глава 26

Дни пролетели незаметно. Я практически целыми днями была в лаборатории. Влада видела несколько раз и то за завтраком. Так же и с сыном, думаю, эти дни Волошский больше общался с ребенком, чем я.

Конечно, постоянно была с Викой на связи и получала полный отчет, что делает Егор. И от нее же слушала все новости о новых преподавателях и садике.

Долго думала, что делать с фирмой Олеси, и решила не сохранять ее бренд. Оказалось, что у нее было несколько филиалов, остальные работали по франшизе. С последними были перезаключены договора. Они в срочном порядке проводили ребрендинг своих парфюмов. Конечно, им разрешили распродать имеющийся товар, но с условием, чтобы  цены были снижены . Взамен они получали два месяца бесплатно пользоваться франшизой моего бренда. Единицы отказались, основная масса с радостью пошла на эти условия.

Конечно, с таким быстрым расширением появилось много работы, но и предполагаемая прибыль увеличивалась во много раз.

Если буду и дальше работать в таком темпе, то месяц проживания под одной крышей с Владом пролетит незаметно.

В среду я немного задержалась дома, чтобы позавтракать с семьей. Даже заставила себя встать пораньше и приготовить хворост, который давно просил сын. Конечно, так себе еда на завтрак, но он очень хотел.

Себе и Владу сделала бутерброды. Правда, Волошский их не ел, предпочитая хворост.

— Мама, ты такая красивая,— проговорил ребенок, с удовольствием кушая.

— Спасибо, крошка. Приятно это слышать от сына, — улыбнулась я, поцеловав его в нос.

— А всех, кто делает комплименты, целуют?— поинтересовался Влад, делая глоток кофе.

Его хитрые глаза  смотрели на меня, ожидая реакции.

— Это смотря какие комплименты, — не придумав ничего другого, ответила я.

— Ты само очарование. Теперь можно получить поцелуй?

Я скептически посмотрела на мужа. К чему это он? Чмокнула его в щеку, как и сына.

— А если скажу, что ты обворожительно выглядишь, получу настоящий поцелуй?— обнимая меня за талию, спросил он.

— А зачем он тебе?— наивно спросила я.

— Соскучился по твоим губам, — негромко проговорил он.

Я покосилась на сына, который с интересом наблюдал за нами. Даже хрумкать перестал.

— Потом, — поспешно отстраняясь, буркнула я.

Еще не хватало, чтобы ребенок видел, как мы целуемся. Тем более я себе обещала, что не позволю страсти брать верх над разумом.

— А в садике говорят, что вы необычная пара, — продолжив поглощать мои кулинарные шедевры, проговорил Егор.

— А что там еще говорят?— поинтересовалась я.

— Что папа страшный человек, только не пойму, почему он страшный, — пожал плечами сын. — Папа ведь у нас красивый, да, мам?

Я растерянно смотрела на ребенка и на Волошского, который спокойно продолжал пить кофе.

— А кто это говорил? Детки?

— Нет. Я слышал разговор няни и воспитателя, — проинформировал сын.— Они удивлялись, почему я хожу в садик. Я, наверное, умный и мне пора в школу, вот они и не понимают почему я у них, да?

— Наверное,— хмуро проговорила я.

Ситуация мне не очень нравилась, хотя  понимала, что разговоров не избежать. Женщины необдуманно обсуждали нас при сыне. Вот тебе и элитный садик.

— А тебе там нравится?— спросил Влад.

Надо отдать ему должное, он спокойно слушал сына и молчал.

— Я еще не понял. Ну там хорошо кормят, — важно заметил ребенок.— Дают пироженое и пюре.

Я улыбнулась. Да, за пюре Егор мог простить многое.

Сегодня Влад снова подвозил меня к работе, хотя сам куда-то опаздывал. И по дороге, в процессе разговора, пытался менять приобнять. Прямо осеннее обострение. А я не собиралась поддаваться. Стоит держаться своего плана, мне ни к чему влюбленность в мужа, которого через месяц уже не будет.

Правда, это было тяжело делать. Каждое его поглаживание жаром отдавало  вниз живота. Сложно, вообще, думать о чем-то и вникать в смысл его слов, когда Влад так бессовестно поглаживал внутреннюю часть моего бедра, но я держалась стойко и не подавала вида, что мне это приятно. Ретировалась с автомобиля раньше, чем водитель успел толком припарковаться.

Остаток дня отгоняла наваждение под названием "Волошский". Специально загрузила себя работой, чтобы не вспоминать его ласки и шепот, от которых млело тело и отключался мозг.

Нельзя позволять себе легкомысленное поведение. Я взрослый человек, в конце концов, а не малолетняя девчонка.

***

Я ужасно устала на работе. Сегодня был поистине тяжелый день. Как хорошо, что есть Вика, которая проследила за всеми занятиями у Егора. А завтра с утра отведет его в сад и заберёт.

Часы показывали час ночи. С удовольствием скинула с себя красивый, но ужасно неудобный белый костюм и залезла в душ. Как же хорошо находиться под струями горячей воды и смывать с себя всю пыль.

Могла бы стоять под душем часами. Люблю водные процедуры и шум воды, она как-то успокаивает после нелегкого дня.

Послышался  непонятный звук, и, прежде чем я поняла в чем дело, кабинка душа открылась - появился Влад. Совсем без одежды! Я замерла не в силах произнести ни слова. Он был превосходен. Впервые  лицезрела его во всей красе. Волошский еще красивее, чем дорисовывало  воображение. Пользуясь моим замешательством он шагнул ко мне, и, вместо слов, приник ртом к моим губам в жарком и требовательном поцелуе. А у меня не было сил его оттолкнуть, хотя, скорее, не было желания. Возможно, отреагируй я сразу, был бы шанс предотвратить наше безумство, но рядом с Волошским все мои инстинкты, а в том числе и здравый смысл, притуплялись.

Влад с силой прижал меня к себе. Продолжая терзать мой рот, он исследовал тело руками, нежно поглаживая его, а местами сжимая. От его ласк кружилась голова и плавились мозги, я забыла о своих выдуманных предостережениях и отвечала ему с такой же страстью.

Мне нравилось касаться тела Влада, изучать подушечками пальцев его мускулистые руки, широкую спину и потрясающие ягодицы. Их я сжимала с особым удовольствием. Сложно заставить себя прекратить прикасаться к такому идеальному телу, от которого хочешь получить удовольствие.

С его губ слышался стон, который тонул в шуме воды, когда мои руки перешли к основному органу. Стон, как песня для моих ушей. Я улыбнулась ему в губы.

— Что же ты со мной творишь?— произнес он, уже не имея сил остановиться и отказаться от задуманного.

Да кто бы ему позволил!? Где-то там далеко в подсознании сработало напоминание, что Влад терял голову в порыве страсти. Вот только она поглощала не только его. Видимо, когда наши тела соединялись воедино, мозги давали сбой, переставая работать. 

Я не знаю, сколько времени продолжалась эта сладкая пытка, но никто из нас не заметил в процессе быстрых поступательных толчковых движений, как сверху полилась холодная вода. Даже ей было не под силу остудить наши горячие тела. Лишь когда пришла разрядка и эйфория отпустила, я ощутила холодные струи воды на своем теле.

Влад, уткнувшись лбом в стену, продолжал сжимать меня в своих объятиях. Я опустила глаза вниз.

— Я выполняю свои обещания, — приходя в себя, произнес он, проследив за моим взглядом.

Волошский протянул руку к вентилю, регулируя подачу горячей воды, которую мы случайно нарушили.

Он взял в руки гель для душа и, не спрашивая  разрешения, стал наносить его на мое тело.

— Давно хотел так сделать, — промурлыкал Волошский, проводя руками по плечам и опускаясь ниже.

— Я сама в состоянии помыться, — буркнула, осознавая, что опять пошла на поводу у своей страсти.

И как ему это удается?! Вот так просто меня соблазнять!? Один поцелуй, и я полностью в его власти.

С этим срочно нужно что-то делать. Нельзя так влиять на сознание и тело человека. Нужно установить четкие правила и соблюдать их. Пока я рассуждала и корила себя за содеянное, Влад продолжил свои манипуляции. Черт! Как приятно.

Ладно, пусть еще немножко поприкасается к моему телу, как компенсация за несоблюдение договоренностей. Хотя не припомню, чтобы Волошский на них соглашался.

Когда мой рассудок вновь стал помутняться от его прикосновений, я экстренно покинула кабинку душа, не смыв с себя остатки пены.

Влад догнал меня уже в спальне.

— Не стоит повторять это снова, — закутавшись в халат, уверенно произнесла я.

— Почему?— изумился Волошский, приближаясь.

В отличии от меня, он не собирался прикрывать свою наготу и уже был готов ко второму акту.

— Нет, нет.  Мы договаривались, — стараясь не любоваться его телом, произнесла я.

— Не припомню, — он подошёл поближе.

Я выставила руку вперед, не давая ему подойти. Ух, змей искуситель!

— Хорошо, — Влад поднял руки вверх, как будто сдавался.— Поцелуй на ночь, и я пошел спать.

Я подозрительно посмотрела на хитрый взгляд Волошского и кивнула.

Вот сама виновата! Естественно одним поцелуем не закончилось. Как только наши губы соприкоснулись, ушло на задний план понимание, что Влад страшный человек, способный на плохие поступки. Все, кто перешел ему дорогу, за это заплатили. Я  это забывала, стоило  оказаться в его объятиях. Весь мир переставал существовать. Были лишь мы двое и нескончаемое наслаждение, о котором утром  буду очень сожалеть, но это будет утром...