Глава 27

Заходим в дом. Тишина гробовая. Или действительно все полегли на поле брани или… Если честно, других предположений нет.

Обходим с Мариной весь первый этаж - тёмно, как будто никого дома нет. И только со стороны малой гостиной брезжит неяркий голубоватый свет.

- Хм! - Маринка добралась до комнаты первой. - Милая сцена.

Подлетаю к ней и тоже чуть не прыскаю: наши мужчины сидят по разным сторонам дивана и с не особо увлечённым видом следят за чемпионатом по футболу. Мины у обоих кислые и надутые.

- Два - ноль, Мариночка. Наши придурки продувают. - Монотонно комментирует отец, как будто не знает, что Марина футбол и хоккей на дух не переваривает. И как будто сейчас это самая важная тема.

- Угу… Четыре-четыре! - мачеха косится на меня и кивает на выстроенные ровным рядом пустые пивные бутылки. Восемь штук. По четыре на каждого.

- А? Что ты хотела этим сказать, Марин? - оживляется отец и подходит к жене.

- Я - ничего. А вот ты, думаю, хочешь.

Отец переводит на меня взгляд и удручённо вздыхает. Какой же он настырный и твердолобый!

- Думаю, нужно позвонить начальнику и отпроситься ещё на несколько дней. Как я понял, свадьбе всё равно быть. А я не хотел бы пропустить такое важное событие в жизни моей любимой дочери.

Наверное, это самое длинный монолог, который отец произнёс в жизни. И самый сентиментальный. Хотя и был сказан, как будто из-под палки и с видом приговорённого к виселице.

- Я рада, что ты стараешься быть милым, пап, - не удерживаюсь от комментариев и закусываю подушечку большого пальца, чтобы не захихикать. Алкоголь всё происходящее преподносит более легким и смешным.

- Я не милый. Я просто… уступчивый. - Сам чуть не хмыкает над чушью, что только что сказал.

Поглядываю на Стаса, который стоит чуть поодаль от отца и наблюдает за сценой. С выражением глубокой удовлетворённости на лице. Просто взгляд воспитателя, довольного успехами воспитанника!

- Пойдём отдыхать, любимый? Что-то я обессилела после сегодняшних событий. - Подхожу к нему и тыкаюсь носом в рубашку.

Стас приобнимает меня за талию и ведёт в направлении лестницы.

- Давай я тебе ножки разомну, хочешь?

- Очень хочу. А ещё почитаешь, ладно? Нашего любимого Пастернака... - понимаю, что этот диалог скорее всего полоснёт отцу по ушам. Ну а что он хотел? Будет привыкать, другого выхода у него нет. И пусть я веду себя сейчас как маленькая, капризная девочка, пусть со стороны кажусь наивной и простой. А может, я хочу быть такой! Быть слабой, требовать заботы, защиты и внимания со стороны надёжного и сильного мужчины. Хочу, чтобы о моём самочувствии и настроении кто-то пёкся. Давал мне всё, чего лишил чёрствый и властный отец.

Практически затягиваю Стаса в свою… то есть… его комнату и толкаю в грудь, заставляя упасть в кресло.

- Рина?

- У-у-у… - скидываю бретельки платья, пока он находится, что мне сказать.

- А ты разве не хочешь узнать, о чём мы беседовали с твоим отцом?

- Не-а... - Подхватываю подол и медленно стаскиваю с себя кружевные стринги. Смотрю прямо ему в глаза и наслаждаюсь реакцией. Зрачки любимого расширяются, когда мои трусики падают на ковёр.

- А как же Пастернак? - сверкает улыбкой и подтягивает меня к себе.

- Да какой, к чёрту, Пастернак, Стас? Не хочу… Хочу только… - наклоняюсь к его щеке и провожу языком от подбородка к виску.

- О-о! - тихо смеётся и стискивает мой зад. - Надо почаще тебя напаивать… Ты такая ненасытная становишься… Горячая моя… - Резко сдвигает мои ягодицы вместе и отпускает. Шлёпает. Со звоном. Как бы внизу не услышали.

Тоже хихикаю и присасываюсь к его губам.

Не хочу ни о ком думать… Ни о чём говорить… Только с ним... в этой комнате, где столько часов провела в мечтах и жгучем желании быть с этим мужчиной.

Голова кружится, всё плывёт перед глазами. От вина, от духоты непроветриваемого два дня помещения и от жадных до моего тела, властных рук Стаса.

Он вырисовывает влажные дорожки у меня на шее. Откидываю голову назад и слегка приподнимаюсь, пока Стас освобождает от брюк область своего паха. Стаскивает на бёдра и снова тянет меня на себя.

Просовываю ноги между подлокотниками и сиденьем кресла и медленно, без подготовки опускаюсь на стоящий дыбом, влажный член любимого.

- Риночка… - он шумно выдыхает, удивлённо приподнимая брови. Да, получилось слёту и сразу глубоко. Отчего просто крышу рвёт от удовольствия.

- Подвигайся, маленькая, - он хватает меня за бёдра и прижимает к себе ещё сильней. Раскачивает взад-вперёд, не давая привстать.

Это дикий улёт! Неописуемые ощущения.

Чувствую его пенис каждым миллиметром своих женских органов. Что-то он там так напористо массирует, и… я... просто обливаюсь смазкой.

- Ста-ас… - хриплю, тыкаясь подбородком в его лоб.

- Хорошо?

- О-очень…

Он по прежнему не даёт мне встать. Просто крутит круги где-то в самой глубине и слегка пришлёпывает задницу.

- Оторви ноги от пола, Рина! - строго и властно. Всё, как я люблю…

Выполняю его приказ и сумасшедший кайф усиливается в разы.

Я как будто в невесомости. Соприкасаюсь с ним только тазом. Полная прострация…

Он ускоряется. Тянет на себя и обратно всё резче и чаще.

- Ты просто огненная… там, Риночка… - Стас хрипит мне в ключицу и начинает прикусывать кожу.

Клитор трётся о его лобок. От удовольствия просто завыть хочется. И я это себе позволяю. Выдаю долгий, протяжный стон. Еще несколько трущих толчков и я кончаю так интенсивно, что кажется сделаю Стасу больно своими сокращениями. Взрываюсь одновременно внутри и снаружи, в зоне клитора. Двойной оргазм! Комбо!

И обмякаю, повиснув на плече у Стаса. Чувствую, как из меня вытекает его семя.

Не верится… До меня до сих пор не доходит, что мы теперь жених и невеста.

Сижу на нём, пока ноги окончательно не затекают в этой позе.

Поднимаюсь и плашмя заваливаюсь на кровать.

- Понравился массаж, милая?

- Угу… - мычу, потому что слов ещё нет.

Стас ложится рядом и подтыкает под голову локоть.

- Так… о чём вы… там говорили с отцом? - всё-таки интересуюсь, когда немного выравниваю сбитое дыхание.

- Да не важно о чём. Важен результат - свадьба в пятницу.

- В пятницу? Стас! Так это же через три дня! Так скоро? - резко сажусь и откидываю прилипшие ко лбу влажные волосы.

- Да, Рин. Позже никак. Потому что и Марине с Сергеем нужно возвращаться обратно, да и мне… Ты сама знаешь, нужно отчаливать на Новую Землю.

- Те-бе? - что-то не нравится мне его взгляд. Совсем прям. - А почему тебе? Нам, Стас.

- Никаких “нам”, Ринка! Я поеду один. Ты не представляешь, что там за условия! Адское место. Край земли! И там точно нечего делать хрупким, юным девушкам!

В горле спазм от его заявления.

На Новую Землю! Без меня! На целых полгода!

Нет, Стасик! Со мной такой номер не пройдёт.

Поднимаюсь с кровати, позволив платью окончательно упасть и подхожу к шкафу.

Достаю свою дорожную сумку и начинаю складывать в неё вещь за вещью. Как-то до маниакальности аккуратно.

- Рина! Ты чего? - спохватывается Стас и подлетает ко мне. Стискивает плечи и разворачивает к себе лицом.

- Собираю вещи. Поеду домой вместе с родителями.

Отвожу взгляд и прикусываю губу чтобы удержать слёзы.

Стас выдыхает со стоном и застёгивает штаны.

Молчит. просто отходит к окну и задумчиво, мать его, бередит взглядом освещённую меленькими фонариками лужайку.

- Мной не получится манипулировать. Я не поддаюсь на женские уловки. Давно уже перестал.

- А я и не манипулирую, Стас! Я просто всё поняла. Не по пути нам.

Он снова резко оказывается рядом со мной и стискивает мои руки выше локтя. Потрясывает. Как в пещере, чтобы привести в чувство.

Только вся разница в том, что там я действительно билась в истерике и ничего не понимала. А теперь я спокойна. И как раз таки начала соображать что к чему.

Не нужна я ему там. Уедет, а потом…

В голове закрутились варианты того, что Стас затянет со свадьбой, чтобы отложить её на полгода, а потом придумает причину, чтобы спустить это дело на тормозах. И замелькали вопросы: А хочет ли вообще жениться? Может уже пожалел? Может всё обмозговал и решил, что не нужна ему такая жена? Сломанная. Бракованная. А как отказаться, чтобы не ранить, не знает.

- Просто… Не будет свадьбы. Забудь.

Кидаю в сумку последнюю вещь. Именно кидаю уже теперь и кое-как застёгиваю молнию.

- Глупышка… - слегка улыбается и приваливается к шкафу, наблюдая, как я пру этот набитый шмотками тюфяк к выходу. - А уезжать собралась прямо сейчас, да?

Ещё и издевается!

- В четверг, как и планировалось! А сейчас просто в другую комнату. В… Сашкину вон!

Он снова около меня. Недобро дышит в лицо и приподнимает пальцами подбородок.

- Там опасно, Ринка! Сыро, холодно. И уныло. Сейчас, летом плюс четыре градуса. А? Как тебе? Теплее не будет! Развлечений ноль. Две улицы, шесть домов. Ни салонов, ни магазинов, ни торговых центров. Сплошные льды и кладбища радиактивных отходов.

- Я справлюсь. Эти торговые центры мне… Глаза уже намозолили.

-  Я-то работать буду. В штольнях, которые отдалены на десятки и сотни километров от дома. А ты? Волком выть? - Стас смотрит на меня почти умоляюще и продолжает, - а в прошлом году жена одного горняка чуть не родила… по дороге на метрик… - замолкает и взгляд становится виновато-печальным. - Вот.

- Это мне не грозит, сам знаешь! - практически бью его взглядом. Какой же он… Как отец властный, блин! Командовать мной решил. - Выбирай: или мы женимся и едем в эту ссылку вместе. Или поезжай один, но свадьбы не будет.

Пока талдычу всё это, накидываю на плечи махровый халат и подпоясываюсь. Дёргаю на себя дверь и выскакиваю в коридор.

- Рина! Не будь маленькой…

- Не буду! Можешь меня так больше не называть! И вообще… забыть!

- Ты только послушай, глупая! Даже если хотел бы, я бы всё равно не успел бы тебя оформить, как положено. Там не так всё просто. Поздно уже.

- “Если бы хотел”! - выплёвываю ему его же слова. - Вот именно, Стас! Ты просто не хочешь! Не хочешь!!!

Слезы хлынули в три ручья.

Я не останусь без него! Не смогу так больше. С ума сойду, умру от тоски, если опять расстанемся хоть на неделю.

Сердце щемит от решения Стаса. А к горлу опять подступает дурнота.

Выскакиваю на улицу и прижимаюсь спиной к столбу веранды.

- О, уже посрались, - громко комментирует моё состояние отец. От чего подскакиваю и чуть не подворачиваю ногу. - А стоило ли вообще морочить нам с Мариной голову?

- Что? - тяну ему, сощурившись. - Ты только и ждёшь моих неудач, да? Прям ехидничаешь, когда у меня что-то не складывается! Что ты за отец такой?

Ору, заливаясь слезами. меня трясёт и колошматит.

Обидно. Из двоих самым близких мужчин меня понимает… да только Маринка меня понимает и поддерживает.

- Вот станешь матерью, и узнаешь, каково это, когда твой ребёнок творит очевидную глупость, на твоих же глазах  ошибку совершает, а тебя не слушает. Сам себе на уме.

Мне рвет сердце от его слов. В душе столько боли и невысказанных чувств.

- Не стану… матерью... - шепчу себе под нос, чтобы отец не услышал.

Он не знает о моём бесплодии. Не к чему. Я только Марине сказала. И это ещё раз доказывает то, что мачеха для меня ближе собственного отца.

Затягиваю пояс потуже и проскальзываю за калитку.

Плетусь в сторону небольшой рощицы, ловя на себе насмешливые взгляды прохожих.

В халате! Ну и что? Мне сейчас всё равно. Пофигу на всех.