Глава 20

Даня сидел на мягком диване в ночном клубе, где собрались вместе со старыми друзьями. Контракт выполнен, две недели прошли, и уже завтра он обнимет мышку и не выпустит из постели, как минимум сутки.

— Ты как? — спросила Даню Лучиана на итальянском. — Может потанцуем?

— Нет, спасибо, — ответил ей Даня.

— Ну Дани, ты что такой скучный стал? — Лучиана прошлась ладонью по его груди.

— Не начинай, пожалуйста, — скинул Даня её руку с себя. За эти две недели Лучиана предпринимала не одну попытку подкатить к Дане.

— Да что ты нашёл в этой русской? — возмутилась девушка. — Ты думаешь она там сидит и ждёт тебя?

— Я не думаю, я уверен в этом, — спокойно ответил Даня на её крик. — И давай не будем обсуждать мою девушку.

— Ты идиот, Дани, — Лучиана достала телефон из своей сумочки. — Я не хотела, чтобы до этого дошло, но лучше узнаешь сейчас, чем тебя ещё долго за нос водить будут.

— Ты что несёшь? — при заданном вопросе Лучиана, тыкнула телефоном в нос.

Даня, не веря своим глазам, взял телефон в свои руки и внимательно смотрел в экран. Там были фотографий его мышки с этим журналистом у их центра, в ресторане, возле его дома, а последняя фотография увела почву из-под ног.

— Откуда у тебя это? — рявкнул Даня на Лучиану.

— От надёжного человека, я знала, что это русская тобой пользуется, — она тыкнула красным маникюром в экран своего телефона. — Теперь и ты сам знаешь и даже видишь.

Даня кинул телефон на диване, встал и вышел из клуба, он не мог поверить в увиденное. Не мог поверить в том, что его мышка способна на это. Не могла она и всё, она же его любит. Сел в первое попавшее такси и сказав водителю адрес квартиры, где он остановился на эти две недели, откинулся назад и прикрыл глаза.

Кадры, где Ника с этим сукин сыном голые на кровати так и стояли перед глазами.

«Зачем она это сделала? Да ещё и в моей квартире. В квартире, где мы жили вместе» — мысленно спросил сам себя Даня.

Нет! Он в это не верит, это очень хороший фотошоп. Пиликание телефона оповещая о новом сообщения выдернула Даню из размышлений. Лучиана не остановилась на этом. Она прислала ему все фотографий:

«Она водит тебя за нос, я не знаю, что ты ей сделал, но так себя вести…подумай хорошо: нужна ли тебе такая девушка.»

Как бы это противно не было, но Даня пересмотрел внимательно каждое фото ища подвоха. Но…не нашёл ничего, фотографий реальные.

Не спав всю ночь, Даня думал, много думал и пришёл к тому, что Ника вполне могла играть с ним. Что это может быть её месть за то, как он поступил с ней. Но он обязательно спросит всё лично.

Таким долгим перелёт и такой длинной дорога до дома никогда не была. Стоя перед дверью своей квартиры с ключами в руках, он вдохнул, выдохнул и открыл дверь. Из спальни слышались голоса, и Даня рванул туда, с размаху толкнул приоткрытую дверь так, что та ударилась о стену.

Ника вздрогнула от громкого звука и ошеломлённо смотрела на дверь.

— Даня? — удивлённо смотрела Ника на него.

— Даня, — кивнул он и накинулся с кулаками на Артура.

Ника вскрикнула и подпрыгнула на месте.

— Сукин ты сын, — ругался Даня при каждом ударе. — Я говорил не приближаться к ней, — ещё удар.

— Даня, остановись! — крикнула Ника, пытаясь, столкнуть его с Артура.

Даня ударил ещё раз окровавленное лицо Артура и встал с него, стряхивая руку. Вцепился руками в рубашку парня и потянул вверх, поднимая его с пола, Даня вывел Артура за дверь своей квартиры.

— Собрала свои вещи, и чтобы я тебя здесь больше не видел, — злобно проговорил он, тыкая пальцем в Нику.

— Даня, ты… — Ника не поняла вообще, что это такое было только что.

— Заткнись, — рявкнул Даня, не дав ей договорить. — Наигралась? Отомстила? Повеселилась? — наступал он на неё с каждым вопросом всё ближе и ближе. — Легче стало? — он навис над Никой, и она смогла смотреть в его глаза, что сверкали гневом и болью.

— Что ты такое говоришь? — не своим голосом спросила Ника. Ком в горле стал невероятных размеров, слёзы уже стекали по щекам, руки тряслись, а внезапная боль от сказанного сжимали сердце.

— Пошла вон! — тихо и с дрожащим голосом сказал Даня, убивая её презрительным взглядом.

Ника смотрела на Даню, и обида, что он даже слово не дал ей сказать, что он в принципе мог поверить в то, что она ему изменяет — наполнила её до краёв.

Да, он застал её с другим мужчиной в их спальни, но мог бы выслушать, поговорить, спросить в конец. Он сделал свои выводы, а Ника не намерена умолять его выслушать или тем более просить за что-то прощение.

Ника взяла свою сумку и телефон с прикроватной тумбочки и вышла из квартиры громко хлопнув дверь. Слёзы и дрожь не покидали её, и она не стала садиться за руль, а вызвала такси.

— Прости малыш, — она погладила ещё плоский животик. — Мама сейчас успокоится и больше плакать не будет, — вытерла слёзы со щёк. — Раз твои папаша сумасшедший параноик, он нам не нужен.

Как ни пыталась Ника успокоиться и не плакать, слезы все равно ручьём текли по щекам. Она была очень зла на Даню, но боль и обида от его слов и его поступка была сильнее. Она обещала себе, что никогда не простит, а желание убежать и спрятаться от всего мира, только росло.

Добравшись до дома с жуткой головной болью из-за нескончаемого потока слез, она сразу же легла свернувшись калачиком на кровати. Обняла животик и закинула на себя лёгкое одеяло, потому что её начало колотить, она так и уснула.

Разбудил её настойчивый звонок в дверь, не было никакого желания кого-то видеть или тем более разговаривать. Так что Ника не пошевелилась, хоть и не прекращающая трель звонка давила на мозг. В придачу начал звонить и её телефон где-то в гостиной или прихожей, она не помнила, где его оставила.

На какое-то время мешающие звуки прекратились, и Ника задремала в приятной тишине.

— Малышка, — услышала Ника через сон. — Вставай проказница, — голос брата такой приятный и мягкий, что Ника заулыбалась. — Я по попе дам, — Ника приоткрыла глаза и подпрыгнула на кровати. Рядом с ней на кровати сидел улыбающийся Никита, но улыбка спала с его лица, когда он внимательно присмотрелся в лицо сестры.

— Тебе плохо? — с нотками волнения в голосе спросил брат, увидев опухшее лицо и красные глаза.

— Никита?! — Ника смотрела на брата и не могла поверить, что он настоящий.

— Кто-то обещал встретить меня в аэропорту, — напомнил Никита сестре.

— Боже, прости я.…- с утренними событиями из головы вылетело, что она должна была ехать в аэропорт. — Ты как вошёл? — задала Ника вопрос

— Взял запасной ключ у консьержа. Я таранил звонок долго, думал тебя дома нет, но после того, как позвонил и услышал твой телефон по ту сторону двери, понял, что ты дома, — он раскрыл руки. — Ну что, обнимешь любимого брата? — и Ника кинулась в объятиях брата, прижалась к крепкой груди и поняла на сколько ей были необходимы сейчас родной человек рядом.

Не в силах сдерживать эмоции, Ника начала лить слёзы на белоснежную рубашку брата. Недовольный всхлип вырвавшись с губы, привлёк внимание Никиты.

— В чем дело, малышка? — Никита отстранился от сестры и внимательно смотрел на неё.

Ника отвернулась, не желая показать брату глаза, что могли обнажить всю её боль.

— Это от счастья, — ответила она и встала с кровати, лёгкое головокружение заставила её пошатнутся, но она удержалась на ногах.

— А вот врать не надо, — серьёзно сказал Никита сестре. Ему совсем не нравится, что его малышка-ледышка, выглядит как выжатый лимон.

Помятая одежда, заплаканное лицо и глаза полны боли, что она так пытается спрятать.

— Это правда, я просто… — Ника врать не хотела, особенно брату, с которым у неё всегда лучшие отношения и никогда от него ничего не скрывала. Кроме историй с Даней, об этом она промолчала семь лет назад, и то же самое сделала сейчас, Никита бы убил его ещё тогда.

— Доминика! — прозвучал строгий голос брата. Никита называл сестру полным именем очень редко, а если точнее, то только когда она что-то натворила.

— Я беременна, — выпалила она.

— Это отлично, это хорошая новость к чему такие грустные глаза? — Никита искренне обрадовался такой новостью, но и без слов понимал, что это не то, что гложет его сестру. — Подожди, папаша отказался от ребёнка? Кто отец? Ты на каком сроке? Родители знают? — завалил Никита Нику вопросами, идя за ней на кухню.

— Нет, никто не знает. Ты первый кому я сказала. Срок восемь недель, — дала Ника не полный ответ.

— Кто он? — в голосе брата Ника уловила нарастающую злость.

— Не скажу, — на полном серьёзе ответила она. Хоть она и была зла на Даню, не хотела его видеть и вообще ничего о нем не знать, но уж смерти его точно не хотела.

— Ты ведь понимаешь, что я в любом случае узнаю и будет только хуже, — Никита не сомневался ни секунды, что он и так все узнает и голову скрутит тому, кто посмел обидеть его малышку сестрёнку.

— Я скажу, если ты обещаешь не трогать его, — Ника остановилась от приготовления кофе и смотрела внимательно в глаза брата.

— Нет! — тут же ответил Никита.

— Тогда я не буду ничего говорить, — Ника отвернулась и продолжила варить кофе.

— Я не буду ничего обещать, малышка, — голос Никиты стал мягче. — Могу только уверить тебя, что я буду с ним помягче, если ты сама всё расскажешь.

Ника положила перед братом чашку кофе, сама же сделала себе чай. Выговориться ей очень хотелось, выпустить наружу всё напряжение, что так хорошо устроилась в груди. Выкинуть боли и обиду, что собрались в огромный шар с тяжестью в тону камней.

— Хорошо, — кивнула Ника согласившись и выдала брату всё с самого начала. Наблюдая как лицо Никиты меняется, становится злым и как нервно он скрипит зубами.

После рассказа Ники они оба молчали, думая каждый о своём, и Никита разбил эту тишину.

— Подожди, а что все-таки делал Артур в вашей квартире утром? — спросил он сестру не понимая, то ли пропустил этот момент, то ли Ника об этом не упомянула.

— Артур встретил меня возле центра, после работы и предложил поужинать. Я согласилась, это был просто дружеский ужин, между нами, ничего не было и быть не может, — будто оправдываясь, ответила Ника. В какой-то степени так оно и было, но эти оправдания были для того, кто даже не попробовал выяснить что да как.

— И как он в квартире оказался? — задал Никита вопрос, когда сестра задумалась.

— Мне стало не хорошо, и он отвёз меня домой, оставив свою машину на парковке ресторана, а дальше…я не помню. Проснулась утром в квартире Дани, Артур сказал, что я потеряла сознание прямо возле подъезда и он не мог меня оставить одну, — Ника видела в этом только достойный поступок хорошего друга. А вот как объяснить Дани, да и стоит это вообще делать?!

Скорее всего нет, человек, который тебя любит будет доверять тебе, и Ника не давала поводов усомниться в ней.

— Я все понял, малышка, — Никита кивнул своим каким-то мыслям смотря куда-то в окно.

— Никит, — тихим и дрожащим голосом обратилась Ника к брату. — Обещай, что ты его не убьёшь, как бы там не было он…, - Ника сглотнула ком в горле и вытерла непрошенную слезу со щеки. — Он отец моего ребёнка.

— Убивать никого не буду, это уголовное преступление, но на этом мой обещание заканчиваются, прости, малышка, — Ника кивнула понимающе. — И перестань плакать, тебе вроде как это вредно. Думай о ребёнке.

— Я хочу уехать, возьмёшь управление центра на себя? — Нике сейчас нужен покой и избежание встреч с кем-либо, а в особенности с Даней.

— Ещё спрашиваешь, — фыркнул Никита. — Я же всегда мечтал заниматься женским спа- центром, — не удержался он от шутки и не зря, лицо сестры озарила короткая улыбка. — Возьму, без вопросов.

— И ещё, ты можешь никому не сказать про мою беременность? — почему-то Ника хотела сохранить эту радость только для себя.

— Родители тебе этого не простят, — ответил Никита. — Но я выполню твою просьбу, и сам тебе отвезу в загородный дом.

— Отличная идея, спрятаться в доме, где в любой момент могут заглянуть родители, — Ника засмеялась и Никите стало ещё теплее на душе.

— Я отвезу тебя в мой дом, — удивил брат Нику.

— У тебя есть дом?

— Есть, не далеко от Москвы, о нем никто пока не знает, так что все хорошо.

— Боже, как же я рада что ты приехал, — Ника подошла к брату и крепко обняла его. — Спасибо.

— Пока не за что, малышка, — Никита обнял хрупкое тело сестры, и мысленно поклялся выбить пару зубов одному козлу, что посмел обидеть его малышку.