Глава 16. Алиса
Воспоминания живые и настоящие.
Я трогаю припухшие губы, понимая, что улыбаюсь. Настолько сильно погрузилась в прошлое, что кажется, будто солнечный луч скользит по коже, слепит глаза, как тем счастливым утром.
Прогоняю яркие миражи. Было и по-другому: обидно и больно, до слезливых истерик, ожесточённых попыток порвать и уйти, но Владлен никогда не давал этого сделать. Упорно цеплялся за меня, говоря, что неприятие меня его семьёй – ерунда, не стоящая внимания.
– Ты – для меня, Лиса, запомни. Не для кого-то, а для меня. Самая лучшая, любимая рыжуля… Почему ты опять плачешь?..
– Не хочу идти на праздник.
– На день рождения брата?
– Угу, – киваю, шмыгая носом, – опять все твои родные будут смотреть на меня, как на грязь, прилипшую к подошве твоего ботинка.
– Не обращай внимания, Лисонька…
– Давай ты сам сходишь? Без меня? – в надежде спросила я.
– Нет. Исключено. Ты – моя девушка. И пойдёшь со мной. Я выбрал тебя и придётся им мириться с моим выбором.
Как я и говорила, ничего хорошего не вышло из похода на день Рождения Никиты, младшего брата Владлена. Или вышло?.. В тот день Владлен, будто назло своим родным, сделал мне предложение. При всех…
Внезапно раздаётся громкий стук в дверь. Я застываю на месте с бешено колотящимся сердцем, сжимаю в руках небольшую деревянную шкатулку, запертую на ключ. Пытаюсь сообразить, кто мог прийти так поздно вечером.
Дима? Обиделся и рванул из Рязани в столицу на скором поезде? Поглядываю на часы: вполне возможно. Неужели наплевал на открытие своего клуба?.. Я поспешно заталкиваю шкатулку в сумочку и решаю подойти к двери. Я нахожусь в своей квартире, но чувствую себя воришкой, прокрадываясь к дверному глазку. И едва успела приложиться к крохотному отверстию в двери, как опять гулкие удары по железу начали сотрясать дверь. Я отпрянула от испуга, не успев толком разглядеть пришедшего. Он стоял, опершись о дверь и закрывая ладонью часть дверного глазка.
Но его голос сказал всё за своего хозяина.
– Лиса-а-а-а, открывай!..
Громов!
Чёрт тебя побери…
Судя по голосу, пьяный. Я испуганно дёрнула цепочку, закрывая дверь ещё и на неё. И в тоже время понимала, что мне от него не спрятаться. Ни за одним заслоном. Тем более сейчас, когда я обманным путём заставила его дать согласие на женитьбу.
У отца Владлена был очень тяжёлый характер. Сам Владлен был тоже непростым человеком, но со мной он всегда вёл себя очень нежно. До трагического дня, перечеркнувшего всё…
Бух-бух-бух…
Сейчас на шум начнут выходить недовольные соседи. А мне так не хочется привлекать к себе лишнее внимание. И эта краткая отсрочка ничего не изменит. Абсолютно… Я сама себе подписала почти смертный приговор, шантажируя Громова. Пусть под давлением, но шантажируя…
Владлену же неизвестны мои мотивы. Он в них не поверит…
Поэтому я снимаю цепочку и открываю замки, один за другим. Открываю дверь и натыкаюсь на его взгляд: блестящий, немного плывущий в сторону.
– Долго шла.
Владлен шагает в квартиру, заставляя меня отступить. Он громыхает дверью, оглядывая меня с ног до головы. Под его взглядом я съёживаюсь и плотнее кутаюсь в халат.
– Всех хахалей успела спрятать?
– Нет. Им пришлось выпрыгнуть с балкона, – отвечаю я.
– Надеюсь, они переломали себе ноги и повредили череп, – пьяно ворочает языком Владлен, – или я это сделаю сам. Своими руками.
– Верю, – отвечаю без тени улыбки.
– Готова, да? – спрашивает Владлен. – Где твои документы? Поедешь сейчас со мной.
– Почему сейчас? – спрашиваю я внезапно севшим голосом.
– Потому что я так хочу.
– Я не успела…
– Документы и тело, – раздражённо говорит Влад, – больше ничего. Я же ясно выразился!.. Так что успевай. Пять минут… Натяни что-нибудь пристойное вместо этого дерьма и вперёд…
Владлен не оставляет мне ни единого шанса. Подталкивает рукой в спину в направлении зала. Опять не разувается. Топчет подошвами ботинок светлый ковёр. Я раскрываю дверцу шкафа и трясущимися пальцами перебираю плечики вешалок.
Владлен распахивает дверцу, едва не отрывая её.
– Вот это, – тыкает он в тёмно-синее платье, – и пошевеливайся.
Я сбрасываю халат. Под пристальным взглядом Влада кожа покрывается мурашками и вытягиваются соски. Отворачиваюсь, чтобы дать себе хоть какую-то иллюзию свободы выбора и расправляю складки платья. Владлен останавливает взгляд на моей сумочке, из которой торчит уголок шкатулки.
– О-о-о-о, Лиса… Здесь ты прячешь флешку с записями.
– Нет, – отрицательно мотаю головой.
– Хочу убедиться. Открывай.
– Нет!.. Я не буду её открывать.
Не хочу распахивать эту шкатулку, этот миниатюрный ящик Пандоры. Я цепляюсь изо всех сил за свои плечи.
– Я сам её открою. Где ключ.
– Я его выкинула.
И это чистая правда. Однажды запечатав эту шкатулку, мне больше не хотелось её открывать. Никогда. Тем более дотрагиваться до её содержимого.
– Не хочешь? Я открою её сам.
Влад швыряет шкатулку в стену. Она отскакивает от стены. Крепления не выдерживают. Шкатулка разваливается на две половинки, рассыпая содержимое.
Влад смотрит и не верит своим глазам… А я и вовсе не хочу на это смотреть.