25

Поднос оказался неожиданно тяжёлым и неудобным, раньше мне такое носить не приходилось. Нужно было двумя руками удерживать его, стараясь при этом сохранять равновесие. Та ещё задачка.

К двери я подошла боком и бедром толкнула её, открывая.

Не знаю, что именно меня подвело. То ли тонкие, неустойчивые каблуки, то ли отсутствие умения носить тяжёлый поднос, а может, взгляд Борисова, обернувшегося на звук.

Упала я плашмя, больно ударившись коленом о гладкий пол. Передо мной упал поднос. Бутылка покатилась вперёд, а ведёрко умудрилось попасть мне под локоть. Кубики льда рассыпались по полу, обеспечивая дополнительное скольжение. Не могу сказать, что подъехала на животе прямо к Вадиму, но оказалась в непосредственной близости от него.

Подняла глаза, и встретилась с его ошарашенным взглядом. Да уж, впечатлила, так впечатлила. Такое он наверняка не скоро забудет.

Я попыталась приподняться и застонала. Ушибленная коленка болела, ободранный локоть саднил.

Вадим, словно отмерев, бросился ко мне и начал поднимать с пола. Затем довёл до стула и усадил.

Мы вместе осматривали мои повреждения. Если коленом я только ударилась, то на локте сквозь порванный рукав виднелась ссадина. Она кровоточила, окрашивая белую блузку в красный цвет.

– Я сейчас, – Вадим вскочил и убежал в ту дверь, откуда я только что так феерично появилась.

Спустя минуту он вернулся, держа в руках аптечку. Борисов пододвинул стул и сел напротив меня. Он был очень близко и при этом серьёзно увлечён моей несерьёзной раной. А я могла внимательно рассматривать его, вдыхать аромат. Если бы только протянула руку, то коснулась волос Вадима.

Он обработал ссадину и провёл пальцем по небольшому, тонкому шраму, который я получила много лет назад. Затем поднял на меня взгляд, причём так пристально смотрел на мои губы, что я поняла – вот сейчас это случится. Борисов меня поцелует.

Он начал склоняться к моим губам.

У меня было стойкое ощущение дежавю. Казалось, что это между нами уже было. Я попыталась вспомнить, но в этом момент его губы наконец коснулись моих. И мои мысли разрозненной стаей разлетелись по разным сторонам света.

Он целовал меня так, словно я имела для него какое-то значение. Словно всё теперь будет по-другому. И в эти сладостные моменты я верила его губам, так нежно и в то же время властно касавшимся моего рта, его языку, сплетавшемуся с моим языком в невиданные фигуры.

Я потянулась к нему и, обхватив ладонью затылок, прижала к себе, углубляя поцелуй, перехватывая инициативу. Но он этого мне не позволил. Вадим отстранился, тяжело дыша. Он смотрел на мою грудь. И я, проследив за его тёмным, как ночное небо, взглядом, наконец заметила, что моя блузка спереди намокла, выставив на обозрение мужчины торчавшие соски.

Я даже не дёрнулась, прикрываться было поздно, он уже много раз всё в подробностях рассмотрел.

– Пожалуй, я принесу нам выпить, – в его голосе появились хрипловатые сексуальные нотки, мне нравилось осознавать, что это я его так возбуждаю.

– Вообще-то, здесь я официантка, – попыталась возразить и подняться, чтобы продолжить нашу игру.

– Сиди уж, официантка, – Вадим положил мне на плечо руку, останавливая непонятно откуда возникший порыв. – Свой профессионализм ты уже продемонстрировала.

Он улыбнулся и снова исчез на пару минут, после чего вернулся, толкая перед собой столик с едой и шампанским. А что, так разве можно было? Я смутилась, почувствовав себя глупо. Официантки из меня совершенно точно не выйдет.

Вадим открыл вторую бутылку шампанского. Первую он поднял с пола, но, подумав, решил оставить в стороне. Ещё бы, после такой-то встряски.

Сегодня Борисов был каким-то другим. Неужели так перепугался, когда я упала? Он словно отпустил что-то, давившее на него. И стал будто моложе. Я вспомнила, как читала в Интернете, что Вадим старше меня всего на три года. Прежде его хмурое, сосредоточенное лицо увеличивало эту разницу в несколько раз. Сегодня верилось, что ему всего тридцать.

Борисов разлил шампанское по бокалам и приподнял свой. Я, находясь под впечатлением от такой резкой и неожиданной перемены, приготовилась слушать тост. Но он легко ударил своим бокалом о мой и пригубил напиток. Я последовала его примеру.

– Сними блузку, – мягко попросил Вадим.

Я поставила бокал на стол и слегка подрагивающими пальцами начала расстёгивать пуговки, предвкушая переход к сексуальной прелюдии. Повесила блузку на спинку стула и инстинктивно вытянулась, отчего грудь ещё больше выпятилась вперёд.

К моему удивлению, Борисов потянулся к раздаточному столику и начал открывать крышки с подносов, совершенно не интересуясь моей наготой.

– Что ты будешь? – он обвёл рукой закуски, предлагая мне самой сделать выбор.

Я попросила салат и немного пармской ветчины. Не хотелось наедаться. Ещё ни одна из встреч с Вадимом не обходилась без секса.

Он же, очевидно, был голоден, потому как с аппетитом уплетал и горячее, и закуски, не забывая подливать нам обоим шампанского.

Мы оба молчали, но эта пауза не была напряжённой. Словно мы уже давно знали друг друга и даже были… близки.

Задумавшись о наших взаимоотношениях и тех знакомых чертах, что увидела сегодня в нём, я не заметила, в какой именно момент Борисов поднялся из-за стола. Просто вдруг обнаружила его совсем рядом.

– Как твоя рука? – негромко спросил он, проводя пальцами по предплечью и снова задевая тот старый шрам.

– Хорошо, – тихо ответила я и, повинуясь мужским рукам, поднялась со стула.

Грудь Борисова прижималась к моей обнажённой спине, а руки ласкали моё тело.

Затем он повернул меня немного в сторону и прошептал.

– Видишь ту камеру?

– Какую камеру? – испуганно встрепенулась я и открыла глаза.

Вадим указывал в верхний угол, где чернел глазок записывающего устройства. Я дёрнулась и инстинктивно прикрыла грудь руками.

– Нас снимают? – в моём голосе явственно слышалась паника.

Это его очередная уловка – соблазнить меня и записать на видео, чтобы потом шантажировать и издеваться?

– Тсс, – прошептал Вадим, прижимая палец к моим губам. – Я заберу запись. Не бойся. Просто хочу, чтобы ты знала – на нас смотрят. Что ты чувствуешь, думая об этом?

– Ты уверен, что видео не попадёт в Интернет? – всё же решила переспросить.

– Абсолютно убеждён.

Я попыталась разобраться в своих ощущениях. Поверив обещанию Борисова изъять запись, я перестала паниковать. Появилось некое любопытство. Я представила дюжих охранников в форме, которые, прильнув к монитору, жадно наблюдают за нами. Вслед за этим образом между ног стало тепло.

Я кивнула. Почему бы и нет.

Вадим стянул ленту с моей головы и завязал мне глаза.

– Это, чтобы ты не отвлекалась, – жарко прошептал он.