Глава 4. У всего есть причины

Солнечный блин закатился за горизонт, и леса укутала темнота.

– На сегодня хватит! – крикнул Ричард и спешился.

Справа и слева – лес. Он везде, повсюду. Если бы не объезженная дорога, где даже попадались указатели, я бы решила, что скоро ветви срастутся в единое целое, и пробираться придется на ощупь.

Поужинали в полном молчании. Все так утомились, что заснули сразу, и только мне не спалось. Я долго ворочалась, пробовала считать звезды, пыталась отвлечься. Бесполезно. Я боялась закрывать глаза, потому что сны не сулили ничего хорошего.

Когда ко мне кто-то подкрался, я грешным делом решила, что меня, наконец, собрались прибить, чтобы не мучила остальных своими метаниями.

– Не спишь? – обожгло шепотом.

– Нет.

Он подал мне ладонь, и я поднялась на ноги, тщетно пытаясь рассмотреть в кромешной темноте черты лица. Чтобы убедиться, что всё взаправду, что он не иллюзия, а настоящий.

Хватит с меня сновидений, после которых остро хочется удавиться.

– Пойдем отсюда. Наконец-то пообщаемся по-человечески, – Ричард не спрашивал – утверждал.

Я, конечно, могла отказаться, но послушно шла за единственным другом. Так уж сложилось, что с друзьями мне никогда не везло. В том, прежнем мире, случались знакомые и приятели, но чтоб друзья… Раньше я и не догадывалась, что такое – дружба, когда ради кого-то ты готов нырнуть на самое дно и взобраться на вершину гор.

Мы отошли далеко, к заранее уложенному в шалашик хворосту. Ричард готовился к этой встрече. Он поджог хворост моими спичками (почему бы не пользоваться благами цивилизации) и подставил руки к растущему пламени. В отсвете языков костра глаза его казались бесовскими.

– Извини за мое поведение. Увы, Вали исключительно ревнива, потому приходится быть максимально сдержанным при ней. – Уголки губ Ричарда грустно изогнулись, а в моем сердце, на удивление, ничего не кольнуло.

– Да она вообще чудо, – саркастично заметила я.

– Не будем об этом, хорошо?

Разумеется, хорошо. Эта ночь, полная звезд, и едкий дым от трещащего костра никак не располагали к воспоминаниям о невесте.

– Мы ведь найдем, о чем пообщаться? – с неуверенностью уточнил Ричард.

Я не была в этом уверена, хоть вслух сомнений и не высказала. Важные темы не создаются из воздуха, и как я смогу спокойно говорить с тем, кто умудрился не только разбить моё сердце, но и потоптаться на осколках?

***

Он почувствовал, как приоткрылась входная дверь. Когда-то его чувства были острее, но дрянной алкоголь не щадит даже самых чутких охотников. Он выхватил кинжал и, покрутив его в пальцах, приготовился к атаке. Давненько в его руках не трепыхалась жертва.

– Не спеши, – замогильный женский голос расколол рассудок. – Я помогу тебе.

Она появилась из черноты коридора, одетая в простое платье и пуховый платок. Старуха.

– Разумеется, поможешь! – хмыкнул он. – Давненько я не охотился.

Выпад. Старуха провела рукой в магическом пасе, окутала себя прозрачной стеной. Он сделал шаг назад, но нож не убрал, выставил лезвием вниз, чтобы в необходимый момент метнуть его прямиком в грудь.

– Ты ведьма?

– Я бы предпочитала зваться колдуньей. – Она провела пальцем по пыльному столу, покачала головой. – Хотя во мне осталось мало добра. Так ты меня выслушаешь?

– Только если ты убедишь меня за минуту. Время пошло.

Он провел пальцем по острию ножа, готовясь.

***

Мы проговорили до самого утра. Вначале я пыталась отмолчаться, но Ричарда было невозможно не слушать. Его рассказы про оборотней, про интриги двора, про заботы и невзгоды были невероятно интересными. И я отвечала, охала, ахала, переспрашивала, в голос смеялась. Более всего я страшилась потерять каждую драгоценную минуту нашего общения. Как всё просто. Просто два человека вновь обрели друг друга.

То ли мне казалось, то ли Ричард тоже повеселел. Он уже не хмурил брови и всё чаще откидывал мешающуюся челку с глаз. Ощущала ли я когда-либо себя такой наполненной как сейчас? Прохладной весенней ночью, у рыжего трескучего пламени, укутанная в две куртки, дрожащая от усталости, но такая… целая.

– Ты его не снимаешь? – Ричард кивнул на кулон.

Я дотронулась до шероховатого камня. Поглаживания обычно успокаивали и придавали сил.

– Нет.

– Как память о прошедших днях или по просьбе ведьмы?

– Мне неуютно без него, как будто теряю половину себя. Ну и к тому же… Другой её подарок очень помог нам.

– Мне, а не нам… – печально ответил он, проведя пальцем по месту укола на указательном пальце.

Меня затрясло. Простое касание напрочь вышибло дух.

– Если бы ты погиб, в моем существовании пропал бы любой смысл.

– Но до позавчерашнего дня смысл был и без меня,– не согласился Ричард.

– Ты писал.

– Я отписывался, – повторил он мою фразу. – И даже эти два дня я старался отписаться. А сейчас вдруг понял, что не могу.

Легким движением он убрал со лба непослушную светлую челку. Тонкие губы сжались, и во взгляде появилась тоска. Ричард ждал моего ответа, и я очень хотела рассказать ему всё, но вместо этого поморщилась.

Слова о чувствах, о надеждах, о сновидениях леской перетянулись через горло. Я не могла произнести ничего из того, что рвалось наружу кровавой пеной. Незачем ему знать о том, как меня выжигает изнутри.

– А если мне неприятно? Если я хочу отписок?

– Тогда бы ты отказалась идти со мной куда-либо. – Линия губ искривилась, словно от удара по лицу.

– Мне уйти?

– Только попробуй! – Он сжал меня в крепких объятиях.

Я заснула в сильных руках совсем скоро. Без привычных неясных сновидений и страха. Вдыхая аромат кожи и прелой травы, солнечного лета и студеной зимы. Как жаль, что сердце разбито, и его не склеить улыбками или ночными разговорами. Просто потому, что наше путешествие когда-нибудь кончится. И я вновь останусь одна.

Но мне снилось родное лицо. Печальная улыбка и длинная челка. Острый подбородок.

И я понимаю одно: я пропала.

***

Мне, глупой, казалось, что после столь прекрасной ночи ничто не сможет испортить чудного настроения. Увы.

Пока я умывалась, ни Ричарда, ни Ривалии поблизости не было. Но потом они вышли из ближайших кустов, под ручку, счастливые донельзя. Ривалия даже поздоровалась со мной. Ричард же… кивнул вместо приветствия.

Впрочем, а на какое продолжение я надеялась? Кто сказал, что ночная беседа со старой знакомой помешает утром вернуться к любимой и единственной женщине?

– Тихо! – вдруг шикнул Каррел.

Ричард резко обернулся на юг.

В тот же миг мимо моего уха пролетела стрела.

И то мимо лишь потому, что Ричард отпихнул меня в сторону. Гаркнув: «Спрячься!», он занял оборонительную позицию. Я пристроилась около безразличных ко всему лошадок, и Миледи вновь понимающе кивнула своей большой умной мордой.

Каррел вытащил нож, а Ривалия ухмыльнулась и встала рядом с Ричардом. Почему её-то не гонят, чем она лучше?..

Картинка напоминала многочисленные приключенческие фильмы, тоннами просмотренные мною в детстве. Вот бы стать плечо к плечу с ребятами и доказать, что я тоже на что-то способна. Вот только у меня ни оружия, ни физической силы. Я печально прижалась к меланхоличной Миледи, избрав позицию наблюдателя.

– Не стреляйте! Давайте поговорим! – крикнул куда-то в пустоту Каррел.

Нарушители спокойствия в количестве пятерых неопрятных грабителей выплыли из чащи. Довольно оскалили нечищеные зубы, в глазах горел азарт. Видимо, они подумывали прибрать к рукам богатство странников. Они-то не знали, что из драгоценностей у нас только невеста, а за её кражу я бы ещё и доплатила.

Высокий худой главарь в потрепанной жилетке из кожи крайне плешивого зверя хмыкнул, жестом приказал соратникам опустить оружие, такое же старое и обшарпанное, как и сами грабители, и отвратительно-гнусавым голосом обратился к нам:

– Мил люди, я безвреден для вас. Поделитесь с бедными сиротками парочкой стерциев, и мы вас отпустим.

Конечно, безвредные. Они вообще ангелочки, правда, мне чуть голову не раскроили. И действительно, чего здесь такого?

– И девок было б неплохо! – просипел низкорослый человечек, похабно щуря глаза.

– Вот за эту фразу вы и умрете… – совершенно спокойно ответил рыжеволосый оборотень.

Я почему-то совершенно не испугалась. Такое ощущение, что именно так и должно начинаться любое среднестатистическое утро. Я бегло взглянула на Миледи, бесстрастно зырящую на грабителей, и убедилась в правоте своих мыслей. Всё нормально, обычное утро обычного дня.

Разбойники захохотали. Стрелок поиграл покореженным временем луком, а требующий девок человечек выставил вперед нечто, отдаленно напоминающее ржавый меч. Все замерли в ожидании первого удара, и только Ривалия зачем-то крутила руками.

Раз, и на кончиках её пальцев заплясало пламя. Разрослось до размера кулака и сдулось до крошечного шарика.

– Ведьма! – отшатнулся глава.

– Мои милые, – певучий голосок обволакивал, – вы же сами понимаете, что одно движение, и от вас останется лишь воспоминание.

– Извиняйте, ребятки, – тут же сбавил обороты напуганный главарь, улыбаясь во все неполные шестнадцать зубов. – Может, хоть ту отдадите? Все равно без дела топчется. Милашка, пойдешь с нами?

Дружный льстивый хохот и палец, направленный в мою сторону. Я на секунду задумалась, не стоит ли согласиться на столь заманчивое предложение? К сожалению, Ричард молча загородил меня собой. Он скрестил руки на груди и склонил голову. Мне нравилась эта преграда, и уходить к грабителям перехотелось. Те по достоинству оценили последний жест, ретировались со скоростью ветра, попутно извиняясь за доставленные неудобства.

Каррел с Ривалией смеялись до слез, Ричард улыбался, и только мне произошедшее казалось чем-то странным, невероятным, глупым. И даже сидя на Миледи, я ощущала некое беспокойство и… уважение к невесте моего друга.

Она не красивая пустышка, она – маг, способный защитить себя и своих друзей. Она не просто лучше меня, она – идеальный вариант.

Впервые за полгода я неистово захотела домой. Раньше казалось, будто в этом мире дышится легче, как в отчем доме, но сегодня тучи сгустились, в воздухе появился запах грозы, и дыханию не хватало места в легких.

***

Дышать стало невозможно, горло точно сдавило железной рукой. Перед глазами поплыло. Я, задыхаясь, хватала ртом обжигающий воздух.

– Ты в порядке? – забеспокоился Каррел.

Отпустило. Наверное, обычный недосып, сказалась бессонная ночь.

– Все хорошо…

– Если что – не молчи.

От дыхания рядом с затылком кожа покрылась мурашками. Лучше бы Каррел не меня обольщал, а следил за болотистой почвой. Что-то произошло, и Миледи взбрыкнула. Я зацепилась ботинком за конский бок и через секунду уже сплевывала грязь, валяясь на земле.

Руку расцарапала до крови, но вроде жива. Миледи недовольно фыркнула. Ричард молниеносно спешился с Верного и подлетел ко мне, ощупывая кости, запястье и лодыжку. Каррел пытался как-то оправдаться, но мой друг не слушал его. За всем этим наблюдала невеста, и я ощущала, как её взор выжигает во мне дыру.

– Всё хорошо, отстань, пожалуйста, – я оттолкнула Ричарда от себя.

– Лежи. Встать можешь?

– У меня не выйдет выполнить оба действия одновременно. Всё нормально.

Ричард поднял меня с земли как драгоценную вазу, чудом не расколовшуюся на части, и отряхнул от налипших на одежду и волосы листьев. В глазах читалось сомнение, но я лишь шире улыбнулась, отмахнулась от мольбы Каррела о прощении и попыталась влезть на лошадь.

– Я чуть не уснула, наверное, сама выпала.

Возлюбленная Ричарда цокнула:

– Конечно, лучшего времени поспать не нашлось. Что же ты ночами делаешь?!

Ха. Лучше тебе не знать, с кем твой жених обнимается ночами.