Глава 11. Большой Ух

Леся

— Теперь идея с твоим поступлением в этот университет не кажется мне такой уж радужной. — Мама хмурится и ставит тарелку с омлетом передо мной, поглядывая на правую щеку, где красовались отметины от ногтей Атакшиевой. — Надо же было так упасть. Никогда не замечала, чтобы ты у меня была такой неуклюжей. — Произносит она задумчиво и садится напротив, пока я молча уминаю завтрак.

Я не стала говорить ей правду. Зачем? Мама только начала новую жизнь с любимой работой, в шикарном городе у берега моря. Что может быть прекрасней? Наверное, лишь само море. К тому же проблемы с поиском общего языка со сверстниками были лично моими, а я уже большая девочка, закончившая школу.

Ковыряюсь в омлете, чувствуя, что мама продолжает прожигать меня взглядом. Стараюсь быть в это мгновение максимально позитивной на вид, но внутри продолжаю копаться в себе. Слова Ники о Войском толкнули на размышления. Это безусловно круто, если за тебя заступается авторитетный парень, но вопрос в том, что просто так он мне помогать не будет, а быть его девушкой… Ну это уже через чур!

Хватило его наглости во время заплыва, на пирсе и в кафе, чтобы понять, парень уже взрослый, и я его, как девушка, совсем не привлекаю. Где Кира, а где я? Разница слишком очевидна.

— Кому дорогу перешла, племяша? — Тёть Соня, зевая врывается в комнату, а я перестаю жевать и смотрю на нее.

— Она споткнулась и упала. — Произносит мама, на что я лишь киваю и утыкаюсь взглядом в тарелку.

Завтракай, Леся, иначе тебя рассекретят по одному взгляду. Увлеченно жую, витая в своих думах, пока мама и тётушка разговаривают о работе. Сегодня занятий нет, и мы с Никой договорились встретиться, чтобы выбрать наряды для вечеринки у Демида. Затея с посещением его дома казалась мне сомнительной, но подруга заверила, что все пройдет на Ура, и она не отойдет от меня ни на шаг.

На столь желанную пати приглашен и Миша, а значит Войский тоже идет прицепом. Собирается вся элита, и мне вряд ли найдется там место, но… Но разве воодушевленную подругу в этом убедишь.

— Может, Машуню ты и убедила в том, что эта красота результат твоей неуклюжести, но меня не проведешь. — Тёть Соня улыбается и смотрит на меня, когда мама покидает кухню, чтобы привести себя в порядок перед работой. — Поделишься?

Тяжело вздыхаю, отодвигая от себя пустую чашку, и думаю, стоит ли продолжать гнуть свою линию перед тётушкой, которая своим напором победит любого врага.

— Не нашла общий язык с местной моделью.

— Оу-у-у, — тётя поджимает губы и качает головой, делая глоток ароматного кофе, — как серьезно. Надеюсь, ты расквасила ей морду.

— Тёть Сонь… — Усмехаюсь, а она делает невинный взгляд.

— Что? Если тебя бьют, то не нужно подставлять щеку и другие места, Скелет. Надо бить в ответ, да с такой силой, чтобы желания на тебя нападать пропало. — Хмыкает, а я тяжело вздыхаю.

— Я за гуманные методы.

— Например? Сказать ей, что так поступать плохо, и ее накажет бог? Тьфу, племяша, так не пойдет. Тебя никто слушать не станет, тем более детишки, чьи родители поднялись слишком высоко.

— О чем говорите? — Мама прерывает нашу милую беседу с тётушкой и внимательно вглядывается в мое полыхающее стыдом лицо.

— Меня на вечеринку пригласили, мам. Девочка, с которой мы подружились, предложила сходить с ней в торговый центр, чтобы пополнить гардероб платьем или чем-то подходящим.

— Как хорошо, что у тебя появляются друзья, а то я уж подумала невесть что. — Она махнула рукой, а тёть Соня усмехнулась, глядя на меня так, что краска заливала не только лицо, но и шею с ушами.

— Я хотела…

— Купить платье. Отлично. — Поддерживает меня тётя совершенно неожиданно. — Сегодня можешь не приходить в кафе. Повеселись с подружкой. Только аккуратнее, — тычет мне в щеку, — под ноги смотри, чтобы ненароком еще раз не нарваться на что-то миндалевидной формы.

— Сонь, что за намеки такие?

Мама перестает улыбаться, не понимая, к чему клонит ее сестра, а я поднимаюсь, чтобы скорее уйти из дома, потому что нравоучительные речи сейчас не то, что бы мне хотелось слушать.

— Никаких намеков, Мань. Ты кофе будешь?

— Уже попила. Карточку мою возьми обязательно. Купи красивое платье и босоножки. Идеальный повод для того, чтобы показать, насколько ты у меня красавица. — Мама треплет меня за щеку словно ребенка, заставляя краснеть еще больше.

Еле как, но все же ухожу из дома. В голове полнейший сумбур из слов тёти, Ники и мамы. Настроение в результате оставляет желать лучшего, только подводить Нику не хочется, и я смиренно топаю к назначенному месту. Алебьева ждет меня у входа в торговый центр неподалеку от ее дома. Она с первого слова оптимистично описывает предстоящую покупку и ведет меня в известные бутики, где привыкла покупать одежду. Мне же от вида ценников становится плохо. Заоблачные суммы, и даже если мама не против потратить на меня столько, то я точно не могу себе позволить спустить ее зарплату на шмотки, которые носить потом вряд ли буду.

— Как тебе эти платья? М? — Ника показывает мне очередную тряпку, но я лишь пожимаю плечами.

Что сказать, если мне по душе кроссы и широкие штаны, за которыми я могу спрятать худощавое тело. Взгляд невольно лезет именно в сторону отдела со спортивной одеждой, но подруга резко меня одергивает.

— Лесь, — Ника дует губы и накидывает на руку еще несколько платьев, которые хочет померить, — тебе нужно найти что-то особенное. — Она стучит по губе указательным пальцем, словно вспоминает нечто важное. — Я знаю, что именно. Пойдем!

Ника буквально тащит меня к вешалкам, где принимается усиленно искать это ЧТО-ТО. Я откровенно начинаю зевать, потому что мы провели в торговом центре уже больше трех часов, и Алебьева так себе ничего и не выбрала. Сказала, что любит сам процесс примерки.

— Хочу посмотреть все. — Выдает она с улыбкой и протягивает мне целую гору платьев. — Твой размер. Будет идеально. Спорим?

— Хочешь, чтобы я умерла прямо в примерочной? — Усмехаюсь, но Ника вполне серьезно толкает меня к кабинке.

— Вперед, Смирнова! Пришел твой час. Если не утрешь нос Атакшиевой, то я сама лично накажу. — Смеется и закрывает дверь, оставляя меня наедине с платьями.

Смотрю на свое отражение и вздыхаю. Ну какая из меня красавица?

Начинаю примерку только, чтобы успокоить подругу и показать, насколько ее идея с подбором платья плоха. В следующие полчаса, если не больше, Ника кривится, разглядывая на мне модные луки. Только все не то. По моим меркам, и по ее тоже. От груды одежды, которую я перемерила, уже тошнит. Ника же не успокаивается. Тянет еще одно платье черного цвета и заговорщецки улыбается.

— Оно. Чувствую. — Протягивает мне наряд и толкает обратно в примерочную, где мне снова приходится с кинуть с себя шорты и футболку.

Натягиваю платье и минут пять пялюсь в отражение. Нет! В таком виде я точно никуда не пойду.

— Идеа-а-ально. — Протягивает Ника, заглядывая в примерочную и скользя по мне восхищенным взглядом. — Волосы распустишь, смоки-айс, губки алым, эх… Всем парням голову вскружишь, Леська.

— Нет, Ника. — Принимаюсь нервно снимать с себя платье, но подруга не собирается сдаваться.

— Если думаешь, что кто-то посмеет тебя тронуть, то ошибаешься. Дениска тоже приглашен, и насколько мне помнится, он мой брат. Попрошу его за тобой присмотреть, да и Миха будет рядом. В общем, Смирнова, составь мне компанию, а я попрошу парней тебя охранять от шизанутой макакушки. — Она смотрит на меня выжидающе, пока я надеваю привычную одежду и лихорадочно соображаю.

Когда подаю ей платье, скольжу взглядом по ценнику. Ничего себе!

— Я не могу себе позволить такое дорогое платье, Ник.

— Не думай об этом. Я беру вот это, — она показывает на нежно розовое платьице с открытым декольте, — второе бесплатно. Но на обувь такой акции нет.

Она не оставляет мне вариантов избежать покупки. Всовывает в руки пакет с платье и тянет в отдел с обувью и сумочками. У меня голова идет кругом от всего происходящего. Мы с мамой всегда быстро покупали то, что было нужно, и возвращались домой довольные. Здесь же из меня все соки высосали. Так устала мотаться по торговому центру, что готова была слона съесть, когда мы наконец закончили.

— Черт! Папа звонит уже раз двадцатый. — Скрипит зубами подруга, пока я впиваюсь своими в бургер.

Когда хочется есть, нет времени выбирать что-то вкусное и полезное. Беру то, что попадается на глаза и с аппетитом жую. Ника же снова достает йогурт. Такое ощущение, что она только ими и питается.

— Надо бежать, ты не обидишься? Денис скинул сообщение. Папочка не в восторге от моего отсутствия. — Ника закатывает глаза, а я киваю вместо слов, потому что рот попросту занят. — Тогда спишемся еще. Пока!

Ника оставляет меня в гордом одиночестве, и только в этот момент сомнения снова крадутся в душу. Вспоминаю о столкновении с Кирой и теряю аппетит. Повторять драку не хочется, а в доме у этого Демида наверняка соберутся все сливки общества. Смотрю на пакеты с обновками и не верю собственным глазам. Как я могла на такое согласиться?

Может найдется повод отказаться от посещения вечеринки? Или Ника сама передумает?

Поднимаюсь и иду к выходу из торгового центра. Народа в здании много, и я вдыхаю полной грудью, оказавшись на свежем воздухе. Прохожу несколько метров и поправляю пакет, ручка которого перекрутилась.

— Подхожу я! — Недовольный голос неподалеку заставляет замереть.

Каждый нерв напрягается, но я все же поворачиваюсь и вижу, как Войский идет в обратную сторону от меня, при этом парень тщательно прячет лицо, накидывая на голову капюшон от олимпийки. Сначала хочу уйти, но во мне просыпается чертова Нэнси Дрю, и я незаметно иду за ним.

Просто посмотрю, почему он так маскируется, и все!

Слышу только свое дыхание, когда сворачиваю за здание и прижимаюсь к стене, глядя на Ярослава, который останавливается перед высоким парнем.

— Наконец-то. Что случилось, бро?

— Случилось то, что я попал. — Недовольно бурчит Яр, а я не дышу, боясь себя выдать. — Помощь твоя нужна.

— Какая? Проблемы с папашей что ли?

— Да.

— Опиши ситуацию. Может что-то и придумаю.

От любопытства даже глотать боюсь. Просто жмусь к стене и тянусь в их сторону. Большой Ух на задании. Смешнее не придумаешь!