Глава 16

Женя – Отпустите, говорю! – дергаюсь, чтобы освободиться из лап лысика. Но безуспешно. – Вы что себе позволяете?! Не собираюсь с вами ни о чем говорить! – Еще как собираешься, – гнусно хмыкает мужчина. – О тебе, о твоей дочке и вашем обмане. – Никакого обмана нет. А если бы и был, у вас нет доказательств, – выпаливаю я. Хотя очень сильно напрягаюсь. Не хватало, чтобы он какую-нибудь жалобу дал на меня или дочку. В администрации даже разбираться не будут. Мы и так там «засветились» по полной. Сразу уволят. И моя начальница уже не поможет. Вячеслав же, меняет тактику. Черты лица изменяются. Теперь на нем не нагло-хамское выражение, угодливо-доброжелательное. – Вы меня не так поняли, Евгения, – как-то даже вежливо произносит. – Я же, наоборот, хочу помочь. Просто спешил, перенервничал, вот и, наверно, сказал как-то не правильно. Вы только выслушайте меня. Ему от меня что-то нужно. Это понятно. Но выслушать можно. Вдруг я неправильно расценила этого человека? А если и что-то попросит, возможно, это не такое нехорошее, что можно предположить. – Хорошо, говорите, – отвечаю мужчине. – Только отпустите, пожалуйста. И пытаюсь объяснить желание освободиться от его хватки заботой о его же репутации. – Что люди подумают, когда нас увидят? – намекаю на возможных прохожих, окна домов и камеры. – Еще и сплетничать начнут. А сплетни до жены вашей дойдут. Замучаетесь объяснять, что просто помочь девушке хотели от чистого сердца. Вячеслав нервно оглядывается. – Вот поэтому я вас и держу, – поясняет он. – Хочу отойти с вами в тихое и скрытое от лишних глаз и ушей место. И тянет меня в сторону небольшого хоз помещения в виде неприметной бытовки. Такие расположены по всему поселку. Там хранится разного рода и предназначения инвентарь в виде ведер, леек, лопат, граблей и тому подобного. Все для того, чтобы не таскать это добро по улицам через весь поселок. – Нет, – упираюсь я, хоть у лысика и получается меня подтащить к самой двери. – Тут говорите. Просто отпустить меня, и никто ничего точно не подумает. Заходить в темное уединенное помещение, где нас будет не видно, с этим мужчиной я точно не собираюсь. Согласиться на это, было бы очень глупым решением. Что на уме у Вячеслава – я не знаю. Зато помню, какие плотоядные взгляды он на меня время от времени бросает. Особенно, когда его жены нет рядом. И вот, в этой бытовке нас никто не увидит. И не сможет заступиться за меня. А я с этим мужчиной точно не справлюсь. Поняв, что я уперлась окончательно, Вячеслав снова оглядывается по сторонам. Зачем-то облизывает губы. И все же неохотно отпускает мою руку. – Я все знаю, – вдруг выдает. – Что знаете? – делаю вид, что удивляюсь. – Все-все? – Да, все, – уверенно отвечает он. – Ничего себе, – делаю восторженное лицо. – Это же сколько энциклопедий прочитать нужно было. Лицо лысика недовольно кривиться. – Я не о том. Нет тут у твоей дочки отца. Все обман. Молчу. Жду продолжения. Ни отрицать, ни подтверждать пока ничего не собираюсь. Я и раньше не говорила, что у Даши есть тут папа. Так что и в обмане меня обличить нельзя. Это какой-то мужик сам выдумал. Могу сказать, что и доченьку мою заставил подыграть, если что. – Я у садовника, так сказать, вашего «папы» спросил, – не дождавшись от меня ни слова, продолжает Лысослав. – Говорит, девочки раньше и в помине не было. Вернее, твоя девочка была. Но не на территории его хозяина. Несколько недель назад с тобой приехала в поселок. А еще я поспрашивал других твоих коллег. Слово «коллег» произносит пренебрежительно. – О тебе и твоей дочке. Ждет моей реакции. Фиг ему. Не дождется. Стараюсь сохранять спокойствие и безразличие. Будто меня не волнует этот разговор. А это совсем не так. Разговор то он завел не просто так. – Мне много про твою дочку рассказали, – продолжает мужчина. – Говорят, тебя чуть не уволили несколько раз из-за нее. Висишь от увольнения, так сказать, на волоске. А у тебя, ведь, какой-то большой кредит срочно нужно оплатить. Иначе, будут серьезные проблемы. Вот гад! Все разузнал. И к чему он клонит? – А я человек добрый… Ага, вот так и поверила. – Услышал твою историю и даже как-то проникся. Помочь захотелось. Но жизнь нынче такая, что тебя посчитают никчемным, уважать перестанут, станут пользоваться твоей добротой, если за помощь совсем ничего не взять взамен. И молчит. Ждет, когда я сама предложу? Ну, уж нет. – Чего вам нужно? – еще раз повторяю я. – Это тебе нужно. Деньги. Большие деньги. Так? И осматривает меня сально. – Допустим. – А у меня деньги есть, – произносит с намеком. Ты хотел сказать, у твоей жены. Но, понятно, вслух я такое не говорю. – У меня тоже, – отвечаю ему. И на его вскинутые брови поясняю: – В перспективе. Нужную сумму я могу заработать. Спасибо за заботу. До свидания. И собираюсь уходить. Разворачиваюсь, делаю шаг… Но Вячеслав успевает ухватить меня за руку. Жестко и грубо. Резко поворачивает к себе. – Но с работы тебя собираются уволить после первой же жалобы на тебя, или твою дочку, – ухмыляясь смотрит мне в глаза. Вся доброта, которую он пытался изобразить уже исчезла. В глазах только наглость, высокомерие, упоение своей властью и похоть. – И чтобы не уволили, тебе нужно будет постараться…