Глава 37 Виктор

Глава 37 Виктор

И сам не понял, как Мира меня уговорила вернуться в Белоярск вместе.

Да, моему имиджу присутствие жены рядом – в плюс. А вот для моих нервов...

Она будет со скуки придумывать себе причины для обид и меня же во всем обвинять.

За то, что не сказала сразу про разговор с Дубравиным нужно было выдрать хорошенько по голой заднице. А я вместо этого нацеловывал её всю ночь.

Мире следовало бы понимать, насколько опасна прокурорская семья. Но не хочу, чтобы она узнала все подробности того убийства и изнасилования, смерти доктора Резника и о многих других загубленных жизнях. Спать перестанет.

Не хочу, чтобы она прочувствовала весь кошмар, в котором Белоярск держат губернатор и прокурор. Приходится оберегать, держа в неведении.

Она – мой островок прежней реальности. В которой всё было безопасно. И самой большой неприятностью казалась внезапная женитьба.

Теперь всё наоборот. Это бестолковое, капризное создание – важнее всего на свет для меня.

Потому и не получается быть объективным. Стоит её увидеть, и мысли в кашу.

Ближе к вечеру, когда мой телефон едва уже не лопается от входящих, мы собираем вещи и прощаемся со всеми обитателями Миллеровского особняка.

Дорога свободная. На улице уже темно и дождь накрапывает, капли стучат о крышу.

Я расслаблен за рулём премиального автомобиля. В салоне полумрак, уютно и тепло. Рядом красавица жена, которую то по голой коленке глажу, то маленькие пальчики перебираю.

- Хочешь подремать, малыш?

Мира зевает, но спать отказывается.

- А где мы будем жить в Белоярске?

- А где бы ты хотела? – подношу её ладонь к губам, целую.

- Я бы НЕ хотела жить у моих. Там папа будет надзирать.

- Можем остаться в отеле, а можем поехать к моим...

Так, за спокойным разговором проходит большая часть пути.

Миру начинает клонить в сон. Она уже глазки закрывает, но тут тренькает ее телефон.

Смотрит, что пришло. Хмурится.

- В чём дело?

Не реагирует на вопрос. Водит пальцами по экрану. Вижу, как ее глаза начинают блестеть, наполняясь слезами.

- Мира!?

Она всхлипывает, поднимая на меня взгляд.

- Ты говорил, что буду только я. Что полюбил меня, и у нас будет настоящий брак...

Ясно. Прислали что-то компрометирующее опять.

- Так и есть. Что там у тебя?

Пытаюсь на дороге сосредоточиться, но всё время тянет повернуться к жене.

- Стас сказал, что ты меня в Европу на полтора месяца отослал, потому что я не нужна тебе и никогда не была нужна.

Стас опять. Блядь!!!

- Это чушь, Мира, – говорю спокойно, но внутри кипит бешенство.

- Он показал мне твоё фото с женщиной, – она поворачивает свой смартфон ко мне экраном.

Я бросаю взгляд на фото, сбавляя скорость. На нём мы с Женей выходим из отеля, в котором я сейчас живу. И я её, сука, обнимаю. За зад. Прямо растопыренной пятернёй держу!

Резко выворачиваю руль и паркуюсь на обочине, задев пару кустов.

Забираю у Миры телефон и листаю. Там несколько фото в том же духе.

Между нами словно вырастает непроницаемая стена.

Мира отгораживается от меня, не смотрит в мою сторону.

- С этой именно женщиной фото тебе показывал Дубравин?!

- Да!

- Меня хотят подставить! Внести разлад в мою семью!

- Подставить? Возможно. Но вот руку под её задницу ты подставил сам, это очевидно!

- Этого не было, Мира!

Я пытался достучаться до неё, предположения высказывал, просил не пороть горячку. Но всё, чего добился – это ненавидящий взгляд.

- Ты отправил меня в Европу на два месяца! Сразу после свадьбы! Чтобы защитить, якобы. А сам здесь развлекался?!

Вот же упрямая, избалованная малолетка!

Чуть что не по её – и встаёт в позу!

Могу её понять. Если бы не был участником сцены, запечатлённой на этих фото, поверил бы тоже в их достоверность. Уж очень правдоподобно сляпано.

Но они – фальшивка.

А любимая жена, которая всего каких-то пару часов назад клялась прислушиваться ко мне, даже не собирается вникать. Она увидела и моментально сделала выводы.

А я так устал за последние недели, что ни сил нет, ни желания её насильно переубеждать.

Предупреждал же – нас будут провоцировать по-всякому. Но она пропустила это, видимо, мимо ушей.

Сейчас бы развернуть машину и отвезти Мирославу назад, к Миллерам. Но до Белоярска осталось всего ничего.

Даже не спрашиваю, куда она хочет. Будет капризничать – буду вести себя с ней соответствующим образом.

Подъезжаю к особняку мэра.

Неохота сейчас объясняться с дядей и по совместительству, вроде как, тестем. Сейчас встревожится, будто ему и так бед мало. Но любимая падчерица – важнее всего, конечно.

Паркую машину у крыльца. Молча выхожу и достаю вещи Миры из багажника. Она молча следует за мной.

Надеялся никого из родственников не встретить в столь позднее время? Напрасно.

Стоит нам зайти в холл, как сверху появляются дядя Владимир и его жена.

- Мам! – Мира подходит и обнимает обоих. – Папа, привет!

Здороваюсь с ними тоже. В отличие от Мирославы, я в последнее время виделся с ними часто.

- Предупредили бы хоть за пару часов, что вернётесь сегодня! – сетует тёща. – Так поздно, мы уже ложиться собирались!

- Только Мира, – говорю сразу. – Она побудет здесь до приёма. А я в отель, работать нужно. Не хочу, чтобы она там со мной скучала.

Савельевы озабоченно переглядываются. А я не в настроении что-то сейчас объяснять им.

Смотрю на жену. В её взгляде читается понимание того, что сразу после приёма в честь выдвижения моей кандидатуры на пост губернатора она отправится назад, к подружкам.

Почему она так легко верит в мою измену? Почему ничего даже слушать не хочет?

У меня внутренних ресурсов просто не хватит сейчас воевать не только с политическими противниками, но ещё и с собственной женой.

Даю себе обещание, что с моей стороны попыток сблизиться с Мирославой больше не будет.

Либо она включает мозги и взрослеет уже, наконец!

Либо наш брак сведётся только к одному - защите. И после выборов каждый заживёт свой жизнью.

Ломать я её не хочу.