Часть 17. Праздничные семейные будни.

Подождет он, как же, этот самый мир! Стоит тебе задуматься о том, чтобы сделать маленький перерыв и пожинать уже заслуженные лавры после приключений, как тут же что-то мешает!

Вот как нам. Вместо отдыха, пока целитель Шелрах обследовал Неймира, тот связывался с кем-то по зеркалке. Причем, судя по предельно вежливому тону и искреннему уважению, пусть и без малейшего подобострастия — с кем-то чрезвычайно важным. Как бы не с самим императором!

Я особо не вслушивалась и тем более не думала влезать. И слишком устала, и смысла не было. Мое дело пока маленькое — выучиться, разобраться со своей семьей и наследством и просто жить, слава зимним духам, в этом чудном мире!

Хорошо хоть поесть нам принесли прямо в лазарет, а тир Дзарр свое дело знал прекрасно — обследовал по высшему разряду.

— В целом все в порядке. Удивительно как быстро организм оправился от последствий серьезнейшего ритуала! Да-да, — понял он мой взгляд, — я вижу по ауре, что ритуал был, и уже снял отпечатки для стражей. Ритуал явно на крови, и ритуал такой силы… — тир Шелрах явно не хотел договаривать, но поджал губы и негромко закончил, — это всегда чья-то жизнь в обмен результат…

Так. Хотите сказать, что у нас тут где-то… труп? Праздник перестает быть томным!

— Стража уже осведомлена, а Эгле и Тейр — лучшие маги, каких я только знаю, — отложил в сторону зеркалку Неймир, — больше тебе не стоит ни о чем беспокоиться, снежинка моя. Мы во всем разберемся и поставим точку в этой истории.

Ожег взглядом, медленно обвел языком свои губы, притягивая взгляд, втянул ноздрями воздух, снова облизываясь, как кот, желающий поскорее добраться до сметанки.

— Прелестно-у, — раздалось мяуканье из-за угла, и в лазарет ввалился Мрякс. Подбежал, подставляя пушистые бока под почесывание, довольно замурчал и растянулся у моих ног, — твой оте-уц со всем разберется, вкусняшка-у моя!

О, меня из хозяек повысили во вкусняшки? Прелестно-у, действительно!

— Не сомневаюсь, — потрепала я тогда Мрякса по шерстке, — сегодня больше никаких потрясений, только веселье! Нам вон целитель прописал!

И хотя совсем не думать о трау и леди Тарито не получалось, все же где-то уже к полуночи, когда тучи рассеялись, засияли звезды и шел мягкий пушистый снег, укрывая землю бархатным уютным покрывалом, мы вместе с Неймиром и друзьями остались на балконе одни. Расслабилась по-настоящему, отпуская прошлое, попивая горячий глинтвейн по фирменному рецепту тетушки Дыррхат, нашей любимой поварихи, и впитывая морозный воздух, танец ярких синих искр-феечек и величественное шествие ночного светила по небосводу.

Волшебная серебряная дорожка давно уже рассеялась, подарив нам счастье и любовь в новом году. Я ловила ртом снежинки, кутаясь в объятья Неймира, как в самое жаркое покрывало. Впрочем, на балконе было тепло — магический купол отгораживал нас от зимнего парка.

Елка помахивала своими ветвями — не сама, конечно, это все феечки, шалуньи мелкие. Буранчик растянулся на балюстраде, лениво помахивая хвостом и топорща усы, а Ихме обернулась шарфиком на моей шее, приятно щекоча теплым мехом.

— Никогда не думал, что буду так счастлив с тобой, упрямая, несдающаяся, острая на язычок льдинка-снежинка, — и сегодня ночью я покажу тебе, насколько сильно я счастлив и доволен судьбой, чтобы ни единого сомнения не осталось даже случайно в твоей голове… — бархатистый голос дракона пробрал до самого сердца, заставляя полностью расслабиться.

Наконец, я готова была довериться и отпустить прошлое. За это время мне удалось выяснить, что нет нужды пытаться связаться с оставшимися на Земле немногими друзьями. Если это не кровные родственники, то они просто забудут о моем существовании. Капельку обидно, но что поделать! Так даже лучше — не придется им гадать, куда я пропала, не придется придумывать командировки в Антарктиду. Да и не настолько сильно мы были близки. Приятели, не более.

Так что, пожалуй, это лучшая ночь для того, чтобы начать все сначала. Лучшая ночь для возвращения Эстерры Нерг Шад, похищенной дочери трау и архимага. Подозревая, что скоро не просто архимага, а супруга и консорта, если не равного соправителя этой самой трау — отец быстро их там в Подземье научит и родину любить, и мужчин уважать, хихикс!

А мы с живностью тоже на каникулах в долгу не останемся!

Я с предвкушением посмотрела на целующуюся с Рианом Иль, которая ещё не ведала о нашествии своей деятельной родни. На Мара, который с гиканьем осенним вихрем носился по залу, пытаясь подбить хвост Шая. На Ликтара, который что-то с нежностью говорил своей пухленькой очаровательной спутнице. На Зара, которого отловила-таки наша тихоня, сегодня одетая в изумительно-элегантное синее платье.

Кто сказал, что зима — это неподходящее время для любви? Как раз самое что ни на есть подходящее! А уж как просочится в души людей и нелюдей это чувство, так ты его не изведешь! И к лучшему.

Мы медленно и жарко целовались под светом ночного светила, пока в небе расцветали праздничные фейерверки. А потом… Потом мы тихо отправились каждый в свою сторону. Кто куда, а мы — в спальню Неймира. И ночь была яркой, полной страсти и пламени, огня жизни и любви, восхитительной нежности, ошеломляющей силы чувств…

Когда ты теряешься в объятиях другого, когда вы врастаете друг в друга, влюбляетесь ещё сильнее, когда открываетесь друг другу душу и понимаете любимого так, как не понял бы никто другой. Когда ты знаешь, что он чувствует, что сделает сейчас, какую мелодию сыграют эти пальцы на твоем теле…

— Жизнь моя… Эстер, льдинка, самая яркая снежинка, кружево зимы…

— Ней… — я задыхаюсь, плавлюсь, теряюсь в огне его страсти, как будто все в первый раз, как будто мир сдвинулся, сошел с орбиты, засиял новыми красками, — с ума сведешь… ах!

Крылья защекочу! Тем более, что оказывается у драконьих крыльев, которые выпускал Неймир в человеческом обличье, все-таки есть пара уязвимых областей. Очень уязвимых и податливых на ласки…

Ночь была жаркой, страстной, невероятной тайной, разделенной только на двоих.

А следующий день начался с грохота уронившего кормушку Мрякса, ругани Ихме и срочным вызовом Неймира в столицу, немного-немало!