Глава 16
Каждый день теперь был наполнен заботами, решением всевозможных задач, новыми навыками и разными проблемами. Но все это приносило лишь удовлетворение в том, что делаешь. Даже усталость к концу рабочего дня доставляла удовольствие. Иногда становилось страшно от того, что что-то может не получиться, но все трудности довольно быстро решались как-то сами собой, будто пугались решимости Копыловой.
Как и обещала, Вероника справилась со всеми своими текущими делами, но и работа над, доверенным ей проектом, велась очень активно. Андрей поддерживал свою новую сотрудницу, но при этом был довольно строг. Он вносил свои замечания, иногда заставлял переделывать что-то, но при этом умудрялся все преподносить так, что руки просто зудели от немедленного желания выполнить очередной этап в рекордные сроки.
Девочки из кабинета сначала настороженно относились к Нике, будто видели в ней соперницу, но постепенно лед начал таять. Блондиночка Наташа стала настоящей подругой и соратницей, Юля с Галиной хоть и задирали нос, все равно видели, сколько приходится работать их «новенькой» и прониклись невольным уважением к ней за это. Однажды даже Галина предложила задержаться после работы и помочь с отчетом. Вероника удивилась, но виду не подала, а после того, как к ним заглянул Малчанов, догадалась, что девушке просто хотелось немного дольше побыть рядом с замом и построить ему глазки. Рассудив, что Николай Вячеславович и Лина оба взрослые люди, Копылова потеряла интерес к воркующей парочке и занялась своими делами.
– Вероничка, – вторгся в мысли голос заместителя начальника, покоробив ее подобным обращением, – вы долго собираетесь тут сидеть?
Ника подняла задумчивый взгляд на мужчину, пытаясь удержать данные в голове и не сбиться со счета.
– Что, простите? – не поняла девушка.
Галина фыркнула и мило улыбнулась Малчанову. Тот показушно прицокнул языком, тяжело вздохнул и покачал головой.
– Вы слишком много работаете, – мягко проговорил он, запуская в свой голос какую-то гипнотизирующую вибрацию, – уверен, у такой красивой девушки, как вы есть дела поинтересней, чем просиживать в офисе с утра до ночи.
Все-таки сбилась!
Пытаясь скрыть свою досаду, Вероника выдавила улыбку и как можно спокойнее произнесла:
– Вы правы, у меня очень много интересных дел. Вот только мне необходимо закончить весьма важный отчет. И я бы сделала это гораздо быстрее, если бы меня не отвлекали.
У Николая Вячеславовича вытянулось его холеное лицо. Не такого ответа он ждал от нее. Поджал губы, встал с края стола, на котором все это время восседал в вычурной позе.
– До завтра, девушки, – проговорил зам, пройдя к двери, – меня тоже дома ждут более важные дела.
– Ну и чего ты такая злюка? – повернулась Лина к Копыловой, когда за начальством закрылась дверь.
– Ничего я не злюка, – пожала плечами Ника, – только отвлекает. Как специально… Спасибо тебе большое за помощь, но ты тоже из-за меня задерживаешься.
– Да мне все равно делать нечего, – пожала плечами блондинка, – здесь хоть общество приятное… – и взгляд такой красноречивый на дверь.
– Это общество женато! – просветила коллегу Вероника.
– Не напоминай, – печально вздохнула коллега, – но мне кажется, не любит он жену. Ну не ведет себя так мужик, когда дорожит своей супругой! А ты…
Лина бросила колючий взгляд на девушку.
– Что?
– Забудь! – махнула рукой Галя, – Я знаю, что веду себя иногда, как стерва. Просто нравится мне наш Ники, ничего не могу с собой поделать. А он на всех новеньких смотрит, как охотник на дичь. Чаще всего девочки растекаются сладкой лужицей перед Малчановым. Но ты совсем другая. Смотришь на него, как на пустое место.
– Ты поэтому перестала на меня дуться, как мышь на крупу? Больше не видешь во мне соперницу?
Галина дернула плечом и не посчитала нужным ответить. Но и без ее ответа все было понятно. Блондинка достала сумочку, порылась в ней, выудила расческу, помаду и зеркальце. Поправила прическу, накрасила губы, улыбнулась себе в зеркале, спрятала все это назад и пошла к шкафу с одеждой.
– До завтра, – попрощалась Лина, застегивая пальто.
– До завтра, спасибо за помощь! – улыбнулась Ника, снова погружаясь в отчет.
– Ты тоже не сиди долго, а то не выспишься, будут морщины раньше времени!
– Угу, тебе тоже хорошего вечера. – Копылова уже не слушала ее. Важнее было сейчас все же закончить отчет и на всякий случай проверить его еще раз.
Закончив работу с отчетом, девушка стала собираться домой. Она выключила компьютер, погасила свет в кабинете и вышла в коридор. Заперла дверь и спустилась в холл. На этажах горел лишь дежурный свет, только у охранника за стойкой мерцал экраном и тихо говорил телевизор.
– Я уже думал, что все разошлись, – улыбнулся ей Степан Витальевич. Он часто дежурил именно в ночную смену, приходил вечером и покидал свой пост утром, когда его сменял кто-то из коллег.
– Мне нужно было кое-что закончить, – извиняющимся тоном ответила Вероника, протягивая ему ключ от кабинета и расписываясь в журнале.
– Ясно все с тобой, – покачал головой охранник с таким выражением лица, как будто вовсе ему было непонятно, с чего это вдруг молодые девушки сидят до ночи на работе, а не проводят время с близкими, – погоди, я хоть свет включу над дверью.
– Спасибо! – от души поблагодарила она мужчину.
На улице уже было темно, срывался мелкий, промозглый дождь, что совсем не способствовало желанию выходить на улицу. Надвинула шапку на самые глаза, застегнула куртку и накинула капюшон на голову, спрятала руки в карманы и поторопилась к своему мини-байку, что притаился за углом здания, сиротливо поблескивая мокрыми боками в свете фонарей. Быстрей бы уже добраться домой. Теперь прежде, чем утром садиться за руль скутера, надо взять за правило смотреть прогноз погоды, чтобы не мерзнуть больше. Лучше уж в такие дни пользоваться общественным транспортом, просить подвезти Костю, ну или, в крайнем случае, можно вызвать такси.
Скутер запустился сразу и довольно бодро замурчал мотором. Вероника натянула на руки перчатки, только собралась водрузить на голову шлем, как в сумочке зазвонил телефон.
– Слушаю! – ответила девушка.
– Ника! – всхлипнул на том конце голосок, – Помоги мне!
Сердце оборвалось от той трагедии, прозвучавшей в голосе Матвея.
– Мотя, что случилось? – испугалась Копылова.
– Я тут… – мальчик шмыгнул носом, – потерялся немного…
Вероника чуть телефон не выронила.
– Как потерялся? – опешила она, – Где твой папа? Няня твоя.
– Папа уехал в командировку два дня назад, – немного сердито ответил «сынок», – а няня дома… наверное…
– Матвей, что ты такое говоришь? – Ника не на шутку испугалась, – Как ты мог потеряться? Ты время видел? Почему ты не дома? Почему тебя никто не ищет?
– Ищет скорей всего, – уже без панических ноток в голосе ответил ребенок, – Бася убежала. Ее никто не будет искать, а я… – Матвей снова всхлипнул так, что у Вероники перехватило дыхание от жалости.
Девушка хотела спросить, почему он не позвонил няне, но передумала. Ильясов-младший доверился именно ей. И вообще, бог знает, где сейчас находится этот непоседа. Самое главное ему сейчас помочь, а во всем остальном разбираться будут потом.
– Моть! – глубоко вдохнула Копылова, – Послушай меня, пожалуйста! Где ты сейчас находишься?
Несколько секунд тишины чуть не довели ее до сердечного приступа.
– Я не знаю! – голос Матвея снова задрожал.
– Ладно! Только не бойся! – Вероника сама старалась изо всех сил не поддаться панике. Вложила в свой голос всю имеющуюся у нее в распоряжении уверенность. – Включи геолокацию, знаешь ведь, что это такое? Молодец! Так вот включи ее и сфотографируй что-нибудь. Все равно что! Пришли мне эту фотографию. Я так тебя смогу найти.
– Сейчас сделаю, – пообещал мальчик.
Несколько ударов сердца отмерили целую бесконечность времени до того момента, как телефон вспыхнул, оповещая о получении фото.
– Матвей, будь там! – проговорила Вероника, садясь на свой мини-байк, – Я буду минут черед пятнадцать.
– Хорошо, мамочка!
Косые росчерки капель дождя проносились светящимися метеорами в свете фар. Волнение за мальчика гнало Веронику вперед по мокрому асфальту на окраину города. Девушка никогда еще так быстро не ездила, всегда старалась водить аккуратно свой скутер. Но сейчас страх за чужого ребенка, оказавшегося в такое время на улице, был сильнее чувства самосохранения. Только бы ничего не случилось с Матвеем!
Казалось, прошла целая вечность, а не пятнадцать минут. Приблизившись к месту, координаты которого были указаны на фото, Вероника замедлилась, еще пристальнее всматриваясь в темноту. Дождь немного стих, лениво сползая с небес на землю мелкими капельками.
Заглушив мотор, девушка сняла шлем, огляделась. Город отступил, оставив господство редким деревьям и буйным кустарникам.
Копылова посмотрела на телефон. Все точно. Ильясов-младший прислал ей фото именно из этого места. Нажала кнопку вызова.
«Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети», – беззаботно сообщил ей женский голос.
Нет! Только не это!
– Матвей! – крикнула Вероника в темноту.
Тишина. Лишь шелест мокрых веток и шепот падающих капель дождя.
– Матвей! – страх усилился, прокатился по кончикам пальцев электрическим разрядом, заполз за пазуху и свернулся в груди подрагивающей змеей.
Неужели опоздала?
– Мо-о-отя!
Показалось, или откуда-то справа она услышала ответный крик. Слабый, почти не слышный.
– Ты где? – встрепенулась Ника, слезая с мини-байка.
Девушка спустилась с дороги в лесополосу. Прислушалась еще раз.
– Матвей! Ты меня слышишь?
– Ника…
Голос доносился из-за деревьев. Видимо мальчик ушел в лесок и в темноте потерялся.
– Моть, иди на голос!
– Не могу… – голосок мальчика прозвучал ближе, но теперь девушка отчетливо услышала в нем отчаяние.
Копылова ускорилась. Сердце заполошено стучало в груди. С каждым шагом к своей цели девушка придумывала все большие ужасы, которые могли произойти с беззащитным ребенком в темном лесу ночью: от диких зверей, до капканов на этих самых диких зверей.
– Гав! – а вот этот голос был наполнен еще большим страхом, чем голос Матвея.
– Ника!
Уже близко. Вероника включила фонарик на телефоне. Не было предела ее облегчению, когда она увидела бледное личико в темноте. Матвей сидел на земле и смотрел на девушку полными слез глазами.
– Как ты меня напугал! – Копылова подбежала к «сыночку» не помня себя от радости, – Что ты здесь делаешь?
– Я… Бася, она… – громкий всхлип, – помоги, пожалуйста!
Казалось, пока пересекала эту небольшую полянку, Вероника потеряла половину жизни. Она упала рядом с мальчиком на колени прямо на мокрую землю, обхватила худенькие, вздрагивающие плечики и заглянула в голубые глаза, а которых горело черное отчаяние.
– Матвей, малыш, что случилось?
– Бася, – трясущиеся губы не слушались, и Матвей просто перевел взгляд куда-то в сторону и в низ.
Девушка проследила за его взглядом и ахнула. Оказывается, они сидели на краю довольно глубокой ямы, на дне которой поскуливала чумазая собачонка.
– У-у-у, – жалобно протянула Бася, наклонив голову набок.
Яма, частично наполненная водой и грязью, оказалась довольно глубокой. Псинка не могла выбраться самостоятельно. Судя по мокрой и грязной одежде Ильясова-младшего, он уже пытался дотянуться до своей подруги, но ему это так и не удалось. Собака дрожала, поочередно поджимала лапы, особенно правую переднюю. Даже пыталась ее лизать, но снова плакала и делала попытки выпрыгнуть, но тщетно.
– Бедняжка! – проговорила Вероника, – Как ты сюда попала?
– Я не знаю, – вместо собаки ответил мальчик, – я ее здесь нашел. Она потерялась вчера еще. Я ее искал, искал и вот.
Этот «вот» был какой-то неутешительный. Неизвестно, сколько бедное животное просидело в этой западне. Видимо Бася, при попытке выбраться, поранила лапку обо что-то острое. Она скулила и лаяла, пока Матвей ее не услышал.
– Я пошел ее искать, – рассказывал мальчик, – еще было светло, думал, успею до темноты, но потерялся.
Раскаяния в его голосе не было. Матвей был рад, что нашел свою собаку.
– Ника, она же здесь погибла бы!
В этом девушка тоже не сомневалась. Хорошо, что он нашел свою Басю, плохо, что не мог найти дорогу домой, промок и теперь рискует подхватить воспаление легких. Надо уходить отсюда. Только как вытащить дворняжечку? Обхватив одной рукой ветку куста, что рос на краю ямы, наклонилась и потянулась второй рукой к собаке.
– У-у-у! – подбодрила ее псинка, принюхиваясь к протянутой конечности.
– Бася, иди сюда! – позвала Вероника.
Собачка поняла, что ей хотят помочь и тоже потянулась навстречу руке. Девушка тянулась к своей цели на пределе своих возможностей. Не хватало совсем чуть-чуть.
– Ну же! – подбадривал их обеих мальчик.
Под ногами скользила размокшая земля, осыпаясь влажными комьями вниз.
– Не получается! – чуть не плача сказала девушка.
Ника посмотрела на плачущего мальчика, который называл ее мамой, который доверял ей, которому так нужна была ее помощь. Она не может, не имеет права сейчас подвести его. Легла на живот, сильнее обхватила многострадальную ветку куста и больше свесилась вниз.
– Бася, Басенька, – позвала девушка, – иди ко мне, девочка!
Мокрый нос ткнулся в раскрытую ладонь. От маленькой победы Вероника приободрилась.
– Давай, моя хорошая, – ласково проговорила Копылова.
Псинка стояла на задних лапах, скулила и тоже тянулась, даже пыхтела от усердия.
– Прыгай! – посоветовал своей любимице Матвей.
Бася снова пискнула и неуклюже подпрыгнула. Пальцы скользнули по мокрой шерсти, но не удержали.
– Еще!
Собачка присела, выдохнула и снова прыгнула вверх. Замолотила передними лапами, цепляясь когтями за землю, тормозя собственное падение.
– Поймала! – радостно вскрикнула Копылова, хватая Басю за холку.
Рывок. Одной рукой было довольно тяжело тянуть такую на вид тщедушную тушку собаки, на деле оказавшейся довольно увесистой, но вторую нельзя сейчас задействовать, Матвей тоже потянулся и помог вытащить на край западни перепуганную псинку.