так я знаю точно, что меня хоть кто — то любит. В последнее время я устала заморачиваться на мысли о том, что живу с мужчиной, который не испытывает ко мне сильных и взаимных чувств.

Мне пришлось смириться с мыслью, что Виктор не сможет полюбить меня. Пусть так, возможно это даже к лучшему. Ну, нельзя же заставить человека любить против воли. По крайней мере, он заботится обо мне. Уверена, что малышей Виктор будет любить. А мои чувства к нему, возможно, со временем утихнут.

***

Сегодня с самого раннего утра сильно тянет живот. Я пока не сказала об этом ни мужу, ни маме. Боялась, что это могут быть ложные схвати, а раньше времени мне в больницу совершенно не хотелось. Виктор на работе, но со мной осталась мама. Муж попросил ее приехать и пожить немного с нами. Сказал, что так ему будет спокойней, ведь я буду находиться под присмотром. Я даже не возражала, потому что самой сейчас было страшно оставаться одной.

Моя врач предлагала мне лечь в роддом пораньше, чтоб быть под медицинским наблюдением. Но я отказалась, потому что провести неизвестно сколько времени в больничных стенах, мне совершенно не хотелось. Пообещала звонить сразу, как только почувствую явные изменения в теле.

Сегодня, кажется, настал тот день, когда наши малыши готовы появиться на свет. Очередной спазм скрутил тело и не выдержав, я застонала:

— Мам…

Мама тут же всполошилась и подбежала ко мне. Кажется, я вспотела. Меня бросало то в жар, то в холод.

— Началось? — взволнованно спросила она.

— Кажется, пора — прошептала, стиснув зубы.

Мама тут же вызвала нашего водителя. Он стремительно вошел в дом, и, не говоря ни слова, подхватил меня на руки. Аккуратно посадил на заднее сиденье автомобиля и пристегнул. Отстраняясь, чуть сжал мою руку и бодро произнес:

— Держись. Все будет хорошо.

Я тускло улыбнулась ему, так как новая схватка скрутила тело. Мама села рядом, с беспокойством поглядывая на меня. Я пыталась хоть немного отвлечься, но ничего не выходило. Скорей бы уже все прошло. Боюсь даже представить как больно рожать, если у меня уже сейчас все болит.

Пока ехали в частный роддом, она позвонила Виктору.

— Всё, Вить, началось. Поехали за малышами — радостно поделилась она новостью. Потом снова посмотрела на меня — Держится. Хорошо, буду ждать на месте.

Отключила звонок и взяла меня за руку, чуть сжав пальцы. Что-то ободряюще зашептала. А я почти не вникала, потому что старалась дышать так, чтоб мне стало хоть немного легче.

***

Роды начались стремительно, едва меня успели провести в отделение. Было настолько больно, что порой мне казалось, еще немного, и я просто потеряю сознание. Акушерка что — то советовала мне, пыталась подбодрить, но я лишь могла стискивать зубы и стонать от боли. Боже, ну когда уже, когда…

Напрягаюсь и тужусь, выталкивая своих малышей. Вскоре, мне становится чуть легче и я слышу крик младенца. Дрожащими губами улыбаюсь и открываю глаза.

— Мальчик.

Не может быть! Улыбаюсь, счастливо откидывая голову назад. Уфф…с одним справилась.

— Рано расслабляться. Давай, нужно еще нашему богатырю сестричку родить — акушерка хлопает рядом со мной в ладоши. Я чувствую новый приход и тужусь.

Моргаю, растерянно поднимая голову. Где детский плач? Почему моя малышка молчит?!

Врачи что-то возбужденно обсуждают и делают. Сердце сжимается от страха. Слезы текут по щекам.

Только не это. Пожалуйста, боже, пусть моя малышка будет жива, молюсь, прикусывая губы до крови.

И когда слышу тоненький писк, едва не теряю сознание от облегчения. Жива моя девочка. Крошка моя.

Дальше я уже почти ничего не помню, периодически проваливаясь в какой-то густой туман.

***

Пришла в себя уже находясь в палате. Рядом сидели мама и Виктор. Муж держал на руках сына.

— А где..? — хрипло прошептала, не находя глазами дочку.

— Малышку пока подержат в инкубаторе на кислороде — ответила мама — Как ты себя чувствуешь?

— Вроде нормально. С ней точно все будет хорошо?

— Точно. Не волнуйся зря — Виктор подошел ко мне. Его взгляд, направленный на сына, выражал столько любви, что у меня невольно увлажнились глаза.

— Оставлю вас одних — мама тактично вышла из палаты.

— Дай мне его — попросила, протягивая руки. Хотелось прижать малыша к себе. Посмотреть в его личико. Виктор осторожно уложил сына рядом.

Я рассматривала крохотное личико. Бровки, которые недовольно хмурились во сне.

— Спасибо за детей, любимая — Виктор сел рядом с нами и поцеловав меня в губы, нежно и осторожно.

— Ты меня любишь? — неуверенно перевела на него взгляд. Виктор улыбнулся и посмотрел на меня так, словно я спросила какую — то глупость.

— Люблю. Больше жизни вас люблю — так серьезно произнес он, что все мои сомнения наконец-то рассеялись.

— Я тоже тебя люблю…