Глава 41

— Я хочу поговорить с вами, мистер Лерой, — отзывается Хантер, судя по всему, намеренно обращаясь к моему отцу столь официально. — Не как с тренером. Как мужчина с мужчиной.

Мистер Лерой.

Возможно это происходит впервые. Как-то я не припомню чего-то подобного.

— Я сейчас ПОГОВОРЮ с тобой, засранец! Не сомневайся! — цедит папа сквозь зубы, направляясь в нашу сторону.

— Картер… — взволнованно произносит мама.

— Фэйт, уведи мать в дом, — командует он, приближаясь к нам.

— А давайте мы пойдём туда все вместе, — предлагает сестра.

— Зачем? Зубы ему пересчитать я и здесь могу.

— Па-а-ап…

Отец хватает Хантера за грудки.

Он в ярости и сегодня это выглядит даже хуже, чем неделю назад.

— Отпусти его! — начинаю нервничать. Потому что агрессивный настрой родителя очень пугает.

— Проваливай отсюда, я даю тебе ровно минуту!

— Нет.

— Я сказал, пошёл вон!

— Я не уйду, пока не поговорим, — стоит на своём парень.

— Не о чем говорить нам. Я тебя как сына растил! Ты был вхож в мой дом! — продолжает орать отец, вцепившись в Брукса.

— Дай мне объясниться.

— Я предупреждал: не смей морочить Скай голову! Она тебе не твои девки на ночь! С ней так нельзя!

— Ты можешь меня выслушать?

— За моей спиной всё это провернул, иуда! — трясёт его. — Ты мне слово мужское давал!

— Не сдержал, признаю. Так вышло.

— Признаёт он… — повторяет, невесело усмехнувшись.

А потом вдруг происходит это.

Папа, совсем слетев с катушек, бьёт Хантера по лицу и тот, не устояв на ногах, падает на траву.

Сила удара Картера Лероя всем хорошо известна. Плюс нынешнее состояние Брукса…

Я в ступоре. Дышать не могу. В лёгкие будто битого стекла насыпали.

Мама и Фэйт бегут к нам.

Мои прекрасные белые розы лежат на земле.

Хантер вытирает кровь.

Мне жутко оттого, что я вижу.

— Весь город перетрахал, теперь до моей дочери добрался? — взгляд отца выражает гнев и злость.

— Не трогай его! — кричу, краем глаза замечая Сэма, выбравшегося из машины.

Он тоже спешит сюда, понимая, что добром эта встреча не кончится.

— Хантер…

— Нормально всё, Скай-зай. Заслужил. Иди домой, мы сами разберёмся.

— Нет.

— Разбираться он со мной собрался! Вставай и проваливай с моей территории, пока ещё в состоянии!

— Прекрати, пап!

— Бро, поехали. Говорил же, это плохая идея. Сейчас не время, — Сэм помогает Хантеру подняться, параллельно с этим пытаясь уговорить его уйти.

— Нет, — отрицательно качает головой тот. — Пусть выслушает. Не уйду, — отказывается наотрез.

— Я помогу тебе и не посмотрю на то, что ты сын моего друга, — стиснув челюсти, обещает отец.

— Хватит, Картер! Немедленно прекрати этот кошмар! — вмешивается ни на шутку перепуганная мама.

— Я сказал всем идти домой, Роуз!

— Серьёзно? Предлагаешь мне оставить тебя сейчас с детьми в таком состоянии?

Маршалл отводит Хантера к машине и даёт ему бутылку с водой, чтобы он мог смыть кровь.

— Что ты делаешь, пап? Разве так можно? — мой голос пропитан отчаянием, ведь в эти самые секунды образ идеального отца рассыпается в пыль прямо на моих глазах.

— Домой, Скайлер! Напоминаю: ты под домашним арестом, — прихватывает за локоть.

— Напоминаю: мне восемнадцать! — выдёргивая руку, отвечаю той же интонацией. — Почему считаешь, что можешь распоряжаться моей жизнью?

— Потому что ты моя дочь! — выдвигает, как ему кажется, неоспоримый аргумент.

— Я уже взрослая, пап.

— Взрослая… — перекатывает на языке это слово. — Голову включи! Не соображаешь, с кем связалась?

— Это моё решение! Моё! Ясно?

— Я не позволю! — предупреждает железно.

Не слышит меня абсолютно. Не хочет слышать. У него своя правда и достучаться до него невозможно.

— Кто дал тебе право рушить нашу дружбу? Слово ты с него взял, а обо мне подумал? Видел, что я страдаю, что мне больно, и продолжал равнодушно за этим наблюдать!

— Не делай из меня монстра, это твоего блага ради! — упрямо гнёт свою линию.

— Как эгоистично и подло, пап! Это ТЫ за моей спиной провернул то, что в последствии разрушило нас обоих!

— Ты слишком молода и не понимаешь, я пытаюсь оградить…

— Я понимаю, что ЛЮБЛЮ ЕГО и мне этого достаточно! — перебиваю, чётко и громко озвучивая свою позицию.

— Дочка, послушай! — зажимает переносицу и шумно выдыхает, пытаясь сдерживать свои эмоции. — Просто. Пусть. Уйдёт. Пока беды не случилось.

— Хочешь, чтобы он ушёл? — прищуриваюсь, кивая. — Хорошо, но я уйду с ним и не смей, чёрт возьми, меня останавливать!

Быстрым шагом направляюсь к машине.

— Скайлер, немедленно вернись!

Видимо, порывается пойти за мной, но в этот момент его останавливает мама.

— Не трогай её сейчас, Картер. Держи себя в руках! Достаточно на сегодня. Итак устроил целое представление для соседей.

— Мне плевать.

— Картер Лерой, я сказала, стой! Не собираешься объяснить мне, о каком данном тебе слове идёт речь?

— Отойди, Роуз!

— Не отойду! Меня тоже ударишь?

Они громко ругаются между собой, а я уже забираюсь в салон.

— Скай…

— Садись. Поехали отсюда, Хантер, — еле сдерживаю подступившие слёзы. — Сэм прав: плохая была идея…

Уезжаем.

Молчим пару минут, сворачиваем с нашей улицы и лишь после этого Сэм решается нарушить тишину.

— Ты в порядке, бро? — обеспокоенно смотрит на Брукса в лобовое зеркало.

Тот кивает, привлекая меня ещё ближе к себе.

— Я серьёзно очканул, дружище. Думал, Лерой убьёт тебя на хрен. Он в гневе. Взбесился не на шутку.

— Его можно понять. Речь о дочери.

— Я предупреждал тебя.

— А я другой реакции и не ожидал.

— Жесть.

— Ты как? — обнимает крепче. Целует в макушку. Наши ладони соприкасаются и кончики пальцев начинают покалывать.

— Нормально, — выдавливаю через силу.

Вздыхаю. Невидящим взглядом смотрю в окно.

Мимо за стеклом проносятся пальмы и ряды горящих уличных фонарей, но у меня перед глазами до сих пор стоит та жуткая сцена: разъярённый отец, крик Фэйт, испуганный возглас мамы, Хантер на земле, розы, лежащие на траве.

И вот итог: я впервые в жизни ушла из дома.

Произошедшее, будто дурной сон. Не верится, что всё это случилось в нашей семье на самом деле.

Хочется плакать от обиды и боли, но я изо всех сил стараюсь держаться. Устало прикрываю веки и слушаю стук его сердца.

— Куда едем, ребят? — уточняет Сэм.

Хороший вопрос.

— К особняку Ричи?

— Нет, не надо к Исайе, — распахнув глаза, прошу я. — Отец обязательно будет искать меня там, а я не хочу с ним сейчас пересекаться.

— Тогда куда? Может ко мне? — предлагает Маршалл. — Матушка не будет против.

— Нет, что ты! Мы не станем стеснять вас, Сэм.

Хантер как-то рассказывал про миссис Маршалл. Она болеет и проживает не самый простой период в жизни. Мне совсем не хотелось бы её тревожить.

— Но куда вы двинете?

— Отвези нас к пирсу, — просит Брукс, печатая что-то в телефоне.

— Отвезу, но имейте ввиду, если всё-таки понадобится крыша над головой, вы можете на меня рассчитывать. Хорошо?

— Спасибо, друг.

Проходит ещё несколько минут, машина Маршалла сворачивает к набережной и останавливается у пирса.

— Точно не хотите поехать со мной? — ещё раз спрашивает Сэм, когда выбираемся из салона на улицу.

Хантер благодарит его за помощь и отказывается.

— Езжай к матери. Увидимся.

— Скай, — парень поворачивается ко мне, — ты это, следи за его состоянием, ладно?

— Сэм, завязывай, — встревает Хантер, недовольный его просьбой.

— Это ты завязывай со своими подпольными боями. Я не хочу однажды забрать оттуда бездыханное тело.

— Давай без кипиша, бро.

— Я тащил его на своём горбу, — рассказывает мне его приятель. — Полуживого на хрен.

— Хватит, Маршалл, — Хантер пытается его заткнуть, но у него не выходит.

— Первые пару дней он даже встать с кровати не мог.

— Тебе пора, — недовольно цедит Брукс, а я теперь отчётливо понимаю, по какой причине он столько времени не появлялся.

— Поговори с ним, девочка.

Киваю.

— Давайте, ребят. С Богом. Я на связи.

— Погоди. Как Дилан? Ты был в больнице сегодня?

Я очень переживаю за подругу. Душа не на месте.

— Был, — заметно расстраивается. — К ней пока не пускают. Она спит и ей установили капельницу. Надеюсь, завтра смогу увидеться с ней.

— Понятно.

— Чёрт, ты знала про таблетки, которые она принимала?

— Мы с Фэйт совсем недавно об этом узнали. От Адрианы.

Рассказываю про недавний скандал, связанный с этой отравой для похудения.

— Глупая. Это я виноват. Ляпнул тогда в бассейне, что ей надо немного сбросить…

— Неважно уже. Главное, чтобы она поправилась.

— Да. Ладно, всё, поеду я, ребят. Надо помочь матери искупаться. Ей сложно самой.

— Пока, Сэм.

Обмениваются рукопожатием. Прощаемся.

Вот автомобиль Сэма исчезает за поворотом и мы остаёмся с Хантером вдвоём.

— Кошмар, — качаю головой. — Я никак не могу отойти от того, что случилось, — признаюсь ему. — У меня просто слов цензурных нет. Пожалуйста, прости за отца. Его поведение… Отвратительное. Он словно с цепи сорвался с тех пор, как узнал о нас.

— Всё нормально, детка. Забей.

— Ненормально. Он ударил тебя! — напоминаю, внимательно осматривая припухшую скулу, на которой разрастается огромный синяк.

— Повод есть.

— Он не должен был, — острожно дотрагиваюсь до его лица. — Это недопустимо, Хантер.

— Проехали, — обнимает, прижимая к себе. — Жаль только, что разговора между нами ни хера не вышло.

— Разве с ним в таком состоянии можно о чём-то разговаривать? Ведёт себя как неадекватный.

— Честно говоря, я думал, что он немного поостыл за неделю.

Усмехнувшись, отрицательно качаю головой.

— Нет и вряд ли это вообще случится. Папа категорически против того, чтобы мы встречались.

— Ясно. Ты голодная?

Спрашивает, потому что слышит, как предательски громко урчит мой живот. Так получилось, что сегодня я пропустила и обед, и ужин.

— Ничего не хочу.

Учитывая обстоятельства, кусок сейчас в горло не лезет.

— Так не годится, Малая.

Тянет за собой в сторону знакомой прибрежной кафешки. Там занимаем дальний угловой столик, он заказывает еду и заставляет меня немного поесть.

— Сэм прав: нельзя заниматься тем, чем ты занимаешься, — предпринимаю попытку завязать разговор про бои.

— Скай-Зай, не начинай. Сэм пиздоболит. Всё было не так уж дерьмово.

— А то я не вижу. Ты весь избит!

Цокает языком.

— Эти деньги достаются тебе собственной кровью, — наблюдаю за тем, как он оставляет сумму за счёт.

— Плевать. Я живу на них, Малая.

— Они не нужны такой ценой!

— Закрыли тему, идём.

Берёт меня за руку. Покидаем кафе и снова выходим к пирсу.

— Что нам делать? — спрашиваю растерянно.

У меня вообще нет понимания.

— Сегодня нам есть где переночевать, а завтра будем думать.

Шагаем вдоль причала. Подходим к посту охраны.

— Подожди меня здесь минуту.

Киваю, поправляя на себе его джинсовку.

Хантер ненадолго отлучается, а когда появляется в поле зрения, я замечаю, что в левой руке он держит связку ключей.

— Это…

— Ты точно не хочешь вернуться домой? — даёт шанс переиграть принятое мною решение.

— Не хочу, — уверенно отказываюсь. Потому что вообще в данный момент не представляю себе общение с отцом.

— Ричи разрешил переночевать на яхте. Здесь нас искать не станут. Ты как?

— Я за.

*********

Моторная яхта под названием Elizabeth мне знакома. Года три назад мы уже катались на ней, когда у Тео Ричи был день рождения.

Кстати, на той вечеринке Брукс отсутствовал. Мы к тому времени уже не общались.

— Осторожно. Смотри под ноги.

Он помогает мне подняться и мы проходим на судно.

— Так темно здесь.

— Сейчас всё будет.

Добираемся до кокпита. Так называется специально организованная зона управления судном. Это центральный узел контроля. Здесь находятся все основные приборы: штурвал, рычаги управления двигателем, датчики, системы связи и навигация.

Хантер при помощи тумблера включает иллюминацию.

— Как красиво, — любуюсь огоньками. Они красиво подсвечивают весь корпус белоснежной яхты.

— Можем прокатиться, кстати. Недалеко. Если хочешь, конечно, — предлагает неуверенно.

— Хочу, — киваю.

Водная прогулка точно не помешает. Нужно проветрить голову и хоть как-то отвлечься.

— Она пришвартована. Сейчас вернусь.

Пока Хантер отсутствует, я всматриваюсь в чёрную гладь океана.

Тяжело на душе. Никак не отпускает чувство обиды и разочарования.

Интересно, сейчас, когда я ушла из дома, отец хоть немного жалеет о содеянном? Или по-прежнему считает, что правда на его стороне? Удалось ли маме вразумить и успокоить его? Или он весь город уже на уши поднял с помощью дяди Рида?

— Готово, — Хантер возвращается за штурвал.

Встаю рядом. Наблюдаю за тем, как запускает двигатель и со знанием дела нажимает на кнопки.

Управлять яхтой его научил Исайя. Была у него одно время такая идея фикс.

— Иди сюда, Скай-Зай, — ставит перед собой, зажимая в кольце рук.

Судно начинает движение. Отплываем от пирса и выходим в открытый океан.

Сперва идём вдоль шумного побережья Блу Бэй, затем меняем направление и постепенно от него отдаляемся.

— Хочу туда…

— Аккуратно, ладно?

Киваю.

Выбравшись из его объятий, покидаю кокпит. Спускаюсь по винтовой лестнице, выхожу на воздух и осторожно пробираюсь к носу яхты.

Здесь ты по-настоящему чувствуешь скорость. Слышишь шум волн. До тебя долетают брызги, ветер играет с твоими волосами и вообще… Всё отсюда выглядит совершенно иначе.

Постояв у ограждения, перемещаюсь чуть дальше на палубу.

Обычно тут загорают, но у меня будет своя фишка: я собираюсь смотреть на ночное небо, усыпанное звёздами.

Их так много сегодня! Тысячи!

Они мерцают, объединяясь в созвездия, и светят будто бы ярче обычного.

Яхта сбавляет ход, а потом и вовсе прекращает движение.

— Замёрзла?

— Немного.

Брукс укрывает меня пледом, ложится рядом и тоже устремляет взгляд наверх.

— Почти как в обсерватории Гриффита, — произносит минутой позже.

— Лучше. Ведь здесь мы совсем одни. Прямо как раньше, — улыбаюсь. — Помнишь, когда сбегали ночью на пляж, будучи подростками?

— Помню, детка.

Щёлкает зажигалкой и подкуривает сигарету.

— В такие моменты я была очень счастлива. Счастлива и сейчас, несмотря на обстоятельства.

— Думаю, твой отец в ярости. Получается, что я увёз тебя из дома.

— Ну, если разобраться, увёз меня Сэм, который сидел за рулём. Причём, по собственной воле. Так что на преступление не катит, — поворачиваю голову в его сторону.

— Но мы угнали яхту.

— Угнали? Так Исайя же разрешил… — напоминаю, нахмурившись.

— Переночевать. Про покатушки он не в курсе.

— Брукс…

— Ага. У твоего отца есть все основания кинуть в участок заяву о похищении дочери, — поворачиваясь ко мне, смеётся.

— Папа не станет этого делать.

— Уверен в обратном.

— Нет. Потому что однажды он сам украл маму.

— Чего? — удивляется, выгибая рассечённую бровь.

Привстаю и подкладываю ладонь под голову.

— Ну ты же знаешь, что они каждый год летом отправляются к Гранд-Каньону?

— Да, это ж типа их особенное место.

— Оттого и особенное, — загадочно улыбаюсь. — Впервые мама попала туда на утро после своего выпускного. Папа просто напросто украл её.

— Ни хера себе! — присвистывает.

— И да всё было чудно, но ровно до того момента, как они вернулись в Блу Бэй.

— А там что?

— А там их сразу при въезде в город остановили копы. Отцу кое-что подкинули в машину. Плюс оказалось, что бабушка Элис подала заявление о похищении. Да простит она меня, что вспоминаю о ней в таком ключе.

Хантер присвистывает и тушит сигарету о пепельницу.

— Вся эта история могла закончиться очень плохо, если бы мама не согласилась на те условия, которые выдвинула ей бабушка.

— Да, кажется, мать говорила как-то про то, что их на время разлучили.

— На долгие четыре года, Хантер, — вздыхаю, вспоминая мамины глаза, полные слёз. — И посмотри, что сделал впоследствии папа. Он точно также развёл нас с тобой.

— Ему казалось, что так будет лучше.

— Кому? Точно не мне.

— Скай…

— Нельзя было так поступать со мной! Я ведь живой человек!

— Не злись на него. Как отца я его понимаю. Старший из Бруксов — так себе кандидат на место парня дочери.

— Нельзя решать за меня. Если я хочу быть только с тобой, я всё равно буду, — аккуратно касаюсь пальцами его лица.

— Прости, Скай. За то дурацкое обещание…

Смотрим друг на друга. Неотрывно глаза в глаза.

— А ты сделай так, чтобы я об этом забыла…