ГЛАВА 1
Чтобы играть в игру, прежде всего следует знать ее правила или принципы. И второе: вы должны о них забыть.
— Котя, ты с ума сошла? Кто же ездит за границу в одиночестве?
Катя Кошкина, она же Котя, пожала плечами. Кто ездит? Она ездит. А почему, собственно, нельзя?
Но две давнишние Котины подруги — Анечка и Лизка — не разделяли ее оптимизма. Или пофигизма?
— Котя, это же опасно! — настаивала Анечка.
— Да что там опасного, она же не одна туда едет, — возразила Лизка. — Но это неприлично.
— Во-первых, я еду туда одна, — Котя неторопливо раскладывала десерт по креманкам. На десерт была размороженная клубника с мелкими кубиками банана, поверх которых возвышались белоснежные пики пломбира. Мороженое было посыпано дробленым фундуком, но большая часть его глыбок была смыта к подножиям сладких гор горьковатым селем шоколадной глазури. Кто скажет, что не в этом радость жизни, просто ничего не смыслит в загадочной женской душе. — Во-вторых, что в этом такого?
— Ты будешь производить впечатление легкой добычи, — развивала свою мысль Лизка.
— А на самом деле я — добыча тяжелая? Это при моих-то 56 кг? — возразила Котя. Чисто из вредности.
— Не занимайся буквоедством, ты прекрасно понимаешь, что не в этом дело, — мысль Лизки ненадолго заглохла, поглощенная поглощением десерта. — В ресторан, в клуб, на море, ЗА ГРАНИЦУ принято ездить в компании. Подруги, родственников, парня.
— Парня… Скажешь тоже. Кто же в Тулу со своими пряниками ездит? Их же там в нагрузку к самоварам раздают! — возразила Котя. — А подруг у меня всего две, и у нас никак не складываются отпуска. А мне просто жизненно нужно отдохнуть перед новым проектом. Я уже скоро на людей начну бросаться. Я хочу просто сменить обстановку, отвлечься от суеты, накопить креатив. Ну да, интрижку какую-нибудь закрутить. Чтобы потом успешно сублимироваться…
— Да уж лучше бы сразу «посублимировала». Где-нибудь в дУше, — проворчала неугомонная Лизка. — А то придумала: заводить интрижки на зарубежных морях! Да там СПИД не спит, и трипонема с хламидией за ручку дружат!
— Скок-поскок, скок-поскок, я — веселый гонококк, открывай скорее дверь, я принес вам гонорей! — процитировала Анечка, и девчонки заржали.
Детский сад, штаны на лямках, подумала Котя.
— Перед лицом своих товарищей торжественно клянусь, — обвиняемая подняла руку в салюте, — быть крайне разборчивой в связях и перед отъездом затариться презервативами на XXL.
— А если по размерчику не подойдут? — ехидно поинтересовалась Анечка.
— Те, кому окажутся не по размеру, будут считаться не прошедшими фейс-конктроль.
— Боюсь спросить, а что ты там считаешь лицом? — поинтересовалась Лизка.
— Так и представляю себе эту картину: Катька берет член в руки, рассматривает его в анфас, в профиль…
— И тот ей подмигивает единственным глазом! — закончила Анину мысль Лизка, и подружки вновь заржали.
— Вот и корми вас после этого. Злые вы, уеду я от вас, — флегматично заметила Котя.
— Езжай уже. Только веди себя там… Как положено. Чтобы нам потом за тебя стыдно не было.
— Да знаю я, знаю. В общественном транспорте не знакомиться. На первом свидании сексом не заниматься. Белое не носить, обтягивающее не надевать. А чтобы вам стыдно не было, я просто всего рассказывать не буду.
— А вот это уже шантаж, — возразила Лизка и погрузилась в общение с десертом. В общем и целом празднование нового Котиного заказа, совмещенное с проводами в отпуск, прошло на уровне.
Тимур был раздосадован. И какого черта он вообще согласился ехать на этот семинар? Конечно Мертвое море в ноябре — штука приятная, чего не скажешь про пейзаж за окном автомобиля. И Сам лично напомнил, что фирма-организатор семинара — их давний партнер, и что в сауне, под пивко, все вопросы решаются гораздо проще, чем за официальным столом переговоров. И велел обязательно посетить СПА.
Вот объясните, что мужик с нормальной ориентацией забыл в СПА?
И Гаша эту поездку не одобряла.
Гаша вообще не любила, когда он уезжал. Вот и сегодня она с немым укором наблюдала за его сборами. Уселась в кресло и следила своими чайными глазами за его передвижениями.
Гаша была флоковой Донской Сфинксой. Сам подарил ее Тимуру котенком со словами, что породистые кошки — это выгодное долгосрочное вложение денег. Он что, дурак, спорить с начальством… Во всяком случае, по таким мелочам. Так в холостяцкой берлоге появилась Облигация, она же Гаша. Сначала Тимур собирался отдать котенка в добрые руки, но руки всё не находились, а те, которые находились, казались ему недостаточно добрыми. Да и кошка оказалась зверем умным и самостоятельным и в доме прижилась.
Змей Женька, начохраны, говорил, что Гаша у Тимура заместо жены: ревновала его к подружкам, орала, если тот задерживался с работы, и грела постель по ночам. Он же считал, что кошка даже лучше. И рот ей можно без особых хлопот заткнуть. Рыбиной. И можно послать нафиг, если не в настроении. И прямо в глаза сказать ей, что она дура.
И та не обидится.
Да и обходится кошка дешевле. Хотя Тимур однажды даже шубу ей купил. Повелся на уверенные доводы продавца зоомагазина, что его почти-лысой кошке та жизненно необходима. Типа, у нормальных-то кошек она есть… Но Гаше аргументы показались неубедительными, и она с воплями от обновки избавилась. То ли фасончик был не тот, то ли она просто по жизни была убежденной нудисткой.
Уложив вещи, Тимур присел на дорожку. Кошка снова начала свою песню:
«Как ты там будешь без меня, совсем один», — мурлыкала Гаша, трясь о хозяйские ноги.
— Прямо так-таки и один? — хмыкнул Тимур.
«Кого ты там будешь гладить?» — мурлыкала рыжая, тычась мордой в ладонь.
— Уж найду кого-нибудь, если приспичит, — уверил ее хозяин.
«А кого ты там будешь гонять красной точечкой?», — не отставала кошка, в предвкушении отводя назад длинные уши, отчего стала похожей на бешенного зайца.
Этот аргумент был неоспорим.
Тимур вынул из кармана брелок с лазером и поиграл с вымогательницей.
А потом позвонил, чтобы убедиться, что кошка в его отсутствие будет обеспечена едой, питьем и чистым лотком, и спустился к такси.
Аэропорт встретил Тимура очередью личного досмотра. Движимые неумолимой как наказание лентой транспортера, в металлическом брюхе интроскопа пропадали чемоданы, куртки, ботинки, ремни… И без того не лучшее настроение Тимура окончательно зависло на минусовой отметке.
— Может, вам еще и стриптиз станцевать? — пробормотал он.
— А что, мне идея нравится. По крайней мере, я бы с удовольствием посмотрела, — раздался за его спиной мягкий женский голос. — У меня и музыка есть подходящая.
Тим обернулся и обнаружил за собой симпатичную девушку в джинсах и курточке с орнаментом, берущим свои корни где-то в Скандинавии. Ну, типа, «а олени лучче»… Девушка невозмутимо смотрела на него льдисто-голубыми глазами, настолько светлыми, что те казались чужеродными на ее чуть прихваченном естественным загаром лице, обрамленном каштановыми волосами. Впрочем, назвать ее волосы каштановыми можно было только в общем и целом. Поскольку в частностях среди более темной массы в стороны торчали разной степени осветленности рыжие перышки. Безбашенная улыбка делала ее совсем юной, однако опытный глаз Тимура без труда определил, что «девушка» значительно ближе к тридцати, чем к семнадцати.
— Нет, правда есть, — сказала девушка так, будто его это волновало.
— Простите, только после вас, — с долей ехидства в голосе произнес Тимур и сделал приглашающий жест правой рукой.
На что девушка подняла ручку своего дорожного чемоданчика и продефилировала мимо него вперед по очереди.
От такой наглости у мужчины перехватило в горле.
Однако уже в следующий момент он был вознагражден за все причиненные неудобства.
Поскольку девушка наклонилась, чтобы расстегнуть свои ботиночки.
Девица сама по себе была не из низкорослых, а высокие каблучки сделали уровень соблазнительно выступающих выпуклостей абсолютно идеальным. Выше нижних 90 плавно появлялись не менее соблазнительные 60. Короткая курточка и свитерок задрались, демонстрируя ямочки-впадинки по обе стороны от позвоночника.
Тимур с трудом удержался от того, чтобы взяться руками за бедра и притянуть их в надлежащее — точнее надстоящее — положение.
Казалось бы, такая мелочь, а настроение поднялось.
Котя обратила внимание на этого мужчину еще на входе в аэропорт. Высокий, сухощавый, но отлично сложенный, с большой долей азиатских генов, видных невооруженным глазом. От монголоидов ему достались прямые, жесткие черные волосы, смуглая кожа и экзотический разрез карих глаз. От родственников по европеоидной линии — размер последних. Смесь получилась убойная. Тем более, что Котя всегда неровно дышала к азиатам — видимо, сказывались отголоски татаро-монгольского ига в крови.
После первого инцидента (и дернул же ее черт за язык про этот стриптиз), они благополучно разошлись в разные стороны зала ожидания. Котя углубилась в планшетку, почитывая заброшенную на время очередного проекта художественную литературу. Романчик оказался веселеньким. Незнакомец какое-то время поработал с ноутом, потом почитал разноцветную брошюрку, после чего занялся изучением окружающей действительности.
Оторвав в очередной раз глаза от книжки, хихикающая Котя поймала на себе его испытующий взгляд. Мужчина сидел, расположившись в аэропортовском сидении так, будто это был трон повышенной комфортности, излучая во все стороны уверенность, властность и скуку. Не дать, не взять, Тамерлан на отдыхе.
Фейс-контроль мужик однозначно прошел. И, вспомнив недавний разговор у себя на кухне, Котя ему подмигнула. Незнакомец соизволил высказать свое высочайшее одобрение чуть заметным кивком.
Спустя еще полчаса объявили регистрации на израильский рейс. Котя собрала свои немночисленные пожитки и двинула в сторону стойки.
— Едете поправлять здоровье? — раздался практически над самым ее ухом приятный низкий голос.
— А вы что, врач? — поинтересовалась Котя у давешнего незнакомца, внимательно его оглядев.
— А как вы догадались? — хмыкнул тот.
— Ну, во-первых, нормальный человек в первую очередь предположил бы, что я еду отдыхать, — загибая пальцы, начала Котя. «Нормальность», кстати, тамерлан проглотил не поморщившись. — Во-вторых, у вас такой пронзительный взгляд… Прямо как рентген. Ну а в-третьих, вы держите программку о семинаре по медицинской технике.
Мужчина ухмыльнулся.
— А в-четвертых, я абсолютно здорова, — закончила Котя. Но почему-то, будучи произнесенными вслух, последние слова даже ей самой показались довольно двусмысленными.
— Абсолютно здоровых людей нет, — озвучил азиат известную мысль, — есть недообследованные.
— Желаете дообследовать? — не удержалась Котя. Да, Лизка права, не довбили в нее в детстве правила приличия.
— А что мне за это будет? — на лице тамерлана вновь промелькнула усмешка.
— А ничего вам за это не будет. Совсем ничего, — ответила Котя, и опять вспомнив девичник, пробормотала себе под нос: — Ни сифилиса, ни гонореи, ни хламидиоза… — но осознав, что проговорила это вслух, тут же поправилась: — В смысле, здорова я, ничего интересного вы там не найдете.
— Забавные у вас представления об интересном, — в очередной раз хмыкнул незнакомец. — Не в первый раз едете в Израиль?
— Почему вы так решили?
— Во-первых, у вас замечательная их национальная привычка отвечать вопросом на вопрос, — подражая ей, ответил собеседник. — А во-вторых, обычно в незнакомую страну отдыхать едут с туристической группой.
— На самом деле, я еду туда впервые. А туристические группы я не люблю. Суета, толчея, посмотрите налево, подойдите направо. Я не сторонник организованного отдыха. Люблю, знаете ли, подышать воздухом свободы.
— Едете к знакомым? Или как?
— Или как. Просто выбрала и забронировала через Интернет отель на Мертвом море, нашла подходящие рейсы. Правда визу делала через турфирму. А вы частый гость на «святой земле»?
— Нет, я тоже еду туда впервые. Однако в моем случае, — он кивнул на брошюрку, — самому ничего организовывать не пришлось. А вы чем занимаетесь? Когда не дышите воздухом свободы на Мертвом море?
— Вдыхание воздуха свободы для меня нормальное состояние. Я фрилансер.
— Ну, фрилансер — это не профессия, а образ жизни, насколько я понимаю. В смысле, способ организации рабочего времени. Не страшно, кстати, находиться в таком подвешенном состоянии?
— В начале было страшно. Когда нашу фирму закрыли — я работала в рекламном агентстве. А потом как-то пошли заказы… В общем, пока я вполне довольна своим, как вы сказали, образом жизни. А вы в какой сфере медицины специализируетесь?
— В физиотерапии и реабилитации. Вас реабилитировать не нужно?
— К счастью, нет. А вот профизитерапевтироваться я бы не отказалась. А то от долгого сидения за компьютером спинка бо-бо, — пожаловалась Котя.
— Бедная, бедная спинка, — пожалел ее тамерлан, поднырнув под расстегнутую курточку и проведя по позвоночнику уверенной рукой. Позвоночник сообщил, что ему мало, и что лично он готов отдаться в руки незнакомца прямо сейчас.
К сожалению, диалог с внутренними частями тела был прерван нетерпеливой работницей аэропорта. Котя взяла себя в руки и положила на стойку документы.
— Нас, пожалуйста, рядом, — произнес тамерлан с сияющей улыбкой. Но что-то в его интонации убедило девушку, что возражать ему, а тем более спорить с ним, не будут. Рука неотразимого потомка предводителя татаро-монголов, кстати заметила девушка, со спины никуда не исчезла.
— Подожди меня, — констатирующим тоном произнес тот, когда Котя получила свой посадочный талон и отправила чемодан в одиночное плавание дорогами багажных транспортеров.
«Хорошо, что Израиль большой. А то не видать бы нам воздуха свободы,» — заметила Пятая Точка.
«А может и ну его нафиг, этот самый воздух, мы им и дома надышимся,» — заныло то место, которое ВООБЩЕ НИКТО НЕ СПРАШИВАЛ.
Тем не менее, по непонятным для нее самой причинам, Котя не ослушалась. И даже не съязвила в ответ в своей обычной манере.
Повторно пройдя досмотр и поставив штампики в загранпаспортах, парочка оказалась в загончике для ожидания.
Тут Котя поняла, что терпение и смирение — две добродетели, которые действительно вознаграждаются свыше.
Мужчина подошел к стене, расставил ноги пошире и притянул девушку за руку к себе. На несколько удивленный — не сказать офигевший — взгляд, он пояснил:
— Ну мы же решили профизиотерапевтировать тебе спинку?
Кто же устоит перед таким соблазнительным предложением?
Тамерлан прижал девушку к груди и запустил обе руки под курточку.
— Расслабься, — велел он, и Котя фактически повисла на нем, уложив голову на мускулистое, но вполне удобное плечо.
Руки азиата легко и уверенно скользили по тоненькому свитерку, пробегая твердыми пальцами вдоль позвоночного столба, обрисовывая позвонки, проходясь крабом между ребрами, разминая мышцы местами до боли, но после утешая их ласковыми поглаживаниями. Разомлевшая Котя лишь тихонечко постанывала ему в пиджак. Дорогой пиджак, кстати сказать.
Может и в правду, ну бы его, этот воздух свободы, размышляла Котя. Но все равно, не время и не место, решила она.
Судя по жару, который разливался от того места, где ее тело соприкасалось с ширинкой азиатского кудесника, он тоже был не совсем в восторге от времени и места. Но уж тут ничего не поделашь…
Руки тамерлана нежно прошлись по ее плечам, губы чуть коснулись макушки:
— Мадемуазель, транспорт подан, — произнес он тихим, чуть охрипшим голосом.
Котя очнулась и поняла, что пассажиры уже толпятся возле выхода.
Ее компаньон безо всяких слов закинул за спину Котину сумку с ноутом и потянул ее в народные массы, ощутить плечо, а то и локоть, ближнего своего.
Преодолев поездку в автобусе, подъем по трапу и общение с бортпроводницей на входе, они наконец-то оказались у своих сидений. Понятливая девушка-регистраторша разметила их сбоку, ближе к хвосту, где сидения располагались по два в ряд.
— Можно, я… — не сговариваясь, начали оба.
Мужчина сделал международный жест «Lady first».
— Можно, я сяду возле окна? — виновато попросила Котя.
— А можно, я сяду возле прохода? — улыбнулся тамерлан.
Пока ее спутник не передумал, Котя быстренько пробралась к иллюминатору.
— А почему ты хочешь сидеть у прохода? — все же поинтересовалась она.
— У меня ноги, — ответил тот, пожав плечами.
— Ну надо же. У меня тоже. Целых две.
— В смысле, у меня они длинные.
— И у меня не короткие.
— А у меня длиннее!
— Что за дурацкая мужская привычка вечно всем мериться… — флегматично произнесла Котя, закатывая глаза.
Ее собеседник рассмеялся.
— Короче, в проход их можно вытянуть. Тебя как зовут?
— Котя. То есть Катя. В смысле, зовут меня Катя, но обычно меня называют Котя, — окончательно смутившись от собственной неловкости, проговорила девушка.
— А я Тимур.
— Красивое имя. Кажется, оно означает не то «твердый», не то «железный»? Тебе подходит.
— Вот и выросло поколение детей, которые не читали Аркадия Гайдара.
— Я читала. А что?
— Просто обычно у меня после того, как я называю имя, спрашивают, а где моя команда?
— Кто я такая, чтобы нарушать вековые традиции? Так где команда?
— Умеешь ты, Катя, сделать комплимент… Команда работает. Не всем же ездить на заграничные семинары, правильно? А откуда ты знаешь значение моего имени?
— Работа у меня такая. В рекламе важно понимать значения слов, чтобы не попасть впросак. А то, представь, назовут магазин мягкой мебели «Тимур». Оксюморон, — развела Котя руками.
— Ты не высказывайся так в приличном обществе, — подмигнул девушке ее несгибаемый, как выяснилось, спутник. — Вокруг же люди сидят.
— И то хорошо, — согласилась девушка. — Во всяком случае, не упадут.
— Ты копирайтер, что ли?
— Да и копирайтер, и швец, и жнец, и на дуде игрец.
— На дуде игрец — это хорошо, — мечтательно протянул Тимур и тут же получил подзатыльник от сидящей по соседству.
— За что? — невинно поинтересовался тот.
— За классическую китайскую прозу, — пробубнила Котя себе под нос, и хихикнула, вспомнив как-то вычитанное на просторах Интернета:
«Я чувства свои не умею
Облечь в золотые слова…
„Целуй одноглазого змея“?
„Вторая вас ждет голова“?
„Сыграй мне на кожаной флейте“?
„Ждет вашей слюны моя рать“?
Вы сами, пожалуй, сумейте
Такое девице сказать!»
ТАк, за в большей или меньшей степени приличным трепом подошло время самолетного перекуса, после которого Котя стала откровенно зевать.
— Мне с вами скучно, мне с вами спать хочется? — процитировал Тимур.
— И спать тоже, — согласилась Котя, устраиваясь на плече соседа.
Перед сном ее мысли крутились вокруг темы, нужно ли считать самолет общественным транспортом?
В принципе, Тимур любил заграницу. Прежде всего за доброжелательную улыбчивость, вежливость и чистоту. Финляндия не в счет: там те же мрачная решимость вкупе с озадаченной озабоченностью. Но, с другой стороны, какая же из Финляндии заграница? И сидя в аэропорту Тим в очередной раз сравнивал «дым отечества» с миром по ту сторону полосатых столбов. Сравнение выходило не в пользу отечества.
Соотечественники, к слову сказать, были заметны сразу. Например, вот молодая пара, что переругивается по соседству. Тимур даже затруднялся с определением: используют ли они элементы ненормативной лексики в нормальной речи или разговаривают на матах, время от времени вставляя цензурные слова? Рядом их ребенок лет трех-пяти выламывает колеса из новенькой машинки. Вот, пыша перегаром, сидит женщина лет сорока. Землистая кожа ее щек щедро разрисована румянами, а боевой раскраске глаз позавидует даже индеец на тропе войны.
Вот бабулька напротив, что читает «Оракула», и ее сосед со «Спид-инфо». Шутка ли сказать, все-таки самая читающая нация в мире.
Но главными признаками зрелого россиянина была печать безнадеги, местами переходящей в хамство, и неподъемная ноша, прижимающая к земле сутулые плечи.
На этом фоне как-то выделялась голубоглазая девица с музыкой для стриптиза. Она тихо хихикала над планшетом, с которого что-то с увлечением читала, однако на вопросы соседей отвечала доброжелательно и с улыбкой. Чем те нещадно пользовались. А встретившись с ним взглядом, девушка не заморозила физиономию в лучших традициях бодигардов, как то положено негласными правилами российского общества.
Обнаружив, что они летят одним рейсом, Тим решил подойти, чтобы просто потрепаться. А теперь она уютно сопела на его плече. Катя оказалась забавной собеседницей. А о том, как она реагировала на массаж, Тимур предпочитал вообще не вспоминать. Толку-то вспоминать? Все равно ничем конструктивным эти воспоминания не закончатся. Можно, конечно, взять у спутницы телефончик, но жизненный опыт подсказывал, что дорога — это такая альтернативная реальность, в которой все не так, как в жизни. Поэтому дорожные знакомства лучше оставить в дороге. Все равно ничего путного из них не выходит.
Поэтому, пройдя послеполетные процедуры, Тимур поблагодарил девушку за компанию и попрощался. Катя не выглядела слишком расстроенной и также не стала проявлять инициативу в заполучении контактов. Что, хоть и подтверждало мнение Тимура о ней как девице здравомыслящей, самолюбие слегка задело.
В прочем, практически до самого вечера времени рефлексировать на сей счет у Тима не было. В аэропорту его встретили, отвезли в отель оставить вещи, потом на фирму к организаторам семинара, где нужно было решить несколько технических вопросов.
И лишь когда деловая часть была закончена и Тимур спустился к бассейну отеля, он вспомнил о своих рассуждениях по поводу голубоглазой соседки по самолету.
Поскольку из воды виднелась каштанововолосая головка с рыжими перьями.
Ну это просто издевательство какое-то, подумал Тимур. Или судьба. А спорить с судьбой — занятие неблагодарное. И противоестественное даже.
Поскольку к головке прилагалось обтянутое купальником соблазнительно стройное тело. А на третьем этаже в его распоряжении имелся замечательный одноместный номер со всеми удобствами.
Когда перед самым носом у Коти остановились стройные загорелые мужские ноги, она проявила уместное в таком случае любопытство и проскользила взглядом вверх, вдоль гладких мужских бедер, провокационно выступающего бугра в плавках к поджарому животу и груди с развитой мускулатурой, пока наконец не добралась до лица. С которого на нее насмешливо смотрели глаза тамерлана. Тимура, поправилась она.
— Как ты меня нашел? — Котя с одной стороны обрадовалась. Даже очень обрадовалась. Но на душе стало как-то… тревожно.
— Весьма интригующей, — ответил Тимур. — Но я тебя не искал, уж прости, — он пожал плечами и развел руками. — Просто мы совершенно случайно проживаем в одном отеле.
— Шутишь? — не поверила Котя. Мало того, что они оказались в одном городе, так еще и оба разместились в одной и той же гостинице. Из нескольких десятков местных отелей.
— Неа. Серьезен как никогда. Я сейчас освежусь, и мы пойдем ужинать. А потом продолжим заниматься твоей бедной спинкой.
И красавец-мужчина сиганул с бортика, без лишних брызг, рыбкой уходя в прохладную воду бассейна.
«Йо-ху!» — взвизгнул позвоночник.
Место, Которое Никто Не Спрашивал, потерло в предвкушении руки. Или что оно там могло себе потереть?
Мозг заявил, что это вообще не его дело. Ибо является чистейшей воды безумием. И, вооружившись попкорном, объявил нейтралитет в ожидании зрелищ.
Даже Пятая Точка лишь что-то пробубнила, типа «Потом не говорите, что я не предупреждала».
Котя приказала внутренним органам заткнуться, поскольку так и до шизофрении недалеко. И отдалась эстетическому наслаждению. Потому что наблюдать за тем, как тренированное тело Тимура уверенными гребками рассекает воду, было истинным удовольствием. Которое лишь возрастало от заинтересованных взглядов, которые дамы всех возрастов бросали на ее смуглого попутчика. Они-то только наблюдали, а ее он пригласил на ужин. А потом заняться… спинкой.
Тимур вынырнул перед самым ее носом, схватившись за ее бедра холодными руками.
— Ну что, пойдем? — поинтересовался он у самых ее губ, откидывая двумя руками свои мокрые волосы со лба. Из тона следовало, что он спрашивает «идем сейчас или попозже», а не «идем или не идем».
— Мне бы это… переодеться…
— Мне вообще и так нравится, но, боюсь, что в ресторан нас не пустят. Сколько тебе надо на сборы?
— С полчаса.
— Хорошо. Значит, встречаемся внизу через полчаса, — и он чмокнул Котю в кончик носа. Чем вызвал волну завистливых вздохов наблюдательниц сего действа.
Котя остановила свой выбор на лёгоньком голубом макси-сарафанчике, подобрала соответствующую бижутерию, вспушила волосы феном, причесала бровки, подкрасила реснички и нанесла блеск на губы. Глаза и без дополнительных усилий сияли, как кристаллы Сваровски в ее ушах. Надев белые босоножки, она выскочила в коридор. Однако мгновение спустя взяла себя в руки и к лифту подошла степенной походкой от бедра.
Тимур уже ждал. Его волосы хранили следы купания, и сам он был удивительно свеж в льняных брюках и белоснежной рубашке с коротким рукавом.
— Привет! — улыбнулся он.
— Привет! — ответила Котя.
Тимур взял ее за руку и повел в ресторан отеля. Здесь, в облаке возбуждающих аппетит запахов, витала атмосфера курортной беззаботности. Не поддаться ей было невозможно. И Котя расслабилась, отдавшись на волю волн захватившего ее водоворота событий.
Поинтересовавшись ее предпочтениями в еде, Тимур сделал заказ. Котя вяло повыпрашивала меню, на что получила совет расслабиться. В следующий раз почитает, а сегодня музыку заказывает он.
— У тебя есть ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ возражения? — поинтересовался Тимур.
Принципиальных возражений у Коти не было. У нее были сомнения в разумности контактов с личностью, проявляющей недвусмысленные симптомы контрол-фрика.
— В твоем мире всегда есть только два мнения: твое и ошибочное? — осторожно полюбопытствовала Котя.
— Нет, только в трех случаях. Первый: я несу единоличную окончательную ответственность за последствия выбора. Согласись, в этом случае я должен иметь право и самостоятельно сделать этот выбор?
Котя согласилась.
— Второй: когда другой человек, если у него спросить, может принять неверное решение. В силу различных второстепенных факторов. Страха, например. Или отсутствия необходимой информации. Например, хирург не будет спрашивать у пациента, удалять тому аппендицит или нет. Логично?
Логично. И тут со стороны Коти возражений не последовало.
— Третья: когда предмет выбора настолько незначителен, что не стоит обсуждения. Ну вот как с этой едой. По большому счету, какая разница, посмотрела ты меню или нет? Ты в любом случае ткнула бы пальцем в небо, поскольку все блюда незнакомы. А здесь за тебя тем же пальцем в то же небо ткнул я. А поскольку платить все равно мне, согласно пункту первому, я имею преимущество в выборе. Правильно?
Вроде, все было правильно в его словах.
Но у Котю не покидало ощущение, что где-то ее кидают…
Выбор Тимура, кстати, оказался удачным. Во всяком случае, и салат, и горячее пришлись девушке по вкусу. Примиренная с действительностью довольным желудком, Котя успокоилась и разговорилась.
— Мне кажется, что реклама скорее раздражает людей, чем приносит пользу, — говорил Тимур. — Хороший товар сам найдет своего покупателя.
— Просто умиляюсь с вашего пещерного мировоззрения, мой любезный друг, — отвечала Котя. — Для начала, покупатель вообще должен откуда-то узнать, что такой товар существует.
— А как это ты представляешь себе: покупатель не знает, что он хочет купить?
— Покупатель не знает, что он МОЖЕТ купить. Например, я относительно недавно узнала о том, что существуют бытовые посудомоечные машины. И это притом, что посуду я ненавижу мыть в той же степени, в какой люблю готовить. И с радостью ее себе приобрела при первой же возможности. Или, например, вот ты знаешь, что существует специальная приспособа, чтобы открывать закручивающиеся крышки?
— Не знаю и знать не хочу. У меня своя приспособа есть. Даже две: правая и левая.
— Хорошо тебе. Но не все же такие большие и сильные? Во-вторых, покупатель обычно делает выбор из нескольких альтернатив. А производитель заинтересован в том, чтобы выбрали именно его товар.
— ТАк работай качественно, и твою продукцию будут покупать, — настаивал Тимур.
— А как, по-твоему, покупатель должен узнать, что именно ЭТОТ товар качественный? Увы, рынок — он рынок и есть. Не похвалишь — не продашь. Хотя иногда встречается такая реклама… что хочется спросить, о чем вообще думали ее создатели.
— Например?
— Ну вот я как-то раз видела рекламу банка, который предлагал ипотеку. И в качестве иллюстрации была изображена веселая улитка. Очень хотелось дописать слоган «Почувствуй всю тяжесть своего дома. Изо дня в день.» Или другой банк. Предлагал кредиты. Слоган «На гребне волны». И картинка: сёрфер на доске плывет по СКАТУ волны, которая его вот-вот накроет. А вообще в нашей рекламе приколов хватает… Вот в другом городе, — когда Котя садилась на своего любимого конька, согнать ее оттуда было практически невозможно, — на магазине было написано: «Zебра — свежая одежда». Я прямо-таки подобралась — а вдруг где-то всучат несвежую? Тебе не интересно, да? — вдруг огорченно прошептала Котя, заметив, что взгляд Тимура застыл на опустевшей креманке из-под десерта.
— Кать, мне очень интересно. Просто, может стоить продолжить разговор в более располагающей обстановке? Давай пойдем ко мне: ты будешь говорить, а я посмотрю, что у тебя там со спиной.
О том, что она дура, столь же изыскано ей говорили только один раз. Тогда это звучало как «говори, говори, мне так нравится твой голос».
Да ладно, подумаешь, не воспринимают ее в серьез. Она же не на работе. Это там Коте пришлось приложить немало усилий, чтобы создать себе репутацию Реально Крутого Спеца. А здесь… Какая разница, видит он ее интеллект или нет? Они же не в «Свою игру» собираются играть…
Тем более что ЕГО игра Котю тоже интересовала. И креманка ее десерта тоже стояла пустой.
— Я вообще-то ехала сюда не здоровье поправлять. Но если тебе уж прямо так не терпится заняться лечебными процедурами, то я согласна.
В чуть прищуренных глазах Тимура полыхнул темный огонь победы. Все-таки Тамерлан у него в генах наследил, подумала про себя Котя.
Выйдя из ресторана, она двинулась в сторону лифта, однако была поймана за руку и оттянута в сторону лестницы.
— Еще бы у тебя спина не болела. Физические нагрузки — основа здоровья опорно-двигательного аппарата, — назидательно выговаривал Тимур, легкой, пружинящей походкой поднимаясь по ступенькам.
— Дальше, я так понимаю, будет лекция о пользе раздельного питания и здорового образа жизни. К пятнадцатому этажу как раз закончишь, — пробурчала Котя, убитая масштабами предстоящих олимпийских достижений.
— Я постараюсь тезисно. Поскольку закончить нужно к третьему, — весело ответил Тимур и повернулся, чтобы подмигнуть.
Котя не сдержала выдоха облегчения.
— Фи, какие мы нежные, — отреагировал блюститель здоровья нации.
— Я сюда отдыхать приехала, а не спортом заниматься, — возразила Котя, но дальше развивать мысль не стала, поскольку берегла силы. Хотя вожделенная лестничная площадка уже маячила впереди.
Номер у Тимура не слишком отличался от ее, заметила Котя. Кондиционер, правда, работал на куда более низкой температуре. Она боялась, что спутник резко перейдет к активным действиям и ей придется изображать вспышку страсти, на которую ее гастрономически-удовлетворенное тело было сейчас не способно. Но слова Тимура вообще ввергли девушку в шок:
— Раздевайся и ложись на пол, — сказал ее персональный тамерлан так, словно предлагал расположиться в кресле у телевизора.
— Вот так прям сразу и начнем нашу половую жизнь? — не удержалась Котя.
— Можно и сразу, — одобрил Тимур, — но я всё же сначала планировал заняться твоим позвоночником. Потому и едУ подобрал легкую и в небольшом количестве. Раздевайся, я сейчас постелю.
— А на кровати никак? — с робкой надеждой в голосе поинтересовалась пациентка, успевшая почувствовать себя дурой. Снова. Еще один раз был после слов злодея о третьем этаже. Это может и в привычку войти, грустно отметила Котя.
— На кровати никак. Массаж — особенно спины — нужно делать на твердой поверхности.
Котя постояла минутку в нерешительности, а потом подумала, что все равно собиралась показываться своему врачевателю в нижнем белье. Правда, предполагала, что ситуация будет развиваться несколько по другому сценарию. Но в любом случае, со скромностью пора завязывать. И стала расстегивать пуговки на спине. Тимур подошел сзади, опустил ее руки вниз и продолжил начатое ею занятие. А потом просто спустил сарафан к ее ногам. Расстегнув застежку бюстгальтера (Котя едва успела удержать чашечки), он легонько — видимо для скорости — шлепнул стриптизерку по попе со словами «Марш на покрывало!». С другой стороны, а на что она рассчитывала, надевая кружевные стринги, в которых ткани было гному на гульфик?
Буду думать, что я на приеме у врача, успокаивала себя Котя. Но получалось с трудом, поскольку организм отказывался воспринимать нейтрально крепкое тело за ее спиной. Особенно настаивало то место, Которое Никто Не Спрашивал. Как обычно, оно вылезло со своим мнением впереди планеты всей. И как всегда — не вовремя. Собственно, именно поэтому его никто и не спрашивал.
Стыдливо отложив кружевной образец извращенной фантазии модельеров женского белья, Котя вытянулась на покрывале.
— Руки вперед, кисти в замок и под лоб, — скомандовал Тимур, прикрыл ее ноги простынкой и сел на Пятую Точку. Удивительно, но Пятая Точка промолчала.
И ты, Брут, подумала Котя в адрес предательницы, закрывая глаза.
За спиной послышался звук растираемых ладоней, и на нее капнуло несколько прохладных капель, отчего Котины плечи передернулись. Сзади раздался довольный смешок. А дальше пациентка рефлексировать перестала. Потому что на нее опустились восхитительно теплые, крепкие сухие ладони, начиная запутанный, местами болезненный, но бесконечно расслабляющий танец по ее спине. Мышцы растеклись подтаявшим маслом, а кости превратились в желе. Котя раньше встречала это выражение в любовных романах, но почему-то считала его гиперболой. Нифига! Ее кости реально ПРЕВРАТИЛИСЬ В ЖЕЛЕ. Она при всем своем желании не смогла бы сделать ни малейшего движения. Да и желания не было.
Находясь в прострации, Котя не сразу заметила, что в массаже что-то изменилось. Вместо рук ее нежно касались теплые губы. «Ну, наконец-то!» — лениво проворчало место, Которое Никто Не Спрашивал. В целом Котя была с ним согласна.
Губы Тимура медленно скользили вдоль позвоночника вниз, щекоча дыханием малюсенькие волоски спины. В какой-то момент соблазнитель скатился с Коти и потянул за собой простынку, открывая прохладе комнаты беззащитные ягодицы девушки. Видимо, жалость оставалась где-то в глубине его души, потому что в следующий момент обнаженные округлости были накрыты теплыми ладонями. Издав какой-то рыкоподобный звук, Тимур сжал Пятую Точку своими пальцами. После чего чувствительно прикусил.
Котя недовольно промычала в знак протеста, отстаивая неприкосновенность суверенных территорий.
За что была лишена последнего бастиона приличия.
Не разворачивая разморенную девушку, соблазнитель — или теперь его следовало называть искусителем? — начал путь в обратную сторону. Между ее ног втиснулась обнаженная конечность тамерлана, обозначая тем самым новую победу, а к спине, обдавая жаром, приблизился его живот. Котя с запозданием поняла, что Тимур предпочитал заниматься массажем, не обременяя себя лишней одеждой. Благо, затылком она не видела, а сквозь простынь — еще и не чувствовала ничего подозрительного.
Неторопливый рот вероломного захватчика тем временем добрался до чувствительного пушка на шее, и Котя дернулась. Тимур на это удовлетворенно хмыкнул у самого ее уха, отчего Котя дернулась еще раз. Тим подскользнул ладонями с боков под ее грудь и прижался щекой к ее спине. А затем потерся виском сначала о правую, а затем о левую стороны спины, лаская ее гладкими волосами и что-то негромко мурлыча себе под нос. Уверенные пальцы нащупали расплющенные под тяжестью тела горошины, сжимая их с боков. И тут Котя поняла, что части ее тела вступили в преступный сговор с захватчиком.
Потому что груди заныли, что срочно нуждаются в продолжении банкета. И даже повышении градуса. Место, Которое Никто Не Спрашивал, неожиданно заявило, что обрело второе дыхание и готово к новым свершениям на эротической ниве. И даже верная Пятая Точка вдруг выразила интерес к новым приключениям.
Чем Тимур и не преминул воспользоваться.
Он лег на бок и, притянув Котю спиной к своей груди, начал осваивать новые пространства. Притягивание осуществлялось посредством перекрещенных на груди Коти рук. Которые споро ощупывали открывшиеся взору завоевателя полушария. Его рот же был занят шеей безвольной жертвы.
О, Котя осознала всю глубину его коварства! В другой ситуации она, возможно и посопротивлялась бы его атаке — хотя бы для вида. Но теперь, размятая и отглаженная, она лишь безропотно ему внимала.
Нет, Тимур не стремился доставить ей удовольствие. То, что он делал, он делал для себя. Он откровенно наслаждался ее реакциями, так или иначе отвечая на каждый ее стон, каждое ее движения. Казалось, что он просто впитывает ее всей поверхностью своего тела. Коте было все равно, что будет между ними завтра — да и будет ли между ними завтра что-нибудь. Потому что прямо сейчас она чувствовала себя настолько желанной, но сладко замирало не только то место, Которое Никто Не Спрашивает, но и где-то в районе солнечного сплетения, где, как подозревала Котя, располагалась ее душа.
Наконец уложив девушку на спину, Тимур потянулся к ее лицу. Его руки в процессе разворота отпустили грудь (которая не замедлила возмутиться), и легли с упором на локти возле ее плеч. Запустив пальцы в ее волосы, он удерживал безвольную голову Котю, пока его рот сначала нежно, а потом все с большей страстью ласкал ее губы. Его энергия словно наполняла девушку, давая ей силы отвечать. С каждой минутой все бодрее и бодрее.
Ее рука потянулась к его спине, но была передвинута Тимуром на его ягодицы. Котя попыталась двинуться вверх, но ее ладонь была бесцеремонно возвращена на место, а для особо одаренных ей было продемонстрировано, что от нее требуется. Котя назло пробежала коготками по чувствительной линии живота, чем вызвала судорожное сокращение его мышц. Пришло время праздновать первую победу женской сборной. Но учитывая, что большая ее часть уже давно играла на стороне противника, победа оказалась пирровой.
— Ну вот какая же настырная, — пробурчал ей в ключицу Тимур и перехватил обе Котиной руки за ее головой.
Впрочем, этот плен продержался недолго, потому что очень скоро Тимур решил, что с прелюдиями пора заканчивать. Он поднялся, чтобы избавиться от плавок, вытащил из кармана брюк презерватив и приступил к главному блюду. Место, Которое Никто Не Спрашивает, молча поглотило его мужское достоинство, по достоинству его оценив. Дальнейшие события Котя помнила смутно. В памяти остались лишь несколько моментов. Как она впивается когтями в его спину, и он вновь заводит руки ей за голову. Как он прихватывает ее зубами за место, где шея переходит в плечо. Как ее накрывает волна оргазма, и как он дрожит под ее руками и со стоном обрушивается на Котю всем своим весом. Дальше, где-то на границе между сном и реальностью, она ощутила, как сильные мужские руки с легкостью подняли ее с пола и доставили на кровать, где Котя была накрыта покрывалом и прижата к крепкой горячей груди. Прежде, чем уплыть в сон, девушка успела задуматься, есть ли у нее в гардеробе что-нибудь белое и обтягивающее. Но додумать мысль сил уже не хватило.