Глава 53. Рысь

Умотался. Характеризую одним и емким словом весь сегодняшний день и зверски выматывающую тренировку.

Стоя после тренажерки в душе, ощущаю, что все тело ноет, а все мышцы до сих пор в напряжении. Ноги буквально гудят и как ватные.

Еще пара таких убойных дней в зале, и я просто свалюсь замертво. Но и по-другому не мог. Иначе я просто взорвусь от постоянных мыслей и постоянного, буквально ежечасного желания, что кипит в крови.

Поднимаю лицо, подставляя под горячие струи воды, и прикрываю глаза. Мысли сами собой снова уносятся к Лане, а тело предельно четко реагирует на образ девушки в голове. Тут же кручу кран, и горячая сменяется ледяной, чуть притушая пыл.

Я скоро рвану. Точно.

Потому что спать с ней в кровати уже третью ночь, жить бок о бок третьи сутки и не зайти дальше детских, мимолетных поцелуев и объятий – пытка. Настоящая, мать его, пытка.

Но все у нас то время не то, то обстановка, и однажды меня это доконает. Нас обоих доконает. Вижу, чувствую, что ей эти дни физически даются так же тяжело, как и мне.

Похоже, пора брать полную инициативу в свои руки и выбить для нас двоих хоть один вечерок.

С арены выхожу в начале пятого, планируя заскочить на свою квартиру за вещами, а потом за Лясей в сад. Ко мне Лана пока что напрочь отказалась переезжать, и как бы я не сопротивлялся, скрепя сердце признаю, что она права. Как бы мне не было неловко обитать на территории женщины, но в моей холостяцкой берлоге, что основное время пустовала все эти годы, многого нет. А уж про детскую вообще молчу. И есть ли смысл ее переделывать, если через пару недель мне нужно уехать в Штаты? Я по-прежнему не завел разговор о переезде и будущем с Ланой, но до сих пор лелею надежду, что она согласится. Иначе… иначе я просто себе не представляю, что будет дальше.

Пока шагаю по парковке, в голову закрадывается мысль касательно выходных, и я тут же набираю Славку.

– Рысев? – буквально через пару гудков слышу в трубке голос брата. Судя по всему, наш адвокат весь впопыхах.

– Занят? Привет.

– Здорово, Рысь. Занят, но у тебя есть пара минут, – бодро разрешают мне вещать, и улыбку сдержать не получается.

– Я успею, – ухмыляюсь, вышагивая в сторону своего почти одиноко стоящего на огромной пустой площади перед ареной Ровера.

Вообще сколько помню двоюродного брата, он с самого детства был деловая шишка, тогда как я уже в то время был более раздолбаист, как говорила матушка. Хотя почему говорила? Она и сейчас такого же мнения.

Кстати, о матери. Предкам никто из нас пока так ничего и не сказал. Ни я, ни Слава, ни Лана своим, насколько я знаю.

–  Слушай, скажи мне, как у вас продвигаются дела с Элей. Эля же зовут твою девчонку?

– Эля. И пока не мою в полном смысле, но работаем, – вздыхает Славка и попутно  перекидывается парой фраз с кем-то, тут же возвращая все свое внимание  мне. – И да, выучи, Рысев, – Эля! Лучшая подруга твоей будущей жены и крестная дочери, между прочим. Не позорься, – усмехается в трубку братишка.

– Выучу, мамочка. Практически поэтому и звоню. Так как? Какие у вас планы на выходные?

– Сложно сказать. Не настолько у нас пока все гладко. Эля все еще с опаской на меня поглядывает. Мне кажется, когда мы с Ланкой вместе были, общение складывалось проще, чем сейчас.

– Не раскисай. Просто тогда у вас обоих были удобные отмазки, а тут резко стало необходимо действовать  решительней.

– Да уж, и давно ты в профессионалы по отношениям заделался? – с усмешкой поддевает Славка. – За твои решительные действия по отношению к моей на тот момент еще невесте я все еще думаю сломать тебе нос.

Да уж. Улыбки сдержать не получается. И сразу на ум приходит тот самый разговор с двумя бутылками вискаря и душещипательными речами, на которые мы оба практически не способны. Хорошо тогда посидели. Голова гудела еще целые сутки

– Но давай к делу. Чувствую, у тебя есть какое-то предложение,  раз уж набрал.

– Есть. Предлагаю выбраться на выходных вчетвером и где-нибудь посидеть. Думаю, Эле с Ланой эта идея понравится.

– Двойное свидание? – смеется Славка в трубку. – Ух, помнишь последний раз в школьные годы?

– Это когда все закончилось мордобоем? Весело было, – смеюсь, припоминая тот вечерок энное количество лет назад. – Но тут, я думаю, из-за девчонки мы не подеремся. Ну, так как?

– Я за. Девчонкам не говорим?

– Думаю, нет. Пусть будет сюрприз. Просто пригласим на ужин. А вот где и когда, думаю, лучше тебе решить, –  щелкаю  брелоком сигнализации, уже практически подходя к своей тачке, и резко торможу, завидев замершую рядом девушку. – Я думал насчет "Миндаля", – договариваю на автомате и сильнее сжимаю пальцы на мобильном, который, кажется, аж хрустеть начинает в моей руке. А девушка смотрит на меня, не сводя своих глаз, и как мне кажется, прислушивается.

Какого лешего она тут забыла?!

– Новый ресторан? Неплохое, говорят, место. Мы все с Ланкой собирались туда сходить. Ладно. Пораскину мозгами, позвоню туда и забронирую столик, – уже краем уха слышу ответ Славы в трубке и, отмирая, иду к Рите, которая подпирает своей пятой точкой мой Ровер. А брату в трубку бросаю быстрое:

– Завтра днем наберу, Славыч, – и, дождавшись Славкиного “до связи”, отключаюсь.

– Что ты тут забыла? – начинаю прямо, не собираясь юлить или делать вид, что рад такой неожиданной встрече. Останавливаюсь напротив девушки и смотрю в ожидании ответа. И совершенно непонятно по выражению ее лица, что у этой хитрой чертовки на уме.

– Леша, давай поговорим. Спокойно и без истерик, – начинает Маргарита тоном, будто пытается разъяренного быка урезонить. Вот только хреново выходит. Это заводит еще сильнее.

– Я тебе уже все сказал, Рита! – пытаюсь обойти бывшую стороной, но не тут-то было. –  Мы, кажется, выяснили, что лучше бы тебе исчезнуть из моей жизни.

– Но, Рысев, я скучаю! – всхлипывает девушка и тут же вцепляется пальцами в мою куртку. – Ну, зачем она тебе? Ребенок. Из-за ребенка, да? Ты можешь воспитывать ребенка. Мы заберем ее. Ты же отец! Заберем по суду, но не обязательно же...

– Заткнись, Рита! –  чувствую, как изнутри начинает яростно потряхивать, а перед глазами уже красная пелена. – Лучше замолчи!

Даже думать не хочу о том, чтобы забирать Алексию у матери. Как вообще такое могло прийти в эту рыжую дурную голову? Разлучить маленькую дочь с родной мамой, в которой Ляся не то, что души не чает – жить без нее не может! А впрочем, ничего настоящего и нежного в этой представительнице женского пола не было никогда. Особой тяги к созданию семьи или к детям Рита вообще ни разу не демонстрировала. Теплых чувств, сколько помню наш роман, Марго никогда у меня не вызывала. Страсть, похоть, вожделение – да. Желание обнять, защитить да даже тупо поговорить или провести время где-то вместе, исключая секс и алкоголь – нет.

Тогда как с Ланой даже просто находиться рядом кажется жизненно важным. Дышать одним воздухом и закипать от одного ее прикосновения рук. Вот это правильно. Вот так должно быть.

– Я тебе уже все сказал, Марго.

– Ну, почему? Почему она, Рысев!? – срывается на крик голос бывшей любовницы. – Почему! Чем я хуже?!

– Мы снова возвращаемся к тому же разговору! – рычу, отцепляя от себя женские руки. – Люблю. Ясно? Я тебе никогда и ничего не обещал, Рита. Ты прекрасно знала, на что шла, когда Санчес тебя со мной решил "познакомить". Так что заканчивай истерику.

– Какая же ты бездушная скотина, Рысев!

Не скотинистей твоего брата – рвется упрек, но я его сдерживаю. Проглатываю, бросая последний взгляд на красное от злости лицо бывшей подруги. В конце концов, может, Марго и правда не виновата и была не в курсе игр своего братца.

– Санчес в городе? Ты знаешь, где его найти?

– Иди к черту!

Прекрасно. Другого ответа и не ожидал, но попробовать стоило.

– Всего хорошего! – бросаю и огибаю машину. Закидываю спортивную сумку на заднее сидение и стараюсь, честно стараюсь игнорировать бубнеж за спиной. Пропускаю мимо ушей все обиды, что на меня выливают, словно помои,  сажусь в тачку, и, долго не размышляя, давлю по газам, срываясь с места.

Не хочу.

Ничего ни с ней, ни с какой-либо другой больше не хочу.

Вообще хочется забыть все эти пять лет и чужие игры нами, как марионетками, как страшный сон, что я, сука, и стараюсь делать. Вот только пока не почешу кулак об морду Чесовца, внутренне чувствую – не успокоюсь.