Глава 3

Телефон настойчиво орет стандартную мелодию уже не в первый раз. Я не планирую вылезать из своего панциря. Одеяло и кровать сейчас мой маленький безопасный мир. Ничего не хочу — ни телефона, ни разговоров. Все, что произошло ночью нельзя выкинуть из головы, нельзя забыть и спрятаться подальше от всех тех эмоций, что пришлось испытать. Периодически меня накрывает новой волной слез и переживаний, и я сильней вжимаю свое тело в постель. Не смотря на то, что все уже позади.

Вчера были долгий горячий душ, под которым я ревела как сумасшедшая, поездка домой, Алиса, мое пробуждение и ужасные события до. Всю ночь, как слайды, я прокручивала воспоминания один за другим, все вертела зачем-то их по кругу. И каждый раз натыкалась на выразительный взгляд, после которого наступила тьма. Он возник передо мной яркой вспышкой, как молния в чёрном тяжёлом небе.

Наверное, моя жизнь решила надо мной пошутить — моим спасителем оказался человек, который прожигал во мне дыру своим пристальным взглядом и не скрывал своей неприязни.

В тот момент, когда я поняла, что Стас больше не угрожает мне, на доли секунды страх отпустил сознание, но такое близкое знакомство с моим «благодетелем» отняло последнюю каплю самообладания, и я потеряла сознание.

— Да, — отвечаю чьим-то незнакомым мне голосом, когда телефон вновь вырывает меня из клубка запутавшихся мыслей.

— Крис! Наконец-то! Где ты сейчас? Я волновалась! Я звоню тебе со вчерашней ночи! Ты в порядке? — в голосе Алёны очень много неподдельной тревоги.

— Дома, — я обреченно отвечаю, зная, что подруга не захочет отступать.

— Буду через двадцать минут! Только, пожалуйста, не уходи никуда.

До прихода Алёны я успеваю немного привести себя в порядок. Наливаю кофе и слышу стук. Взглянув на часы, в очередной раз отмечаю пунктуальность подруги. Ровно двадцать минут. И как у нее это получается?

Бледная встревоженная подруга стоит на пороге без косметики на лице, в джинсах и тонкой толстовке бежевого цвета, волосы собраны в пучок — дозвонившись до меня, Алена схватила первую попавшуюся одежду и примчала ко мне. Ее переживания мне очень приятны.

— И ты что, не знаешь, где была все это время? — она прерывает свои долгие расспросы.

— Вообще. Ни где находилась, ни как там оказалась — ничего.

— А там такое было! — глаза Алены ползут наверх. — Стас вошёл в зал злой как черт, держится за разбитое лицо, одежда вся в кровищи! Он еще, знаешь, громко орет, матерится. Его сразу за руки хватают охранники и тащат куда-то наверх. Макс в шоке, бежит к ним, а его перехватывает какой-то мужик. Знаешь, такой… большой, накаченный, но красивый, — от живописного рассказа Алены я улыбаюсь. — Он когда мимо меня проходил, так зыркнул, что мороз по коже побежал. Взгляд… бе-е. Пару фраз Максу сказал, и тот за ним поплёлся как виноватый щенок.

— Бе-е? Как у барана что ли? — не могу не рассмеяться Аленкиному умению все приукрасить.

— Да нет же, Крис. Я не это имела ввиду. Знаешь, высокомерный, что ли. Я, честно говоря, не сразу смекнула, что произошло. Пока стояла рядом с офигевшим от зрелища барменом, звонила тебе. Потом этот, ну который не баран, обратно пошел и с бара вышел. А я как очнулась, знаешь, до меня доходить дошло, что произошло. Выбежала на улицу за ним, а уже никого. Тебе опять звоню — не берёшь. Я испугалась. Правда, испугалась. Ты сама, что подумала бы на моем месте?

— Что подруга включила беззвук и поехала домой? — отхлебнув кофе, прищуриваю глаза.

— Ох, Кристина… Я так перепугалась, а у тебя еще силы на шуточки есть!

— Да, шуточки, — выдыхаю. Рассказывать о своей ночной истерике я подруге не хочу.

Ещё пару часов мы разговариваем ни о чем и обо все сразу. Сидим и рассуждаем о нашей жизни. И мне так хочется что-то в ней изменить.

— Всё, начну бегать по утрам, — выпаливаю уверенным голосом и получаю короткий, но одобряющий смех подруги.

Это будет маленьким началом перемен. Ни то, чтоб я рвалась стать фанатом здорового образа жизни или мне нужно было сбросить пару килограмм. Нет, напротив, природа и мамины гены наградили меня отменной фигурой. Но небольшие встряски мне сейчас необходимы.

Перед сном я возвращаюсь к нашему с Алёной разговору. Точнее, к одному его фрагменту. Подкаченный красивый и высокомерный. Тут и думать нечего — речь идет о моем спасителе. Разбил Стасу лицо, значит из-за меня…