Глава 33

Но император не был бы императором, если бы был способен хоть иногда вести себя нормально или по крайней мере прилично. Не прошло и десятка минут в молчании, пока я старалась даже не смотреть на него, как поняла, что он… раздевается… Ну, то есть снимает доспехи… Сначала я не собиралась ничего говорить и спрашивать, считая, что это очередная уловка. Но когда большая часть верхних доспехов оказалась на полу, а на нём – только часть на одном плече, он перестал бороться с застёжкой и… резко развернулся ко мне. Я вжалась в спинку кресла, отпрянув и понятия не имея, что он такое задумал. Тоже не удосуживая меня объяснениями, он просто взял меня и пересадил на край сиденья, надавив на бёдра так, что заставил их широко развести. Я ахнула. - Что ты творишь?! – хотела вскочить и убежать, но он не пустил, удерживая меня на месте и приближаясь. А затем опустился поцелуем на мою шею. Я окаменела. Он совсем сошёл с ума? Что он… - С тех пор, как у меня появилась ты, я не был с другими. Ни разу, - сообщил мне между поцелуями, продолжая покрывать ими мои ключицы и плечи и спускаясь к груди. – И я не собираюсь это делать… Точнее, мне конечно следовало бы… Но у нас с тобой очень высокая совместимость. Уверен, скоро мы получим результаты… И при этом невозмутимо задирал подол моего платья! - Остановись… - попросила, но почему-то просьба прозвучала как стон. - Не хочу. Ты обиделась на предложение ублажать меня. Сделаем тогда наоборот. Я стану тебя ублажать… А ты… просто позволишь мне это… - с этими словами он провёл языком по моей шее и мои руки сами взметнулись к нему, путаясь в его волосах и прижимая к себе. – Просто позволь мне… Я понимала, что он снова хитрит. Говорит то, что я хочу слышать. И таким искушающим тоном ещё… Но как тут устоять? Особенно, когда он нырнул под платье своими руками и так нежно коснулся меня прямо там… При этом целуя грудь через ткань платья, которая тут же намокла от его рта… Я невольно откинулась назад, позволяя ему беспрепятственно спускаться поцелуями вниз – до самого лона. Чтобы там сначала тоже оставить глубокий французский поцелуй, а потом с помощью языка и пальцев заставить меня очень быстро отправиться в космос… Не прошло и десятка минут, а я уже буквально лежала в его руках, пока он нёс меня в постель, периодически целуя то в висок, то в лоб. Робота, который мешался на дороге, он просто отодвинул в сторону и уложил меня на постель. - Ты починишь его? – спросила я слабым, расслабленным голосом. - М? – он кажется не сразу понял, о чём я. - Робота, - я печально взглянула на него. - Да, потом… - снова наклонился ко мне. - Нет! – я выставила руки между нами. – Пожалуйста… Почини сейчас? Мне его так жаль… Я так виновата перед ним… Его брови опять поползли вверх, и он с сомнением оглянулся на робота, словно собирался увидеть там что-то другое… Потом опять взглянул на меня. - Диана, он не живой, понимаешь? Просто машина. Он нам не помешает… - и снова попытался поцеловать. - Я не могу! Он смотрит… Точнее мог бы. Если бы был жив… А сейчас ещё хуже… Брови императора снова приподнялись. И он опять оглянулся на робота. - Давай я… хм… уберу его в другую команду? Я не уверен, что сам смогу легко наладить… - Но ты обещал! Ты сказал, что это просто, - заупрямилась я. Почему-то стало очень важно, чтобы он это сделал. Император скрипнул зубами. - Ладно… Ворча, что двести лет этим сам не занимался, он придвинул робота поближе и начал в нём ковыряться. Ковырялся долго. Но довольно скоро лампочки на нём замигали опять, и он сжал и разжал руки. Я радостно вскрикнула и вскочила на ноги. А потом обняла. Робота, конечно… Так была рада, что он не погиб из-за меня окончательно, что даже снова прослезилась и поблагодарила его за помощь с колбой. А когда наконец сделала от него шаг назад, застала на лице императора что-то похожее на шок. - Я начинаю подумывать сменить роботов… - пробурчал он, пока оживший только что робот спокойно выехал из комнаты по своим делам. – С тобой всё нормально? Почему ты общаешься с ним как с живым? - Потому что никого больше тут не было всю неделю, - огрызнулась я, забираясь снова в постель. - Ладно… Но почему ты снова злишься? Я думал, ты будешь рада, что он в порядке… - Я рада, - сложила руки под грудью. - Я ничего не понимаю, - усмехнулся император и… откинулся на подушки, распластавшись на всей кровати. Для него она явно тесновата. Потому что он и меня рукой накрыл… - Ты же не будешь тут спать? - Конечно, буду. Это же моя резиденция. Имею право спать где захочу. И хочу я с тобой, - отозвался невозмутимо. Не знаю, почему, но этот ответ заставил меня улыбнуться. Наверное, потому, что хотя я и не призналась бы, но сама хотела, чтобы он ответил именно так? Разумеется, это я даже себе не сказала бы. Не то, что ему. Зато развернулась на бок. И император повернулся тоже, разглядывая меня и неспеша поглаживая пальцами мою талию. - Сколько у тебя других женщин? – его рука замерла, переставая гладить. – Много? Он вздохнул, видимо осознавая последствия своих слов. - Нет. Не много. - Почему у других рай-ши только одна женщина, а у тебя нет? – не собиралась отступать я. - Я император, Диана. - То есть у тебя больше прав? - Обязанностей. Чтобы удержать трон, мне нужен сын. А чтобы не допустить риска потери наследника, мне нужно их несколько. Не каждая женщина способна подарить нескольких детей. Поэтому императоры заводят их от разных женщин… - То есть ты планируешь быть со мной, потом лететь опылять следующую и так по кругу? – уточнила ледяным тоном, пытаясь снова отодвинуться. Он вздохнул опять, но не отпустил. - Нет, я не планирую… Я перестала вырываться. - А землянки могут иметь только одного рай-ши всегда? Нет исключений? - Конечно нет, - он нахмурился. - Я думаю, что если мне разрешено быть только с тобой, то и ты должен быть только со мной… Или ты не против, что у меня будет ещё и другой рай-ши? А что, посмотрим, от кого скорее получится зачать… Он тут же взбесился, сжав моё горло и наказав грубым поцелуем. - Не смей даже произносить это! – прорычал, нависая грозно сверху. - Тогда и ты… Дай слово… Что я одна у тебя… - посмотрела ему прямо в глаза. Император скрипнул зубами. Подумал. - Хорошо, - выдохнул. – Пока не истечёт наше с тобой время, я не прикоснусь ни к кому другому… Даю слово. Я почти спокойно прижалась к его груди, пока он ошарашенно выдыхал от этих эмоциональных горок, которые удивляли даже меня саму. - Что будет потом? - Потом у нас родится сын. И возможно… со временем ещё один… Это редкость, но всё же. - А что будет, если родится девочка? – взглянула на него снизу вверх, удобнее прижимаясь к его груди. - Этого не будет. У нас не бывает девочек. Иначе не пришлось бы красть землянок... - Так… А если не выйдет второго сына? – мне важно было понять. - Диана… - Ну же. Говори. - Я не знаю, что тебе говорить. Я уже всё сказал. Мне нужно больше одного наследника, понимаешь? Иначе я могу потерять трон… Давай отложим этот вопрос хотя бы до первого, хорошо? У меня есть время. И умирать я не собираюсь в ближайшее время. - Это радует. Потому что если ты умрёшь, я достану тебя и на том свете и прибью. Ведь ты обещал, что будешь моим единственным мужчиной… - Не сомневайся, - он усмехнулся, опять неотвратимо нависая сверху и поправляя осторожно мои волосы. – Я… скучал… по твоему телу… - А я по тому, чтобы поговорить хоть с кем-то. Вот она разница. - Ну мы с разных планет, так что эта разница допустима, - он начал задирать на мне платье. - Ты никогда не думал, что можешь полюбить кого-то? – спросила вдруг неожиданно даже для себя. - Нет, - отозвался император, увлечённый моим раздеванием. – Любовь – это глупость. Между близкими рай-ши тоже есть что-то вроде неё. Но это делает слабее и уязвимее. Я не хочу быть уязвимым… - и он начал целовать мои бёдра, потом живот, потом грудь, медленно продолжая тянуть платье вверх, чтобы снять его с меня окончательно… Сначала я думала его остановить, но сама же ощутила, насколько сильно желаю его… Пусть он просто огромный, но я всегда настолько влажная и готовая, что никогда мне не бывает больно… Поэтому просто позволила себе не думать. Он же позволяет. Буду брать с него пример. А проблемы решать по мере их поступления… На следующий день император уже улетел. Но оставил мне свой планшет. Тот самый, на котором я видела переписки. Ну или такой же. - Ты переживала, что не можешь со мной связаться. Вообще это возможно через робота, если ты попросишь связать тебя с императором, он это сделает. Но так, наверное, будет проще. Тут можно набрать сообщение, если ты соскучишься, - он окинул меня снова горячим взглядом. – Я не смогу бывать тут часто. Не хочу привлекать внимание. Возможно, чуть позже увезу тебя обратно на станцию… Но только если станет спокойнее. В ближайшее время мы кое-что планируем, поэтому пока тут тебе будет безопаснее. - Что вы планируете? – ухватилась я за это, уловив в его голосе напряжение. Очевидно, что это «что-то» для него важно. А мне бы хотелось знать о том, что ему важно. Как минимум из соображений безопасности… - Я не могу тебе сказать, - он качнул головой коротко, положив планшет на тумбу. - Хорошо… Ты всё ещё думаешь, что я могу предать тебя… Ладно. Но… Это что-то опасное? Для тебя… - вообще мне не хотелось давать ему повод считать, что мне не безразлично, но как будто бы было уже поздновато об этом переживать. Впервые за всё время вместе сегодня мы провели день, как обычная пара. Целовались, разговаривали, он рассказывал мне про Рай-Тар и их станцию – видимо то, что не было запрещено говорить. И больше не ругались, что для нас было удивительно. Да, мы оба говорили друг другу, что никаких чувств нет… Но даже если это так, очевидно, нечто между нами всё же было… - Так ты обо мне волнуешься? – он развеселился и сразу же притянул меня к себе за талию. – Нет, Диана, не волнуйся. Для меня там ничего опасного точно нет… Опасно это будет для других. И поцеловав меня снова на прощанье, он ушёл. Я же некоторое время ещё стояла и смотрела вслед удаляющемуся космолёту, неосознанно скрестив руки на животе. Может стоило ему рассказать о моих подозрениях? Всё случилось слишком быстро… Вероятнее всего я вообще ошибаюсь, но знать наверняка хотелось бы. А без его вмешательства, чтобы пригласить медиков, сама я никак не узнаю. По крайней мере в ближайшее время. Однако стоило представить его самодовольное лицо, как тут же желание признаваться отпадало. Поймёт, что мне больше никуда не деться и… «Надеюсь, ты уже соскучилась», - высветилось на экране. Так и думала, у него есть другой планшет. Но чисто из вредности ничего не ответила. Только показала в экран язык. И заулыбалась как дурочка… И сама себя ругала за это. Он ведь сам сказал, что никакой любви – только расчёт. А почему-то всё равно к нему тянет… И это при том, что я вообще никак не могу проверить правдивость его слов… В тот момент я только подумала об этом. Но дальше, пока гуляла по саду, всё равно не выпускала планшет из рук. И на ужине тоже. И когда ложилась в постель… И пыталась убедить себя, что не жду ничего от него больше. Но когда он снова пиликнул, открыла так быстро, что уведомление ещё только высветилось, а я уже прочла. И онемела… Вместо сообщения мне пришло фото. Девушки. Без лица. Только её тело на кровати с шёлковым бельём – пышная грудь, узкая, куда уже чем моя талия, стройные модельные ножки, полураскрытые губы как с картинки… Что это? Он сделал это случайно? Или… Не он… Меня окатило пониманием. Если он полетел не на станцию, как я подумала, а в другую резиденцию… К другой женщине… И она увидела его сообщение, поняла, что оно для другой и… Вот это было очень похоже на правду. Особенно учитывая, что фото практически на глазах было удалено… Я отбросила планшет в сторону, не заботясь о том, что он ударился о мраморный пол. Он оставил мне средство связи, а своё взял с собой. И другая его женщина решила дать мне знать, что если я и скучаю, то он точно нет… Грудь сжало тисками. Он солгал… Он знал, что полетит к другой, а сам говорил всё это… Про время. Про обещания… Ничего не стоит его слово на самом деле… Ничего. Он специально так говорил, чтобы использовать меня. По назначению. И всё. А сам и не собирался хранить верность… О чём я? Он наверное и не знает, что такое верность… Он же сам сказал, что любви и речи не идёт. Он скучал по моему телу. Да и это его предыдущее сообщение… Он не сказал, что уже скучает сам. Он спросил, не скучаю ли я… Нет, не спросил. Сказал, что надеется на это… Ему нравятся мои эмоции. Ему нравятся мои реакции. Он знает, что они настоящие – и от этого ему нравится только больше. А потому всё это унизительнее для меня… Я ведь поверила… И если бы не это фото, то никогда не узнала бы правды… Планшет ещё несколько раз пиликнул, но я не собиралась открывать сообщения. Что там ещё? Фото, на котором они вместе? Как он с ней… Он ей тоже говорит, что только с ней будет? Он тоже самое всё обещает? И да, я понимала, что та женщина – тоже пленница. У неё тоже не было выбора. Но у него был… Выбор был у него! И он выбрал. Он решил вот так. Решил обмануть. Решил, что я не узнаю. Но не подумал, что не только я могу решиться взять чужую вещь… В полной изоляции пойдёшь и не на такое, чтобы понимать, что вообще происходит… Я гнала от себя мысли, что кажется она намного красивее меня. Явно женственнее, выше и стройнее. Что мне показалось из того, что я видела мельком, что она постарше меня. А значит, наверняка опытнее и умеет удержать мужчину рядом... И мне было жаль её тоже, что ей наверное тоже больно из-за моего существования. И жаль себя, что я в это всё вляпалась. А императора… Планшет завибрировал. Но я не сдвинулась в места. Не хочу ничего знать. Не хочу ничего не видеть… Я закрыла уши руками и зажмурилась, принявшись раскачиваться. Боялась открыть глаза, чтобы не увидеть, как снова двигаются стены. А они двигались – я точно знала. Я чувствовала…