Глава 57. Лана

Приезд родителей стал очень большой неожиданностью. Такой, что я буквально там же, в лифте, вспомнила, что ведь предки до сих пор не в курсе, что я рассталась со Славой и что в город вернулся биологический папа Ляси, с которым, собственно, мы теперь вместе и планируем будущее.

Признаю. Меня накрыла жуткая паника.

Я была просто морально не готова вывалить все новости на родителей в день их приезда, но и не пустить в дом я их тоже не могла!

Поэтому, как только мы зашли в квартиру, я, ссылаясь на срочный рабочий звонок, лечу в ванную и, закрывшись, набираю Леше.

Гудок. Два. Три.

Паника все нарастает, и если он вдруг сейчас уже откроет дверь своим ключом, то разговора и объяснений не избежать. Потому я сидела на ванной и уже готова была молиться, только чтобы он ответил. И, о чудо, совершилось!

– Что случилось? – первый же вопрос. Как будто Леша уже на ментальном уровне чувствует.

– Леша, ужин отменяется. И…. и… тебе придется сегодня ночевать дома, – говорю, кусая губы и сама себя ненавидя за трусость и нерешительность. Но не могу. Не сейчас. Не вот так с набегу.

– Ты шутишь? Лана, что успело произойти такого за те за пять минут, что меня не было? – слышу по голосу, как напрягся Рысев. И как я его понимаю, черт возьми!

– Родители. Приехали, – вцепляюсь пальцами в волосы и закрываю глаза, а самой аж рыдать хочется. Полный крах наших с ним планов.

Нет, конечно, я безумно рада приезду мамы и папы, но не вот так. С бухты барахты, без предупреждения. Это и правда оказался кошмарный сюрприз, к которому я совершенно не была готова!

– Воу! – вздыхает удивленно Рысев. – Ну, хорошо, что приехали, давно нам пора было познакомиться. Разве это плохо?

– Не сейчас, Леша, я прошу! – понижаю голос до плаксивой мольбы. – Нет, не плохо, но не когда они с дороги. Я так и не сказала им о расставании со Славой. И о тебе… не сказала. Я не готова так сейчас с ходу все им выложить, мне нужно время. Нужно собраться с мыслями и подойти к этому разговору осознанно. Умоляю, Рысев, скажи, что ты понимаешь меня!

На том конце провода виснет тишина. А я, сидя с закрытыми глазами, буквально вижу перед собой недовольную моську Леши. Вижу хмурые брови и упрямо поджатые губы, а еще избороздившие лоб морщинки и сжатые в кулаки ладони.

– Леш…

– Нет, Лана, не понимаю. Нам не пять лет, – говорит на первый взгляд спокойно Рысев, но его голос ощутимо звенит от напряжения. – Может, хватит играть в прятки? В конце концов, твоим родителям придется смириться, что я вас не отпущу. И рано или поздно это все равно бы случилось. Они своим приездом просто ускорили процесс.

– Я понимаю. Все понимаю, но не сегодня. Прости, – шепчу, едва сдерживая всхлип. – Прости, пожалуйста, но тебе сегодня придется уехать к себе, – зажмуриваюсь, проклиная себя за такие слова так яростно, как только возможно. Ощущение, будто я его выгоняю. Внутри противное и вязкое чувство предательства. Снова. Ну почему после такого потрясающего дня мы опять приходим к такому печальному итогу?

– Леш?

– Я понял тебя.

– Ты же не обижаешься, да?

– А на что обижаться? – слышу горькую усмешку на том конце провода. – На то, что снова в важном вопросе нашего будущего ты просто меня задвигаешь на задний план? Лана, пора уже начинать решать проблемы сообща. У меня все еще такое ощущение, что ты не понимаешь всю серьезность моих намерений. Не понимаешь, что я хочу быть не просто парнем, другом, любовником и отцом Ляси. Я мужем твоим быть хочу. Рядом быть, а не бегать туда - сюда. Мне уже далеко не двадцать лет.

Проглотить бы свой мерзкий язык за все, что я до этого наговорила. Кажется, его эта моя просьба не приезжать задела гораздо больше, чем мне показалось сначала. Он ведь и правда был готов прийти и познакомиться. Несмотря на то, что родителям может это не понравится. Несмотря на возможный скандал, потому что, как ни крути, но предки знают, что пять лет Леша совершенно не участвовал в жизни дочери. Однако я все решила за нас двоих. Одна. И каждое слово, сказанное им сейчас, будоражит все внутри. И прав Леша, я снова отстраняю его от себя. Снова бросаюсь сама решать проблемы, связанные с “нами”, но ничего не могу с собой поделать. Я так привыкла. Я так слишком долго жила.

– Прости. Это последний раз, обещаю. Я поговорю с ними. Все решу и обязательно вас познакомлю. Хорошо? – спрашиваю, лелея слабую надежду на прощение. Но:

– Хорошего вечера, – игнорируя мой вопрос, желает Рысев и сбрасывает вызов первый. А я, как дура, сижу и пялюсь на потухший экран телефона, борясь с желанием снова ему набрать.

Обиделся. Совершенно точно его это очень сильно задело за живое.

Лана-Лана. Дура!

Я бы так и сидела запертая в ванне, занимаясь самобичеванием, если бы не вспомнила, что оставила рядом с родителями свою маленькую болтушку, которая в два счета как на духу бабуле с дедулей выложит весь сегодняшний день. А то и все две недели, что Леша в городе.

Поэтому выскакиваю из ванной и несусь в детскую, пока родители располагаются в гостиной, науськиваю Лясю сыграть в “игру” и прошу про Лешу ничего не говорить. Любимые карие глазки смотрят хитро, но дочурка кивает и соглашается.

Ну что ж, теперь осталось собраться с мыслями и найти момент для разговора с родителями. А лучше для начала только с мамой. А уж она каким-нибудь немыслимым образом потом найдет подход с темой к папе.