Глава пятнадцатая

Когда Марина с Лео вернулись на дачу, их тут же позвали играть в волейбол. Все вели себя, как ни в чем не бывало, а, может, никто и не заметил, какие страсти кипели на лугу за деревней.

Марина избегала Егора, старалась даже не смотреть в его сторону, но сбегав в дом переодеться и умыться, азартно включилась в общую игру. В конце концов, она приехала сюда отдыхать, а не выяснять отношения.

После снова пошли купаться. Потом наступил вечер, жарили шашлык, и сидели за столом, то словно взрываясь громким хохотом, то неспешно переговариваясь.

Оля держалась Киры: они о чем-то шушукались, над чем-то смеялись. Марина заметила, что Кира стала повеселее, но переговорить с нею с глазу на глаз не получалось.

Серж, Лео и Илья сидели совсем рядом, и краем уха Марина слышала, что они беседуют о какой-то выставке.

Антон, как ни странно, «хвостиком» ходил за Егором. Они о чем-то разговаривали, что-то обсуждали, даже достали планшет и что-то там рассматривали, то согласно кивая, то споря. Что общего может быть у парикмахера и... Стоп! Марина так и не знала, чем занимается Егор.

Егор, Егор... В ее мыслях постоянно присутствовал Егор! Не Лео, который сидел рядом, а Егор. Наваждение какое-то! Как назло, ее оставили одну, и не думать о Егоре не получалось.

Итак, неприятное открытие. Марина умудрилась влюбиться, не зная о человеке ровным счетом ничего. Кто Егор по профессии? Где работает? Почему взял с собой сестру? Не с кем было оставить? Вопросы, вопросы... И кто-нибудь расскажет ей, что за история с Лией? Лео посоветовал спросить, но она не решилась, а потом не захотела. А Егор намекнул, что в этой компании вообще все в курсе. Ага, кроме нее.

И с чего она взяла, что Егор должен ей доверять, если он тоже ничего о ней не знает? Успокоившись, Марина поняла, что поступила очень глупо и очень «по-женски». То есть сама придумала, сама обиделась. Егор говорил вовсе не о леди, а о Марине?

Она искоса посмотрела на Лео. Он все еще вызывал в ней смешанные чувства. Либо бежать, либо довериться. Лео, почувствовав ее взгляд, обернулся и ободряюще улыбнулся - уверенный, спокойный. Она доверится. И не потому что обещала - потому что хочет этого. Лео прав, ей нужно пройти через страх с умелым и сильным партнером. Он подходил для этого как нельзя лучше. Но расспрашивать его о Егоре Марине не хотелось. Тогда кого? Илью? Навряд ли он расскажет. Кира отказалась, в этом обществе не принято делиться сплетнями. Значит, остается сам Егор.

Марина решительно пересела. Антон и Егор тут же оторвались от планшета: две пары глаз уставились на нее в удивлении и с легким недоумением. Как же, мальчиков оторвали от дела. Только в одном взгляде Марина легко прочитала добродушное уважение, а в другом... От другого, как обычно, перехватило дыхание. Совсем другие чувства, не то, что с Лео. Во взгляде Егора - настороженность и радость одновременно. Особенная радость - нежная и мягкая.

«Леди?»

«Да, малыш, твоя ненормальная госпожа снова решила сменить гнев на милость».

- А чем вы занимаетесь? - проворковала Марина, улыбаясь обоим. - Можно мне с вами?

Они на отдыхе, а не в офисе. Не прогонят же?

- Мариш, наверное, тебе будет неинтересно, - протянул Антон. - Да и... - он посмотрел на Егора, - хватит, да? Извини, что загрузил на отдыхе.

- Ерунда, - ответил ему Егор. - Но ты прав, лучше продолжим в рабочее время. Леди скучает.

В его голосе Марине послышалась издевка. Да и планшет он закрыл, так ничего и не объяснив.

- Простите, что помешала.

Лучше она сбежит, пока не поздно. Пока снова не наделала глупостей.

- Ой, ну что ты! - всплеснул руками Антон. - Ты не помешала. Мариша...

Он не успел договорить, Илья позвал всех париться в баню.

Марина и подумать не могла, что выходные станут такими мучительными. Такое впечатление, что они с Егором играли в пинг-понг: мячик прыгал туда-сюда, больно попадая в лоб, то ему, то ей. Хорошо, она сама виновата. И она хотя бы попыталась.

Казалось бы, после такого насыщенного дня сон должен сморить мгновенно, однако Егор не мог уснуть. Олька давно сопела, уставшая и умиротворенная. Хорошо, что он взял ее с собой. Как чувствовал, в этой компании никаких оргий не происходит. Обычные дружеские посиделки, даже пили мало, чисто символически. Зато приятно провели время.

Перед сном сестренка сообщила, что разговаривала с Кирой о высшем образовании. Она собиралась учиться на психолога, и Егор не особенно этому радовался. Что за профессия? Прилично платят только на крупных предприятиях, а туда попробуй, устройся. И вот Олька с воодушевлением рассказывает, что хочет поступить... в медицинский.

- А если не пройду по баллам, пойду в училище. Как Кира. Она сказала, лучше в психологию через медицину. Это глубокие знания...

Надо будет поблагодарить Киру. Добрая девочка. Он и не мечтал, что уговорит Ольку на медицинский. Пусть учится, а там, может, вместо своей психологии выберет что-нибудь поинтереснее.

Не спалось. Им с Олькой выделили отдельную комнату на втором этаже. Тут было целых четыре гостевых спальни - маленьких, но уютных. В одной из них спали сейчас Марина и Лео. Или не спали...

Егор чертыхнулся и, тихо поднявшись, вышел на балкон. Легли поздней ночью. Или ранним утром? Небо уже светлело, летние ночи короткие. Он услышал, как скрипнула дверь. Посмотрел вниз и увидел, как с крыльца сбежала Марина. Постояла, тряхнула волосами и побрела в сад. Кажется, в беседку. Ей тоже не спится?

Последний шанс наладить отношения. Хотя бы вернуть то, что было. Поутру она сядет в машину к Лео, и, кто знает, позвонит ли потом когда-нибудь.

Егор схватил планшет и спустился вниз. Марину он нашел в беседке, как и предполагал. Она ничего не делала, просто сидела, кутаясь в легкую курточку - ночью свежо, хоть и лето.

Он молча сел рядом, открыл планшет и вкладку с 3D-чертежом.

- Вот, смотри, - сказал он, как будто тот разговор продолжался.

- Что это? - тихо спросила Марина.

- Это планировка помещения нового салона красоты. Предложение Антона. Он мне скинул, мы обсуждали.

- А почему с тобой?

- Я - владелец сети салонов... - Он произнес известное название, и Марина отвернулась, чтобы скрыть кривую усмешку.

- Тебя это... расстроило? - вздохнул Егор.

- Нет, с чего бы? Меня это не касается... - она неопределенно повела плечом.

- Нет, Марина, так нельзя. Так мы никуда не продвинемся.

Она удивленно на него посмотрела.

- Ты о чем?

- Если мы хотим научиться доверять друг другу, мы должны быть откровенны друг с другом, - мягко произнес Егор.

- Странно слышать этот от тебя, - фыркнула она. - Ты скрываешь какие-то истории... Я только что узнала, чем ты занимаешься... И.. я тебе не доверяю?

- А я до сих пор не знаю, кто ты, - парировал он. - И я могу только догадываться, почему тебя огорчила моя профессия. Или о чем ты думала, когда ревновала меня к сестре. Или почему у тебя крышу снесло, когда я признался в том, на чем ты настаивала.

Марина замерла. Они сидели близко друг от друга, и в рассветных сумерках Егор смог разглядеть, как наполняются слезами ее глаза.

- Марина, не надо... - попросил он. - Если для тебя это так больно, лучше не надо. Извини.

- Нет... Нет. - Она судорожно перевела дыхание и даже всхлипнула, но не заплакала, взяла себя в руки. - Ты прав, прости. Мне начать? Да, давай лучше я.

Он не выдержал, взял ее за руку и поцеловал ладошку. Знакомый запах успокаивал. Если это та самая женщина, он готов терпеть все эти муки. Лишь бы все наконец прояснилось.

- Когда я увидела твою сестру, то подумала, что это твоя... невеста или... любовница, - выдохнула Марина. - И так как она молода и красива, а я...

- А ты? - изумленно переспросил Егор, потому что она замолчала, кусая губы. - А ты не молода и не красива? Или... что?

- Не молода, - выдавила она. - Я старше тебя, ты же понимаешь?

- Правда? - Он все еще не мог понять, о чем она переживает. - Я думал, тебе двадцать два или двадцать три, но даже если тебе сорок, мне плевать.

- Тридцать... - призналась она.

- И столько переживаний из-за четырех лет разницы? - он чуть не рассмеялся. - Или для тебя это важно?

- Эм... Нет, не важно. Тебе, правда, все равно?

- Конечно.

- Ну... это же еще не все. Когда ты сказал, что владеешь сетью салонов, я подумала...

Она снова мялась, прикусывая нижнюю губу.

- Что я миллионер? - вздохнул Егор.

- А ты миллионер? - испугалась она.

- Конечно, нет! Марина, это просто бизнес. Нам с сестрой хватает на жизнь, я собрал деньги на ее учебу, но я не миллионер. Так что ты подумала?

- Что по сравнению с тобой я бедна, как церковная мышь... - грустно произнесла Марина. - Ты видел мою квартиру, она съемная. И навряд ли я когда-нибудь повышу свое благосостояние...

- И что? - терпеливо спросил он в очередной раз. - Ты решила, я тебя отталкиваю, потому что альфонс?

- Да и в мыслях не было! - возмутилась она. - Наоборот... Ты можешь подумать, что я тебя преследую... из-за денег.

- А ты преследуешь?

- Ну... как... ты мне... нравишься...

Егор обнял ее за плечи и притянул к себе.

- Правду говорят, есть горе от ума. Ты же только что узнала, как ты могла... преследовать?

- А-а-а... вдруг... кто-то сказал раньше? Мне. Как ты проверишь?

- Марина, мне не надо проверять. Давай договоримся? Ты не будешь придумывать за меня, что я подумал или подумаю.

- Да, хорошо, - согласилась она. - А ты сам не будешь придумывать? За меня?

- И я не буду.

- Тогда твоя очередь рассказывать.

- М-м-м... Хорошо. Но я не забыл, за тобой еще один долг. Потом расскажешь, что случилось там, на лугу.

- Ладно... Ой, я еще не сказала.

Марина быстро протараторила, где работает, и уютно устроилась на его плече, обняв рукой за талию. И как в такой обстановке вспоминать тот ужас? Но Егор обещал.

Он начал издалека. Рассказал о том, как родители погибли в автокатастрофе, как он, вернувшись из армии, начал свое дело, как учился и работал, как оформлял опеку над сестрой. Потом плавно перешел на женщин, с которыми встречался.

- Я тогда искал постоянных отношений, так что не думай, что у меня был целый гарем, - говорил он тихо, поглаживая Марину по спине. - С Соней мы встречались пару месяцев, потом она переехала ко мне. Естественно, существовал уговор, что никаких игр при ребенке, и она его соблюдала. Она была таким же новичком, как и ты, а потом... превратилась в стерву. Скандалить и унижать меня при Ольке она не стеснялась.

- Я превращусь в такую же стерву?

- Прогресс налицо, - похвалил ее Егор. - Ты уже не додумываешь, а спрашиваешь. Спасибо. Если я отвечу, что да, поначалу я был в этом уверен, ты сильно расстроишься?

- Мне нравится слово «поначалу», - засопела Марина. - Теперь все иначе?

- Да. Пожалуй, да. Ты не такая, хотя мы еще мало друг друга знаем.

- Спасибо, - она завозилась, прижимаясь теснее. - А дальше?

- Ты уверена, что есть продолжение?

- Конечно. Соня не тянет на великую и ужасную тайну.

- Ты права. С Соней мы расстались, потом появилась Лия. С ней я не жил в одной квартире, но... один раз мы играли у меня. Олька гостила у бабушки Клавы в Воронеже. Через день должна была вернуться, что, собственно, меня и спасло.

- От чего?

- От мучительной и унизительной смерти, - усмехнулся Егор. - И это не игра слов. Есть правило, и ты его знаешь. Нельзя связать саба и оставить его одного. Это правило безопасности.

- Лия его нарушила?

- Да, нарушила. - Странно, но короткие вопросы Марины помогали. Он предполагал, что воспоминания причинят боль, но от них стало лишь тоскливо. - Приковала наручниками к батарее и уехала. На полчаса, как она сказала. Но так и не вернулась. Приехала Олька... Ей тогда было уже четырнадцать. Сообразительная девочка, сама поехала домой, когда я ее не встретил, и ключи у нее...

- Не надо, - попросила Марина. - Не продолжай. Я поняла...

- Я переживал не о себе...

- Да, о сестре. Надеюсь, эта стерва в черном списке во всех сообществах Темы, как минимум.

- Да... Она попала в аварию, потом в больницу. Обо мне не вспомнила...

- Не надо, малыш. Не береди раны.

Марина неожиданно пересела к нему на колени и обняла руками за шею. Ее губы оказались близко, совсем близко... Они пахли яблочным сидром и луговыми травами. Егор застонал, не в силах оторваться от сладких и таких желанных губ. Впрочем, она не просила остановиться.

Отстраниться друг от друга все же пришлось, когда Егор чуть не стянул с Марины футболку, желая большего.

- Малыш, не здесь и не сейчас, - покачала она головой.

- Тогда твоя очередь. - Он тяжело вздохнул. - Про луг.

- О, ну... - она смутилась. - Теперь я понимаю, почему ты сказал о доверии. А тогда подумала, что я плохая госпожа, мне нельзя доверять. И вообще... Это был истеричный нервный срыв. Давай забудем?

- Давай, - легко согласился он. - Тем более, это глупость. Ты хорошая госпожа. Ты моя леди.

Отчего-то она смутилась еще больше.

- Малыш, то, что я теперь скажу, тебе не понравится.

- М-м-м? - Он поцеловал ее в висок.

- Завтра у меня сессия у Лео. Как у сабы. Вернее, как у мазы.

Лео включил режим «хозяин», едва они отъехали от дачи. Марина так и не уснула этой ночью, и всерьез намеревалась отдохнуть по дороге домой, но ей не позволили.

- Слушай правила, малышка, - произнес Лео таким тоном, что спать тут же расхотелось. - Ко мне обращаться «мастер» или «хозяин». Любой мой приказ должен быть исполнен мгновенно и без пререканий. За непослушание я наказываю. На вопросы отвечать четко, «да» или «нет». Никаких вопросов, пока я не разрешу. Можно просить о чем-то жизненно необходимом, например, напиться воды. Есть вопросы?

- Да, Мастер, - поспешно ответила Марина. - Завтра на работу, мне хотелось бы пораньше вернуться домой.

Лео метнул на нее недовольный взгляд, и она поежилась, некстати вспомнив об обещанном наказании. К нему добавилось еще одно?

- Обычно я так не делаю, но, учитывая обстоятельства... Я отпущу тебя не позже шести вечера. Это тебя устроит?

- Да, Мастер.

- Стоп-слово?

- Бархат.

Почему бы нет? Взять стоп-слово Егора показалось Марине приятным.

- Принято. Но учти, мои рабыни произносят его лишь один раз. Я прекращаю сессию, и мы прощаемся навсегда.

- Я... запомню. - Еще один недовольный взгляд, и она поспешно добавила: - Мастер.

Лео мягко припарковал машину на обочине. У Марины мгновенно пересохло во рту. Обещанное наказание? Какое? Они находились на проселочной дороге, вокруг ни души, по обе стороны - поля, но в любой момент...

- Ты не аллергик, малышка?

- Нет, Мастер.

- Муравьиная кислота, например?

- Нет...

Муравьиная кислота? Он ее на муравейник заставит сесть, что ли? Страх смешался с любопытством, и мурашки на коже словно растворились в теплой волне возбуждения.

- Встань на колени, на сидение. Лицом к спинке. И покажи, какие на тебе трусы.

Онемевшими пальцами она отстегнула ремень безопасности, неловко взобралась на сидение и задрала юбку, демонстрируя белые танга. Соблазна ехать обратно в брюках не было, она предполагала что-то такое, а под юбкой хотя бы не видно, чем она занимается в машине. Но не заставит же он ее ехать... кверху попой?

Широкая ладонь легла на ягодицы. Марина замерла в ожидании удара, но Лео только помял попу пальцами, а потом, вместо того, чтобы спустить трусы, потянул их наверх. Ткань собралась между ягодицами, врезаясь в промежность.

- Выйди из машины. Возьми пакет на заднем сидении.

Марина поспешно соскочила с сидения, поправляя юбку. Взяла пакет, протянула Лео.

- Нет, малышка, это тебе, - усмехнулся он. - Достань и разложи на сидении.

Она заглянула в пакет и онемела, обнаружив там... крапиву. Толстые свежие стебли с темно-зелеными листьями. И когда он успел нарвать?! И... И... Сесть на нее? В наказание? На глаза навернулись слезы.

- Пожалуйста, не надо... - попросила она жалобно. - Я буду послушной, Мастер.

- Будешь, - согласился он. - А если сейчас же не подчинишься, то сядешь на нее без трусов.

Разница очевидна. Лео оголил ее ягодицы, но трусики все еще прикрывали половые губы. Отказаться? Нет, она решила идти до конца.

Всхлипнув, Марина вытряхнула на сидение крапиву, пакетом разровняла стебли, зажмурилась... и застыла на месте. Она не могла... не могла...

- Тебе помочь? - холодно осведомился Лео. - Я считаю. Каждый номер счета будет помножен на семь. Столько розог ты получишь. Один...

И даже после этого она замешкалась, засуетилась в панике.

- Два.

Обреченно задрала юбку и опустилась на крапиву, взвизгнув от боли.

- Три.

Она поспешно села ровно и захлопнула дверцу машины. Пристегнулась, утопая в слезах.

- Двадцать один, - сообщил невозмутимый экзекутор и повернул ключ зажигания.

Это было невыносимо! Крапива обожгла кожу на попе, и каждое движение причиняло новые страдания. Сидеть ровно не получалось, они ехали не по асфальту, и машину потряхивало. Марина проклинала собственную глупость. И что ей стоило сказать, что у нее аллергия? Хотя Лео придумал бы другое наказание.

Марина пыталась притерпеться к боли и жжению, но ничего не получалось. Лео превратился в каменное изваяние, сосредоточившись на дороге. Он не обращал внимания на ее мучения.

- Мастер, пожалуйста-а-а... - взмолилась Марина, не выдержав. - Простите, умоляю...

- Сними лифчик.

Крапиву на грудь?! Нет! Нет-нет... А руки уже за спиной, пытаются нащупать застежку бюстгальтера. Всхлипывая и поскуливая, она выполнила и это задание.

- Задери блузку.

Щеки горели чуть ли ни так же, как и попа, когда Марина послушно обнажила грудь. Мимо пронеслась встречная машина. Лео сбросил скорость и, придерживая руль одной рукой, другой ущипнул Марину за сосок. Она взвизгнула и часто задышала. Боль смешалась с возбуждением и желанием.

- Острые и твердые. Да, малышка? - фыркнул Лео. - Тебе нравится.

Ей нравится крапива под задницей? Не может быть!

- Опусти блузку. Можешь выбросить крапиву.

Он приоткрыл окно и ехал медленно, пока она торопливо отскребала жгучие листья с попы, извиваясь на сидении. Стало легче, но ненамного. Ожог никуда не делся, кожа чесалась и горела.

- Руки! - прикрикнул Лео, когда она принялась растирать ягодицы. - Трусы сними. Совсем.

Они выехали на шоссе, ведущее в Москву, и притормозили перед светофором. Марина замешкалась, и Лео спокойно пообещал увеличить число розог до тридцати.

На следующем светофоре он сам задрал юбку и положил ладонь на лобок, проникая пальцами в лоно.

- Мокрая.

Щеки Марины стали пунцовыми от стыда. Она возбудилась от боли и унижения. Но как же сладко ощущать пальцы внутри...

Когда они проехали населенный пункт, Лео отдал новый приказ:

- Я хочу, чтобы ты кончила. Ласкай себя.

- А мы не врежемся? - вырвалось у Марины.

Краем глаза она уже заметила, что и Лео возбужден: член выпирал из брюк. Замечание, конечно же, не осталось ни незамеченным, ни безнаказанным. Они снова остановились, благо было где.

- На заднее сидение, - приказал Лео, выдергивая ключи из зажигания.

И снова Марина не посмела ослушаться, хоть и понимала примерно, какое наказание ее ожидает.

Так и вышло. Лео грубо дернул ее за руку, укладывая поперек колен, задрал юбку и весьма чувствительно отшлепал, выбивая дух каждым ударом. Марина не сопротивлялась, но отчаянно ревела - и от стыда, и от боли. Задние окна, конечно, тонированы, но это не отменяло того, что кто-то мог увидеть порку.

- Веселая поездка, - процедил Лео, потянув Марину за волосы. - Боишься, что врежемся? Соси.

Он расстегнул ширинку, достал из кармана презерватив и протянул ей. Всхлипывая и утирая слезы, Марина все же качнула головой, отказываясь от защиты, и сползла вниз, опустилась на колени. Минет в машине с горящей после порки задницей - это действительно... веселая поездка.

Она уже не задумывалась, куда делась гордая и уверенная в себе женщина. Она была игрушкой Лео, его рабыней. И ей стыдно за срыв, за глупую фразу, которую она себе позволила. И он прав, боль - не наказание. Он наказывал ее унижением и неудовлетворенностью. Может быть, если она будет стараться, он все же позволит ей... кончить?

Лео рывком задрал блузку, и кончил ей на грудь. Она даже не пикнула, терпеливо дожидаясь новых приказов.

- Вперед... И можешь поправить одежду.

Если бы он не разрешил, Марина не осмелилась бы прикрыть ни обнаженную грудь, ни ягодицы. Она полностью в его власти.

Сидеть стало еще невыносимее. Думать о том, что ее ожидают розги и, вероятно, что-то еще, заставляла Марину ерзать и всхлипывать. Лео так и не разрешил ей удовлетворить себя, напомнить она не рискнула, и вся оставшаяся дорога превратилась в сущую пытку. Когда машина въехала во двор дома Лео, Марине казалось, что еще немного - и она на коленях начнет умолять сделать хоть что-нибудь, чтобы ей стало легче.

Наверняка, у Лео есть прислуга. Такой огромный дом и сад нуждались в уходе и присмотре, но, как и в прошлый раз, Марина никого не заметила. Двор пуст, комнаты пусты. Лео отвел ее в ванную.

- У тебя двадцать минут. Волосы собери в «хвост». Выйдешь обнаженная.

Вымылась Марина быстро, гораздо дольше лила на ягодицы прохладную воду. Но все же через двадцать минут уже стояла на коленях практически на пороге ванной комнаты. Лео не сказал, куда потом идти, а ждать стоя ей показалось... неправильным.

Он появился минут через пять, с обнаженным торсом и в мягких домашних брюках, босой. Марина поспешно опустила взгляд, памятуя о правилах. Ее погладили по голове, видимо, хозяину понравилось ее поведение.

- Встань, маленькая. Иди за мной.

«В темницу».

Марине снова стало трудно дышать, но на этот раз возбуждение оказалось сильнее страха. В темнице Лео сразу уложил ее на скамью для порки. Она была устроена так, что попа приподнялась выше других частей тела, согнутые в коленях ноги пришлось раздвинуть, а груди свободно свисали с обеих сторон узкой доски.

Лео зафиксировал руки и ноги, широкий ремень крепко перехватил поясницу. Марина дернулась и поняла, что не может пошевелиться.

- Все в порядке, маленькая?

- Д-да... да, Мастер.

Только у нее зуб на зуб не попадает от страха, но это ведь ерунда?

Ждать пришлось недолго. Марина слышала плеск воды и свист прутьев в воздухе. Несложно догадаться - Лео подбирал подходящие розги. Когда они выходили из машины, она успела заметить, как он вытащил из багажника целый пучок, замотанный в мокрую тряпку. И когда успел?!

- Тридцать за непослушание, - объявил Лео.

- А... - Марина вовремя опомнилась и осеклась.

«Тридцать пять... - уныло подумала она. - Или сорок?»

- Спроси, что хотела, - разрешил Лео.

- Мастер, вы сказали, что для меня боль - это не наказание. Почему розги - в наказание?

- Хороший вопрос, малышка. Ты сама поймешь. После. Не забывай о счете. Собьешься - начну заново.

Мягкая и прохладная рука коснулась ягодиц, провела по ним.

- Разогрев замечательный, - хмыкнул Лео. - Разрешаю кричать, но постарайся не оглушить, пожалуйста. Считай.

- А-а-а! - заорала Марина, когда розга впилась в тело. Нет, целый пучок! Потому что больно стало везде, как будто ее ошпарили кипятком. И все же не забыла, выдавила: - Один.

Удары посыпались один за другим, она едва успевала считать, взвизгивая и захлебываясь в слезах. Они были не сильными, но болючими, ягодицы как будто кололо иглами и жгло огнем. Лео не дал ей передышки, отмерил все тридцать ударов и бросил пучок на пол, ей под нос. Сквозь слезы Марина увидела, что это орудие для наказания похоже на веник: мелкие тонкие прутья, «пушистые» и колючие. Пока она успокаивалась, Лео гладил ягодицы: молча, но очень ласково, старательно избегая интимных местечек.

- Хочешь воды, малышка?

- Нет... Да, Мастер. Спасибо.

Она напилась из стакана с трубочкой: прохладная, чуть подкисленная лимоном вода.

- А теперь, маленькая, розга будет такой. - Он поднес к ее глазам толстый ивовый прут, гладкий и гибкий. - Считать не нужно. Постарайся расслабиться.

Расслабиться? Да он смеется... Марина сжала ягодицы в предчувствии дикой боли. Лео погладил ее прутом. Она зажмурилась.

Замах. Свист. Удар.

- Ах...

Первый удар лег на плечи, поперек спины. Теперь Лео не частил. Поначалу Марина взвизгивала, а потом словно приноровилась к ритму порки, и лишь стонала, глубоко дыша. Боль шла волнами, растекаясь по всему телу. Лео бил и по ягодицам, и по бедрам, постоянно меняя место удара. Сознание уплывало. Марине казалось, что она слышит музыку в свисте прута, в боли. Боль растворялась, она проваливалась в сладкую негу, падала и парила... А потом и вовсе отключилась.

Очнулась Марина в постели. В комнате полумрак, прохладно и тихо. Она лежала на животе, обхватив руками подушку, обнаженная. Тело приятно ныло.

- Поздравляю с первым сабспейсом, маленькая.

Она услышала голос Лео и повернулась к нему, щурясь.

- Спасибо.

Даже не прошептала, а прошелестела, так пересохло во рту.

- Выпей воды.

Приподнявшись, Марина напилась и повторила:

- Спасибо, Мастер.

- Все не так страшно? - улыбнулся он.

- Мне... понравилось, - призналась она.

- Как-нибудь повторим?

- Возможно.

Лео не одергивал и не сердился, значит, сессия закончена.

- Полежишь еще? Или отвезти тебя домой?

- Отвези... пожалуйста.

- Одевайся, я принес из машины твои вещи. Одежда из ванной тут, в пакете.

- Спасибо.

Сидеть было тяжело, но терпимо. Марина вспоминала, где ближайшая аптека, и переживала, что завтра не сможет выйти на работу. Сейчас она еще как будто на анестезии, чуть позже будет хуже. И не забыть забрать Пончика...

Она все же задремала, и Лео пришлось ее будить, когда они подъехали к дому. Он помог ей подняться и донес сумку до двери, быстро попрощался и исчез.

Больше всего хотелось лечь и спать. Эйфория закончилась, осталась лишь усталость. Но ведь дела! В аптеку за мазью, Пончик, приготовить вещи на завтра...

В дверь позвонили. Марина никого не ждала. Посмотрела в глазок - и охнула. На пороге стоял Егор. И это после того, что он ей сказал? Несмотря...

Она распахнула дверь.

- Можно войти, леди? - спросил он, опуская взгляд.

- Зачем, малыш? - настороженно спросила она.

- Вам... нужна моя помощь, леди.

- Нет, - она покачала головой. - Попробуй еще раз.

Егор посмотрел на нее исподлобья, хмуря брови и поджав губы. Она приподняла бровь, вымученно улыбнулась и стала закрывать дверь.

- Нет. - Он быстро шагнул в квартиру, заставляя ее посторониться. - Марина, пожалуйста. Позволь тебе помочь. Я знаю, как.

Она кивнула и обняла его, прижимаясь.