Глава 2

В очередной раз сообразив, что загнал капсулу не туда, Артём выругался и, бросив планшет на стол, принялся бродить по медбоксу из угла в угол, пытаясь успокоиться. Больше всего, сейчас ему хотелось набить кому-нибудь морду. И лучше всего, если бы это был кто-то из пиратского экипажа.

— Опять промахнулся? — поинтересовался Дока, хотя парень отлично знал, что он отслеживал каждое его действие.

— Мистер очевидность, — фыркнул Артём. — Вот объясни мне, во всех книжках пишут, что у вас тут принято виртуальное обучение. А у меня в этом виртуале нихрена не получается.

— Правильно пишут. Только ты забыл, что обучение происходит при наличии нейросети. Хотя, на начальном этапе многие и пользуются оборудованием и так, как ты сейчас.

— Что, вот так, сразу? Берут и используют? — не поверил парень.

— Не сразу, — помолчав, ответил искин.

— То есть, изначально всё равно проходит какое-то обучение, правильно?

— Да.

— И что это за обучение?

— В обучающей капсуле, по специальным программам.

— Которых у тебя, конечно, нет, — закончил за него Артём.

— Нет. Да и откуда им взяться?

— Тоже верно, — мрачно кивнул парень.

— В общем, выход у нас один. Тренировать тебя до тех пор, пока не получится.

— Угу, в режиме обезьяны, — хмыкнул Артём, о чём-то задумавшись.

Ещё раз, пройдясь по медбоксу, он бездумно слегка попинал станину медкапсулы и, сунув руки в карманы комбеза техника, медленно, чуть ли не по слогам, спросил:

— Дока, ты рассказывал, как перед первой установкой мне нейросети с моего мозга снимали показания.

— Мнемосканирование. Да, было. И что?

— А этот аппарат уцелел?

— Конечно. Открой угловой шкаф. На верхней полке шлем с проводами. Это и есть сканер.

— А с его помощью можно только снимать показания памяти, или возможен обратный процесс?

— Вполне возможна заливка гипнопрограмм, но для этого нужно иметь сами программы.

— А эти программы, это что-то особенное, или их может написать любой толковый программист.

— Ничего особенного. Это обычные обучающие программы, переведённые в специальный формат… Постой. Ты хочешь, чтобы я создал тебе такую программу? — сообразил Дока.

— И снова, мистер очевидность, — рассмеялся Артём.

— Но так никто не делает. У меня нет отметок подобной специализации, — возмутился искин.

— Забудь про отметки. В нашей ситуации нужно не правилам следовать, а выкручиваться. Или ты уже передумал выбираться отсюда?

— Не передумал. И ты прав, мы должны использовать любую возможность, чтобы выбраться. Но я не уверен, что у нас получится.

— Почему? Только потому, что раньше ты этого не делал?

— Да.

— Фигня. Сам процесс тебе известен абсолютно точно. Написать нужную программу, для искина твоего уровня, плёвая задача. Справишься, не отрываясь от переделки капсулы. Ну, а про использование сканера я вообще не вспоминаю. Так что тебя не устраивает?

— Да, ты прав. Всё логично, — помолчав, признал искин. — Просто я…

— Просто ты никак не можешь переступить через какие-то свои директивы. Я прав?

— Да. Этого нет в моих установочных программах.

— Стоп. Погоди. Ты давно уже обладаешь собственной личностью и вполне способен принимать нужные решения.

— Да, но только в рамках изначально заложенных программ.

— Так. Давай зайдём с другой стороны, — подумав, заговорил парень. — У тебя есть директива, где прописано спасение живого как приоритетное?

— Конечно. Это одно из базовых положений в моих личностных программах.

— Отлично. А раз это одна из базовых программ, значит, для моего спасения, ты просто обязан написать и залить мне гипнограмму для пилотирования капсулы. Скажу даже больше. Создавай программу для использования всех типов малых и средних кораблей. Так будет правильнее. Считай это одним из этапов спасения. Или тебе нужен прямой приказ?

— Нет. Прямой приказ мне может отдать только капитан корабля. Ты им не являешься.

— Ну и не надо. В общем, расклад я тебе дал, думай, — пожал Артём плечами.

— Да. Ты прав. Есть небольшой конфликт приоритетов, но спасение жизни живого гораздо важнее. Программа уже пишется, — ответил искин некоторое время пошуршав процессором.

Спустя три часа по привычному, парню времени, Дока отдал меддроиду команду и тот, передвинув на середину медбокса лёгкое кресло, забрался в шкаф, доставая нужное оборудование. Сообразив, что это идёт подготовка к обучению, Артем, молча, уселся в кресло и, найдя взглядом камеру наблюдения, едва заметно усмехнулся:

— У нас всё получится.

— Хочется верить, — послышалось в ответ и, меддроид нахлобучил шлем на голову парню.

Послышалось тихое шипение иньектора, и Артём отключился. Сколько он пробыл в состоянии отключки, парень не понял, но пробуждение оказалось весьма необычным и неприятным. Попросту говоря, его вдруг неожиданно шарахнуло током так, что он, дёрнувшись, перевернул кресло, в котором сидел и при падении потерял шлем.

— Твою ж маман! Это что сейчас было? — прохрипел парень кое-как усевшись и продрав глаза.

— Сам не понимаю. Всё шло штатно, я успел полностью инсталлировать тебе программу, когда вдруг произошёл резкий скачёк потребления энергии. А дальше, ты просто упал.

— Ага. Значит, программу ты залил, — вычленив главное, кивнул Артём. — Прикажи воды принести. И пусть проверят, что со шлемом.

Напившись, он поднялся с пола и, взяв со стола планшет, задумчиво спросил:

— Как думаешь, уже можно попробовать, или лучше подождать?

— Не спеши. Пусть программа полностью воспримется мозгом.

— Ладно. Я тогда поем.

— Возьми паёк в шкафу у двери. А потом, после того как поешь, я попрошу тебя лечь в капсулу. Скачёк напряжения был очень резким. Хочу проверить состояние твоего мозга.

— Да уж, не хотелось бы пережить повторно такую лоботомию, — усмехнулся Артём с полным ртом.

— У нас новая проблема, — вдруг выдал Дока.

— Что ещё?

— Управляющая плата шлема мнемосканирования сгорела.

— Это та, с помощь которой происходит сам процесс заливки или та, которой шлем управляется?

— Вторая. И должен сказать, нам повезло.

— Это по-твоему везение? — удивился Артём.

— Технический дроид справится с такой поломкой за несколько минут. Главное, обеспечить его запчастями.

— Только не говори, что у нас их нет, — тут же отреагировал Артём.

— Есть. У нас теперь много запчастей, — в голосе искина прозвучала горькая ирония.

— Так может отдать команду технику, пусть наклепает десяток таких плат. Как говорится, на всякий случай. И вообще, разных плат к этому шлему. Нам ещё много чего учить придётся.

— Согласен. Я уже отдал нужный приказ.

— Дока. А долго эта программа усваиваться будет?

— В обычных условиях, два — три часа, в зависимости от интеллекта человека. Думаю, в твоём случае, всё будет готово через час. Двести единиц, это серьёзно. Инженерный уровень. С имплантами сто единиц на память, это уже уровень изобретатель. А если поставить мощную нейросеть последнего поколения, со всеми имплантами, то учёный инженер изобретатель. Таких, по всем содружеству несколько десятков.

— Хочешь сказать, что у вас низкий интеллектуальный уровень?

— Средний уровень интеллекта у обитателей миров содружества, от ста тридцати, до ста шестидесяти единиц. Индивиды, имеющие природный интеллект с уровнем выше двухсот редкость.

— Поэтому пираты кинулись грести людей с моей планеты?

— Именно. Рабы с интеллектом инженера, это мечта любого рабовладельца. Собственные верфи, где инженерам не нужно платить жалованье и социальные страховки. Достаточно обеспечивать бесперебойным питанием и кое-какой одеждой. А отдача с такого производства, более пятисот процентов от себестоимости.

— Мечта бизнесмена, — мрачно кивнул Артём.

Доев паёк, он отдал упаковку меддроиду и, взяв со стола флягу с водой, как следует, напился. Потом, поднявшись, парень с довольным видом потянулся, зажмурив глаза и неожиданно замер.

— Что случилось? — тут же отреагировал искин.

— Оппаньки, по попаньке. Полоска и цифры стали жёлтыми. Показывает, пятьдесят два процента.

— Похоже, скачёк напряжения вызвала твоя нейросеть, — помолчав, высказался Дока.

— Оригинально. Это что ж за извращенцы были те ушедшие, что для установки нейросети нужно жрать железо и устраивать самому себе прожарку мозгов? — возмутился парень.

— Не думаю, что они этим занимались. Скорее всего, процесс установки был у них полностью отработан и пациент получал всё необходимое комплексно. Твоя беда в том, что мы просто не знаем, как сделать это правильно. В общем, как ты любишь повторять, дело ясное, что дело тёмное. Ложись в капсулу. Проверять тебя буду, — закончил Дока.

— Я скоро к ней приросту, — делано возмутился Артём раздеваясь.

— Не прирастёшь. Прикажу дроидам, оторвут, — усмехнулся Дока в ответ.

Крышка капсулы медленно закрылась и Артём, прикрыв глаза, принялся ждать окончания проверки. Услышав давно уже осточертевшее шипение открытия крышки, он выбрался из капсулы и, снова натягивая комбинезон, спросил:

— Ну что, деликатес людоеда? Мозги всмятку?

— Не угадал. Здоров, как бык, по твоему же выражению.

— Я смотрю, тебе нравится повторять мои присказки.

— Да. Язык твоей родины очень точный и образный. Хотя, иногда, некоторые высказывания ставят меня в тупик.

— А ты спрашивай, не стесняйся. Кстати, было бы не плохо, чтобы ты выучил русский язык.

— Зачем? — недоумение искина было неподдельным.

— А сам подумай, — ехидно усмехнулся Артём. — Что по-твоему будет, если мы с тобой, оказавшись где-нибудь в обитаемых мирах, окажемся в сложной ситуации и воспользуемся языком, которого никто кроме нас не знает?

— Никто кроме нас двоих ничего не поймёт, — тут же выдал ответ Дока.

— Верно. А главное, никто не сможет раскрыть наши планы. А это значит, что наших тайн никто не узнает.

— Интересный способ сохранить тайну. Но ты забыл, что с твоей планеты вывезли не тебя одного. Пираты бывали там не раз.

— И что? Надеюсь, в вашем содружестве не везде процветает работорговля?

— К счастью, нет.

— Значит, возможность встретить там людей, знающих мой язык, стремится к нулю. Верно?

— Верно. Кстати, нужное для восприятия программы время прошло. Попробуй поработать с планшетом, — напомнил искин.

— С удовольствием. Самому интересно, что у нас получилось, — рассмеялся Артём, хватая со стола прибор.

* * *

Увлекаемое транспортным лучом, непонятное судёнышко плавно скользило сквозь астероидный пояс, постепенно выползая на чистый участок объёма, где стоял разбитый пиратский линкор. Непонятная конструкция, которая выполняла роль буксира и ретранслятора то и дело озарялась вспышками габаритных огней. Наконец, всё это непонятное сооружение глухо ткнулось в борт линкора и замерло.

— Получилось, — раздалось в эфире. — Дока! У нас получилось!

— Да, Артём. У нас всё получилось, — послышалось в ответ. — И пожалуйста, прекрати орать на всю систему. Лучше скажи, как себя чувствуешь?

— Не поверишь, но вполне сносно.

— Хорошо. Сиди в капсуле. Сейчас дроиды перевезут тебя на мой борт, и мы проведём очередное обследование.

— Дока, тебе не надоело? Я же так скоро озверею и откушу тебе какую-нибудь запчасть.

— Что, зубами? — услышал парень в ответ и весело расхохотался.

Вскоре, пройдя кое-как отремонтированную камеру очистки, парень с удовольствием уплетал очередной паёк, попутно слушая доклад искина о предстоящих на добыче работах.

— В общем, всё не так плохо, как я думал. Судя по некоторым параметрам, это курьер, — рассказывал Дока. — К нашему с тобой везению, корпус практически не пострадал. Одна пробоина от снаряда малого тоннельного орудия. Исходя из полученных данных, выстрел оказался роковым. Снаряд пробил корабль насквозь, попутно разрушив рубку управления. Дальше, взрывная декомпрессия и всё. Реактор заглушен штатно. Прыжковый и разгонные двигатели не повреждены. Искин курьера отключился. Это процессор пятого поколения. Не очень мощный, как раз для подобной скорлупки.

— Дока. Тебя ничего не настораживает? — доев, задумчиво поинтересовался Артём.

— О чём ты?

— Как прошёл снаряд орудия относительно продольной оси курьера?

— Получаю данные. Интересно. Под прямым углом. Это действительно странно.

— Вот именно. Но это ещё не всё. Второй вопрос. Ты сказал, взрывная декомпрессия. А куда тело пилота делось? Третье. Реактор заглушен штатно, а кораблик оказался спрятанным в астероидном поясе. И кто его позволь спросить, спрятал? Если я правильно помню из твоей программы, в подобных случаях, искин останавливает движение, стабилизирует транспорт и просто глушит его, начиная орать на весь объем, прося помощи. Я что-то пропустил?

— Ты параноик, но ты абсолютно прав. А теперь позволь мне спросить. Ты не был на борту курьера. Так откуда у тебя вдруг возникли подобные вопросы. Особенно, про след снаряда.

— Когда услышал, что это курьер. Понимаешь, найти в поясе астероидов шахтёра, транспортный бот, спасательную капсулу, это нормально. Так бывает. Но курьер, это не просто корабль.

— Да. Ты прав. Курьер, это военный корабль.

— Вот и договорились. Так что, проводи полную его диагностику, и постарайся узнать, какому государству он принадлежит. А главное, как долго его тут прячут.

— Думаешь, за ним могут придти? — моментально понял искин.

— Допускаю.

— Дроиды уже начали заделывать пробоины. Потом достанут искин курьера, и займусь его взломом.

— Займёшься хакерством? — сыронизировал Артём.

— Ты хочешь предложить что-то другое? Не забывай, что это военное имущество и у него прописаны особые пароли и допуски. Так что, придётся малость взбаламутить ему мозги.

— Кажется, мы с тобой слишком много общаемся. Ты уже моими фразами говорить начал, — рассмеялся парень.

— Знаю. И должен признать, что мне это нравится. В подобных фразах звучит некий характер. Не знаю, как это правильно объяснить, но ближайшее пояснение, именно такое.

— Это точно, — продолжал веселиться парень. — О! У меня шестьдесят три процента высветилось, а цвет всё ещё жёлтый.

— Дело идёт. Медленно, но идёт, — констатировал искин. — Кстати, я удивлён. Ты умудрился управлять капсулой вполне профессионально. С учётом отсутствия у тебя настоящей базы обучения и виртуального тренажёра, перемещался ты очень даже точно.

— Ты не поверишь, но я точно знал, что нужно делать. Откровенно говоря, я и сам не очень понял, как так получилось, — неожиданно признался Артём. — Предлагаю сделать ещё одну такую базу, и попробовать использовать её в нужных нам целях.

— И какую базу ты хотел бы получить?

— А какую ты можешь сделать?

— Абордажный бой. Противоабордажный бой. Ножевой бой. Лёгкое оружие, среднее вооружение.

— Стоп, стоп, приятель. Я же сказал, нужные для наших условий.

— Тогда, программист, хакер, навигатор, специалист защитного оборудования, — принялся перечислять искин.

— Дока, у тебя есть чем ставить щиты? Сам сказал, наш реактор на ладан дышит. Не понимаю, чего ты пять крутишь?

— Я не уверен, что сделав специально под тебя базу, например, инженера, не поставлю тебя в сложное положение.

— Поясни.

— Если ты найдёшь официальную базу высокого уровня, и инсталлируешь её себе, она может войти в конфликт с тем, что ты получишь от меня.

— Может войти. А может и не войти. Я так понимаю, ты не уверен?

— Да. Точных данных для подобного утверждения у меня нет.

— Вот и не парься. К тому же, созданная тобой база будет составлена не на пустом месте и не на твоих фантазиях, а на серьёзных производственных данных, которые были залиты тебе изначально. Правильно?

— Правильно. Но эти данные устарели примерно на двадцать твоих лет.

— Да и хрен с ним. Нам корабль со стапелей не покупать и не ремонтировать. Так что, действуй.

— Хорошо. Завтра база будет готова. До какого уровня её составлять?

— Так, вот с этого места давай подробно, — потребовал Артём.

— Тогда приготовься выслушать азы. Любые обучающие базы создаются из нескольких уровней. Шестой, это так сказать основа. Теория изучаемого предмета. Пятый, это терминология и способы измерений. Четвёртый, непосредственно само обучение предмету. Порядок действий в том или ином случае. И первый, самый высокий, это применение новых технологий.

— И в любом предмете только пять уровней? — быстро уточнил парень.

— Я назвал пять только для примера. Их может быть от одного до восьми. В зависимости от сложности выбранной базы. Возможно больше.

— И нумерация всегда идёт в обратном порядке?

— Да. Так проще. Самый высокий ранг в любом обучении, мастер. А после четвёртого ранга знания любой профессии нужно подтверждать.

— Кто это может делать и где такое проводится? — тут же последовал вопрос.

— Подтверждают уровень в специализированных центрах. Там же ставят специальную метку на нейросеть для использования нужных для работы дроидов.

— Погоди. А без метки я их использовать не смогу?

— Сможешь, но с меткой будет гораздо быстрее. Тут ещё многое от нейросети зависит. Точнее, от её уровня.

— То есть, чтобы использовать твоих технических дроидов, я должен слетать в обитаемые системы, получить отметку на нейросеть и только потом использовать их в работе? Так?

— Да.

— А тебе кто метки для их использования ставил?

— Никто. Они изначально прописаны как подчинённые мне механизмы.

— Вот и меня пометь так же. Сможешь?

— Это не сложно. Но твоя нейросеть ещё не работает, а значит, они просто не услышат тебя. Единственный способ их использования в твоём случае, это планшет. Хотя, должен признать, что твоя хитрость может сработать. Хотя, раньше так никто не делал.

— Она должна сработать. Иначе, нахрена мне вообще эта фигня в голове? — возмутился Артём.

— Хорошо. Я соберу тебе базы по классу инженеринг со всеми сопутствующими профессиями. Но предупреждаю сразу, их будет много.

— Тебе циферок жалко? — поддел его Артём. — Ты лучше вот что сделай. Все базы, которые ты сделаешь для меня, выдели в отдельный файл.

— Что ты ещё задумал?

— Если получится, то мы сможем на этом заработать.

— Каким образом? Продавая мои старые базы?

— Учитывая, то, что я успел узнать про ваши так называемые обитаемые миры, купить новую базу для простого человека, так же сложно, как найти воду в пустыне. Вот и воспользуемся моментом.

— Не спеши радоваться. Сначала, нужно убедиться, что они будут работать, — осадил его порыв искин.

— Тоже верно. Значит, придётся найти подопытного кролика, — хищно усмехнулся Артём.

— Что ты опять придумал? И перестань так усмехаться. Я начинаю бояться этой усмешки.

— Ты не умеешь бояться, — отмахнулся парень. — Но идея у меня и вправду появилась.

— Я много раз просканировал твой мозг, но так и не нашёл узел, который бы отвечал за генерацию твоих идей.

— И не найдёшь. Идея, это, можно сказать, совокупность множества факторов. Начиная от собственного жизненного опыта и фантазии и заканчивая знаниями о предмете.

— С фантазией у тебя всё в порядке, а вот о знании предмета я бы поспорил, — подловил его искин.

— Жить захочешь, не так раскорячишься, — не остался Артём в долгу.

— Тихо. Быстро в капсулу, — неожиданно скомандовал Дока.

— Что случилось? — спросил Артём, сбрасывая комбез.

— В нашем секторе кто-то вышел из подпространства. Я засёк возмущение, хотя от датчиков одни воспоминания остались.

— И что? Может, это шанс помощи попросить?

— Хочешь оказаться рабом?

— О чёрт! — выругался парень, ныряя в медкапсулу.

— Возьми планшет. Я буду с тобой общаться через него. Внутрикорабельную связь засечь без специального оборудования очень сложно, — подсказал Дока.

Схватив выданный ему искином технический планшет, Артем, запрыгнул в капсулу и, дождавшись, когда крышка закроется, не громко позвал:

— Дока, как слышишь?

— Нормально слышу. Не переживай. А то у тебя пульс сейчас зашкалит.

— Я не переживаю, но очень бы хотелось получить в руки хоть что-то стреляющее.

— Зачем?

— Чтобы даром в руки не даваться. Честно скажу. Испытать ещё раз то, что уже однажды было, я не хочу. Лучше в бою погибнуть.

— Это не так просто, как кажется.

— Поясни, — потребовал парень.

— Существует несколько видов нелетального оружия, которые применяют не только те, кто служит государствам. Это и полицейские станнеры, и подавители, и блокираторы сети, попросту глушилки. В общем, если человека желают взять живьем, то противиться этому очень сложно.

— Но способы есть. Иначе, ты бы не завёл этот разговор. Угадал?

— Как обычно, — усмехнулся Дока в ответ. — Я уже устал удивляться этому.

— Привыкай. И не уходи от темы.

— Не ухожу. И да. Ты угадал. Противостоять подобному оружию можно. Но для этого, требуется специальный имплант, который устанавливается в слот нейросети. Чем лучше нейросеть, тем мощнее имплант. Есть ещё специальные пояса, но их на долго не хватает. Слишком большое энергопотребление.

— Это что-то вроде силовых щитов? — подумав, уточнил Артём.

— Это и есть силовой щит.

— Слушай, а эти щиты, они двухсторонние? — задумчиво поинтересовался парень.

— Только не говори, что собрался и щиты сам делать, — всполошился Дока.

— Пока нет. Но думаю над этим, — тихо рассмеялся Артём. — Что там с посетителями?

— Корабль. Явно военный. Неизвестной мне постройки.

— Не понял, как это, неизвестной?

— С виду, грузовик. А вооружён, как средний крейсер.

— Погоди. Разве пираты не так же делали?

— Делали. Но предпочитали их покупать. Флота регулярно переходят на новое поколение кораблей и старые списывают, и продают. Вот пираты и покупали себе подходящие корабли в местах, далёких от мест их регулярных походов.

— То есть, покупали в одной системе, а хулиганили в другой?

— Именно.

— М-да. Жадность рулит миром, — вздохнул Артём, запуская на планшете игру.

* * *

— Всё-таки, у нас получилось, — удивлённо выдохнул Артём, не верящим взглядом рассматривая расчерченный трассами пролетавших мимо звёзд коридор подпространства.

— Признаться, я и сам удивлён, — послышалось в ответ и, парень от неожиданности хрюкнул.

Развернувшись к ближайшей видеокамере, он впился взглядом в её электронное нутро и, покачав головой, тихо спросил:

— Ты так сейчас пошутить пытался?

— Нет. Я проводил расчёты много раз, использовав самые разные исходные данные и каждый раз, выходило, что до обитаемых миров, мы не доберёмся.

— Тогда, зачем? — тихо спросил Артём.

— В твоём языке есть притча про лягушку, упавшую в молоко. Изначально, подняв тебя из капсулы, я хотел поставить тебя в известность и наших шансах и дать выбор. Бороться за выживание или решить всё одним движением. Всё зависело от тебя самого. Даже заполучив внутренний конфликт директив, я бы выполнил последний приказ. Не мог бы не выполнить.

Но когда я понял, что ты не сдашься и начнёшь бороться сам, не имея никаких знаний и возможностей, то решил отложить этот разговор. В итоге, моё решение оказалось правильным. Мы вырвались из той ловушки и сумели выйти в гипер. Ещё несколько суток по твоему исчислению, и мы окажемся на границе обитаемого мира. Рядом с большим корабельным кладбищем.

— Ты специально выбрал такое место?

— Конечно. Возмущение пространства при выходе из гипера заметно. А рядом с таким количеством пассивного металла понять, где именно вывалился очередной пришелец, очень сложно. Я не хочу закончить свою службу на одном из таких кладбищ. И не хочу, чтобы ты снова стал рабом.

— Спасибо, Дока, — помолчав, улыбнулся парень.

— Не за что. Вылезай из ложемента и отправляйся в капсулу. Пора ещё раз тебя обследовать и залить новую базу знаний. Мне очень не нравится твоя повышенная температура тела. Это не простуда и не вирус. Я должен понять, что это такое. Не забывай, нам не обойтись друг без друга.

— Намёк понял, уже иду, — усмехнулся Артём и, выбравшись из пилотского ложемента, отправился в каюту.

Именно туда технические дроиды установили медкапсулу, которую вытащили из разбитого линкора. Что не говори, но курьерский корвет, это не обычный корабль. Основные площади его были отданы под разгонные, маневровые и, прыжковый двигатели. А ещё под топливные баки. Два реактора обеспечивали три разгонных двигателя мощностью, при которой курьер мог разогнаться для прыжка за несколько минут. Скорость и маскировка, вот и всё, для чего был создан этот кораблик.

Дока, быстро проведший подсчёт параметров, объявил, что получаемая от них энергия была даже избыточной, не смотря на мощные щиты и систему маскировки. На что Артём, привычно хмыкнув, ответил, что много это не мало. Два плазменных орудия и четыре системы ПКО вот и всё вооружение этого странного кораблика. Его фишкой была не огневая мощь, а скорость и скрытность. Именно эти его свойства и решил использовать искин, уводя курьер в одну хорошо известную ему систему.

Уложив парня в медкапсулу и запустив полную диагностику его организма, искин принялся прокручивать файлы прошедших дней, пытаясь вычленить для себя важные моменты. Огромные вычислительные мощности процессора искали хоть какую-то систему в высказываниях, поведении и способе мышления этого человека, но так ничего и не находили.

В действиях этого странного человека не было никакой логики. Он мог менять тему в течении одной секунды, при этом находя просто немыслимые выходы там, где линейная логика упиралась в тупик. Достаточно вспомнить, как он нашёл способ учиться. Не имея возможности установить себе нормальную нейросеть, он принялся заливать в своё подсознание созданные искином специально для него гипнопрограммы.

После двухсуточного перерыва, Дока тестировал парня по нужной тематике и каждый раз приходил к выводу, что полученные знания были усвоены. Эта игра захватила и сам искин. Дока понял это, внезапно отметив, что создаёт очередную базу знаний, даже не спросив на то желания самого Артёма. Факт этот, так удивил Доку, что тот на некоторое время даже остановил работу собственного процессора.

Отслеживая периферийными кластерами окружающую обстановку, искин некоторое время осмысливал все логические цепи полученной информации, после чего, отложив полученные данные в отдельный кластер памяти, занялся делом. Самым сложным в их ситуации оказалось не восстановить найденный корабль, а упаковать в него всё необходимое для перелёта.

Как уже было сказано, курьер, это не грузовик. От слова совсем. У него даже трюма как такового не было. Что-то вроде большой кладовки, вот и весь трюм. А увезти спасающимся предстояло много. Начиная от медкапсулы со всеми расходниками и заканчивая всякой мелочевкой, собранной дроидами по тайникам и ухоронкам. Зная, что жизнь в обитаемых мирах не дешёвая, Дока принялся собирать всё, что можно было бы, потом продать. В итоге, курьер оказался забит трофеями под завязку, а по узким коридорам можно было передвигаться только боком.

Писк медкапсулы вывел Доку из состояния, называемого Артёмом задумчивостью и искин, считав полученные данные, не громко повторил фразу, которую регулярно слышал от самого парня:

— Твою ж маман! Что с тобой такое?

— Что там? — уточнил Артём мимолётно улыбнувшись.

— Температура тела, тридцать семь и восемь десятых по твоей шкале измерений. Но диагност выдаёт полное отсутствие, каких либо воспалительных процессов и вирусных инфекций. Но так не бывает. Он пишет, что ты абсолютно здоров, но при этом, у тебя температура.

— Дока. А может, это очередная выходка нейросети ушедших? — подумав, осторожно высказался Артём.

— Возможно. Но проанализировать эту возможность я не могу. Нет исходных данных.

— Вот и не напрягайся. Пройдёт. Давай базу заливать.

— Ты уверен? Может, лучше пока подождать? — с сомнением протянул Дока.

— А чего ждать? Пока поправлюсь? Так ты сам сказал, у нас нет исходных данных, а значит, результата от этой нейросети мы можем ждать до ишачьей пасхи. Заливай. К тому же, я всё равно учить её буду в капсуле. А ты заодно будешь раз в сутки проводить диагностику. В случае чего, сразу станешь лечить.

— Знать бы ещё, от чего, — сварливо ответил искин, отправляя к парню меддроида, и попутно проводя полную очистку и диагностику программ медкапсулы.

Заливка программы прошла штатно, и спустя двадцать минут, Артём снова улёгся в медкапсулу. Ещё перед отправлением в полёт, они договорились, что основное время до выхода из подпространства он будет проводить именно там. Просто потому, что на курьере практически не было места. К тому же, искин считал, что в случае нападения, так, у парня будет хоть какой-то шанс на спасение. Медкапсула имела собственный источник питания и в случае необходимости могла быть использована в качестве спасательной капсулы.

В боевых уставах космофлота самых разных государств подобное их использование медперсоналом было даже описано отдельной строкой. Дождавшись, когда крышка капсулы закроется, Дока вернулся к собственным воспоминаниям. Им действительно повезло. Что именно случилось с этим курьером, они так и не узнали. Даже взломав искин фрегата, Дока не смог найти нужные данные. Они были попросту стёрты. Да и сам искин курьера оказался слабоват. Нет, для основных его задач, его мощности хватало более чем.

Он легко отслеживал маршрут движения, одновременно контролируя окружающее пространство и будучи готовым моментально подать напряжение на щиты. При этом ещё и контролируя работу системы маскировки. Про его навигационные карты Дока вообще не вспоминал. Кластер навигации был просто до отказа забит ими. Как высказался Артём, коленом утрамбовывали. Но самого важного, а именно судьбы пилота и пассажира этого корабля, на искине не было.

То, что на курьере было двое, Дока установил, обыскав корабль. В крошечной каюте остались личные вещи пассажира, а в пробитой рубке кофр с вещами пилота. То, что в каюте был именно пассажир, а точнее пассажирка, было понятно по набору вещей. Так что, в своих выводах Дока не сомневался. Ведь тщательный осмотр курьера было первым, что он приказал сделать дроидам, как только корабль пристыковали к линкору. Обыск и тестирование всех систем показали, что оба обитателя корабля погибли, а сам курьер требует ремонта корпуса.

След снаряда тоннельной пушки заделали быстро. Потом, использовав линкор как донора, начали восстанавливать энерголинии и систему жизнеобеспечения. Доставив на борт курьера переносной реактор, Дока обеспечил технических дроидов источником постоянной подачи энергии и те принялись за работу. Заварив пробоины и вычистив, курьер до блеска, дроиды сменили знерговоды, заменили сгоревшие эмиттеры щитов и приняли латать систему жизнеобеспечения.

Благо, с разбитого линкора можно было снять много чего нужного, а уровень инженерных баз у самого Доки был поднят до мастера. Предыдущий владелец линкора, отлично зная, что может искин подобного уровня, обеспечивал его доступом ко всем необходимым базам данных. Делалось это не из альтруизма или для развития самого искина, а в целях банальной экономии. Нанять толкового инженера для проведения дефектологии полученных повреждений, было дорого. Вот он и экономил.

Выходя из очередного боя, он получал от искина точные данные обо всех повреждениях и отправлял корабль к ближайшей базе. Там, наняв техников, он скидывал им уже готовый перечень работ и спустя пару недель получал полностью отремонтированный корабль. Купить нужные базы и полдюжины диагностических и технических дроидов один раз было гораздо дешевле, чем каждый раз перед ремонтом нанимать инженера.

Так что, отремонтировать любой корабль до авианосца включительно, для Доки было плёвым делом. Курьер начал приобретать нормальный вид уже спустя неделю после стыковки. Дока не торопился, тестируя буквально каждый миллиметр найденного кораблика. Получить кучу проблем на пустом месте, он не хотел. Стоянка с заглушенными реакторами и дырами в обшивке в астероидном поясе ещё никому не шла на пользу. Пришлось даже заменить пару бортовых листов обшивки.

Их помяло астероидами, находившимися рядом. Запустив один бортовой реактор, Дока подал на борт курьера гравитацию, и дело пошло быстрее. Вскоре, курьер был готов к использованию, и началось переселение. Это, оказалось самым сложным. Особенно, когда пришло время переносить на курьер сам блок искина.

Понимая, что полагаться на искин фрегата глупо, Дока решил взять на себя полное управление курьером, использовав аборигена как один из периферийных кластеров, отвечающих за какой-то второстепенный блок бортового функционала. Прописав Артёма, как владельца корабля с полным доступом ко всем системам, Дока передал под его управление двух технических дроидов. Те, под управлением парня, подали к искину шину питания, и принялись вырезать посадочное гнездо.

Потом, этот фрагмент палубы перенесли в каюту фрегата, где и приварили к палубе, безжалостно содрав покрытие. Сюда же провели энергопитание и перетащили сам блок искина. Всё это время, Дока через сенсоры отслеживал каждое движение дроидов, готовясь в любой момент перехватить управление, но парень справился. Когда его полутонный цилиндр воткнули на место, Дока быстро протестировал собственные системы и пошуршав динамиками, облегчённо проворчал:

— Удивил. Я думал, пока дотащишь, раза три уронишь.

— Научил шутить на свою голову, — рассмеялся Артём. — Лучше скажи, как тебя тут покрепче закрепить. Мало ли, придётся на виражах уходить. Ещё сорвёшься, и проломишь борт своей тушей.

— Сам сделаю. Но за беспокойство, спасибо, — в тон ему ответил искин.

Подобные пикировки происходили между ними регулярно, позволяя обоим разряжаться под постоянным давлением замкнутого пространства и неизвестностью. С каждым днём Дока улучшал свою словарную базу и запас странных словосочетаний, имевших скрытый смысл.

* * *

Новости были не радостные. Ещё раз, проанализировав полученную информацию, Дока запустил программу подъёма своего пассажира из медкапсулы и принялся формировать краткий информационный файл, попутно отдав приказ меддроиду подготовить очередной офицерский паёк. Ел парень, словно взвод спецназа после возвращения с выброски.

— Ну и где у нас случилось? — послышался вопрос и Артём, выскочив из капсулы, широко, от души потянулся.

— Ой, Тёма, ты не поверишь, но мы таки прилетели, — поддержал его игру искин.

— Шо, всё?

— А шо всё?

— Ну, всё, в смысле, всё, — продолжал веселиться парень.

— Не знаю, шо там всё, но дальше некуда, — ответил Дока, заметно сменив интонацию.

— Ну, тогда рассказывай, — вздохнул Артём и быстро одевшись, выхватил у дроида разогретый паёк.

— Новости не радостные. Но начну по порядку. Мы действительно долетели. Это окраина обитаемых миров. Иначе, фронтир. Я стабилизировал корабль на краю кладбища кораблей. Можно сказать, нам повезло. В своё время, военные пытались начать переработку всего этого металлолома и развернули в системе несколько ретрансляторов дальней связи. Они и сейчас тут и продолжают работать. Мне удалось взломать их систему кодировки. В общем, мы стали обладателями самых свежих новостей.

— Судя по твоему тону, новости эти не радостные, — прожевав, протянул Тёма.

— Как всегда, угадал. Пока мы торчали у того астероидного поля, в обитаемых мирах произошла большая война. Различные государства и раньше часто конфликтовали, но на этот раз, это был не внутренний конфликт.

— Короче, Дока. Кто с кем воевал и что после этого от этих ваших миров осталось? — подобравшись, насторожено спросил Артём.

— Инсектоиды. Это официальное название противника. Чего они добиваются, никто так толком и не понял. Точно известно только, что они уничтожают все гуманоидные расы на своём пути. Планеты остаются чистыми. С остаточной инфраструктурой, нетронутыми флорой и фауной. Уничтожаются только жители. Люди.

— Твою ж маман! Это же геноцид! — охнул Артём. — А люди чего? Неужели не сопротивляются?

— Сопротивляются. Идёт война на уничтожение. По некоторым данным, уничтожено уже несколько миллиардов инсектоидов и пара десятков тысяч их пространственных кораблей. Точных данных не передавали, так что, я могу только догадываться, что там на самом деле.

— Нет. Гадать мы не будем, — мотнул Артём головой. — Что ещё?

— В общем, по общей обстановке на территории обитаемых миров сказать нечего. Государства как таковые, вроде бы ещё существуют. Но власть в их территориях, номинальная. Реальная власть практически на всех планетах принадлежит военным. Пираты, те, которые случайно выжили, укрылись в объёме, умудрившись утащить несколько станций. Что это такое, я тебе потом объясню.

— Я знаю. Напомню, что пилотскую базу малых и средних кораблей я выучил, — ехидно усмехнулся парень.

— Я ничего не забываю. Просто ты не представляешь, что такое пиратская станция. Этого в тех базах не было.

— Да ладно. Люди, всегда люди. Некое подобие власти тех, кто является владельцами этой базы. В остальном, полное отсутствие, каких либо законов. Всё сводится к одному правилу — кто сильнее, тот и прав. Разрешено всё, что может принести доход.

— Такое впечатление, что ты на одной из них жил, — проворчал искин, быстро проматывая данные по влитой парню базе.

— У нас на Земле подобные базы уже были. Только пираты там были не космические, а морские. А так, всё, то же самое. Люди не меняются.

— Слушая тебя, складывается впечатление, что говоришь с древним старцем, прожившим более двух сотен лет. Но ты прав. Там всё именно так, как ты описал. Впрочем, на территориях государств содружества, не многим лучше. В армию уже не призывают, а просто забирают, не спрашивая желания. Воюют все со всеми.

— Ну, этого следовало ожидать. Все бросились мстить за старые обиды и под шумок решать свои шкурные дела. Я понял тебя. Давай вывод.

— А вывод только один. Завести наш курьер поглубже в поле кладбища и начинать поиски подходящего корабля. На этой скорлупке, мы не более, чем добыча для любого вооружённого корабля.

— Согласен. Только нужно определиться, где какие корабли и что нам подойдёт. Сам понимаешь, то, что висит тут уже полсотни лет, брать не имеет смысла.

— Кое в чём ты серьёзно ошибаешься. Есть несколько линеек старых кораблей, с которых было бы неплохо получить несущий каркас, — не согласился Дока. — Я скинул тебе на планшет данные, потом сам посмотришь. На такой базе можно собрать очень серьёзный корабль. На столько серьёзный, что любой напавший сильно удивиться.

— Тогда давай делать всё по порядку. Заводи курьер в поле, и прячь. А потом начнём с тобой думать, какой именно корабль нам нужен и как его собрать.

— Делается, — коротко отозвался искин. — В зоне сенсоров висит дредноут с развороченным трюмом. Там и устроимся. Кстати, здесь много ещё живых кораблей. Нас регулярно сканируют.

— Не влепят в борт какой-нибудь торпедой?

— Нет. Мы слишком маленькие и идём под маскировкой. Живые реагируют на выхлоп маневровых двигателей. А пока мы ползём, расскажи, как себя чувствуешь.

— Ты не поверишь, но почти нормально. Голова только немного побаливает.

— Что по показателям нейросети?

— Зелёная, семьдесят четыре процента.

— Может, есть какие-то особые желания? — на всякий случай поинтересовался искин.

— Нет, — подумав, мотнул Артём головой.

— Тогда, начинай фантазировать.

— На тему?

— Какой бы ты хотел корабль.

— Что, на всё катушку?

— Ага. Благо, железа у нас более чем достаточно. Да и узлов рабочих наберём не меньше. Тут есть, где разгуляться.

— Ну, тогда держись, — усмехнулся парень, потирая руки.

— Только не говори, что собираешься эту тушу реанимировать, — сходу осадил его Дока. — В этом случае, мы отсюда лет сто не выберемся.

— Да на фига нам такая громадина?! — возмутился парень. — Нет. Нам нужно что-то среднее. Может, чуть больше среднего. Но хорошо защищённое, скоростное, и очень зубастое. А главное, оно должно быть полностью автономным.

— Полностью? Как ты себе это представляешь? А главное, что ты понимаешь под этим словом?

— Всё. У нас должно быть своим всё. От возможности изготавливать нужные части для корабля и до топлива и медицинских картриджей. Не хочу я лезть в эти твои обитаемые миры. Не хо-чу. Особенно после того, что ты мне рассказал. Я для всей этой братии, очередной дикий, которого можно забить в колодки и, объявить рабом. А то, что их уничтожают, так это не мои проблемы. Я не являюсь гражданином этих государств. Будешь спорить со мной?

— С чего бы? — удивился Дока. — Нет. Ты абсолютно прав. Делать тебе там действительно нечего. Так что, будем не спеша обыскивать все свежие корабли подряд и решать поставленную тобой задачу.

— Хочешь сказать, что все мои хотелки реально выполнить? — не понял Артём.

— Вполне. И кстати, в них нет ничего невозможного. Ну, кроме желаний по ТТХ корабля. Но и тут нужно думать и считать. А так, не вижу ничего невозможного. Особенно, если сможем найти подходящий силовой каркас. Главное, найти исправный прыжковый двигатель. В противном случае, мы будем обречены, ползать по этой системе на разгонных двигателях. А до другой системы придётся годами лететь.

— Да здравствует унификация, — вскинул Артём сжатый кулак, заметно, повеселев. — А кстати, как силовые щиты работают?

— Я уже собрал тебе нужную базу. Могу залить для обучения, — ответил искин, не ожидавший такого вопроса.

— Давай. А то есть у меня такое ощущение, что ваши изобретатели не сумели использовать их на полную мощность.

— Поясни, — удивлённо потребовал Дока.

— Если я правильно понял из пилотской базы, то щит имеет форму шестигранника. И такие шестигранники благодаря эмиттерам полностью закрывают корпус корабля. Их усиление производится с помощью повышения напряжения на опасном участке. Так?

— Всё верно. И что по-твоему не так?

— В твоих базах есть такое понятие, как морская рыба?

— Конечно.

— Посмотри внимательно, как расположена её чешуя.

— Она накладывается пластинами друг на друга.

— Вот! Природа, друг мой, самый лучший изобретатель. Такая чешуя, способна выдержать очень серьёзные нагрузки. Естественно, та же природа создала хищников, для которых это не большая преграда, но кто нам мешает усилить эффект защиты?

— Что конкретно ты предлагаешь? — продолжал недоумевать искин.

— Увеличить количество эмиттеров так, чтобы щиты напоминали ту самую чешую. А для того, чтобы не беспокоиться о количестве энергии, использовать тот же принцип, который использовали на нашем курьере.

— Отдельный реактор на систему защиты? — быстро уточнил Дока.

— Именно. И вообще, имея большой корабль, мы сможем использовать каждое свободное пространство в нужных нам целях. И не говори мне, что так не делается. Плевать. Мы будем делать так, как нужно нам. Впиши это в свои директивы как приказ, чтобы конфликтов не было.

— Уже, — ответил искин повеселевшим голосом. — Но нам придётся поискать несколько мощных процессоров. Для работы в таких условиях, моих мощностей просто не хватит.

— Не вопрос. Готов под твой кластер выделить отдельную каюту. Ставь туда столько искинов, сколько сам захочешь. По мне главное, чтобы твоя личность была в безопасности. Один я тут просто с ума сойду.

— Я уже сканирую все ближайшие остовы. Есть несколько перспективных откликов. Но не хочу торопиться. Начнём с главного.

— Это с чего же?

— Хочу найти остов от старого линкора. Желательно, третий серии.

— А что в нём такого? — заинтересовался Артём.

— Это была самая удачная серия в этой линейке кораблей. Несущий каркас имел избыточную прочность, и эти линкоры были способны двигаться, даже имея сквозные пробоины. Даже при переходе в гипер с такими повреждениями, они всегда возвращались. Главное, чтобы двигатели были рабочими. Но потом, ради экономии редких сплавов, эти каркасы стали облегчать. Сам понимаешь, к чему это привело.

— Не трудно догадаться, — кивнул Артём. — Думаешь, у нас есть шанс найти тут такой корабль?

— Этому кладбищу более двух сотен лет. Изначально, его использовали все государства обитаемых миров. Даже был коллективный договор на эту тему. Все подбитые и брошенные корабли стаскивали сюда. Была организована специальная межгосударственная служба эвакуации таких судов.

— Зачем? Это же дорогое удовольствие.

— Дорогое, но как оказалось, необходимое.

— А подробнее? — заинтересовано попросил парень.

— Сначала, корабли бросали на месте гибели. Но после того, как один пассажирский лайнер, выходя из прыжка для очередного разгона, налетел на такие обломки, и было принято это решение. Погибло почти две тысячи человек из разных государств.

— Да уж. Гром не грянет, мужик не перекрестится, — покачал Артём головой. — А останки, небось, пираты бросили после нападения.

— Само собой.

— М-да. Чем больше узнаю о вашем содружестве, тем больше прихожу к выводу, что пиратов нужно просто уничтожать. Где бы ни встретил.

— Логичный вывод. Но, к сожалению, это ещё никому не удалось. Даже в самые хорошие времена пираты были и вполне себе неплохо себя чувствовали.

— Кто бы сомневался, — фыркнул парень. — Я даже могу рассказать, что несколько попыток захватить и уничтожить их на базах оказались провальными.

— Откуда такие данные?

— Логика, друг мой. И знание человеческой натуры, — вздохнул Артём. — Можешь даже не сомневаться, что об этих операциях пиратам становилось известно едва ли не раньше, чем флот отходил от планет. Чиновники во все времена были, остаются и будут продажными. Уверяю, тебя они даже с инсектоидами пытались договориться.

— Не стану спорить, — не громко отозвался искин, одновременно опуская, курьер на лётную палубу дредноута.