Глава 24. Яр потопчется по твоему сердечку

Олеся

Мне кажется, мир перевернулся. Вчера. В тот самый момент, когда моя нога скользнула в пустоту. Тогда, когда Ярослав спас меня и смотрел так, что до костей пробирало. И я знаю, что совсем не от холода или испуга. В его взгляде было что-то новое. То, чего я не замечала раньше. Конечно, можно было все списать на удар и стресс, но мне хотелось верить в иное.

Именно по этой причине, проснувшись рано утром, я не спешила вставать. Разглядывала потолок и думала о Войском, словно больше не было проблем. Просто он не выходил у меня из головы. Эти влажные волосы, спадающие на лоб. Длинные черные ресницы. Темные глаза. Хищный взгляд на мои губы. И извинения.

Шок от такого признания еще не прошел. Его слова звучали на повторе. Снова и снова я прокручивала их, анализировала и поняла, что я действительно ему нравлюсь, иначе зачем гордецу просить прощения? Значит, поцелуй был не для показухи, а просто потому что ему хотелось. Не может же человек целовать того, кто ему неприятен?!

Встать все-таки пришлось, потому что снизу послышались голоса. Лучше не ждать момента, когда в комнату нагрянет с проверкой мама или тёть Соня. Вчера мне удалось пройти к себе не замеченной, и объяснений я избежала. К тому же ситуация с Владом оставила свой отпечаток. Как мне теперь выходить на работу в кафе? И разрешит ли тётушка?

От мыслей, которые закопошились в голове, я застонала. Присев на кровати, тут же замерла, потому что на столе лежал пакетик, а дверь на балкон была приоткрыта. Вчера я не потрудилась проверить, закрыта ли она, и сразу легла в кровать, скинув с себя влажную одежду и укутавшись в одеяло. Медленно поднялась и подошла к столику, на котором лежал белый пакет с логотипом одной из аптек города. Я приоткрыла его и увидела те самые названия на коробочках, которые рекомендовал доктор.

Яр…

Он забрался на балкон, чтобы принести мне лекарства. Он был в комнате, пока я спала?!

Я даже не знала, радоваться мне или испугаться. Не забыл. Он не забыл. Позаботился обо мне. Еле сдержала улыбку, прикусив нижнюю губу. Сам Войский нагло вторгся в мое личное пространство. Ночью.

Я поверить не могла, что все это происходило со мной, и только шишка на затылке была свидетельством реальности событий.

— Проснулась? — Вздрогнула от голоса матери, которая открыла дверь и стояла на пороге.

— Да.

Мама хмурилась, а я встала так, чтобы она не заметила пакет, который принес Ярослав. Не хотелось врать, но и рассказывать о том, что случилось, не было желания. Тем более маме. Тем более сейчас.

— Спускайся. Завтрак уже на столе.

— Хорошо. Сейчас спущусь.

Выдавила из себя улыбку и ждала, когда мамуля уйдет. Пакетик пришлось убрать в тумбочку и прикрыть тетрадями. Не готова обсуждать то, что происходит между мной и Войским. Я быстро привела себя в порядок и помчалась вниз, стараясь не замечать легкое недомогание и нытье мышц. Списала все на стресс, а он был. Еще какой.

— Ты поздно вернулась, — начала тёть Соня, внимательно глядя на меня, — наконец-то нашла друзей?

— Да, есть парочка.

Мама молчала, но я чувствовала, что ее что-то беспокоит. По взгляду понятно. Задумчивая. Хмурится все время, хотя обычно улыбается. Что-то точно случилось, и почему я думаю, что это что-то связано со мной?

— Я вчера парня видела, с которым ты английским занимаешься. — Тётушка решила устроить допрос с пристрастием, поэтому я усиленно делала вид, что увлечена завтраком. — Кто он?

— Ярослав.

— А фамилия есть у Ярослава?

Пришлось все же оторвать глаза от тарелки с овсянкой и ягодами.

— Войский. С ним тоже нельзя общаться?

Не знаю, по какой причине так резко спросила ее. Тёть Соня точно не ожидала такого тона и вопросительно подняла брови, переглядываясь при этом с мамой.

— Нет. Мальчик другого круга, да и… — Тётушка тяжело вздохнула и отодвинула от себя тарелку.

— Что и? Что не так с Яром?

— Не буду наговаривать на него. Просто… я не думаю, что парень с психологическими проблемами сейчас тебе нужен, племяшка.

— С какими еще психологическими проблемами? Мам?

Что тётя, что мама, смотрели на меня с каким-то сожалением, и это ужасало.

— Несколько лет назад тут шторм был. Долго последствия разгребали, но не суть. Так вот. Твой друг с матерью вышли в море на яхте. Естественно, случилось несчастье. Не знаю, что там и как произошло, но этого мальчика…

— Ярослава.

Даже дышать перестала, слушая рассказ тёти, но сердце так стучало, что становилось страшно.

— Да, Ярослава. Его на пирсе нашли. Самое трагичное, Скелетик, что он маму свою на руках держал. Мертвую. Захлебнулась. — Тёть Соня покачала головой, а мама без отрыва смотрела на меня. — Он, конечно, герой. Говорили, что в ненастье этот Ярослав смог проплыть… даже не знаю, сколько сотен метров… — Тётушка снова тяжело вздохнула, а у меня затряслись руки.

Крупной такой дрожью. Боже… Как это… Ужасно…

— Мне безгранично жаль, Лесенька, и его, и женщину ту. Весь город судачил потом. Сын депутата убил мать. Тут такие байки травили, что волосы дыбом вставали. Мальчишка же еще подростком был. Как выжил и смог спастись с грузом на плечах, одному богу известно. Его отцу, конечно, удалось все сгладить. Все затихло со временем, вот только парня лечили, насколько я знаю. Агрессивным стал. Психолога посещал. Ты бы осторожней с ним, Лесь.

— Яр не опасен!

Я так резко подскочила, что задела тарелку с овсянкой, и она со звоном разбилась.

— Доченька, травмы подобного плана…

— Мам, и ты туда же?!

— Племяшка, мы же…

— Хватит! — От возмущения у меня не находилось слов. — Ярослав нормальный парень. Да, он как и все может подраться, но вы мне его тут описываете… Господи! Сначала вы мне запретили общаться с Алебьевыми, теперь Войский попал в немилость. Что дальше? Кого мне еще стороной обходить?! Если хотите знать, то только благодаря Ярославу меня не трогают и не гнобят в этом идиотском университете!

— Леся…

Мама хотела подойти, но я отпрянула ближе к выходу. Хотелось сбежать от них, и чем быстрее, тем лучше.

— Что Леся?! Да, я хочу учиться и получить достойное образование, мама. Только это твоя мечта, чтобы я была именно там! Ты костьми легла ради этого, и я даже слова против не сказала, потому что считала, что ты права. Но тут… Вы не имеете права лезть в мою жизнь. Только мне выбирать с кем общаться! Как вы можете судить о неизвестном вам человеке по чьим-то слухам?! Вы его даже не знаете!

— А сколько ты его знаешь? — Тётя снова сменила ровный тон на свой любимый командный. — Без году неделю? Я много раз видела, как развлекаются богатенькие мальчики, и поверь, Лесенька, этот твой Яр потопчется по твоему сердечку так, что мы его потом не соберем.

— Что…

— Спроси у матери. Она очень хорошо знает, что бывает когда простая девочка влюбляется в обеспеченного парня.

— Кто сказал, что я влюбилась?

— На лбу написано, племяшка.

— Мам? Нет! Я ничего не хочу слышать. Не знаю, почему вы так говорите, но слушать больше не хочу!

С истеричной улыбкой закачала головой, когда мама сделала ко мне шаг, и пулей выскочила из дома. Слышала, что мамуля звала меня, но не обернулась. Сорвалась на бег. К тому месту, которое так оберегал Ярослав, и теперь я знала по какой причине он это делал.