9 глава

Глеб Кристина резко выпрямляется, будто ей в спину вбили кол! Осиновый! Я же лучезарно улыбаюсь: – Познакомься, это Злата, моя невеста. И пока моя мошенница не успела ляпнуть чего-нибудь эдакого, вталкиваю ее в лифт. Жму кнопку первого этажа, разворачиваюсь и… Шлеп! Черт! Больно же! Рука у нее сильная! – Ты что? Мы же договаривались, что на людях… – Мы наедине! Никто не видит! Она разъярена, глаза горят, щеки покрыты румянцем! – Так я ничего и не делаю! – развожу руками. – Но сделал! – вскидывает подбородок. – Кто это был? – Кристина? – Претендентка на мое место? – щурится. – Не с моей точки зрения, – качаю головой. – Но с ее! – Злата абсолютно уверена в своей правоте. – И много еще таких будет? – Ну-у… – закатываю глаза. – В твоих интересах, – мне в грудь упирается тонкий красивый пальчик, – чтобы эта дамочка растрезвонила новость всем своим подругам сегодня же! Потому что больше целовать я себя не позволю! Ух ты… Мне? Не позволят? Мне что-то не позволят? Двери лифта распахиваются прежде, чем я успеваю что-либо ответить. Да я впринципе и не собирался. Просто делаю шаг вперед и впиваюсь в нее поцелуем. Сопротивляется, сцепила зубы. Да плевать! Крепко держу затылок, прижимаюсь губами почти до боли. Секунда, две. Отталкивает. Заносит руку, но я уже готов. Перехват! – Пойдем заберем твою сестру, дорогая, – крепко сжимаю ее запястье, приобнимаю за талию и веду мимо обалдевших сотрудников. Мне? Не позволят? Ха! . Злата Черт! И угораздило же нас выбрать в кафе именно его! Хотя… Хорошо, что сегодня на мне мое лучшее платье… По крайней мере, рядом с его фифами я смотрюсь на уровне. Как-то я неосмотрительно согласилась на эту странную помощь! Ну денег бы дал, ну адвоката бы оплатил… Но… Замуж… Был бы еще старый, больной, хромой… Та нет же! Он же молодой богатый красавчик. А как целуется! Ой… Стоп! Хватит! – Мне больно, – цежу сквозь зубы, пытаясь выдернуть запястье из его железной хватки. – Мне тоже было больно, – не убирая улыбки с лица, отвечает мне он. – Не привык, знаешь ли, к пощечинам! – Да? – вскидываю брови. – Ну если будете со своими слюнями лезть, то придется привыкать! И тут он резко дергается! Ой! Че-то я увлеклась! Это ж он мне нужен, а не я ему… – В жизни бы такое о тебе не подумал, – шипит он, прищурившись. – Не подумал что? – интересуюсь тихо. – Что тебе нравится доминировать! – хмыкает. – Я, кстати, не по этой части. Я люблю классику. Доминировать? Мне? Классику? Он вообще про что?.. Боже! Он подумал, что я… Я? – Что?! – только и могу выдавить из себя, но чувствую, как краска заливает мои щеки. – Я не… – Надеюсь! – он довольно улыбается и все же освобождает мою руку. Спускается на пару ступеней, тяжело вздыхает. – Пойдем спасать секретарш! – В смысле? – я никак не могу прийти в себя. – От кого спасать? – От нее, – он как-то очень обреченно смотрит на стойку ресепшн, которую я пока не вижу. И тут я слышу: – От винта-а-а! . Глеб – Отставить свалку! Все четверо замирают как вкопанные. Две секретарши, охранник, водитель, и только Маринка по инерции катится по натертому мрамору. Мой водитель, который, похоже, ее раскручивал, так и остался в полуприседе с вытянутыми руками. Стоп-кадр из фильмов Чарли Чаплина, блин! – Глеб Юрьевич, мы тут… – начинает одна из секретарш, тут же одергивает юбку и почему-то краснеет. Да вижу я, что вы тут. Мышку в космос запускали, не иначе. Вот же талант у ребенка: в считанные секунды превратить в хаос хорошо организованное пространство! – Федоров, – обращаюсь к тому самому водителю, который уже догадался выпрямиться, – я смотрю, вы уже нашли общий язык? – Ну мы это, так, да… – глаза в пол, только что ножкой не шаркает. Курсистка пансиона благородных девиц, блин. – Так, – закусываю губу, раздумывая, – идешь в гараж, берешь, наверное, Ленд Крузер, – не то, чтобы я хотел продемонстрировать девицам их новый уровень. Я просто думаю, куда поместится их Кактус. – И едешь с этими прекрасными дамами. Куда и зачем, они тебе объяснят, – поворачиваюсь к недоумевающей Злате. – Вы переезжаете! Надеюсь, до шести управитесь! Встретимся дома, дорогая, – ехидно выделяю последнее слово и нахально ее целую. Не в засос, конечно, в щеку, но Мышкино “Ах!” у меня за спиной очень громкое. . Злата Мышь смотрит на меня как на предательницу. Главное же, при водителе ничего ей и не объяснишь. Прикидываю. Он за рулем, мы сзади. Машина такая громадная, что, наверное, надо кричать, чтобы он нас услышал. Пользуюсь моментом и пытаюсь поговорить с сестрой. – Марин, лох поможет нам с опекой, – шепчу ей. – И ты из-за этого с ним!.. – она поджимает губы, отворачивается. – Да нет! – беру ее за руку. – Я все видела! – она хлюпает носом. – Мышка, ты все не так поняла! – Не зови меня так! Никакая я тебе не Мышка! Ты сейчас в него влюбишься, вы поженитесь, а меня в детский дом отдадите! – Да нет же, дурочка! То есть да, мы поженимся, но именно для того, чтобы тебя у меня никто не забрал! Мы будем семьей, слышишь? Мы с ним тебя удочерим! Навсегда! – Что, правда? – Правда! Я тебе обещаю, все будет хорошо, – затаскиваю ее себе на руки, прижимаю к груди как можно крепче. Моя маленькая Мышка. Ну как же я тебя брошу, когда у тебя есть только я, а у меня только ты… Нет, малышка. Буду за тебя бороться до конца. – Это здесь? – вырывает меня из сентиментальных мыслей голос водителя. – А? – оглядываюсь. – Да! Ой! Мышь! Ложись! Сталкиваю сестру за задний ряд сидений, сгибаюсь сама. Окна тонированы, но в лобовое нас, наверное, можно увидеть. – Вы чего? – оглядывается обалдевший Федоров. – Там опека, – шепчу сдавленно. – Кто? – У подъезда тетка из опеки! С полицией! Дежурит! – И что? – Нам нельзя! – А! – он спокойно заводит мотор, трогается. – Ну понятно. – Нет! – ору, вставая. – Что нет? – Нельзя уезжать! Водитель тормозит, отъехав буквально на пару подъездов. – Девушки, вы уж определитесь! – взмахивает он руками. – Вам нельзя туда или нельзя оттуда! – У нас там Кактус! – орем с Мышью в один голос. – И что? – хмурится охранник. – Пусть соседка поливает! – Пожалуйста, – начинаю причитать с хорошо отработанными интонациями, – ну придумайте что-нибудь, вы же умный! Я вижу, вы умный и добрый! Кактус – это наш пес! – Пес? – Да! И его мы никак не можем оставить. Мужик вздыхает, чешет затылок. – Ладно, давайте ключи. – Ключи? – Ключи! – кривится. – Скажу, что подрабатываю выгулом собак, где вы – не знаю. Просто работаю. – Федоров, – я аж подпрыгиваю, – вы гений! Поводок на вешалке в коридоре! – Да ладно уж, – мужик кривится, но я вижу, что ему приятно. Отлично! У нас есть союзник. Он выходит, идет к нашему подъезду, а мы с Мышкой замираем в ожидании. Минута, две, три… Вздыхаю, пытаюсь аккуратно выглянуть в окно, но тут тишину двора прорезает крик тетки из опеки: – Сто-ой! И что-то тяжелое врезается в машину!