Глава 11. Лана

После плотного завтрака время начинает лететь со скоростью света.

Мужчины пропадают на стройке бани, Света где-то на грядках, а мы с Лясей у надувного бассейна. Мелочь моя бесится и плюхается в воде, а я сижу рядом в тенечке с книжкой. К огороду меня не допустили, сказали, отдыхай. Поэтому я и решила немного почитать очередную новомодную книгу по психологии развития личности. Только вот личность моя развиваться не хочет. Наоборот – деградирует. Потому что я уже полчаса как сижу и, пряча глаза за очками, пялюсь в спину Рысеву. В голую спину. Потную. Красную от солнца. На руки, мышцы, которые перекатываются под кожей. На сильные ноги в шортах. И упругие ягодицы.

Мазохистка. Петикантроп!

И нет, чтобы смотреть на жениха? Я же не свожу глаз с его брата, который просто в фантастической форме! Развитая и рельефная мускулатура заставляет едва ли не пускать слюни.

Предательница. Изменщица. Кто бы знал, как люто я себя ненавижу в этот момент.

– Муля, а давай в мясик поиглаем? – выскакивает ко мне Ляся. Мокрая ныряльщица моя.

Да уж. Лучше мне занять мозг и глаза чем-то другим.

– Давай.

Благодаря дочурке, удается отвлечься и даже позабыть, что мы на даче не одни. Пока кидаем мяч и бегаем, играя в догонялки, я напрочь забываю о Рысе. Но до тех пор, пока не слышу за спиной:

– Возьмете третьего? – и даже подпрыгиваю от неожиданности.

– Лысь! – скачет с мячом в руках Ляся. – Возьмем, мы зе возьмем в иглу Лыся, муля? – хлопает густыми темными ресничками дочурка. И мне не остается ничего, кроме как улыбнуться и пожать плечами.

Правда, ненадолго. Буквально один круг с мячом, и из дома выходит Света с просьбой помочь. Знала бы она, как я ей благодарна в этот момент!

– Лясь, пойдем в дом, тете Свете нужна наша помощь, – бросаю мяч Леше и тяну руку дочурке. Но та, насупившись, машет головой.

– Не кочу. Давай ты помозес тете Свете, а мы будем иглать?

– Малыш, нет, я не оставлю тебя одну…

– Не одну, – разводит руками Леша, улыбаясь, – я пригляжу за ней.

– Нет.

– Я не съем твою дочь, Лана, – вздыхает Рысев, сбрасывая всякий задор, – серьезно. Мы будем на этом же месте. Не доверяешь мне, вон, – кивает в сторону стройки, – твой Слава тут, – заканчивает с мало понятной мне интонацией. А «твой Слава» жутко резануло слух. Но, с другой стороны, Рысев прав. И мне приходится это признать.

– Ладно. Играйте, – смотрю в шоколадные глаза сначала мужчине, а потом его маленькой копии. – Я за вами слежу.

– Есть, сел, – смеется Ляся. – Давай иглать! Давай иглать! – тут же забывает про мать. Ну и правильно, зачем обо мне помнить, когда у нее вон личный титан появился.

И забавно, и страшно наблюдать, как легко она его приняла. Никого так быстро. Даже Славку. Почти месяц тому понадобилась дарить подарки и задабривать, чтобы маленькая снежная королева растаяла, а тут… пара часов.

Нет. Не буду об этом думать! Вообще лучше не думать.

* * *

С тетей Светой пропадаю в доме на несколько часов. Как обычно бывает на дачах у наших любимых бабушек и дедушек, работы – непочатый край. А раз хозяйка задумала генеральную уборку, а я взялась помочь со шторами, то грех  не помочь и с другим. Отвлечься.

В итоге за разговорами не замечаю, как пролетает время. Страшно подумать, но почти целый день! И только изредка поглядывая в окно на резвящуюся Лясю в обществе то Рысева, то Славки, понимаю, что недостатка в обществе матери она не испытывает.

Ну и славно. Убегается сегодня так, что спать будет сладко-сладко. Тем более, после отъезда родителей у нас и дачи-то нет, и чтобы выезжать, как такового места на природе тоже нет. Поэтому дочурка ловит момент.

А когда все дела переделаны, выхожу на улицу и выгоняю мелочь из бассейна, в котором она набесилась до синих губок. Но зато довольная и счастливая несется ко мне, с разбегу залетая в большое махровое полотенце. Улыбается, а у самой зуб на зуб не попадает.

– Муля, а Лысь скасал, что сходит с нами в зоопалк! Мозно?

Нет, конечно. И надеюсь, они оба об этом обещании "Лыся" забудут.

– Можно.

– А еще, скасал, что пливезет мне басого зайку. Из Амелики. Мусь, а сто такое Амелика? Это далеко? – скачет на месте юла, пока я пытаюсь ее поймать и закутать в полотенце.

– Далеко, малышка. Очень. Но раз уж Рысь сказал, – улыбаюсь, – значит сделает. – И надеюсь, нескоро. Ну, или передаст игрушку через Славу. – Сейчас быстренько переодеваться, пить чай и скоро поедем домой.

– Угу. Муль, – хватает мое лицо своими холодными после воды ладошками дочурка. – А мне нлавится Леша, – ни в какую не хочет переключаться на другую тему. – Он сильный.

– Замечательно, – улыбаюсь отрешенно, вытирая и ероша буйные кудряшки.

– Муля, а мозно у меня папуля будет, как Лысь? – выдает задумчивое Ляся, заставляя меня замереть с занесенными над ее головой руками.

– Какой такой? – выходит хриплым, испуганным голосом, что и сама не узнала.

– Класивый, босо-о-ой, – машет ручками дочурка, – смесной и доблый.

– Лясь...

– Лысь, – кричит Ляся, перебивая меня. Подзывает мужчину к нам. А мне в этот момент хочется провалиться на месте.

Это гены. Чертово ДНК – точно!

– Малышка, не отвлекай, дядя Леша занят… – пытаюсь урезонить ребенка, но она непреклонна. И дождавшись, когда Рысев подойдет к нам, мелкая провокаторша вылетает из моих руки и запрыгивает к мужчине на руки, обнимая за шею.

– Звала, принцесса? Я весь твой, – улыбается Рысев, словно все, что сегодня здесь происходит, само собой разумеется!

– Лысь, а давай ты будешь моим папулей? – спрашивает в лоб, как ни в чем не бывало.

Дети-и-и!

– Ляся-я-я, – вздыхаю и, кажется, вся горю от стыда. Прикрываю глаза ладошкой. А Рысев в ступоре. И смотрит то на дочь, то на меня, явно не зная, что на такое "заманчивое" предложение ответить.

Конечно, какие ему, молодому и красивому бабнику, дети? Я удивлена, что он вообще знает, как с ними общаться.

– Эм… – старательно подбирает слова мужчина, – я бы с радостью, принцесса, но… – замолкает, когда Ляся обхватывает ладошками колючие мужские щеки. – Но давай я буду тебе другом. Ладно?

– А посему не папулей? – интересуется моя мелкая занозка.

– Потому что папулей… кхм… – смотрит на меня растерянно Леша, а в глазах так и застыл вопрос: “Что говорить-то?”.

– Потому что папуля должен жить с нами.

– Ну, мозет…

– Не может, Лясь. Рысь не может жить с нами. Он живет далеко-далеко.

– В Амелике? – невинно хлопает столкнувшее нас лбами чудо.

– Да, зайчик, – подает голос Леша. – В Америке.

– Эх, – вздыхает Ляся, спрыгивая на ноги и хватая меня за руку. – Залко. Но я, когда выласту, тозе буду зыть в Амелике! – смотрит на меня Ляся своими шикарными глазенками, полная детской, наивной решительности.

– Как скажешь, – смеюсь, переглядываясь с ухмыляющимся Лешей.

– Лано, мы подем пить чай? – хватает мяч Ляся, – я поду к тете Свете.

И улепетывает, оставляя меня наедине со своим новым “другом”. Который, уперев руки в бока, провожает дочурку взглядом исподлобья до самого дома.

– Ну, все, – ухмыляюсь, – жди. Лет через пятнадцать встретитесь в Америке. Эта госпожа свое слово держит. По крайней мере, если говорит, я не буду есть кашу, то и не ест.

– У тебя потрясающая дочь, Лана, – говорит на полном серьезе Рысев, заставляя обернуться и посмотреть на него.

– Я знаю.

– Я был дурак, – говорит поспешно, словно слова вылетели сами собой. А меня бьет его “признание” в самое сердце. Туда, где очень и очень долго болело.

– И это я знаю, Рысев, – фыркаю, складывая мокрое полотенце, что все еще держу в руках. – Надеюсь, теперь поумнел, – отвожу взгляд и, уже собираясь уйти, бросаю, оборачиваясь:

– Любовницы и бабы на пару ночей не вечны. Рано или поздно надоест, – говорю, смотря прямо глаза в глаза, а саму изнутри коробит. – Время идет, и тебе бы всерьез задуматься о семье. А то… рискуешь упустить момент, Леш.

Задевает глубоко внутри эта мысль, что у него в жизни однажды появится женщина, которая искренне и бескорыстно полюбит. Которая родит ему сына. А может, и дочь. И ребенок будет расти в полной семье, зная, кто у него мама и папа.  А вот моя Ляся… А впрочем, если кто и виноват в этом, так это я. С любой стороны, как ни посмотри.