Глава 8

Вы когда-нибудь лежали в грязном яру лицом вниз? Нет? Тогда и не стоит даже пытаться. Ощущения непередаваемые, когда мокрая колючая трава под щекой нагло царапает нежную кожу, а сверху на тебя беспощадно хлещет ледяной дождь, пропитывая насквозь своими каплями то небольшое одеяние, что на вас надето. Паршивые ощущения. В нос бьет запах сырой земли с прелыми листьями и чего-то еще настолько противного, что тебя всю выворачивает наизнанку.

И куда меня занесло! Даже сознание при переходе потеряла. На улице однозначно день. Серое небо затянутое грозовыми тучами скрывает за собой лиловое светило, а может я просто долго валялась в обмороке?

Сердце в груди бешено колотилось, грозясь покинуть своего владельца.

Сил двигаться не было. Чувство, что из меня выкачали энергию под завязку. Голова «чугунная», тело ноет, кости ломит, что и пальцем пошевелить не могу. Ноги, руки онемели от холодного дождя и сырой земли. Холод пробрал до самых костяшек.

Брр… Ну Вардек, ну удружил гаденыш! По твоей милости я неизвестно где оказалась.

С трудом, но я смогла собрать свое тело до кучки и перевернуться на бок.

— Ох ты ж проклятые небеса! — воскликнула я, нос носом столкнувшись с неизвестной женщиной, без сознания лежавшей рядом со мной в яру.

Ее некогда симпатичные черты лица сейчас искажала болезненная гримаса. Глаза закрыты, волосы представляют один грязный сплошной колтун, платье испачкано, но целое, а тонкая белая кожа едва не просвечивается, словно тело иссушили. Вообще меня насторожило слишком исхудавшее истонченное тело девушки, да и сама она странно неподвижно лежала.

— Эй, — тихо позвала я ее, легонько толкнув в плечо. Девушка качнулась и плашмя упала на спину, но не проснулась. Да какой к черту сон? Она либо без сознания, либо … мертва? — Твою ж ласточку!

Куда собственное недомогание делось? Я подскочила на месте, не реагируя на пульсирующую боль в висках, и склонилась над несчастной, приложив два пальца к шее, проверяя пульс.

Тишина. Ни единого биения. Мертва. Тело холодное, а значит не один час здесь пролежало и я рядом с ней.

От этой мысли меня пробрал озноб, но не от холода, а от ужаса того, что убийца был рядом и я чудом жива осталась. Ведь не мог же у молодой девушки случиться сердечный приступ? Да и одета она легко, не по погоде, если бы гуляла, то надела бы пальто, а так мы с ней обе раздеты.

А это значит… Черт!

От осознания опасности меня буквально парализовало. Шестеренки активно крутились в голове, но не было ни одной связной мысли. Девушку, конечно, жаль, но я жива, а значит, пора делать отсюда ноги.

— А вот и пропажа! — пропело довольно над ухом и меня больно ударили ногой в живот, отчего я упала на мокрую сырую землю. — Думала, что так тебе это легко сойдет с рук гадина? — и меня окутало странным коконом, из-за которого я не могла пошевелить даже пальцем. Вот теперь меня по-настоящему парализовало.

Я не поняла, что случилось и за что со мной так, но страх жуткой волной прошелся по всему моему телу. Дышать было больно. Чувство, что мне сломали ребро. Из глаз брызнули слезы. Я пыталась ртом поймать хоть кусочек воздуха, но получалось через раз.

— Нил, еще одно похожее убийство и Маричка нашлась, но в этот раз убийца не успел скрыться с места преступления, — злорадно хохотнул неизвестный голос и меня еще раз пнули ногой, но уже в спину.

Это меня записали в убийцу? Но я даже слова не могла сказать в свое оправдание. А как же следствие, разбирательство? Ведь мое присутствие еще ничего не значит. Я сама очнулась пять минут назад рядом с трупом.

Но естественно я не могла вымолвить ни слова. Неизвестное заклинание не позволяло сделать ничего.

Вот это я попала.

— Эту под стражу, а тело Марички в морг к некромантам, — продолжал раздавать указания тот, кто меня пинал.

Меня схватили за волосы и рывком поставили на землю. Чудо, но ноги мои освободили, и я смогла вертикально стоять, вот только прострелившая боль в голове от рывка лишала сил. Как волосы не вырвали, не представляю.

— А ну пошла, гадина, — презрительно сплюнул мужчина.

Он был небольшого роста и одет в темно серую форму. Наверное, местные стражи закона. Вот и угораздило меня так попасться. Карие глаза с прищуром внимательно изучали меня. Но этот взгляд готов был убивать. Черная борода стража пугала еще больше. Крупный нос недовольно морщился. Ну да, знаю, что не Шанелью пахнет от меня. Неизвестно сколько я провалялась в этом кювете, прежде чем пришла в себя и меня обнаружили.

Я хотела хоть что-то сказать, но мой рот лишь издавал болезненные хрипы.

— Тебе уже ничего говорить не нужно, — ядовито процедил мужик, а сзади него еще хмыкнули трое таких же бородатых «красавца». Сопровождение. — Ты попалась с поличным. За Маричку тебя толпа сама разорвет.

Так, а вот этого нам не нужно. Мне срочно нужен адвокат, но имеются ли они в этом мире? У меня с собой целое состояние и оплатить я смогу любые услуги, но как мне с ними договориться, если говорить не могу?

Как оказалось нас обнаружили в парке города и сейчас мы двигались по каменистой дороге из булыжников. Домики городка были мрачными и унылыми. На нас смотрели. Точнее, смотрели на меня, прожигая убийственным взглядом, будто бы знали, что именно я причина всех их бед.

Безумие!

— Поторапливайся, — снова болезненный тычок в спину.

Я и так еле волочу ноги, так как боль в грудной клетке нарастала. В босые ступни впивались острые камни мостовой, и наверняка, я оставляла за собой красные от крови следы, которые тут же смывал ненавистный дождь.

Гадство.

Вот и пришли.

Здание местной стражи тоже мало чем отличалось от жилых домов, просто было большим и многоэтажным.

Камера представляла собой сырое помещение глубоко под землей.

— Зря ты убила нашу ведьму, — выплюнул бородач, запирая засов моей тюрьмы. Взмахом руки меня отпустили парализующие сети.

— Я ничего не делала, — прохрипела сквозь боль. — Это ошибка. Мне нужен ад… защищающий.

— Совсем безумная? — рыкнул бородач. — Ты выпила, иссушила самого сильно мага нашего города и просишь защиты?

— Я никого не убивала, — повторила я. — Я даже магией не владею, — и это истинная правда, но мне не поверили.

— Ты попалась и за это поплатишься, — он что-то прошептал, и мою клетку окутало красное сияние. — Включена антимагическая защита, поэтому сбежать не пытайся, — а я уже понадеялась на это.

— Это ошибка, — пролепетала я, смотря в спину удаляющемуся магу.

Усевшись на грязный матрац, я тихо заскулила.

За что мне все это? Ведьму убили, а виновата я. Но если она была сильной, то почему ее так легко смогли убить? Что-то здесь не сходится.

Истерики или паники не было. Эмоции отсутствовали, пытаясь переварить всю полученную информацию. Я попала и не просто крупно, а смертельно попала.

Прикрыв глаза, мысленно потянулась к нитям. Нет, нужно выбираться отсюда.

Час, второй, третий, но я ничего не могла сделать. Нити видела, но ухватиться за них совершенно не было сил. Я истощена переходом, а это очень плохо. Была надежда на спасение, но она угасла. В трактире я пила укрепляющие зелья, да и целитель подлечил меня, а сейчас у меня ничего нет.

Но еще больше бесило то, что я ни черта не понимала в происходящем. Понятно, что местные власти нашли козла… вернее козу отпущения и решили показать народу, что не просто так едят свой хлеб, но я под такую раздачу не согласна.

Свернувшись калачиком на грязном матраце, я под собственные всхлипы медленно уплыла в сон.

А на утро мне огласили смертный приговор через сожжение. И пока они зачитывали абсурдное обвинение, мои глаза все больше и больше увеличивались в размерах. Их инкриминирование за уши притянуто! Да меня даже никто на отсутствие магических сил не проверял. Идиоты! Неудивительно, что с такой властью их сильных магов одной левой уничтожают.

— Смерть ведьме! Смерть ведьме! Смерть ведьме! — грохотал стройный ор обезумевших людей на городской площади.

Меня лишили возможности говорить, набросив странные чары молчания. Я только возмущенно могла мычать, но людей этим не испугаешь. Боль в груди к утру словно отупела, или это осознание приближающейся смерти отогнало эту боль? Не знаю.

Меня привязали к столбу, внизу которого горожане подготовили хворост. Умирать молодой и сожженной на костре не хотелось, но как достучаться до этих безумных существ? Какая ведьма? Да они издеваются? Без суда и следствия сразу определили на плаху. Это Средневековье какое-то! Фарс чистой воды! Но мне почему-то решили отдать главную роль в этом жутком глупом представлении.

Вчера вечером, когда я спала, слышала приглушенные голоса охранников, которые перемывали мне кости. И чем больше я слушала, тем шире открывались мои глаза, но стража этого не заметила, а продолжала сплетничать.

Итог всего этого я подвела быстро. Некто неизвестный в последние шесть лет стал активно выпивать магию и жизненную энергию самых сильных магов. Мир в ужасе, но поймать умельца не смогли и вот я такая удача, прямо возле убиенной пойманная с поличным. Но меня гложет вопрос. Их не смутило, что на вид мне всего двадцать, а значит, я не могу быть ТЕМ САМЫМ магом, выпивающим чужую силу. А то, что гипотетический убийца был рядом с трупом, их тоже не смутило? Абсурд полнейший, но разве к приговоренному к смерти прислушаются?

Почему я должна расплачиваться за чужие грешки? Это ли справедливость? Когда же закончится черная полоса моей жизни? Где же эта проклятая зебра? Ведь она есть у каждого, а моя бракованная получилась, так как черные полоски слишком жирные толстые и проблеска белых не видать

Вот так по стечению обстоятельств я и оказалась на костре.

Цепи больно впивались в щиколотки ног и рук, буквально разрезая кожу. Шею тоже зафиксировали металлом. Меня полностью обездвижили. По щекам градом лились слезы отчаяния и беспомощности. Запутанные русые волосы грязной паклей так и норовили залезть в нос и рот. В общем, вид еще тот у меня. Наверное, со стороны я действительно напоминала ведьму. Невысокого роста босая, хрупкая худенькая зеленоглазая девушка.

Разглядывая внизу толпу, понимала, что крупно попала. Если не сожгут, то так затопчут. Мой рост особенно выделялся на общем фоне городских жителей в средневековых нарядах. Что женщины, что мужчины были не меньше метра девяносто. Я вообще выглядела по сравнению с ними, как дитя — подросток, но их это не остановило. Еще чуть-чуть и все сто шестьдесят три сантиметра ярко полыхнут в огне.

Скоро, все очень скоро закончится и весь этот цирк с сожжением ведьмы прекратится, только я этого ничего не увижу, так как буду мертва.

— Смерть! Смерть! Смерть! — голосила кровожадная толпа, готовая к «хлебу и зрелищам».

Впереди маячили высокие горы с заснеженными пиками, а сам городок расположился у его подножия. Понятно теперь, почему здесь настолько холодно, хоть и осень на улице. Но ничего Владленка скоро согреешься, ведь для тебя никакого хвороста не жалко!

Жаль, что дождь закончился еще вчера вечером. Может быть, казнь моя отложилась бы на время.

Палач шел навстречу, неся в руках огромный зажженный факел. Черный мешок на голове ката с прорезью для глаз навевал еще больший ужас. Смотрела и не верила, что все это происходит со мной.

Смотря сверху вниз на довольно внушительного крупного мужчину, видела в глазах лишь жажду убийства и возмездия. Фанатики блин.

Бластер бы мне в руки и тогда хрен бы кто посмел на меня вякнуть, но чего нет, того нет, поэтому придется молча стерпеть всю несправедливость.

Голова гудела и раскалывалась от нескончаемого гула толпы. Тело налилось неестественной тяжестью. Шевелиться было сложно, учитывая мои тяжелые цепи.

— СМЕРТЬ ВЕДЬМЕ! — заорал во все горло палач, поднося факел к костру. Сухие ветки тут же вспыхнули, задымили, а в нос ударил запах паленой древесины.

Ветки потрескивали, съедаемые огнем все ближе и ближе подступая к основанию столба. Ноги уже ощущали тепло, а тело покрылось липким потом от ужаса неминуемой гибели. Слезы градом текли по щекам. Умирать страшно.

Я хочу жить! Живот скрутило тугим болезненным узлом, а к пальчикам ног подбиралось жестокое пламя.

Прикрыв глаза, пыталась ухватить хоть какую-нибудь тонкую нить и спустя несколько секунд мне это удалось. Я не верила своей удаче. Стараясь не обращать внимания на жар от подбирающегося ко мне пламени костра, медленно натягивала нити пространства. Клубок получился маленький, но это уже что-то.

— Ведьма! Ведьма! Ведьма! — слышала я на периферии сознания, наблюдая за тем, как мир начал замедляться, оковы опали, а я обессиленно провалилась в переход.