Глава 24

— Что он сказал? — тревожно спросила Златка, едва Тим уселся за руль.

Вернулся он хмурым, и это лишь прибавило ей беспокойства. Может быть, он поссорился с отцом, и всё по её вине! Она опять подкинула ему проблем, и теперь чувствовала себя неуютно. Злате казалось, что с момента их рокового знакомства у Малого началась чёрная полоса в жизни, а причиной тому — она со своими дурацкими неприятностями.

— Да ничё конкретного, — побарабанил пальцами по коленям он. — короче, ты расслабься, тебе не надо бегать от того мужика, он сам всё объяснит. Просто поверь мне.

— Он не от мамы? — осторожно уточнила она.

— Не. — коротко отозвался мужчина, и джип плавно покатил по темной улице.

Златка с облегчением вздохнула. Если Тим уверяет, что бояться нечего, значит, так оно и есть. Ему она верила безоглядно, сама не понимая, когда, в какую пору вдруг стала относиться к нему как к самому близкому человеку. Если бы еще он не был таким отчужденным сейчас, улыбнулся бы и обнял…

— О чём задумался? — заглянула девушка в его лицо.

Их взгляды на миг встретились.

— Не заморачивайся, крошка. Это мои личные монстры чё-т разбушевались. — подмигнул ей Малой. — бля… Тебя, может, обратно отвезти?

— Нет. — решительно запротестовала Златка. — я хочу побыть с тобой.

Он не ответил, рассеянно разглядывая по пути мелькавшие магазинчики и торговые лавчонки. Притормозил у одной, и попросил Златку подождать, а сам направился к дверям, подсвеченным неоновой вывеской. В столь поздний час посетителей уже не было, молоденькая продавщица собиралась закрывать павильон, и с удивлением посмотрела на незнакомца.

Быстро пробежав глазами по выставленным букетам, Тим повернулся к ней, и бросил на прилавок смятые купюры.

— Вон те, алые розы, милашка. В корзине.

У неё округлились и без того огромные голубые глаза. Дорогие цветы здесь редко покупали, в основном, зарились на более простенькие и дешевые. Она мысленно поздравила себя с тем, что чуть задержалась на рабочем месте.

— Наверное, для любимой девушки? — вежливо улыбнулась, проворно вручив ему покупку.

— Угу… Для любимой. — дрогнули в ответной улыбке уголки его губ.

— Ей понравится. — уверенно заявила продавщица, и отсчитала сдачу.

— Да? — усмехнулся Тим, вдохнув пряный аромат больших бутонов. — надеюсь, ты права, куколка. Спасибо!

У Златки на лице было столько изумления, когда Тим вернулся в машину, что он снова завис. Она любовалась красивыми розами, с трепетом дотрагиваясь до лепестков, а он не мог насмотреться на неё.

— Прекрасные… — уткнувшись в пахучие бутоны, невнятно выдала Злата, и звонко рассмеялась, словно ребёнок, которому подарили долгожданную игрушку. — ты первый, кто дарит мне цветы, Тим!

Джип покатил по грунтовой дороге.

— Да я раньше никому их и не дарил. — небрежно обронил он, не глядя на неё.

— Почему? — с наивной простотой поинтересовалась она, легонько поглаживая колючие стебли.

Черников пожал плечами. Ему хотелось сказать, что она стала для него дороже всех, что он горы свернёт ради неё, но слова отчего-то застряли на языке, и Малой испытывал досаду. Смешно, бля, он, взрослый мужик, и вдруг теряется перед блондиночкой, как сопливая шпана…

Мысли кружились с быстротой вихря. Она была такой нежной, доверчивой и хрупкой, его девочка. Не такой, как те, кого он встречал до знакомства с нею — настоящей, жизнерадостной, восхитительно-желанной.

Его девочка… Только его…

Всю дорогу до пригорода они больше не проронили ни звука, в салоне тихо играла музыка, но молчание было не тягостным. Девушка восторженно рассматривала мелькавшие мимо роскошные особняки, а Малой всё сильнее мрачнел, и причину тому не находил. Что-то грызло изнутри, мерзкое предчувствие, и он беспокойно поглядывал в боковое стекло, удерживая руль одной рукой, а другой, обнимая девушку.

— Спасибо, Тим. — неожиданно с сияющей улыбкой прошептала Злата, когда они выбрались из душного «хаммера» в прохладный сумрачный вечер.

Малой порылся в карманах куртки, ища ключи от дома. Приехать сюда было определенным риском, учитывая, что за ним упорно охотилась какая-то гнида, но он не смог побороть искушение провести эту ночь с златоволоской. Он безумно соскучился по ней, по её губам, по соблазнительному телу, по тихим откровенным стонам, от которых у него окончательно сносило крышу.

— Да ладно, чё там… — он оглянулся, отпирая замок. — не надо меня каждый раз благодарить, крошка. Я ж обещал, что разрулю твои напряги.

Она стояла, почти вплотную прижимаясь к нему со спины, и от её близости, от тёплого влажного дыхания, опалявшего шею, Тим внезапно начал возбуждаться. Втолкнув девушку в темный холл, он пинком захлопнул дверь. Поставил корзину на пол, оттеснил Златку с порога, и она выгнулась ему навстречу, охотно прильнула к нему, и, поддразнивая, принялась водить коленом по его ширинке.

— Скажи… Пожалуйста, скажи… — задохнувшись от нахлынувшего желания, просипела Злата, и заглянула в лицо мужчины, смутно белеющее в полумраке.

— Чё сказать, бэби? — прохрипел он, осыпая её щеки, носик и губы поцелуями, и блуждая вспотевшими ладонями по бедрам. — чё ты от меня хочешь, сладенькая?

По холлу разлетелся пьянящий запах роз. Златка сбросила туфли, и пихнула Малого к стене. Её пальчики пробрались под пояс его штанов, ноготки впились в тугие ягодицы поверх боксеров, и у него вырвался глухой стон.

— Ты… Ты любишь меня, Тим…? — чуть слышно прошептала она, и затаилась, со страхом ожидая, что он рассмеётся над её глупыми мечтами.

Но он не смеялся. Скользнув губами по пульсирующей неистово жилке на её шее, Малой склонился, и Златку окутало сладостной негой от его громкого шепота в самое ушко:

— Люблю… Я люблю тебя, малышка.

Златка едва могла дышать. Тим любит её… Она так ждала этого признания, что в ту секунду готова была умереть от счастья.

— Я должен тебе кое-чё рассказать, это важно. Тот мужик…

Она запечатала ему рот ладошкой, и, медленно отняв, нежно захватила его губы своими губами, призывая отложить разговор на потом. Он не находил в себе сил сопротивляться, возбуждение затмевало разум, и Малой прилагал невероятные усилия, чтобы не содрать с неё трусики прямо тут и не вторгнуться в горячую девичью плоть. В эти мгновения его стержень стал почти до боли чувствительным и каменным, и тело требовало разрядки.

Златка хватанула ртом воздух, нехотя отлепившись от его сладких губ. Её подхватили на руки, голова у неё кружилась, и путались мысли. Всё, что сейчас имело значение, это отмеренное им двоим время, и она счастливо улыбнулась, спрятав лицо на его плече. Неужели это происходило наяву, и Тим признался ей в любви? Златке казалось, что она что-то нафантазировала, а утро наступит безрадостным, и Тим будет чужим и далеким.

Она не помнила, как они поднялись наверх, и испуганно вскрикнула, когда её мягко уронили на большую кровать. Дрожа то ли от озноба, то ли от предвкушения того, что случится, девушка судорожно выдохнула, помогая Малому избавить её от платья. Их руки беспорядочно соприкасались, жар её кожи передался и ему, и в тишине спальни слышалось смешавшееся тяжелое дыхание, заглушаемое возней с одеждой.

Где-то в кармане его куртки назойливо тренькал телефон, но Черникову было невмоготу оторваться от желанной девушки. Какая бы сволочь щас не искала с ним контакта, это могло подождать.

Девушка распласталась под ним, впервые отбросив стеснительность, и у него перехватило горло. Гладкая кожа матово поблескивала в тусклом свечении фонарного света, пробивающегося сквозь неплотно задернутые шторы, треугольник светлых волосков смутно белел меж раскинутых ног Златы, и Тим медленно навис над нею, легко касаясь губами плоского животика с холодным колечком пирсинга. Она подалась к нему, загребая пальчиками покрывало, изогнулась, открыв взгляду всю себя.

Он не мог обуздать собственные порывы, плюхнулся на спину и опрокинул Златку на себя. Она послушно взобралась сверху, выпрямилась, нежно провела ладошками по его груди до паха, и опустилась на пенис, мучительно неторопливо вбирая в тесное лоно. Малой резко сел, обхватил её за талию, и приник губами к крохотной бисеринке соска. Златка шумно выдохнула, и начала размеренно двигаться на нём, но ему было мало, и он заставил её задышать глубже и быстрее, яростно вбиваясь в податливое тело.

Это длилось долго… Его хриплые стоны и её тоненькие вздохи, рваное дыхание, страстные поцелуи и жаркое соитие… На полу… На кровати…

Когда Златка устало засопела, крепко прижимаясь к Малому разгоряченным телом, он дотянулся до кресла, где оставил куртку, и выудил телефон. На дисплее моргала ММС, и он нахмурился. Осторожно выбрался из объятий любимой, и натянув штаны, вышел в коридор. Номер не определился, но было бы удивительно, если б он сейчас высветился на экране с обозначением абонента, пославшего "кино".

На скверно снятом видео была она, Злата. Не подозревая, что за ней следили, блондиночка оживленно разговаривала с кем-то, невидимым в кадре, отчаянно жестикулировала, и смеялась, запрокидывая голову. А потом резко пошли помехи, и всплыла алая надпись: «Бах!»

У Тима сжалось сердце. Послание было красноречивым, он тотчас сообразил, что это своеобразная угроза.

Вернувшись в спальню, он подошел к кровати, легонько дотронулся до спящей девушки, очертив изгибы её бедра и талии. Всё летело к чертям, кольцо вокруг него неумолимо становилось всё плотнее, а подвергать опасности Златку Малой не мог. Губы его скривились, и он в последний раз окинул её взглядом.

Выход был только один…

***

БОНУС

Малой хотел разбудить малышку, чтобы убедить поехать к его отцу прямо сейчас, но, пока подыскивал вразумительное объяснение, Злата неожиданно проснулась, и позвала его по имени. Он не помнил, сколько времени стоял в коридоре, нехотя отлепился от окна, с трудом разжав пальцы на подоконнике, и вернулся в спальню. Девушка сидела на скомканной постели, зябко обхватив себя руками.

— Где ты был? — с тревогой спросила, протянув ему ладошку.

Бля-я, это было выше его сил, расстаться с нею. До чего паршивая у него жизнь, вдруг осознал Тим, медленно приближаясь к кровати. Какого хрена всё летит к чёрту, почему он не может просто быть счастлив с девчонкой, которую впервые за прошедшие годы захотел назвать своей…

— Тим… — начала еще сильнее нервничать Златка, и он плюхнулся рядом с ней, ласково привлек к себе, убрав с её личика волосы.

— Да ничё, крошка… Выходил глотнуть воды.

Она прищурилась, глядя ему в глаза. Он подмигнул ей, и шутливо щелкнул по вздернутому носику. В груди противно сжимался ком, таких щемящих чувств Малой не испытывал ни к одной женщине. Златка влекла его, как живительный воздух умирающего, и он признавал свое поражение.

Точно, эту битву за собственное сердце он проиграл. Но самое странное, ему нравилось быть побежденным.

— Я уснула, да? — она улыбнулась.

— Было дело. Храпела, как пьяный сапожник. — усмехнулся Тим едва успев уклониться от её кулачка.

— Не ври, я никогда не храплю! — сдавленно засмеялась она, и воровато огляделась, словно кто-то мог подслушать их разговор.

— Храпишь, — насмешливо отозвался Тим, уронив её на спину, — вот так, щас я тебе покажу…

Она судорожно выдохнула под градом его порхающих поцелуев, схватилась за шелковую простынь, наслаждаясь ласками любимого. Его жаждущие губы безжалостно скользнули по её груди, закружили вокруг соска, заставляя Злату выгнуться. А потом он перебрался на её животик, коснулся пупка, и она тихонько заскулила, ощутив, как язык Малого чувственно лизнул малые губы, и бугорок клитора оказался у него во рту. То была томительная, мучительная пытка, от которой по телу девушки разлилась жаркая лава удовольствия.

— Сладенькая ты моя… Ты такая сладенькая, моя малышка, — тяжелое дыхание мужчины влажно опалило её разгоряченную плоть, вызвав ватагу мурашек по коже.

Невнятный шепот Тима смешался с её протяжным стоном, и Златку подбросило на волнах накатывающего оргазма. Но на пике наслаждения Малой вдруг отстранился, не дав ей бухнуться в бездну бессознательности, и, рывком притянув Злату к себе, упал на спину.

— Я люблю тебя. Никому… Слышишь ты? Никому не отдам. Ты моя, крошка, только моя. — от его жарких признаний она задрожала, не в силах вымолвить ни слова, и жадно припала губами к его припухшим от поцелуев губам.

— И я тебя люблю, Тим. — как же здорово было говорить об этом… — я тебя так сильно люблю, что мне немножко страшно. Я не хочу, чтобы ты уходил.

Он молча смотрел в её беспокойно поблескивающие глаза, и нежно блуждал руками по ягодицам, чуть тиская и сжимая. С ним творилось что-то непонятное, в эту минуту, вздумай вдруг какая падла попробовать помешать им, Малой запросто убил бы…

— Блять… Про резину-то я забыл. — внезапно буркнул Черников, и резко сел спиной к Златке.

Она нахмурилась, не сразу сообразив, о чём он говорил. Тронула за плечо, пробежалась пальчиками вниз до его груди, и навалилась сзади, заглянув в лицо.

— Ой… — поняв, наконец, что сказал Тим, с запоздалым испугом прошептала она. — а что теперь делать?

Мужчина усмехнулся, дотянулся до куртки, и вытряхнул из пачки сигарету. Она была последней, и это показалось ему скверным знаком — он никогда не выкуривал последнюю, если верить примете, ничего хорошего в этом не было.

— Да ничё не делать, любимая. Забей.

Златка смущенно покраснела, припоминая, когда у неё были месячные, и толкнула Малого локтем. Но, так и не вспомнив (мысли витали совершенно в другом направлении, а близость желанного мужчины лишала всякого рассудка), вздохнула.

— Я не залечу, Тим, не бойся.

В воздухе повисло сизое облачко дыма, а подбородок Малого озарил рыжий огонек на кончике сигареты. Злата чихнула.

— Я и не боюсь, крошка. Не в том, бля, возрасте, бегать от брюхатой подружки. Жениться не предложу, но с бэбиком не брошу, не парься. — сделав глубокую затяжку, он затушил окурок в пепельнице, и повернулся к девушке. — хочешь чё-нить перекусить? Чё-т я жрать хочу.

— Приготовлю бутерброды. — с готовностью выдала она, и, чмокнув Тима в щеку, быстро облачилась в его рубашку.

Когда она сбежала вниз, Малой прикрыл дверь и позвонил Генке. Тот долго не отвечал, после же недовольно брякнул:

— Ска, Тимоха, ты на часы смотрел?

— Слушай, дело есть. — вполголоса сказал Черников, растянувшись на кровати, еще хранившей тепло их тел. — щас «киношку» пришлю на мыло, глянь там… Утром зарулю, Геныч. Пошерсти по своим каналам, может, чё узнаешь.

— Лады. Один хер, не усну больше. — нехотя согласился друг.

Перебравшись за компьютерный стол, Малой скопировал с флешки видео, и отправил на электронный ящик Гены. Всё это смахивало на плохой вестерн, и спускать напряг на тормозах Тим не собирался. Размышления его прервала Златка, появившись с тарелкой в руках, и бутылкой минералки под мышкой. Поймав её застенчивый взгляд, пробежавший по его голому телу, Малой улыбнулся, и подложил под спину подушки.

— У тебя в холодильнике только сыр и черствый батон хлеба. — укоризненно сообщила девушка, устроившись у него между ног.

— Я ж дома почти не бываю. Никто не ждет.

— Я тебя буду ждать. — заявила она, и принялась кормить его простеньким бутербродом, глядя, как он жуёт.

— Ты чё, уже замуж за меня намылилась? — поддразнил Тим, всячески оттягивая момент, когда нужно будет обрубить концы, и решиться на то, что был вынужден сделать. — а не боишься, крошка? Ты теперь знаешь, кто я по жизни.

— Ты мой любимый человек. — твёрдо возразила Злата, и убрала пустую тарелку на пол. — ты так и не понял, Тим? Я хочу быть с тобой! Мне никто другой не нужен!

Он не ответил, опрокинул её на кровать, и она умолкла, вцепившись в его плечи. Малой ласково отерся носом о щеку девушки, стараясь запомнить каждую секунду утекающей ночи, и страстно захватил губами её рот. Златка с пылом отозвалась на поцелуй, дерзко поймала его руку, и положила себе на грудь.

— Обними меня… Хочу уснуть и проснуться в твоих объятиях… — попросила чуть слышно, и он улегся рядом, чувствуя обречённую безнадежность, тяжелыми цепями сковавшую сердце.

До рассвета так и не сомкнул глаз, легонько, чтобы не потревожить спящую Златку, ласкал её спину и целовал точеное плечико. А когда по крыше забарабанил проливной дождь и посветлели окна, окрасившись хмурыми мазками наступающего утра, Тим в последний раз неистово припал губами к щеке любимой, и ушел, оставив возле кровати корзину с цветами…

***

Разбудил Златку запах роз. Сладко потянувшись, она села в постели, и увидела корзину цветов рядом с кроватью. Это утро было самым счастливым за всю её жизнь, и она упала на спину, улыбаясь собственным мыслям. Неужели теперь всё будет так, как представлялось в мечтах? Тим любит её, от осознания этого девушке хотелось петь и танцевать, и она быстро выскользнула из-под теплого одеяла.

— Тим!

Он не отозвался, наверное, был внизу. Натянув его рубашку, Злата спустилась в холл, заглянула в ванную, затем на кухню. И неожиданно столкнулась с Николаем, который вошел в дом, стряхивая с куртки капли дождя.

— Доброе утро. — сдержанно произнес мужчина, пытливо оглядев её, удивленно замершую у лестницы. — ты вчера исчезла, не позвонила, я волновался.

— Простите… Мы с Тимом… Просто я забыла Вас предупредить, что не приду ночевать. — раскаялась она, смущенно обхватив себя руками.

Спрятаться было некуда, и Златка густо покраснела, плотно свела голые ноги. Почему-то ей казалось, что дядя Коля её осуждал, хотя в его взгляде читалось спокойствие.

— Одевайся, девочка. — кивнул наверх он. — Тим просил отвезти тебя ко мне. По дороге поговорим.

У неё сжалось сердце.

— А где он сам?

Николай пожал плечами. Златка нахмурилась, перебирая в уме всевозможные варианты, куда мог подеваться Малой. Почему он уехал, не разбудив её? Может, он звонил, а она не слышала?

— Я сейчас… — попятилась девушка вверх, — только переоденусь.

— Жду в машине. Охранник во дворе, дверь он сам запрёт. — мягко улыбнулся Черников, и вышел.

Златка влетела в спальню, схватила сумочку, и выудила мобильный в надежде, что на экране высветится пропущенный вызов, или хотя бы смс. Но её постигло разочарование.

Закусив губу, Злата набрала его номер, но механический голос сообщил о недоступности абонента. Ничего не понимая, она начала облачаться в свои вещи, и всё думала, прокручивала в голове события вчерашнего вечера и ночи.

Нет, Тим не мог вот так просто бросить её! Он же сказал, что любит её, он шептал ей это ночь напролет. И она поверила, чувствовала, что он искренен. Что же случилось-то?!

***

Заметив, что ехали они совсем не в ту сторону, где находился дом Николая, Злата беспокойно посмотрела на мужчину.

— Куда мы едем? — теребя пальчиками, ремешок сумочки, спросила она.

— В кафе. С тобой хочет встретиться один человек. — уловив на её личике мелькнувший страх, он улыбнулся, успокаивающе похлопал по Златкиному колену. — не бойся, он ничего плохого тебе не желает. Ты сама всё поймёшь.

— Он приезжал к Вам вчера, да? — вспомнив, что Малой порывался что-то ей рассказать о преследовавшем её незнакомце, нахмурилась девушка.

— Верно. Выслушай его, девочка. Виктор мой давний друг, ему можно доверять. Надеюсь, моё слово чего-то стоит для тебя?

— Хорошо… Я готова поговорить с ним. — теряясь с догадках, что же нужно от неё неведомому Виктору, согласилась она, и снова украдкой ткнула в контакт Тима.

Николай вздохнул. Тимофей, как всегда, не удосужился объяснить, что происходит, лишь взял с него обещание позаботиться о Злате. Настаивал, чтобы он вообще не упоминал при ней о нём, и исчез, заставив его испытывать тревогу. Их отношения не сдвинулись ни на миллиметр в лучшую сторону, и это раздражало Николая. Он хотел сблизиться с сыном, донести до него, что никогда не переставал его любить, несмотря на прошлое, однако, Тим продолжал упорствовать и отказывался идти на контакт.

— Прости за то, что сейчас скажу, Злата. — решившись быть до конца откровенным с этой девочкой, так очевидно влюбленной в его сына, произнес мужчина, когда «феррари» притормозила у кафе.

Златка поймала его взгляд.

— Забудь о нём. — накрыв её крохотную руку своей большой ладонью, посоветовал Николай, и легонько сжал пальцы. — Тим не сделает тебя счастливой. Не строй напрасные иллюзии на его счёт. Я знаю его лучше, чем кто-либо, Злата. Он не сможет изменить свой образ жизни, а ты будешь страдать рядом с ним.

Она упрямо мотнула головой. Кто бы, что не говорил, Златка была твёрдо уверена в одном — она хочет быть с Малым, и ей всё равно, кто он. Сухо поблагодарив Николая за откровенность, девушка выбралась в дождливое утро, и торопливо направилась к дверям…