Дрэйк

Если не считать активации ключевого артефакта, коалиция Алексии и Эрона – это было худшее, что случилось за последнее время. Но противостоять внезапному тандему Дрэйк пока не мог.

Вернее, не хотел.

Пусть развлекаются. Прижать, если понадобится, можно любого, а уж леди Алексию с её поразительным умением создавать хаос, тем более.

А ведь совсем недавно была тише придушенной мыши. И если с обретением магии всё уже понятно, то изменения в характере по-прежнему вызывали вопросы. Неужели причина в пилюлях? Это они гасили столь буйный нрав?

Окинув леди очередным взглядом, Дрэйк подумал о том, что Бертрану следует вручить орден.

И наградить повторно, когда престарелый хищник выдаст поставщиков.

Потом закупить этих пилюль, и…

Впрочем, нет. Высокий лорд, конечно, иронизировал. Ему просто не нравилось торговаться с собственным дедом, который действовал в интересах чужого рода.

Необходимость давать какие-то гарантии восторгов тоже не вызывала. Во-первых, он не базарный жулик, которого нужно контролировать какими-то бумажками, а во-вторых… Какого беса? Если смотреть на ситуацию здраво, Рэйдсы – песчинка в сравнении с правящими. Их задача – сидеть в углу не поднимая глаз!

– Не отвлекайся, – позвал Эрон.

Дрэйку пришлось отлепить взгляд от сидевшей возле постели императора Алексии и вперить в призрака.

– Бери, говорю, бумагу. – Эрон кивнул на далёкий комод с писчими принадлежностями. – И пиши!

– А почему я? Почему не ты?

– У меня нет плоти, – напомнил дед, радостно разводя руками.

– Серьёзно?

Снова ирония. Оба знали, что призрак умеет обретать материальную форму. Другой вопрос, что стоило это слишком дорого. Материальность отнимала прорву энергии, после подобных подвигов дух надолго засыпал.

Дрэйка вариант спячки устраивал, а Эрона почему-то нет.

– Составим, – отмахнулся Дрэйк в итоге.

Сказал и снова сосредоточился на Алексии. Девица держала Кэйра за руку, сидела закрыв глаза. Сам брат уже отключился – сказывалось и состояние, и действие лекарств.

Взглянув на заставленный склянками столик, Дрэйк опять вспомнил о пилюлях, которыми поили леди.

Спецам из Управления пока не удавалось определить полный состав, но было очевидно, что с находкой что-то не то. Основу составляло мощное успокоительное. Помимо него сотрудники лаборатории обнаружили два яда – и пусть доли были мизерными, сами вещества обладали мощным синергетическим эффектом.

Девица Рэйдс действительно могла пострадать.

Зато пилюли, найденные в личных запасниках мадам Офелии, вопросов не вызывали. Это оказался сложный, но знакомый экспертам “витамин”.

Баснословно дорогое средство, которое помогало поддерживать красоту кожи и одновременно обладало алхимическим эффектом. Если грубо, оно перестраивало естественный запах тела таким образом, чтобы сильнее привлекать мужчин.

Но бес с ней, с Офелией. Как, впрочем, и с Бертраном. Прямо сейчас Дрэйка интересовало другое – метод исцеления. Почему какая-то девчонка умеет избавлять от самой загадочной болезни в истории, а высококвалифицированные лекари – нет?

Дрэйку хотелось разгадать секрет, увидеть и понять технологию. Алексия, что логично, начала с углублённого сканирования. Это была банальность, но вопрос – а кто и, главное, когда её обучил?

Не выдержав, лорд снова повернулся к предку и шепнул:

– Откуда?

Эрон пожал плечами.

– Талант. Она схватывает на лету. Ты не поверишь какую магическую технику Алексия недавно освоила.

– И какую?

– Прости. – Дедушка снова развёл руками. – Клятва. Не могу сказать.

Эрон хитро заулыбался, отлично понимая, что подсадил внука на крючок, а Дрэйк испытал острое желание упокоить эту беспокойную душу.

Но вместо этого сделал глубокий вдох и отправился за бумагой. Эрон успел перечислить множество пунктов, они трижды поругались, а Алексия всё сидела у постели Кэйра с самым сосредоточенным лицом.

Прошло больше трёх часов, когда силы наконец закончились, и девушка просто упала. Дрэйк рявкнул, вызывая дежурившего в соседнем помещении слугу.

Слуга притащил кресло, лорд лично пересадил побледневшую девицу и начал приводить в сознание. Её реакции говорили о тотальном переутомлении, что нормально для новичка.

Затем были кофе и маленькая победа – Алексия очнулась. Не успев осознать себя, девушка попросила мяса, что тоже было хорошо.

Дальше начались разговоры, отвлечённые споры, но всё было ерундой. Дрэйк ждал главного – вердикта.

Он понимал, что случай Кэйра отличается от случая той девчонки, и это рождало напряжение. Итог был всё-таки закономерным. Вместо желанного “конечно вылечу”, Дрэйк услышал:

– Мне нужно подумать.

Было очевидно, что это не кокетство и не попытка торга. В данный момент Алексия пыталась сопоставить увиденное и свои возможности.

– Сколько времени тебе потребуется? – спросил он.

– Не знаю.

Высокий лорд кивнул, а она добавила совсем уж серьёзным тоном:

– Чтобы вмешаться, я должна быть уверена в своих силах и понимать каковы шансы.

Дрэйк опять-таки кивнул.

Ему хотелось вцепиться в Алексию и стребовать подробности лекарской технологии. Зная их, можно привлечь других, более опытных спецов. Но за всю известную историю, исцелить болезнь сумела только Алексия, и новичок с практическим опытом был в данный момент ценней.

Доверить Кэйра лекарям Дрэйк уже не мог, зато готовился оказать Алексии любую, даже непосильную помощь.

Чуть позже, когда переместились в крошечную, расположенную в этих же покоях столовую, леди действительно кое о чём попросила.

Эта просьба не имела отношения к императору и заставила Дрэйка скрипнуть зубами.

– Раз мы с вами закончили, и я снова свободна, то может подбросите меня до резиденции рода Гавальдо?

– Зачем? – спросил Дрэйк сухо.

– Во-первых, хочу поблагодарить лорда Эпикура за помощь в возвращении родового артефакта. – Леди хлопнула ресницами. – Во-вторых, обсудить с ним проблему, которая возникла на землях моего рода.

Алексия старалась выглядеть мягкой, но на последней фразе в голосе прозвучала гроза.

Дрэйк мог привычно уйти в иронию. Напомнить, что право собственности давно передано Гавальдо, и что ловить Алексии нечего, но почему-то ограничился спокойным:

– Хорошо. Только я поеду с тобой.