* 51 * (Фредерика)

Нежданному спасителю Фредерика радовалась недолго: почти сразу Пака оглушили двое странных донов и утащили дальше по коридору. Третий же слепо выставил перед собой руки и пошел на Фредди. Четко видеть ее в такой темноте он не мог, но для больших, по кошачьи отражающих свет глаз хватало и размытого силуэта.

Амулеты рода Алварес тыкались в ладонь, точно крохотные слепые котята. Среди них был всего один боевой, вызывающий слабенькую молнию. Два - помогали не понести нежеланным ребенком, какой-то на время давал сияние коже и убирал синяки под глазами, другой усыплял своего обладателя, последний же дарил невидимость. Выбрать нужный без света, на ощупь, убегая от погони, все равно бы не вышло, поэтому Фредерика располосовала ладонь об подобранный острый камень и шлепнула в кровь все.

Молния сорвалась почти сразу, бестолково ушла в пол и ненадолго высветила этот участок коридора. Но невидимость сработала тоже, потому как дон сейчас водил головой слева направо, пытаясь заметить Фредди.

Если побежит - она погибла. Топот ног, прерывистое дыхание, движение воздуха - все вместе или поодиночке эти признаки ее выдадут. А в силе и скорости странных донов она уже успела убедиться на собственном опыте. Поэтому Фредди прижалась спиной к стене, запретила себе дышать и пропустила преследователя мимо себя. Затем также тихо и осторожно двинулась в противоположную сторону, туда, куда унесли Пака.

Все коридоры казались одинаковыми, приходилось ориентироваться только на звуки и не забывать капать на амулет кровью, иначе невидимость развеется. Под одним из настенных светильников, Фредерика безошибочно отобрала нужный, остальные ссыпала в карман и особенно осторожно обращаясь с метавшим молнию - не хватало еще так глупо выдать себя.

Пока все вроде бы складывалось неплохо, но Пак исчез, уходить без него Фредди не собиралась, но и как отыскать земпри в бесконечном подземелье - представляла слабо. Ситуацию спас Рубио, прошаркавший мимо в компании еще одного дона, смутно знакомого Фредерике. Подлец был еще жив, зато отметина на лице вышла знатная, такую не зашить и не сгладить магией, разве что просить ушшей.

Карлос зашел в одну из комнат и пропал там часа на полтора, а может быть на все восемь или же пятнадцать минут - без света и часов Фредерика полностью потеряла счет времени. Она затаилась в нише неподалеку, села на пол и обхватила колени руками - даже если станет видимой - заметят ее не сразу.

Первыми из комнаты вышли двое заросших донов, огляделись и слаженно ушли дальше по коридору. В полутьме они казались зеркальным отражением друг друга, даже двигались одинаково и шагали в ногу, пускай и дергано, как марионетки. Карлос появился позже, вдвоем с незнакомцем они тащили увесистый портфель и тубусы. Когда проходили мимо, то с одного слетела крышка и откатилась под ноги Фредерики.

Карлос хотел подобрать, но другой дон махнул рукой и приказал поторапливаться, пока не прогремел взрыв.

Фредерика еле дождалась, пока они отойдут подальше и побежала к комнате. Дверь открылась с противным скрипом и на первый взгляд в помещении было пусто. Судя по оставшемуся оборудованию и формулах на доске - лаборатория, в которой часто бывал профессор Медина - уж его почерк сложно спутать с чьим-то еще! Но времени вчитываться и разбираться не было, Фредерика побежала дальше, пока чуть не споткнулась о лежащего на полу Пака.

Судя по синякам и кровоподтекам - земпри избили, не особенно заботясь, выживет он после этого или нет. Но с ним такое уже случалось, нужно только найти клык.

Фредди начала обшаривать карманы, затем случайно коснулась предплечья Пака и одернула руку. Его кожа обжигала сильнее, чем при самой тяжелой лихорадке, сквозь нее уже просвечивали темные вены, но не синеватые, а будто багровые.

- Не старайся, - Клу появился на груди Пака. За этой время верж уменьшился еще вдвое, зато откопал где-то целую колбу спирта. - Ему конец. И мне конец. А ты еще можешь убежать. Давай, шевели ножками, донья! Мы вляпались в это дерьмо ради твоего спасения, так что проживи отмеренное с толком.

Пак тоже мог прожить с толком. Вернулся бы в свою общину, женился на правильной круглолицой простушке, как и мечтал, настрогал с полдюжины детишек, таких же светленьких и глупых, как и положено земпри. А после возил бы их в Эбердинг на праздники и рассказывал о своих приключениях.

Вместо этого Пак зачем-то полез в подземелье, спасать Фредерику. Будто кто-то просил! Возможно, это была ее судьба - умереть глупо и бессмысленно, также, как и жила.

От выступивших слез все вокруг помутнело, только свет от потолочных ламп разбивался причудливыми звездами. Фредерика со злостью вытерла глаза и подхватила Клу на руки:

- Где клык? Ты видел, куда его спрятали?

- Растолкли в ступе и скормили нашему туповатому дружку. Взрывчатку они испытывают, твари!

Пака же начало трясти, а изо рта полилась кровавая пена. Происходило и еще что-то, чему Фредерика не могла найти объяснение: амулеты в ее карманах раскалились и тоже тихо вибрировали, подхваченные непонятной волной. Худо было и Клу, он скукожился еще сильнее, исчез и появился уже на груди у Пака, свернувшись там калачиком.

Когда-то давно маленькая Фредерика вместе с Агатой катались на лошадях. Сестра прихватила с собой один из отцовский амулетов, просто так, запустить длинную разноцветную молнию в поле. Но стоило капнуть на него кровью, как лошадь испугалась яркой вспышки и понесла. Охранники поспешили следом, а Фредерика осталась искать амулет в траве. Нашелся он быстро, но на хрупкую подвеску-бабочку наступили не то ногой, не то копытом, раздавив в тонкий блин. Сочтя ее уже безопасной, Фредди беззаботно подхватила серебряную цепочку и подбросила на ладони, но когда ловила, проколола палец об острый край.

Молния ударила не слабее, чем у Агаты пятью минутами ранее.

Позже отец объяснил, что амулет - это не просто внешняя оболочка, в первую очередь это вложенная в него магия. Поэтому даже сломанным он какое-то время продолжает работать, пока чары окончательно не развеются.

Фредерика резко разжала ладонь, чтобы края раны разошлись и начали сочиться кровью, затем подогнула пальцы и вылила скопившееся в рот Паку. Затем вскочила, нашла нож, углубила рану, и когда кровь полилась уже сплошным потоком снова села у головы земпри.

- Исцели. Я знаю, ты меня слышишь и уже делал такое. Исцели. Пусть последним делом, которое сотворят с помощью твоей магии, будет что-то хорошее.

Разговаривать с амулетом было глупо, но Пак едва дышал и не глотал кровь, она стекала по сторонам от его лица, придавая тому совсем уж страшный вид. Мышцы его меж тем продолжали сокращаться, а кожа нагревалась все сильнее.

- Исцели, прошу, исцели, - бормотала Фредди, хотя и видела, что это бесполезно.

Но и уходить, бросив Пака и Клу здесь - было выше ее сил. Да, команда из них вышла так себе, но другой у Фредерики не было. Значит, нужно собраться и попробовать спасти Пака, возможно, если дать ему побольше угля… Отец-Защитник, почему она не вспомнила об этом раньше? Или это глупо? Пак и глотать-то не может, как его накормить углем? И натянет ли тот частицы клыка чужого также, как натягивает слабые яды?

Дверь скрипнула где-то там, очень далеко, как и громыхающие по полу шаги раздавались не здесь. Здесь Фредди все еще пыталась спасти одного бестолкового земпри, которому вообще не следовало приезжать в столицу.

Потом кто-то поднял ее на ноги и потащил прочь из лаборатории, не слушая возражений. Фредерика пыталась сопротивляться, ударила похитителя пару раз, но успокоилась только за дверью лаборатории, в той самой нише, когда ее оглушило взрывом, а из чернеющего проема вылетели обгоревшие со всех сторон листы.

- Возьми себя в руки, Алварес! - Ник тряхнул ее и развернул лицом к себе. - Его нельзя было спасти, а нам нужно сделать одно дело и уходить. Псы из особого управления уже пробрались в наше убежище, но если все сделаем правильно, то и сами спасемся и заполучим тебе место в Братстве. Кое-кому из корней очень нравятся такие решительные доньи.

Фредди же мотала головой и уже не старалась вытереть слезы. Из лаборатории ощутимо тянуло гарью и разлитыми химикатами, а амулеты в карманах рассыпались на части, как сделанные из песка.