Глава 9

Златка собиралась встать пораньше, чтобы успеть на первую маршрутку, и не ехать в переполненном салоне. Но события вчерашнего вечера её вымотали настолько, что будильника не слышала. Разбудили громкие голоса, девушка с тревогой села в постели, прислушиваясь. Поиски работы, похоже, придётся отложить до завтра, стрелки часов приветливо моргали зеленым, напоминая, что сейчас уже 10:43.

Кого там принесло, уж не мать ли явилась?!Бабушка ни на кого не повышала тона, а в эти минуты отчаянно кричала, что не пустит кого-то в Златкину спальню.

Путаясь в штанинах, девчонка натянула джинсы, выбеленные почти до голубого цвета от многочисленных стирок, выхватила из шкафа чистую клетчатую рубашку, и надела. Наспех причесалась, собрала волосы в конский хвост, и бросилась в коридор.

Но гостем была не Ирина. Увидев, как Галина яростно сражается с толстым рыжим мужиком в форме, Златка похолодела. Неужели это за ней? Как-то вычислили, что Мишка был убит вовсе не хулиганами, и теперь её арестуют?!

— Да отойдите же, женщина, как Вам не стыдно препятствовать полиции! — гаркнул, устав бороться со старушкой, мент, и заметил девушку. — а-а, гражданка Самохина? Иди-ка сюда, юная особа, поедешь в участок! И бабулю свою усмири, ишь, какая боевая! Чуть лоб мне не прошибла шваброй!

— Не пущу! — взревела Галина Афанасьевна, со всей силы толкнув его к двери. — этот, как его… Орден на арест имеется?! Нет?

— Ордера нет, — сухо возразил рыжий, поманив Златку пальцем. — и пока никто Вашу внучку не арестовывает. А Вам я штраф щас как выпишу, за то, что следствию мешаете!

— Зачем в участок? — вмешалась Злата, обняв бабушку за плечи. — что я натворила?

— Она еще спрашивает! — сам себе с удивлением рявкнул следователь, и хлопнул папкой по колену. — так, а ну живо в машину, кому сказано! Мать родную как не совестно было грабить, а?! Заявочка поступила, что ты квартиру обнесла. Ирина Ярославна уже у нас, так что, милости прошу, показания будем снимать! Всё, на выход, там разберёмся!

От того, что произнес мент, остолбенели они обе, а Галина, схватившись за грудь, начала оседать, и Златка испуганно метнулась в сторону, подвинула старую кушетку, усадила бабушку. Присела на корточки, взяла её за похолодевшие руки, не в силах вымолвить ни слова, но старушка слабо улыбнулась:

— Ничего, милая, сейчас отпустит… Таблетки мои принеси. В кухне, на столе, Златочка.

Девушка выполнила просьбу, подала ей стакан воды. Галина покачала головой.

— Ох, Ирка, Ирка… Да что же это делается-то… С ума она, что ли, сошла?

— Ну, не надо тут трагедию устраивать. — поторопил следователь, подхватив Златку под руку. — поехали, скорую по пути вызовем.

— Езжай, моя хорошая, не надо скорую, к Полине я сейчас схожу, укол она поставит. — махнула рукой бабушка, — и не говори им ничего, Злата, дома ты была, я подтвержу! Езжай, деточка, езжай. Я Николаю позвоню, Никанорову, адвокат он, поможет.

Оставлять бабулю одну Златка не хотела, и настояла, чтобы мент позволил проводить ту до соседки. Полина работала врачом, сегодня у неё выходной, и девушка со спокойной душой сдала Галину её заботам…

Она молчала, не отвечая на дотошные вопросы въедливой бабы, которая кружила за её спиной коршуном. Мысли вертелись вихрем, и больше всего было обидно, что Ирина могла так поступить с ней. Ну ладно, выгнала из дому, но зачем написала заявление, будто она украла у неё деньги?! Какие, к чёрту, деньги, их отродясь не водилось, всё спускалось на выпивку и угощение для собутыльников, часть шла на оплату коммунальных услуг, а то, что оставалось, Ирина тратила на косметику.

Всё хотела быть привлекательной, не понимая главного — не во внешней красоте ведь счастье…

Прошло почти два часа, и Валентина Аркадьевна, устав от упрямого молчания задержанной, сняла трубку и попросила зайти какого-то Слепцова Юрия. Спустя минуту в душном кабинете появился невысокий худощавый человек, абсолютно лысый, и равнодушно взглянул на Злату. Женщина о чем-то пошепталась с ним, и он пожал плечами, взял со стола бумаги, быстро пересмотрел.

— Ну, чего ты от меня хочешь, Валя? Пусть тогда посидит в обезьяннике, подумает. Все они поначалу в отказ, и глаза честные. Ты что, первый раз допрашиваешь мелких хулиганов?

Златку вывели в коридор, и, заломив руки за спиной, сцепили наручниками. Она хмуро смотрела себе под ноги, игнорируя обращенные к ней реплики ментов, и думала о том, что матери у неё отныне нет. Ирина повесила на неё кражу несуществующих денег, опозорила, да она вообще никогда в жизни по-настоящему её не любила!

Но плакать она не станет…

***

Малой привстал, выслушав торопливо говорившего Юрия, который огорошил, сообщив, что тачка его вчера вечером засветилась возле дома, где произошло ограбление. Якобы какой-то бдительный старичок, живущий напротив квартиры Самохиных, в глазок видел, как дочка Ирины с каким-то молодым человеком вскрывали дверной замок. Не теряя времени даром, законопослушный гражданин спустился во двор и записал номера черного джипа, но звонить в полицию сразу поостерёгся.

Мол, мало ли, с кем водит дружбу эта девица, не ровен час, и пулю между глаз схлопотать.

— В общем, Тим, тебе надо сюда подъехать. Сам понимаешь… — вздохнул майор Слепцов, — пока об этом свидетеле знаю только я. Но девчонку загребли, она тут, в камере. И маманя её орет на весь участок, хрен заткнешь.

Тимофей почувствовал бешенство. В это время он вел переговоры с возможным партнером, который предложил объединить сеть казино и расширить бизнес до нескольких игральных точек, но, услышав, что на Златку свалилась очередная напасть, решительно поднялся с кресла.

Антон вопросительно вскинул брови, подавшись вперед.

— В чем дело?

Тим дотянулся до пачки сигарет, сунул в карман джинсов. Взглянул на Белова, и хмуро обронил:

— У меня напряги возникли, надо отъехать. Щас позову Геныча, договоритесь с ним, он в теме.

Молодой человек понимающе кивнул, проводив хозяина кабинета глазами, и откинулся на спинку дивана в ожидании прихода Генки.

Малой быстро прошел через бар, и, как предполагал, застал друга у карточного стола. Игра шла полным ходом, Генка, довольно потирая руки, кинул последние козыри, и сорвал огромный куш.

Увидев Тима, вскочил, и показал мужчинам за столом неприличный жест.

— Гульнём сегодня, Тимоха? Как я их уделал, а?!

— Сворачивайся, дело есть, — жестом подозвав его к себе, сообщил Малой. — мне надо смотаться кое-куда, порешай с Белым. Он пацан толковый, проверенный. Как договаривались, понял?

— Да не вопрос. — вытянулось у Генки лицо, и взгляд сожаления скользнул по картам. — а чё случилось-то, ты куда намылился?

— Потом расскажу.

***

Слепцов пропустил Малого в кабинет, и кивком указал на женщину, сидевшую спиной к двери. Сам майор, красноречиво посмотрев на гостя, вышел, и Тим, подвинув стул, уселся напротив Ирины. С первой минуты, как она попала в поле его зрения, было ясно — пропащая. Еще не старая, немногим старше его, выглядела она, конечно, весьма эффектно — натуральная блондинка с такими же, как у Златы, голубыми глазами. Но алкогольная зависимость брала свое, и это её не красило.

Вытащив из барсетки толстую пачку баксов, Малой бросил её на колени обалдевшей «потерпевшей».

— Это покроет твои убытки даже сверх того, чё ты там накатала в жалобе. Короче, уважаемая, слушай и запоминай, — жестко начал мужчина, обхватив спинку руками, и наклонившись к Ирине. — щас быстренько забираешь свою заяву, валишь на все четыре стороны и к дочери с этого дня ни на шаг. Ты меня хорошо слышишь? Я не шучу, и на понт тебя, бля, не беру. Узнаю, что опять вредишь Златке, не сомневайся, следующее свидание со мной тебе не понравится.

Ира молча взирала то на деньги, то на незнакомца, и мозг её лихорадочно работал. То, что красавчик был не из мусоров, она сразу просекла, и это вселило страх. В его взгляде проскальзывало нечто опасное, хищное, и она, решив не нарываться (да и таких денег отродясь в руках не держала!) быстро закивала, пряча богатство в модную сумку.

— Перед дочерью извинишься при мне, — резко поднялся Малой, шагнув к двери, и Ирина, млея, бочком протиснулась мимо него.

— Не хотела я… — забормотала, крепко сжимая сумочку, — это Людка придумала, ну, подруга моя. Если я вроде как в полицию заявлю о краже, Златка одумается и домой вернётся.

— А на хуя тебе Златка вдруг понадобилась? — недобро прищурился он, преградив ей путь. — материнские чувства, что ли, взыграли? Лапшу будешь своим алкашам на хер вешать, а мне пургу не гони!

— Одна я совсем, — плаксивым голосом пьянчужки заскулила Ира, утирая сухие глаза пальцами. — виновата, строгой была со Златкой. Кровиночка же она моя, зачем ты так… Какая, никакая, а я мать её!

Тим едва удержался, чтобы не влепить ей оплеуху. Бля, таких клоунесс он еще не встречал, и снова взбесился, испытывая неконтролируемую ярость. Да как подобную блядину назвать матерью?! Встряхнув Ирину, он наклонился, с отвращением ощутив запах перегара, и тихо, с угрозой прошептал в ухо:

— Ты усекла, чё я сказал, шмара? К дочери чтоб не приближалась, услышу от нее хоть одно слово жалобы на тебя…

— Поняла я, поняла… Сейчас… Сейчас всё сделаю… — отпрянула она, и засеменила к кабинету Валентины.

В сознании крутились разношерстные мысли. Вот так поворот, оказывается, недаром она Златку колошматила, а всё одно, дурь не выбила! Связалась-таки окаянная с бандюками, вон какого кавалера завела, да мать стращать вздумала! Дрянь, какая дрянь-то…

Но в душе всё же поселился страх. Мишки теперь нет, кто заступится за неё? Златка, стервозина, совсем с катушек слетела, может ведь и подослать этих отморозков убить её! Обреченно вздохнув, Ирина робко постучала в дверь, и вошла, тиская дрожащими руками сумку…

***

Лязгнул, отпирая металлическую дверь, засов, и Злата подняла голову. Нары были жесткими, пара часов, которые она провела в камере, показались целыми сутками. На пороге появился парень в форме, звякнул связкой ключей, и рявкнул:

— Самохина, выходи, давай, чё пялишь зенками? Пошла, пошла на выход!

— Я уже сказала, что без адвоката…

— Да не боись, дура. Отпускают тебя. — расплылось в улыбке лицо мента, и она удивленно расширила глаза.

Может быть, мать всё же опомнилась? Это, конечно, маловероятно. Или же приехал дядя Коля, и решил проблему, она же ни в чем не виновата, это и идиоту ясно!

Её провели по коридору, лейтенантик толкнул решетчатые створки, и Златка застыла на месте, увидев своего спасителя. Малой стоял, облокотившись о стойку возле окошка дежурного, и о чем-то с ним говорил, поглядывая через плечо. Заметив девушку, выпрямился, сделал к ней шаг, и она бросилась к нему.

— Тим, как тебе это удалось?! — взбудораженным голосом воскликнула, и порывисто обняла его за шею.

— Всё пучком, крошка? Не обидел никто?

— Нет. — шмыгнула она носом, и снова прильнула к его груди.

Малой, помедлив, прижал её крепче, шепнул:

— Мамаша твоя хочет тебе чё-т сказать… Выслушаешь?

Он почувствовал, как она напряглась, и сразу понял, что Злата не простит мать. Тяжело взглянул на Ирину, застывшую поодаль, и, обняв девчонку за плечи, увлек к выходу.

Когда они садились в машину, Златке позвонила соседка Полина, осторожно сообщила, что бабушке стало плохо, и её увезли в больницу. Тим искоса глянул на неё, услышав тихое проклятье.

— Еще один пункт, в список причин, почему я больше не хочу видеть мать. — с горечью усмехнулась девушка. — у бабули давление подскочило, отвезёшь меня? Здесь недалеко…

Что ему оставалось делать, не бросать же её сейчас. Настроение у Малого было паршивым, Ирина этому здорово посодействовала, и он просто кипел, молча ведя джип по магистрали. Златка не донимала его разговорами, будто чувствуя, что не время. Она-то, по сути, не при делах, хотя, с другого ракурса, как раз она причина всему.

— Подождать тебя? — побарабанил он по рулю, притормозив у серого здания районной поликлиники.

— Нет. У тебя же, наверное, дела…

— Тогда, как положено, говори «спасибо, Тим», и разбегаемся, — с усмешкой произнес он, сверля взглядом лобовое стекло.

Она медлила, не уходила, и он злился больше прежнего. Вытряхнул сигарету, смял пачку и швырнул в окно. Златка подалась к нему, не дав прикурить, и их глаза встретились.

— Я тебе надоела, да? — тихо спросила она, сжав его пальцы с зажигалкой. — от меня одни неприятности…

— Забей. — отмахнулся он, — нет безвыходных ситуаций, особенно, когда ты со мной. Поняла, крошка? Я могу разрулить любую хуйню, только свистни.

Она сдавленно хохотнула.

— Я не умею.

— Чего?

— Ну… свистеть не умею! — пихнула его коленом девушка.

— А-а… Я думал, целоваться не умеешь.

На это Златка не нашлась, что ответить. Она видела, что Тим отчего-то сердится, но не могла разобраться, из-за чего именно. Потянулась к его лицу, почти уверенная, что он оттолкнет, замерла, легонько касаясь губами подбородка. Малой медленно повернул голову, искоса взглянув на нее, и обхватил за затылок. Она закрыла глаза, с трепетом ожидая поцелуя, задержала дыхание, остро ощущая близость мужчины.

Когда Тим накрыл её рот своим, она прерывисто выдохнула. Это было не так, как в первый раз, он целовал более напористо, усиливая нажим, заставил раздвинуть губы, и по нёбу её пробежал его язык. Новая волна удовольствия бухнула Златку в дрожь, она инстинктивно прижалась к Малому. Робко пробуя проделывать то же, что и он, начала исследовать кончиком язычка внутри его рта, и у него вырвался хриплый стон.

Тут-то она и поняла, что вовсе не страстный поцелуй заставил его так отреагировать. Это её рука нечаянно придавила его ширинку, и Златка густо покраснела, почувствовав, как под ладошкой взбрыкнул налившийся силой член.

— Если будешь не занят, заберёшь меня вечером? — шепнула она, с усилием прервав сладкий поцелуй, и быстро убрала руку.

В голове копошились смутные мысли о том, что бабуля останется в больнице до утра, а значит… Но углубляться дальше в греховные образы Златка боялась, и отвела взгляд, когда Малой пытливо заглянул ей в глаза.

— Позвонишь. — коротко отозвался, и она поспешила выйти, чтобы глотнуть воздуха, ибо легкие горели нестерпимо…