Глава 9

Сегодня утром я чувствую себя напряжённой. И не простуда тому виной, хотя она уже почти прошла. Мы с Львом собираемся на встречу с его отцом, и я не могу избавиться от ощущения тревоги. Сколько бы я ни убеждала себя, что это всего лишь формальность, внутри всё переворачивается. Меня гложет мысль о том, что я иду встречаться с человеком, который знает правду о нашем браке. Лев рядом – как всегда, хладнокровный и собранный, будто эта встреча для него обычная рутина. Он ни разу не взглянул на меня по дороге, просто молча сидел, погружённый в свои мысли. А я же, напротив, не могу остановить поток вопросов в голове. Каким окажется его отец? Что он думает о нашем фиктивном браке? Будет ли разглядывать меня, понять, что подтолкнуло меня продаться на два года? Когда мы подъезжаем к особняку, он поражает меня своим величием. Огромный фасад в строгом классическом стиле возвышается над ухоженными садами, окружёнными высокими коваными воротами. Всё здесь дышит богатством и престижем. Каждая деталь дома – от тяжёлых дубовых дверей до идеально выровненных клумб – словно подчёркивает статус его владельца. Я ощущаю легкую дрожь, пока машина подъезжает к массивным воротам, которые бесшумно открываются, как будто нас уже давно ждали. Мы выходим, и Лев, как всегда, выглядит спокойно, сдержанно. Его лицо остаётся неподвижным, как маска, ни одна эмоция не проскальзывает. Я чувствую лёгкое напряжение в животе, когда он, не отпуская моей руки, ведет меня к входу. Внутри дома нас встречает только гул тишины. Никаких приветствий, никаких слуг – как будто всё здесь подчинено одному человеку. Лев уверенно ведет меня по длинному коридору, сжимая мою руку, и не делает ни единой остановки. Мы проходим через роскошно убранные комнаты, полные дорогих антиквариатов и картин, но я едва успеваю их рассмотреть. Мы идём прямо к кабинету его отца. Мне удивительно, что хозяин дома даже не вышел встретить нас, хотя, наверное, это должно было ожидаться. Для Льва всё это явно привычно, но для меня… словно я вступаю на незнакомую территорию, где каждый шаг может вызвать недовольство. Когда мы подходим к массивной двери, Лев на мгновение замирает, затем твёрдо открывает её и проводит меня внутрь. Мой взгляд тут же падает на высокого мужчину, сидящего за огромным дубовым столом. Отец Льва даже не встал, чтобы нас поприветствовать – он просто поднял глаза от бумаг и молча кивнул нам, как будто всё это – обычная деловая встреча, а не знакомство с будущей невесткой. Лев похож на своего отца – та же строгость, та же внутренняя сила. Его глаза холодны, но в них мелькает что-то ещё, что я не могу разобрать. – Здравствуйте, – я натягиваю улыбку и стараюсь казаться спокойной, но внутри меня всё бурлит. Он продолжает смотреть, и я замечаю, как его взгляд цепляется за каждую мелочь. Мне становится не по себе, как будто он видит меня насквозь. – Отец, хочу представить тебе Валерию, мою будущую жену. – Вживую ты выглядишь лучше, чем на фото, хотя и там было неплохо, – его голос звучит сухо, как будто это просто очередное деловое замечание. Я заставляю себя удержать улыбку, хотя внутри всё холодеет. – Лера, это Аркадий Борисович, – Лев вводит меня в официальную атмосферу этой встречи, и я киваю, стараясь казаться расслабленной. – Очень приятно познакомиться, – мой голос едва заметно дрожит, но я всё же произношу эти слова с улыбкой. Аркадий Борисович не отрывает от меня пристального взгляда. Он словно изучает каждую черточку моего лица, каждую эмоцию, как будто пытается понять, кто перед ним. Его глаза холодны, но в них виден проницательный ум, который легко оценивает людей и ситуации. Внутри меня появляется ощущение, что я на собеседовании, и каждая мелочь имеет значение. – Рад, что ты подходишь на эту роль. Ты справляешься лучше, чем та другая, о которой я думал вначале, – его голос бесстрастен, но эти слова зацепляют меня. «Та другая»… Кто? Алина? Моё сердце на мгновение замирает, но я молча киваю, мягко улыбаясь, будто не замечаю этого. Наверное, это не время и не место для подобных вопросов. Лев молчит, но я ощущаю, как он напряжён. Возможно, и ему эти слова были неприятны. Но, как всегда, он ничего не показывает. – Что ж, раз мы запланировали обед, думаю, стоит перейти в столовую, – наконец говорит Аркадий Борисович, поднимаясь из-за стола и указывая рукой на дверь. – Всё уже накрыто. Мы переходим в столовую. Аркадий Борисович жестом приглашает нас сесть, сам располагается на почетном месте, а Лев садится рядом со мной. Я чувствую лёгкое напряжение – под тонкой оболочкой вежливости витают вопросы, которые вот-вот могут всплыть наружу. Лев спокойно смотрит на своего отца, а тот с некой долей критики оглядывает меня. Я стараюсь не терять самообладания, но чувствую, что напряжение возрастает. Аркадий Борисович спокойно накладывает себе еду, а потом, не глядя на меня, произносит: – Я изучил причины, по которым ты согласилась на этот брак. И, конечно, ознакомился с самим договором, который вы заключили. Я непроизвольно напрягаюсь. Он читал контракт? Я была уверена, что это детали договора останутся только между мной и Львом. Но похоже, что всё заранее продумано, и я была наивной, полагая, что это коснется лишь нас. Лев, как ни в чём не бывало, молчит и продолжает свой обед, давая отцу полную свободу говорить. Аркадий наконец поднимает на меня глаза, улыбаясь. Это не дружеская улыбка, а скорее оценочная. – Я доволен вашим подходом. Всё чётко, ясно и без лишних чувств. Я всегда ценил честность. Особенно в подобных вопросах. Он говорит это спокойно, но я чувствую, как эти слова проникают глубже, чем просто комплимент. Опять мелькает это ощущение, что за его словами скрывается что-то большее. Алину он тоже, видимо, рассматривал. И это начинает раздражать. Эта девушка, даже не присутствуя здесь, как будто постоянно стоит между нами. – Как складываются ваши отношения в быту? – вдруг резко меняет тему Аркадий, бросая быстрый взгляд на Льва, а затем переводя его на меня. – Мы привыкаем друг к другу, – сдержанно отвечаю я, стараясь не выдать своих чувств. Аркадий снова улыбается, как будто находя в моих словах подтверждение своим мыслям. – Это правильный путь. Честность – это основа любой сделки. Но отношения развиваются. И если всё пойдёт хорошо, возможно, вы даже задумаетесь о том, чтобы не разводиться. Я замираю. Он говорит это так буднично, как будто обсуждает погоду. И как будто этого мало, продолжает: – Если через два года вы решите продолжить эту сделку, то я предлагаю вам включить в договор пункт о детях. Я не против того, чтобы уже появился внук, для продолжения моего дела. У меня нет слов. Внуки? Мы договорились только о двух годах фиктивного брака, почему неожиданно зашла уже речь о детях? Я пытаюсь осознать его слова, но тут Лев быстро отмахивается, его голос звучит холодно и уверенно: – Ещё рано о таком говорить, пап. Сначала мы поженимся и переедем в наш дом. И посмотрим, как сложатся наши отношения на протяжении этих двух лет. Аркадий одобрительно кивает. – Верное решение. Дом – это статусно. И он символизирует ваши намерения. Обед продолжается в той же серьёзной манере, и по мере того как блюда заканчиваются, напряжение немного спадает, но разговоры Аркадия всё ещё ощущаются тяжёлыми. Он снова кивает, словно подводя итог: – Лев, пойдём, обсудим дела. Затем он обращается ко мне: – А ты, Валерия, можешь прогуляться в саду. Осмотрись, здесь есть на что посмотреть. Когда я выхожу на улицу, напряжение немного спадает. Свежий воздух приятно холодит лицо, и лёгкий ветер треплет мои волосы, принося с собой ощущение облегчения. Я делаю несколько шагов по дорожке, окружённой аккуратно подстриженными кустами, стараясь сосредоточиться на окружающей обстановке. Сад невероятно красив – идеально ухоженные цветы, ровные клумбы, высокие деревья. Но всё это кажется слишком правильным, словно за этим богатством скрываются настоящие проблемы. Я глубоко вдыхаю, чувствуя, как лёгкое напряжение начинает отступать, хотя слова Аркадия Борисовича не выходят из головы. Он серьёзный, непростой человек. Он уважает мою честность, и это вроде бы должно радовать. Но за этим, как я чувствую, скрывается что-то большее. Как будто всё это – лишь часть его плана. А что насчёт Льва? Почему его отец так спокойно говорит о будущем, как будто всё уже решено за нас? После короткой прогулки я решаю, что дала им достаточно времени для разговора. Пора возвращаться. Когда я подхожу к кабинету, дверь приоткрыта, и я невольно замираю на месте. Голоса доносятся изнутри, и, хотя я не хотела подслушивать, мои ноги не двигаются. – Ты серьёзно относишься к этому браку? – голос Аркадия звучит спокойно, но в нём ощущается скрытый вопрос. – Или это просто сделка для тебя? – Это сделка, – отвечает Лев. Его голос твёрд и холоден, как и всегда. – Никаких чувств. Мы договорились на условиях, и я собираюсь их соблюдать. Мои пальцы невольно сжимаются в кулаки. Его слова колют, как ледяные осколки. Хотя, чего еще я могла ожидать? Между нами все предельно открыто. – Она привлекательная, – продолжает Лев. – Но у меня другие вкусы. Эти слова режут меня сильнее, чем мне хотелось бы. А дальше я слышу, как Аркадий, почти с издёвкой, добавляет: – Ах да, Алина. Я замерла. Сердце ускоряет свой бег. – Ты закончил с ней? – спрашивает Аркадий, как будто между делом. – Мы не расходились, – спокойно отвечает Лев. Мои ноги словно приросли к полу. Я не могу поверить в это. Он всё ещё с ней. Почему я удивлена? Даже после нашей ссоры, он собирается продолжить их отношения. – Может, стоит сделать паузу на время брака? – предлагает Аркадий. – Не стоит портить свой имидж. Его отец озвучивает то, что говорила и я, но ему Лев коротко бросает: – Я подумаю. Я тихо отступаю назад и ухожу, стараясь не выдать себя. Пройдя в гостиную, я сажусь на диван и пытаюсь успокоить дыхание. В голове вертится только одно: почему мне так важно, что он всё ещё с Алиной? Я ведь знала, на что шла. Когда Лев заходит за мной, его лицо остаётся таким же безмятежным. Он протягивает руку: – Пора ехать. Я киваю, молча встаю и следую за ним. В машине мне хочется, чтобы это путешествие закончилось как можно скорее. Когда мы садимся, его телефон начинает вибрировать. Я мельком вижу сообщение от Алины. Снова она! Мой живот сжимается от напряжения, и я невольно надеюсь, что Лев не поедет к ней. Но могу ли я на это рассчитывать, хотя в день, когда мы виделись с его отцом? Мы едем в машине, и я пытаюсь унять свои мысли, но все возвращается к тому, что я услышала в кабинете Аркадия. Лев собирается продолжить встречаться с Алиной. Эта мысль не даёт мне покоя, словно что-то режет меня изнутри. Мы почти не разговариваем. Лев молча смотрит на дорогу, а я краем глаза слежу за его реакцией. Может, он получит ещё одно сообщение? Может, всё-таки решит поехать к ней? Или поднимется со мной в квартиру и проигнорирует любовницу? Я напрягаюсь, каждый раз, когда его телефон загорается от нового сообщения. В голове только одна мысль: «Неужели он и правда собирается к ней?» Мой пульс учащается, и руки непроизвольно сжимаются на коленях. Мне хочется задать ему прямой вопрос, но что-то останавливает. Горькое предчувствие уже пустило корни во мне. Ни моя просьба, ни совет отца явно не подействовали на Льва. Когда мы подъезжаем к нашему дому, Лев, как всегда, спокойный и собранный. Он останавливает машину и оборачивается ко мне. – Мне нужно решить кое-какие дела. Я вернусь позже, – его голос звучит сухо, как всегда. – Хорошо, – мне удаётся произнести это слово, хотя внутри всё сжимается. Я выхожу из машины, и он сразу же уезжает, не добавив ни слова, не бросив даже взгляда. Я стою на тротуаре, глядя вслед его машине, чувствуя, как всё внутри закипает. Я знаю, куда он поехал. Знаю, к кому. И от этой мысли становится как-то душно. Меня это бесит. Раздражает. Зайдя в его квартиру, я с силой захлопываю за собой дверь. У меня не должно быть никаких эмоции по этому поводу и то что они таки есть до ужаса злит меня.