Глава 39. Лгунья

Глава 39. Лгунья

Походка от бедра с пробкой в попе? Нет. Это нереально, учитывая ее размеры и внушительный обхват у основания, поэтому я семеню рядом с расслабленным Владом тихой гейшей. У меня не хватает слов, чтобы выразить свое возмущение. Где-то же должен быть предел дозволенного.

— Ненавижу тебя, — прошипев, вскидываю подбородок. — Извращенец.

— Кажется, ты повторяешься, дорогая, — Влад ухмыляется и косит на меня хитрый взгляд. — Зато голосок какой тихий.

Седой и бледный портье распахивает дверь, и мы входим в просторный зал с огромным, длинным и белым столом, за которым никто не сидит. Весь персонал жмется к стеночке и тупит глаза в пол. Влад и я молча проплываем мимо. Я на полшага позади.

Садится в кресло во главе стола, а я стою рядом, потому что сесть мне будет проблематично. Я стараюсь избежать любых лишних движений: кроме ощущения дискомфорта, меня тревожит то, что мои мышцы могут не выдержать напряжения и выронить стеклянную пробку, а я без трусиков. Вот будет конфуз.

— Я хочу напомнить, что когда я нанимал каждого из вас, то говорил о надежности и преданности, а эти два понятия не подразумевают того, что кто-то будет на побегушках у моей бывшей любовницы, — Влад откидывается назад и задает короткий вопрос. — Кто?

Молчание, переглядки и полное недоумение в глазах. Не хотела бы я работать у такого самодура, как Влад. Даже за высокую зарплату.

— Нам стоило Надежду не впускать? — спрашивает один из охранников.

— Я прекрасно понимаю, что не давал такого распоряжения, — Влад небрежно укладывает руки на подлокотники кресла. — Вопрос в другом, кто ей сказал о моей жене?

Ситуация абсурдная, и я не хочу в ней участвовать, но Влад пригрозил, что перекинет меня на плечо и потащит с собой. Я должна быть рядом, потому что он так решил. И, конечно же, моего мнения никто не будет спрашивать.

— Георгий Владиславович, — попискивает одна из горничных с милыми веснушками на лице и теребит фартук, — я вот совсем не знала, что вы женаты.

— Я же не об этом спросил, — Влад покачивается в кресле.

— Простите…

Горничная смущенно шмыгает и чепчик на голове поправляет. Да не только ты, милая, не была в курсе, что Влад женат.

— Если сейчас никто не признается, — Влад чешет бровь, — я каждого заменю.

Какой суровый, а мне остается только молча стоять и сжимать попу, сгорая изнутри от стыда. Мне вот начхать, кто Надюше обо мне рассказал. Я тут на неделю, а после я уйду в монастырь замаливать грехи, если меня пустят после всего пережитого с Владом. Я бы не пустила, потому что нет мне прощения.

— Кто-то из вас подставил под удар мои отношения с женой, — Влад оглядывает присутствующих. — Если она и должна была узнать о моей любовнице, то только лично от меня. Да, дорогая?

Я киваю, а только потом до меня доходит смысл его вопроса. Кивнула я машинально, и от злости на саму себя поджимаю губы. Почему ему бы не оставить меня в покое? Однако я согласна о любовницах жена должна узнавать от супруга, а не от самой потаскушки с идеальным кукольным лицом.

— Кто?

Машка, которая сегодня утром рыдала перед кроватью на коленях и просила не увольнять повара, выталкивает возмущенно охнувшую шатенку в узких брюках и белой блузке.

— Она! — рявкает Машка. — Это она все!

— Это не я!

— Я видела как ты с этой стервой постоянно по углам ныкалась, — Машка скалит зубы.

— Любопытно, — спокойно заявляет Влад. — Катюша?

Катюша загнанно смотрит на него и всхлипывает, а затем вскидывает подбородок и ведет плечом:

— Это не я.

А глаза испуганные. Бледнеет от пристального взгляда и нервно заправляет выбившийся локон за ухо.

— Это не я, — уверенно повторяет она, и мне ее тон напоминает о Паше.

Хочу сказать, что она лжет, но смолчу, потому что мне все равно, кто с “милой Надюшей” снюхался.

— Что думаешь, дорогая? — Влад переводит на меня цепкий взгляд. — Старший менеджер Екатерина со мной честна? Я прислушаюсь к твоему мнению, потому что я сам сомневаюсь.

Катюша сглатывает, метнув на меня быстрый взгляд. Я в сложной ситуации. Во-первых, если я сейчас сама солгу из вредности, то Влад это поймет и будет недоволен, а я не хочу испытывать его терпения, учитывая, что мне с ним еще шесть дней быть. Во-вторых, совру, то Катюша посчитает, что я дура набитая.

— Лжет, — едва слышно отвечаю я.

— И ведь ты знаешь толк во лжи, — Влад стучит пальцами по подлокотнику, глядя на бледную Катюшу, — потому что твой муж тот еще лжец.

Я совершенно потерялась в игре Влада. Что он творит и какая у него цель? Насладиться молчанием испуганных подчиненных, слезами старшего менеджера Екатерины и моим румянцем стыда? Вырвусь из его лап и сама сделаю вид, что в моей жизни его не существовало.

— Все свободны, кроме Кати.

Каждый вежливо прощается и тихо друг за другом покидает конференц-зал. Катя ни живая ни мертвая. Когда за охранниками закрывается дверь, она закусывает губы и опускает взгляд. Между ягодиц все онемело, и я не чувствую, насколько крепко сжаты мои мышцы.

— Катюш, ты же амбициозная девочка, — тихо и флегматично говорит Влад, клонит голову набок. — Зачем?

— Георгий Владиславович, — шепчет Катя и поднимает заплаканные глаза, — я люблю вас.