Глава 3

Хлоя

Я проснулась с бешено колотящимся сердцем и сладкой тяжестью в низу живота. Пытаясь выровнять дыхание и успокоить свое разгоряченное тело, я слушала мерное дыхание девушек и шелест листвы за стенами нашего домика. Стояла полная темнота; я не различала даже потолка, и мне казалось, что он где-то рядом, что я снова слышу его тихий горячий шепот, от которого по моему телу пробегает волна удовольствия: “Ты моя! Моя!”

Ох! Ну и приснится же такое! Вчера, после ужина, мы быстро разбрелись по своим домикам, и я легла немного отдохнуть, но этот странный день и обильная еда меня сморили, и я, наверное, заснула. Мне снился кошмар. Я лежала в какой-то слизи и не могла оттуда выбраться. Руки цеплялись за гладкие поверхности и скользили, легкие горели, я не могла сделать вдох. Барахталась из последних сил, чувствуя, что начинаю задыхаться. И вдруг сильные руки подняли и рывком вытащили меня наружу. Какое облегчение! Я могу дышать! Открываю глаза и с удивлением обнаруживаю себя совершенно сухой, стоящей на берегу реки, а прямо передо мной огромный водопад. Вода падает с большой высоты и с шумом убегает вниз по гладким камням. Яркие блики от парящих в воздухе капель играют на солнце. Это так красиво, что я на какой-то миг забываюсь и не замечаю, что сзади меня стоит он.

Его руки нежно проходят по моим совершенно голым рукам. Медленно вниз, а затем так же медленно вверх. Мне нравятся его руки! Сильные, с широкими ладонями и немного шершавые, они слегка царапают мою нежную кожу, и от этого я завожусь. Меня не смущает, что я стою совершенно голая, сейчас это кажется таким правильным. Мужчина сзади меня тоже голый, я чувствую жар его тела, его возбуждение. Я точно знаю, кто он, и не боюсь. Разве я могу его бояться? Это ведь он, мой дикарь со шрамом! Его руки уже поднялись до моей шеи и нежно погладили ее. Собрав двумя руками мои длинные распущенные волосы и перехватив одной, он слегка потянул их на себя, заставляя меня выгнуться. Второй рукой прошелся по спине и, огладив мой плоский живот, поднялся к груди. Все еще удерживая в натяжении мои волосы, он наклонился и провел губами сзади по шее.

Волна восхитительных мурашек прошлась по моему телу, и я прогнулась еще сильнее, чувствуя его возбуждение, упирающееся в меня сзади. Легкий стон сорвался с моих губ, когда он горячим языком проложил дорожку к моему уху и слегка прикусил его мочку. Как хорошо! Как правильно! Мне хочется большего, но он все еще крепко держит меня за волосы, а второй рукой гладит мою грудь, ставшую такой чувствительной под его умелыми пальцами. Он нежно обводит языком раковину моего уже пылающего ушка, а рука медленно ползет вниз по животу, туда, где уже горит пульсирующий пожар. Я так жду этой ласки! Скорее! Ну же! Но слышу лишь понимающий смешок и горячий шепот над ухом: “Ты моя! Моя!” А затем я резко просыпаюсь, ощущая досаду и горькое разочарование, что все закончилось, так и не начавшись.

Немного успокоившись и погасив внутри себя пожар от неудовлетворенного желания, все еще лежа в кровати, я стала размышлять. До этого момента я никогда не испытывала таких ощущений ввиду полного отсутствия у меня сексуальной жизни. Как-то не сложилось у меня с ней: сначала роль изгоя не сильно привлекала ко мне противоположный пол, а когда я стала Хлоей, то и сама не рвалась исследовать эту область. Поэтому к своим, страшно сказать, двадцати четырем все еще была девственницей с опытом, состоящим из пары подростковых поцелуев.

А эти новые эмоции, какими бы волнительными они ни были, мне не нравились по одной простой причине: они вряд ли были моими. Разумеется, во сне я их чувствовала, и их отголоски все еще бурлили внутри меня сейчас, но вот не навязанные ли они? С моим телом произошли изменения, и это очевидно, как белый день. Возможно ли, что со мной проделали еще что-то, чего нельзя увидеть невооруженным глазом? Да запросто! Сейчас много всякой дряни развелось как легальной, так и нет.

Остается только надеяться, что это все останется во сне и не перейдет в реальность. Но я тут же выбросила эти надежды куда подальше, потому что еще вчера как-то интуитивно поняла, зачем мы здесь. И, наверное, не нужно быть гением, чтобы сложить два и два. Их восемь, нас восемь, мужчины увиваются вокруг и очень стараются. А когда мужчины очень стараются, значит, им что-то нужно. Очень нужно. А что можно получить от девушек без памяти, без семьи, без имущества, короче, без всего? Правильно! Только тело. Только неясно, почему не возьмут силой, а, наоборот, шарахаются от прикосновений. Нет, не то, что бы я хотела! Тьфу-тьфу-тьфу! Я тихонько постучала по кровати. Но это все так странно! Что за игры они ведут, и как понять правила? Я тяжело вздохнула. Столько вопросов и так мало ответов! Самый главный вопрос: как отсюда выбраться? Не хочу дожидаться конца этой игры!

Скорее всего, я не на Земле. Тут все какое-то другое, и, хотя на Земле я не бывала в тропиках, прекрасно помнила, как они выглядят. Не так, как здесь. Завтра нужно первым делом в этом убедиться. И если это не Земля, то значит, нас кто-то сюда доставил. Не с неба же мы свалились? Также вряд ли это сделали дикари: они даже разговаривать не могут. Интересно, кстати, почему? Они немые, или просто им непонятен наш язык? А все девушки, как ни странно, разговаривают на общеземном, правда, у некоторых из них я расслышала небольшой акцент. Нужно сегодня с ними поближе познакомиться и имена, что ли, им придумать? О себе лучше промолчать, ведь я одна помню все, что было до, вдруг это не входит в правила игры этих варваров? Еще дисквалифицируют каким-нибудь изощренным способом!

Я так и провалялась до самого рассвета, пытаясь составить хоть какой-нибудь захудалый план действий. Пока безуспешно. Тяжело вздохнув, я села на кровати. Светало, и сквозь небольшие щели в стенах свет проникал в наш домик и разгонял темноту ночи. Девушки заворочались и потихоньку начали вставать со своих кроватей. Из плетеных коробов у своих кроватей они что-то доставали и, тихонько переговариваясь, выходили на улицу.

Я тоже заглянула внутрь своего короба и увидела там запасные, такие же, как сейчас на мне, серые балахоны с рукавами, несколько тряпиц, пару коробочек и никакого нижнего белья. И почему я этим не удивлена? В одной из плетеных коробок я обнаружила гигиенический набор. Ну, по крайней мере, он таким задумывался. Мыльный корень, который я видела вчера, набор распушенных с одного конца палочек, при нажатии на которые выделялась какая-то жидкость. Надо полагать, это зубная щетка? Там же лежал небольшой шершавый камешек и еще пара деревянных штук странной формы. Схватив коробочку, свежую одежду и тряпицу, я надела сандалии, которые нашла под кроватью и поспешила за девушками. Мне нужно было с местными удобствами познакомиться — то еще удовольствие!

С помощью девушек, что так мило посвятили меня во все тонкости, я быстро справилась с утренними процедурами и в боевом настроении шла вместе со всеми на завтрак. Но по мере приближения к беседке мой настрой постепенно сдувался, уступая место непонятному волнению. Еще издалека я увидела его и как-то безошибочно выделила из массы остальных мужчин. Он словно подсвечивался специально для меня, и мой взгляд, как приклеенный, следил за ним, а внутри снова начинался пожар. Вспыхнули все ощущения из сегодняшнего сна, и к щекам прилил жар. Понимая, что я просто не смогу нормально поесть, если он будет сидеть напротив меня, я нагло пододвинула девушек и села с другой стороны стола. Мужчина, судя по его недовольному виду, тоже решил так сделать, и в итоге мы опять оказались друг напротив друга. Наглеть еще больше и двигать всех обратно не хотелось, и я решила просто на него не смотреть. Может, хоть так смогу поесть.

На завтрак были чьи-то вареные яйца, лепешки и фрукты. Но поесть я так и не смогла. Решив не смотреть на него, взглядом я постоянно натыкалась на его руки, и мое тело начинало жечь огнем там, где они касались меня во сне. Это было какое-то непереносимое наваждение! Я не могла ни о чем думать, кроме его рук, ласкающих мое голое и такое чувствительное тело. И снова слышался этот шепот мне на ухо: “Моя”. Что же вы, сволочи, со мной сделали?! И почему именно он? Ведь есть еще семь прекрасных представителей сильного пола. Почему на них я даже не взглянула?

Решив исправить этот недочет, раз уж поесть толком не удалось, я очень внимательным взглядом по очереди прошлась по всем остальным мужчинам. Рассмотрела все и не нашла ничего привлекательного для себя. Да, стройные, мускулистые, с правильными и не отталкивающими лицами, но они были для меня словно безликими. На них не хотелось смотреть, в отличие от того, кто сидел напротив. Не удержавшись, я все же взглянула ему в лицо и оторопела от ярости, полыхавшей на нем. Крепко сжатые челюсти с ходившими желваками, раздувающиеся ноздри; сузившиеся глаза пристально смотрели на меня из-под нависших нахмуренных бровей. При свете дня я смогла разглядеть их цвет. Глубокий, потрясающе красивый серо-голубой цвет заворожил меня, и, если бы они не смотрели на меня так зло, я бы полюбовалась ими подольше.

Ну и за что мне такие почести? Он что, ревнует? По их правилам я что, уже принадлежу ему? И почему, кстати, именно ему? Вон ведь есть мужчины и покрасивее, и помоложе его! Почему это мне достался самый старый, некрасивый, да еще и со шрамами? Эй, вы там, кто распределял, за что вы меня так невзлюбили?! Но стоило мне на него посмотреть еще раз, и все эти мысли ушли в небытие. Он был самым красивым и желанным из всех сидящих здесь мужчин. Я рассматривала его широкий разворот плеч, мощные руки и шею, волевой подбородок и красиво очерченные губы. М-м-м, его губы. Я вспомнила, как он целовал меня в шею. Ох, а если бы он поцеловал меня по-настоящему? Я облизнула свои ставшие вдруг сухими губы и мечтательно вздохнула. Подняв взгляд выше, я встретилась с его глазами и поняла, что пропала: меня куда-то утягивало, мне хотелось раствориться в нем, стать его частью и никогда с ним не расставаться. Он то, что мне нужно! Он идеален!

Вот же гадость какая! Я даже встряхнула головой, отгоняя наваждение. И кто теперь сомневается, что меня чем-то накачали? Собаки мерзопакостные! Это надо же до такого додуматься: похищать девушек, накачивать их какой-то отравой до потери памяти и отдавать каким-то озабоченным варварам! Ну, или варвары сами нас чем-то напичкали. Без разницы! Итог один: они все гады, а мне нужно уносить отсюда ноги, пока сама не набросилась на этого мордатого и не …. Сознание тут же заботливо подсказало, что можно было бы с ним сделать. У меня даже щеки загорелись от собственной фантазии. Все, с меня хватит! Подскочив на месте, я стремительно пошла в сторону леса. Лучше птичками пойду полюбуюсь, заодно и выясню, Земля ли это.

Не Земля! Этот факт мне пришлось констатировать сразу, как только я прошла чуть глубже в лес и увидела на одном из деревьев лиану, которая шевелилась и извивалась, скручиваясь вокруг дерева. Она незаметно подползла к одной из птиц, сидящих на ветке, и быстро обвилась вокруг нее, плотно сжавшись в тугое кольцо. Пара секунд — и мертвая птица безвольно уронила голову.

Птица тоже, кстати, оказалась весьма неземной. Небольшая, с ярким оперением, маленькими лапками, короткими крылышками и, что самое странное, острыми ушками на небольшой головке. Ее, конечно, было жалко, но и воевать с лианой было страшно. Она выглядела сильной, и у нее было несколько помощников, которые так же неспешно блуждали по дереву. Птичку в итоге спустили вниз и засунули в дырку у основания дерева. Даже думать не хочу, кто там ее будет есть. Б-р-р-р! Осторожно ступая, я пошла дальше, рассматривая все вокруг и выискивая самое высокое дерево, на которое я смогла бы забраться и осмотреть окрестности. Вдруг там, в паре километров, город какой есть. Походив по кругу еще немного и не найдя ничего подходящего, я решила поискать в другой стороне и направилась обратно в лагерь.

Девушки сидели в беседке и о чем-то болтали, попивая из кружек, сделанных из бамбука. Тоже захотелось пить: солнце уже припекало и становилось жарко, и я подсела к ним. Заодно и поспрашиваю, может, что вспомнили. Но мои надежды не оправдались. Они по-прежнему были такими же странными, с полностью отшибленной памятью. Даже имен своих не помнили и на мое предложение придумать нам новые имена откликнулись с живым интересом. Мы развлекались почти час, выдумывая их. Так у нас получились Хлоя, это, конечно же, я, Эльза, Конья, Виен, Даниила, Сайжила, Кэрита и Фреалитта.

Девушки почему-то очень взбудоражились от того факта, что у них теперь есть имена, и за обедом одна из них рассказала об этом мужчинам, не забыв уточнить, что это была моя идея. Толку-то, конечно, от этого было немного: они все равно не разговаривают. Но их реакция сильно меня удивила. Они все неодобрительно уставились на меня, мне даже стало не по себе под их осуждающими взглядами. Эй, вы что? Откуда мне было знать, что нельзя было этого делать? Хотя, погодите-ка! А чего это я перед вами оправдываюсь? Ишь какие! Имена им не понравились! Совсем оборзели! И я, вздернув нос повыше, смело посмотрела на них в ответ, удивленно подняв брови.

Они быстро отвели взгляды и тут же направили их на моего дикаря со шрамом. Вот и правильно, пилите его! Но тот лишь неодобрительно поджал губы и взглянул на меня как-то обреченно. А затем посмотрел на остальных, и взгляд его уже был жестким и приказным. Все быстро отвернулись. Ух ты! Как он их! Умничка! Тьфу! Да что со мной творится? Скоро уже ножки буду ему целовать. И я, скрипнув зубами, продолжила жевать, уставившись в стол и больше не поднимая глаз. Вообще не буду больше никогда на него смотреть.

Но вскоре я снова смотрела на него, не отрываясь, как завороженная. Это случилось после ужина, когда мужчины разожгли огромный костер и, постелив на бревна шкуры, пригласили нас. Я сначала опасалась идти, но любопытство пересилило, и вскоре я, как и все девушки, уселась на бревно и ждала неизвестно чего. Вдруг раздались мерные удары барабанов, и к костру вышли двое мужчин. Одним из них был мой дикарь. У меня перехватило дыхание, когда они начали двигаться.

Это был странный то ли танец, то ли шуточный бой. Но я смотрела только на него и наслаждалась его быстрыми, и в то же время плавными движениями. Мне казалось, он танцует только для меня. Его взгляд постоянно находил меня и не отпускал, пока была такая возможность. Его движения манили, а мышцы красиво перекатывались под кожей, которая казалась такой гладкой под бликами костра. Мое дыхание участилось, и я дышала так же часто, как бились барабаны. Сердце грохотало в груди, как чумное. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Я задыхалась от накатившего желания принадлежать этому мужчине. Прямо здесь и прямо сейчас, а потом будь, что будет! А что будет потом? Эта мысль окатила меня ушатом ледяной воды. Это не мои желания! Просто не могут быть моими! Я не знаю этого мужчину и нахожусь здесь не по своей воле. Чтобы снова не скатиться в пропасть обожания этого варвара, я с силой вонзила ногти в свою руку.

Так я и просидела до конца танца, все сильнее вгоняя ногти под кожу. Барабаны смолкли, а мужчины направились к нам, и мне стало по-настоящему страшно. Что-то должно случиться, и я, не отрывая взгляда, смотрела на них. Второй мужчина направился к брюнетке, которую мы сегодня назвали Виен, и протянул ей свою руку. Я посмотрела на лицо девушки и вдруг поняла, что она, наверное, испытывала то же, что и я. Ох, Виен, не бери его руку! Не бери! Поздно, она уже протянула и вложила свою руку в широкую ладонь варвара. Они встали и ушли в темноту.

Я отвернулась от них и наткнулась взглядом на протянутую мне ладонь. Мой дикарь стоял напротив с вытянутой рукой. И мне вдруг захотелось так же, как Виен, протянуть свою и уйти с ним в темноту. Но я крепко сжала зубы, подсунула руки себе под попу, чтобы случайно не дернулись, и отрицательно помотала головой. Запрокинув голову, я посмотрела ему в лицо и увидела, как он недовольно поджал губы и зло сверкнул глазами. Прости, варвар, но я не для тебя. Лучше уходи. И я еще раз помотала головой. Он слегка наклонил голову вбок, будто стараясь рассмотреть во мне что-то, видимое только ему, а потом резко развернулся и ушел. Фу-у-у! Кажется, пронесло! Я облегченно выдохнула. Я здесь всего два дня, и каждый вечер он уходит злой. Если продолжу в таком же духе, боюсь, добром для меня это точно не кончится.